Я пойду на ВСЁ, ради...

- Мммм… Скажите, что я умер… - простонал я. Где хоть я нахожусь? - С добрым, Пууух! – закричал мерзкий голос и плюхнулся на меня. Не знал, что голоса материальны. - Сола? – голос очень хриплый, надломленный. Я еле разлепил глаза, такое чувство, что я в аду. Всё болит, голова особенно. И что-то меня потряхивает. Жарко и холодно одновременно, и чёртов сушняк ебёт не только мозги, но и глотку. - Ну, а кто ещё? Хахаха!! Как ты? – сестрёнка была весьма весёлой. Ага, я ещё то зрелище. - Ты не представляешь, КАК мне плохо! – пожаловался я, прикрывая глаза, смотреть было больно. - Оооо… Я-то представляю. Это ведь ты МНЕ доказывал в пять утра, что пол - это кровать, и на нём спать пипец, как удобно, – веселилась девушка. - Не смешно… - говорить больно, глотать больно, думать… эээ… точно – БОЛЬНО! - Вообще-то, было забавно. - Как я тут оказался? – самый. Идиотский. Вопрос. - Хм… Сам пришёл. Ну… Это громко сказано, ты просто висел в воздухе. Хорошо хоть домой пришёл, а не урулил куда-то. На, минерка спасёт мир! – воскликнула она, и я поморщился. Слишком громко. - Ой, я люблю тебя, Солнце, – проскрежетал я не своим голосом. Сесть было тяжко, но водичка манила. Жадные глотки, и бутылка почти кончилась. Фига я забадался её глотать, желудок тут же скрутило резью, голодный, но зато стало легче голове. Немного. Совсем чуть-чуть, но и это радовало. - Вставай, я завтрак приготовила, – и она мне так улыбнулась, что затискал бы, но не в состоянии. Печально. - А время сколько? - Почти двенадцать. - Ночи? – в шоке. - Хахаха! Дня, глупый. Сегодня выходной, так что можешь ещё поваляться в постели. Хотя… Я бы хотела погулять. Мы давно никуда не выбирались, – скомкано проговорила она. Мне тоже хотелось выбраться с ней куда-нибудь. - И ты мне давно не готовила... – как-то заторможено проговорил я. - Извини. Вини… Прости меня. ЗА ВСЁ!! – и она уронила голову мне на грудь, сильно обнимая. - Ну что ты, Солнц, всё в порядке. Хочешь в парк? - Угу! - Тогда я в душ. - А давай, как раньше? Пошли в лазербол. И на скейтеров посмотрим. А ещё, в пруду есть утки. Господи, я её боюсь. Глаза горят маниакальным огнём. Но я счастлив. - Хахаха. Конечно, пошли. Я так соскучился по нашим прогулкам, – я её стал щекотать, а она заливисто смеялась. Люблю свою сестрёнку, и она любит меня. Так здорово. Мы словно одни в этом мире. Родители вечно пропадают на работе, и всё что у нас есть - это только мы. Она пытается заботиться обо мне, но ей тоже хочется чего-то нового. Хотя убивать один день в неделю на нелепости вдвоём – уже вошло в привычку ещё года четыре назад. Завтрак никак не хотел менять прописку с тарелки на желудок, поэтому я на него просто забил. Голова почти прошла, пришлось приложиться к чудо-шипучкам. Хорошо, что мама на работе, а то был бы скандал. Она против спиртного. И курить нельзя. И потрахаться, в её понимании, впервые я, наверное, лет в тридцать должен. Странная она. Но всё-таки мама. Сола выглядела сногсшибательно. Красное кашемировое пальто по бёдра с огромными чёрными пуговицами, высокие сапоги на шпильке, плотные чёрные гетры, которые выглядывали на пару сантиметров из сапог, чёрный рюкзак. Волосы распущены, губы в розовой помаде. Она выглядела такой аккуратной, воздушной, с яркими глазами. Сола носилась по парку, как раненая лань, и ВСЁ фотографировала. Это было даже смешно. И куда ей столько этих фоток? Мы смеялись, вспоминая прошлое. Потом кормили уток, эти твари никак не хотели подплывать ближе, и приходилось кидать куски хлеба, как можно дальше. Утки оказались очень гордыми и, быстро нажравшись, уплыли в неизвестном направлении, пришлось остатки хлеба скормить голубям. Сола доооолго сидела на корточках с крошками в ладони и, казалось, что не дышала, выжидая, когда же у неё будут есть с руки. А я, как дятел всё это время снимал её на видео. - Да, блин, заразы! Неужели не хотите жрать?! – разозлилась девчушка и побежала догонять пытающихся улететь от неё серых раскормленных тварей. А я всё время это снимал, не прекращая ржать. Давно я столько не смеялся. Сола заставила меня надеть голубые джинсы, прошитые чёрными нитками, белые кроссовки и бело-красную дутую куртку. Под курткой была серая жилетка с капюшоном, который лежал на плечах куртки. Я редко так одеваюсь, потому что это не мой стиль, но Сола любит, когда я выгляжу не так, как обычно. Она зачесала мне волосы на правый бок, чёлка эффектно закрывала пол лица и абсолютно не мешала. На мочку левого уха она закрепила мне серьгу на магните с красным камнем, который ярко сиял в лучах солнца. Я часто ловил на себе её восхищённые взгляды. Прости, сестрёнка, но такой я только с тобой. Не люблю я выделяться из толпы, приятнее слиться с окружающей средой, чтобы никто не трогал, не доставал, не обращал внимания. День выдался очень теплым и солнце играло в ветвях деревьев озорными лучами. По небу ползли ленивые белые облака. Маленькие детки носились по асфальту туда-сюда, играя друг с другом и воздушными змеями. Были сладкие парочки, которые вешали замочки в виде сердечек на резной забор у пруда, в знак своей вечной любви, и выбрасывали ключ в воду. Романтично, но глупо. Замок их любовь не сохранит, но верить то во что-то надо. Хоть и чушь, но мило! Запах травы, воды пруда и шашлыков щекотал ноздри. Я осознал, что голоден, но мне было лень шевелиться. Было гораздо интереснее наблюдать за тем, как жизнь размеренно идёт своей поступью, весело шагая. - Пууух! – закричала Сола и повисла на мне. Она впервые назвала меня так на людях. А я впервые не обиделся. Не знаю почему, мне просто хотелось улыбаться. - Что? - Держи, – и она протянула мне вату. Ну и гадость. Слишком сладко. Но хуже было запивать ЭТО газировкой. Я сказал, что запивать было хуже? Я ошибся!!! АМЕРИКАНСКИЕ горки, вот, что хуже. Грёбаная кола у меня чуть через нос не вышла на очередном повороте. Хотя, было забавно. Нас мотало и крутило, а в животе тянуло страхом и предвкушением. Желудок то прилипал к позвоночнику, то стоял комом внизу горла. И я смеялся, я так много смеялся. - Хочу кролика. Хочу кролика. Хочу кролика! – верещала Сола, прыгая передо мной. - Ладно, ладно, я понял. Пошли, – и потащил девушку к палатке ярко-оранжевого цвета. Благо народу не было. Тииииррррр. Ненавижу!!! Ведь знал же, что проиграю, но всё равно стал стрелять. А потом метать дротики в воздушные шарики и кидать мячики по банкам. А потом Солу всё достало, и она уже сама остервенело шла на штурм палатки и её целей. Кроля она выиграла. Умница! И подарила его мне. Сволочь! А он ещё голубого цвета. Вообще пиздец. Но не расстраивать же ребёнка! Громкая музыка говорила о том, что рядом танцпол для тех, кому за сорок. И вправду, женщины и мужчины в возрасте танцевали нечто медленное под нечто быстрое на деревянном помосте. А уже смеркалось, зажигались оранжевые, жёлтые, синие и зелёные фонари. Они, словно китайские фонарики, висели на деревьях вдоль аллеи. Загорались гирлянды и шум толпы становился громче. Народ прибывал, всё молодёжь. Им хотелось тусить и развлекаться. Как и всем. Сола тащила меня вперёд, ей хотелось покататься на машинках. И мы пошли. И таранили друг друга, как подорванные. Она мне кричала, что переедет меня, и постоянно шла в атаку. Блин, я неудачник, собрал все стены, все углы и все машины, а Солу так и не обыграл. Ну и гордилась же она собой. Прямо светилась вся. В кафе было людно, все хотели есть и пить, и я тоже. Поэтому резиновый шашлык проглотил с удовольствием. Зря! Меня потом ТАК мутило, что пришлось закинуться гивисконом из ближайшей аптеки. Судя по виду фармацевта, я такой не первый. Потом был гипер, орешки, сухарики, чипсы, салаты. Готовить самим было очень в лом. Мы накупили разных видов сока, никакого спиртного, нам и без него хорошо, и играли дома в любимую забаву – бармен. Мы смешивали соки с энергетиками, спрайтом, колой, делая вид, что создаём невъебенные коктейли и ползали по квартире гашеными мухами, изображая высшую степень опьянения, задорно смеясь. Только с Солой я мог быть таким. Обычным. Не серой мышкой и не жеманным альфа-самцом, я был простым парнем со своими достоинствами и недостатками, с душой, открытой миру. «Веселый таракан» застал нас за боем на подушках.

«Через час. Жду.»

Коротко и ясно. - Опять уходишь? – погрустнела сестрёнка. - Извини, Сол, надо, – а у самого ком в горле застрял. - Не пей больше… - грустно улыбнулась она. - Не буду, малыш, – я её поцеловал в лоб, нежно обнимая. Какая же она хрупкая. - Тогда я позову Рину. У нас столько всего осталось… Продолжу бунт с ней, – вновь загорелась весельем Сола. - Конечно, Сол. Развлекайся. И она убежала звонить подружке, а я так и стоял с телефоном в ладони. Холодный корпус жёг руку огнём раскалённой стали. Мне хотелось зарыдать. Она достойна того, чтобы её спасти, её чистоту и нежность, но… Для меня это такое саморазрушение. Ноги налились свинцом, и стало трудно дышать. Что сегодня придумает Таш? Как будет доматываться до меня? Наверное, стоило всё же купить что-то крепче сока, чтобы снова потеряться и не помнить себя. Чтобы, проснувшись утром, не думать о том, что было вчера… Тяжёлые мысли давили и сердце болью отдавалось в висках. Я был так жалок. Стало противно от того, что я жалею себя. Сам подписался. Теперь остаётся только терпеть. Собрался быстро, но шёл медленно. - Ты снова опоздал! – огрызнулся Таш. - Полтора часа. Всего-то… - глухо отметил я. Таш стоял в прихожей чернее тучи. Глаза молнии метали. Волосы всклокочены. На нём лишь домашний шёлковый халат белого цвета. Выглядит, как идиот. - Где комната, знаешь, – бросил он и ушёл на кухню. Там загремели чашки и послушался звук воды, потом хрюканье кофеварки, а я словно во сне разделся и пошёл туда, на плаху. Он мой персональный палач. Комната была комнатой. Ну, хоть сегодня без понтов. И то хорошо. Я не стал тянуть кота за бантик, просто разделся и уселся на постель. Всё равно заставит снять шмотки, так к чему устраивать стриптиз? Таш зашёл в комнату и уставился на меня. - Лихо ты, – в голосе сквозило раздражение. - Угу... Пофиг! Таш просто повалил меня на постель, стаскивая с себя халат. Его кожа была прохладной из-за шёлка, меня от этого передёрнуло. Таш ничего не говорил, он просто целовал мою шею, а я смирно лежал и смотрел в сторону. Не хотел встречаться с ним взглядом. Тело – предатель, отвечало на прикосновения, но разум не мог с ними смириться. Мне было противно, неприятно, кошмарно. Таш лизал мою грудь с каким-то тихим упоением, и от этого было ещё хуже. К чему эти нежности? Я не баба, чтобы меня холить и лелеять. Не надо этого. Но Таш гладил меня, ладонями водя по коже тела, зажигая касаниями кровь. Дыхание сбилось и у него, и у меня. Как же противно! Губами по соску, пришлось сжать простынь в руках, чтобы не вцепиться в его волосы. Я не знал, чего я действительно хотел. Меня раздирали противоречивые чувства и ощущения. Хотелось одновременно и оттолкнуть его, и прижать к себе сильнее. И вот какое из этих ощущений было доминирующим - я не понимал. Я терялся сам в себе, утопал в липком тумане самообмана. Всё тело тянуло и жгло. Язык Таша прошёлся по моему возбуждению, чёртов член вдруг возжелал прикинуться столбом. Я чувствовал, как он пульсирует, как желание копится внутри. Но не мог, не мог смириться с мыслью, что это Таш! Что я просто плачу ему телом, откупаясь от посягательств на сестру. Как же мерзко. Вчера было проще. Вчера был пьяный угар и глупые издёвки. Вчера мне казалось, что всё это шутка, хотя я понимал, что это не так. А сегодня… Меня словно перемкнуло, и я понял, в полной мере осознал, на что я подписался. Таш выжидающе смотрел на меня, но я не мог встретить его взгляд достойно. Пришлось закусить губу, чтобы не вырвался позорный всхлип. - Достал уже! – прошипел он. Таш резко развёл мои ноги в стороны и, слабо облизав пальцы, ввёл их в меня. Сразу два. Как-то запальчиво и возмущённо. Меня всего дёрнуло болью. Почти закричал, но прикусил язык. Я не слабак, и не должен таким быть хотя бы в его глазах, а уж с собой я потом сам разберусь. Таш маниакально двигал во мне пальцами и глухо пыхтел. Я чувствовал, как он сжимает и разжимает фаланги, как пальцы ощупывают меня изнутри. Он просто сатанел. Но от чего? Что ему от меня было нужно? Ведь тело и так его!! Я ощущал зверский стыд на грани умопомрачения и дикое замешательство. Боль никак не проходила, она была тупой и тянущей. Какой-то фоновой, далёкой. Тело отторгало вторжение, но Таш не сдавался. Мой член обмяк, и Ташу это не нравилось. Краем глаза я видел, как он смотрит на меня, так, словно придушить готов. Ладно, хоть опять не требует, чтобы я его взял, я бы просто не смог. Не моё это, просто не моё. До хрипоты хочу кричать, что НЕ МОЁ!!! Но не позволю себе эту слабость. А пальцы всё сильнее терзали мой анус, ощущения были далеки от классических: «Вау!», «Фантастика!», «Ещё!». Я просто лежал и зажимался, как мог. Пытался гнать от себя плохие мысли. Просто тупо терпел. Таш резко выдохнул и с силой вонзил в меня свою конечность. Снова боль, но за ней какие-то проблески удовольствия. Организм озарило яркой вспышкой, и спину выгнуло дугой. Таш хмыкнул, добился своего, сука! Теперь он стал меня терзать только под этим углом. Член снова налился кровью, и от этого становилось ещё омерзительнее. Тело снова желало этого взбалмошного парня, а разум всё так же ненавидел то, что тот делал. Меня немного трясло, я зажмурился и никак не мог распахнуть глаз. Больно, трудно, невыносимо. Я был словно осквернён. Гадство! - Я покажу тебе, как надо… - прошептал Таш, дыхание сбилось. Его пальцы покинули меня, и тут же вошёл, ворвался словно вихрь, его член. Снова боль. Теперь я хрипел. Сипел в голос. Но Таш сразу же стал входить под нужным углом, посылая импульсы по телу. Он лёг на меня и стал сильно толкаться, глубоко и резко. Казалось, он меня сейчас пополам порвёт, но всё равно было приятно. Тело тянулось к нему. Оно хотело Таша. А я лежал, спрятав лицо в изгибе локтя, и подло скрывал обжигающие кожу слёзы, что лились потоком из уголков глаз. Тихие, горькие слезинки. Они смывали мою гордость, унося её с собой, и впитывались в наволочку на подушке Таша. Мерзко, как же мне противно от самого себя. Просто пиздец какой-то. Таш мерно раскачивался, стонал и двигался хаотично. Рваный ритм ему очень нравился, это было заметно по тому, как усердно он вновь вылизывал кожу моей шеи. Наверное, останутся следы, устало думал я, но мне было всё равно. Меня рвало на части. Я не знал, что мне думать и как себя чувствовать. А он всё двигался и двигался, наращивая темп. А я просто лежал, почти не дыша, и пытался понять, почему телу так хорошо. Почему за болью пришло разочаровывающее и разъедающее душу наслаждение? Почему мне хочется стонать?! Но из горла вырываются лишь грубые всхлипы и вздохи. Когда же это закончится? Таш сильнее сжал руками мои бёдра и жёстче толкнулся в меня. Внутри словно бомба взорвалась. Так было здорово. Но и сердце меня предало, оно затянулось дымкой боли и сильно стукнулось о грудь. Я чуть не закричал от омерзения. Таш кончал в меня. Он так стонал. Так рычал. Его дыхание опаляло кожу и капельки пота падали на мою грудь. Мне бы восхититься им, но я не мог. Не мог себя заставить даже посмотреть на него. Слёзы так и жгли глаза. Губа уже давно была прокушена в кровь. А внутри всё хлюпало, он продолжал изливаться в меня. Вот только мне кончать совсем не хотелось. Член так и истекал смазкой, прося пощады. Таш прикоснулся к нему. - Не надо, – вышло глухо и хрипло. Пришлось прокашляться. – Я не хочу… Оставь меня. Ты получил то, чего хотел. - Я. ХОЧУ!!! – грубо сказал Таш и стал мне надрачивать, внимательно следя за моей реакцией. - Нет… Таш… Я осмелился посмотреть на него. Парень был холоден, как лёд, его взгляд кололся. А я… Я тупо плакал, и уже не было сил скрывать свои слёзы. Его рука двигалась всё живее, отдаваясь яркими всполохами экстаза внутри, бёдра дрожали, желая податься вперёд в погоне за наслаждением. Но я не мог. Я словно камень лежал перед ним и трясся, будто промерз до костей. Сильнее и сильнее, быстрее и быстрее, и я излился, выгибаясь и круче разводя ноги в стороны. Какой же острый оргазм. Стоило только всплеску эмоций, которых я почти не помню, меня отпустить, как я свернулся в позу эмбриона и вновь погрузился в жалость к самому себе. - Уходи. Одно словно, а вывернуло меня наизнанку. Быстро собрался и ушёл. Я даже не помню, как вернулся домой, как разделся и как залез в душ. И только тут я дал волю слезам, оттирая себя губкой, почти сдирая кожу, чтобы избавиться от ЕГО запаха. Чтобы кожа забыла ЕГО прикосновения. Чтобы предательская дрожь восторга сменилась болью от красноты и припухлости кожного покрова. Я хотел забыть всё произошедшее, как страшный сон. Но не мог! Просто не мог. Его голос так и звучал у меня в голове. Те моменты, когда он так ярко стонал. Кожа не могла стереть с себя ощущения его касаний. Его языка, его пальцев, члена… Я ненавижу себя!!! Слёзы смешивались с влагой душа, а я давился рыданиями, прикусывая кулак, чтобы не выть в голос. Я не хотел пугать Солу. Меня трясло и дробило в осколки. Как я докатился до этого? Почему именно я? ПОЧЕМУ??! Уснул без задних ног. В универе всё, как обычно. Друг пытался мне что-то рассказать, но я так и не услышал, что именно. Его голос будто проходил сквозь меня, отражаясь лёгкой вибрацией раздражения внутри. Я хотел одиночества. Мне нужно было утешение. И найти я его должен был в самом себе. Стены родного универа казались мне чужими. Или это я был чужим для них? Внутри всё сжималось до точки, которая разрасталась чем-то чёрным и холодным, засасывая душу внутрь. Лекции я не писал. Просто был не в состоянии. А когда на перемене увидел Таша, я весь побледнел и чуть не хлопнулся на пол, потому что ноги подогнулись. Я только сейчас ощутил, как сильно у меня болит зад и как ломит поясницу. Таш меня не заметил, он с кем-то болтал. Я даже не понял, кто это был, девушка или парень, в глазах всё плыло. Воды, мне надо попить воды. Вечером снова пришла смс, и я снова пошёл к Ташу. И следующим вечером тоже. И так четыре дня подряд. Я потерялся между реальностью и сном. Всё казалось каким-то ненастоящим. Не просто ад, а тупые мучения, душевные терзания. Он был отвратительно холоден со мной. Хотя, чего я ожидал? Я и сам не стремился идти ему навстречу. А оно ему надо? А мне? Вот и я не знаю ответов на эти вопросы. С каждым днём я всё больше походил на призрака. Сола переживала за меня, даже Рина ужаснулась, случайно встретившись со мной в кафе универа. А я что? А я ничего! Просто был пустой оболочкой, которую пользуют. Сопротивляться я не хотел. Не было сил. Приводить себя в порядок тоже. Я просто хотел забыть, что умею дышать. И всё! Снова вечер. Снова смс. Снова пешая дорога. Дверь. Коридор. Комната. Я голый. Смотрю в потолок. - Эй… - голос Таша. Сегодня он весел, и он одет. На нём чёрные брюки и прозрачная рубашка с коротким рукавом. Волосы уложены. Весь из себя такой мачо. Ублюдок! Поворачиваю голову и смотрю на него пустым взглядом. - Я так больше не могу… - грустно улыбаясь, говорит он и ложится на меня сверху. Осторожно, даже как-то бережно. Его губы горячие, они ожигают меня и настойчиво требуют приоткрыть рот. Подчиняюсь, резко выдыхая от волны жара, прошедшей по телу. Странно всё как-то. Таш такой нежный... Резвый язычок ныряет промеж моих губ и требует ответа в поцелуе. А я теряюсь в ощущениях. Они накрывают меня валом, заставляя бабочек вспорхнуть внизу живота. Он стонет и я чувствую, как что-то скользит по языку, гортани и проваливается в желудок. Его руки с силой пробегают по моему телу, и я уверен, что он почувствовал подушечками пальцев каждую мою мурашку, что возникла на моей коже благодаря ему. Ошалело смотрю на Таша, а он отрывается от меня и тихо смеётся. Мягким, нежным смехом. И тут меня пробрал холод. Мерзкий такой холод. Он забрался под кожу и стал лизать мышцы, сковывая нервной дрожью. - Ч-что это было? – голос не слушается. - Виагра, зайка, виагра. Ну что, сегодня тебе будет классно! – Таш пошло облизнулся, сверкая глазами. Он встал с постели и посмотрел на меня сверху вниз, проводя рукой по волосам. Пиздец, кажется, я крупно попал! _______________________________________________________________________________________________ От Автора: Глава получилась какой-то в стиле: "Отцы и дети". ))) Просто хотелось показать, что не только Пух любит Солу, но и она его! ))) Надеюсь, получилось)))) Послушайте: blank jones and delerium and rani - fallen У Автора плохое настроение!!! УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, ПОКА ЧТО ПРЕДУПРЕЖДАЮ ПО-ХОРОШЕМУ: ХАРЭ ПИСАТЬ НЕПОТРЕБСТВА И КОШМАРИТЬ МОЮ БЕТУ! ОНА НЕ МАШИНА, НО И ОНИ ОШИБАЮТСЯ! ПРОШУ УЧЕСТЬ, ЧТО ЕСТЬ ТАКАЯ ФИГНЯ, КАК ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР! ТОТ ФАКТ, ЧТО БЕТА ПРОПУСТИЛА ОДНУ-ДВЕ ОШИБКИ ЗА ВЕСЬ ТЕКСТ, НЕ ДАЁТ ВАМ ПРАВА ОСКОРБЛЯТЬ ЕЁ ЛИЧНОСТЬ, КАК ЧЕЛОВЕКА И ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ НАВЫКИ! НЕ НУЖНО САМОУТВЕРЖДАТЬСЯ И ТЕШИТЬ СВОЁ САМОЛЮБИЕ ЗА СЧЁТ ДРУГИХ ЛЮДЕЙ! ЭТО НИЗКО!!! От Беты: Воу-воу, Бета в шоке. Ах да, мою любимую Люми не троньте! А то покусаю! Сильно, до болевого шока и летального исхода. Пожалуйста, язвительные особы, которым яд девать некуда: сцеживайте его в колбочки, авось в медицинских целях вам поможет! Когда обиженные и оскорблённые решат объединиться в коалицию и отомстить за потраченные из-за вас нервы!))))))))