В плену у бога

Локи натянуто рассмеялся, расплескивая чай по сторонам. Снег темнел и плавился под горячими каплями. - Влюбился? – бог обмана зажал рот рукой и перевел взгляд на горизонт: стык темно-серой полоски леса и светло-серой неба. Трандуил ничего не ответил, очевидно сочтя свое суждение преждевременным и необоснованным. Однако Локи, изо всех сил улыбаясь, с трудом сохранял спокойствие. Влюбился? Возможно ли? Эта мысль прежде не приходила к нему в голову, но выглядела сейчас такой реальной, что напугала бога. Что если да? Если эта странная тяга к эльфу объясняется банальной влюбленностью? Вообще, похоже на то: ему хочется, чтобы Трандуил всегда был рядом, нравится смотреть на него, приятно к нему прикасаться… Но все это более чем странно! Прежде Локи не влюблялся. Он делил ложе только с женщинами, и то это было давно. А Трандуил мужчина… очень привлекательный мужчина. Локи почувствовал, как от волнения кровь хлынула к лицу и закружилась голова. «Так, нужно срочно брать себя в руки!» Локи, испытывая застенчивость, стрельнул глазами в эльфа с покрасневшим носом, устремившего свои мысли в вечность. То, что он устремил мысли в вечность, было видно по остекленевшему взгляду и чуть нахмуренным бровям, между которыми залегла одна, но очень уж очаровательная морщинка. Бог обмана не доел свой пирог и сунул его в карман, а из другого вынул цифровой фотоаппарат. Фотографии – отличная штука. Об этом Локи узнал, когда они с Тором сражались в Музее Фотографии в Венеции. С фотоаппаратом тебе не нужны художник и несколько недель его кропотливой работы, чтобы обзавестись портретом. К тому же, пользоваться этой штуковиной оказалось куда проще, чем представилось в первый момент. - Пусичка! – окликнул Локи Трандуила, поставив палец на кнопку. Трандуил с трудом вырвался из плена собственных размышлений и обратил на Локи свой рассеянный взор. Тихий щелчок, вспышка, и растерянное выражение лица эльфа зафиксировалось на дисплее. Локи почувствовал, как что-то сладко заворочалось в груди. - О, как это мило! – протянул он. - Ты уже на свое имя откликаешься! Трандуил помрачнел так же быстро и основательно, как Фригг, когда ей доносили о новой шалости ее сына. - Трандуил. – произнес эльф, как отрезал, и снова отвернулся к лесу. Локи еще раз щелкнул своего пленника. Тот странно дернулся и медленно обернулся, сжав губы в тонкую полоску. - Что. Ты. Делаешь. Локи, довольный тем, что привлек-таки внимание Лесного Царя, перевел фотоаппарат с одного режима на другой - и продемонстрировал Трандуилу его же портрет, где на белом фоне, словно факел, горели замерзшие щеки и нос. Трандуил поначалу не понял, что именно суют ему в лицо, но вскоре его взгляд сфокусировался, и в глазах эльфа возник острый интерес. Уголок рта дрогнул в чем-то похожем на попытку улыбнуться, и рука Трандуила потянулась к чудо-прибору, но Локи отнял его. - Никогда прежде не сталкивался с подобной магией, - Трандуил, словно завороженный, не мог оторвать взгляд от фотоаппарата. Локи поиграл бровями: - На такое способен только я, - бог игриво прищурился и кивнул. - А можешь еще один портрет сделать? – с надеждой спросил Царь Лихолесья. Дунул ветер и унес целлофановую упаковку из-под пирога. Трандуил подскочил с места, словно у него украли драгоценность, и поспешил поймать пакетик. Локи сфотографировал Трандуила, склонившегося за целлофаном. Сцена показалась богу забавной, он хихикнул. - Следишь за экологией? Трандуил поднял со снега пакетик с крошками и с умным видом, задрав повыше нос, донес его до урны. - Лесу ни к чему этот мусор, - Царь Лихолесья отряхнул ладошки и уперся кулаками в бока, - если мы будем вредить лесу, он начнет вредить нам. Локи не удержался, чтобы не сфотографировать эту пафосную, полную назидания и томности, фигуру Трандуила. - А теперь приложи запястье ко лбу и развернись в пол-оборота, - увлеченно прокомментировал Локи, глядя на защитника природы сквозь экран цифровика. Трандуил изменился в лице, вспомнив про странную магию. - Ты делаешь еще портрет? – в глазах эльфа зажглось настоящее пламя. Локи приблизился на шаг и снова щелкнул владыку Лихолесья. - А ты как думаешь? Трандуил вдруг, к полному удивлению Локи, кокетливо опустил ресницы и, встав, как было велено, в пол-оборота, слегка откинул голову назад, демонстрируя бледную длинную шею и немного выгибаясь. Сердце Локи пропустило удар. Он с трудом заставил себя перевести взгляд с настоящего Трандуила на того, что отображался на дисплее. - Ты прекрасен… - прошептал он, делая снимок и совершенно не отдавая себе отчета в том, что говорит. Человек не услышал бы этого шепота, но Трандуил человеком и не был. Он, что еще сильнее поразило бога, в ответ на комплимент широко улыбнулся и стрельнул смущенным взглядом в обескураженного Локи. - Не выдумывай! – Трандуил встал к камере левым боком и попытался красиво выставить плечо, но одежда ему сильно мешала. Эльф, недовольный данным обстоятельством, внимательно посмотрел на Локи: - А ты можешь дома сделать эти портреты? – в следующую же секунду эльф понял, что именно он сказал, и поспешил поправить себя. – Я имею в виду, не дома, конечно же, а в заточении. Локи рассмеялся: - В заточении? Даже так? А может, все же дома? В ответ Трандуил прожег бога взглядом: - Мой дом – Лихолесье! Локи проигнорировал очередной выпад собеседника и поставил фотоаппарат на таймер. - Быстрей! – бог поместил устройство на столе и, подбежав к Трандуилу, потянул его за собой, - совместное фото! - Не хочу я… - начал эльф, но его никто не стал слушать. Локи притолкал сопротивляющегося пленника к нужному месту и схватил его за щеки, растягивая лицо в улыбке. Трандуил, возмущенный таким обращением, попытался оттолкнуть бога, но тот вцепился в него мертвой хваткой. Эльф навалился на Локи, тот попятился, но нога поехала по обледенелому булыжнику, и оба они, Локи и Трандуил, со всего размаха упали в снег. В этот самый миг сработала вспышка, и бог обмана радостно провозгласил: - Готово! Трандуил радости своего спутника не разделял. Он продолжал толкаться даже сейчас, разгневанный и оскорбленный. - Да как ты вообще смеешь, нечестивец?! Локи попытался оторвать ладонь Трандуила от своего лица, но та словно прилипла. - Нечестивец? Я? – пробубнил Локи настолько четко, насколько позволили зажатый рот и свернутый на бок нос. - Ты! – выплюнул эльф. – Это ты забрал меня из дома, притащил в этот лес, и позволяешь себе все мыслимое и немыслимое! Локи зарычал от негодования и с трудом перекатился, подмяв Трандуила под себя. - Да разве плохо гуляем??? - Плохо! – рявкнул Трандуил, перекатываясь снова и вцепившись в Локи обеими руками. - Да я же тебе очки купил, неблагодарная ты личность! – возмутился бог, перекатываясь опять, но на этот раз ровной поверхности под сцепившимися противниками не оказалось, и они с криком покатились со склона к озеру. *** Вода была теплой, но ноги замерзли так, что она казалась им кипятком. Ступни горели и чесались, из носа чуть ли не капало, и Трандуил шмыгнул. - Вот, держи, - Локи присел рядом на кровать и протянул Трандуилу кружку с нарисованными на ней вишнями, - чай с малиновым вареньем, очень горячий, пей маленькими глотками. Трандуил принял ароматный напиток с благодарностью и наморщил нос – он чесался. Переложил кружку в левую руку, а правой принялся тереть лицо, но в носу сильно защекотало, и эльф чихнул. - Будь здоров, Пусичка! – Локи энергично поводил ладонью по спине Трандуила и пробормотал себе под нос: - Какой милый, когда чихает… Эльфу пришлось приложить немалые усилия, чтобы поднести кружку к губам: мышцы рук были так перенапряжены, что отказывались работать. Трандуил поводил ногами в тазу, разгоняя воду. Локи склонился к тазику и поправил покрывало, которым был укрыт эльф, вынув намокший край шерстяной ткани из воды. - Мне плохо… - простонал Трандуил, ощущая, как горячий напиток обжигает все его нутро. Болело тело в целом, болели самые неожиданные места, даже те, где не должно было быть мышц. Так же измотан он бывал только после сражений. Хотелось ныть и жаловаться, но приходилось держать себя в руках. Еще хотелось упасть на свое пуховое ложе, и чтобы наложник разминал его утомленную спину. Рука Локи еле ощутимо легла на макушку Лесного Царя, от чего тот вздрогнул. Бог ласково огладил волосы пленника. Трандуил было хотел огрызнуться, но поймал себя на том, что это прикосновение ему нравится, и продолжил пить чай. - Извини, что так вымотал тебя… - тихо произнес Локи, который, к слову, выглядел бодрым и свежим. С подоконника спрыгнул Доктор и широко зевнул. Трандуил проследил взглядом за тем, как он медленно прошел к столу и обтерся об него своим гладким боком. Хвост кота торчал к потолку и немного извивался, когда тот подходил ближе. Доктор запрыгнул к Локи на колени и с прищуром золотых глаз посмотрел на Трандуила. - Ты ему нравишься, - констатировал Локи, и эльф не понял, с чего это тот так решил. Нравится ли он коту, было неясно; ясно было, что кот нравится ему. Трандуил обожал зверей, а кошек тем более. Они всегда вызывали у него невыразимое обожание, такое, что из сурового правителя он вмиг становился ребенком и был готов сюсюкаться и дразниться, повторяя звериные повадки. Доктор сел и тщательно вылизал свой бок, после чего поставил Локи на грудь свои лапы, выгнулся и принялся точить о кофту, а также о кожу своего хозяина когти. - Эй, перестань, - возмутился бог обмана, стряхивая наглое создание на пол, - мне, вообще-то, неприятно. Кот мягко спрыгнул и недовольно мяукнул. Трандуил поставил стакан на паркет и приветливо протянул руки в сторону Доктора. - Ису-ису-ису-ису! – позвал эльф, глядя на животное с теплотой. Локи вскинул брови. - Ису-ису? – переспросил он с улыбкой. Трандуил бросил в сторону бога хмурый взгляд. - А что? Доктор прохаживался по одной и той же заданной траектории, где-то сантиметрах в пяти от пальцев эльфа. Локи коротко пожал плечами. - Что за «ису»? Трандуил хмыкнул. - Я зову его, чтобы подошел. - Вот здорово! – Локи довольно обернулся к Доктору: - Ису! – позвал он, - Ису-ису! Кот сел. Посмотрел сначала на Локи, потом на Трандуила и принялся мыться. Тут бог обмана не выдержал и схватил кота на руки. Доктор недовольно заорал. - А в твоем мире как зовут кошек? – заинтересовался Трандуил. Локи сунул Доктора в руки эльфу: - Миса-миса. Эльф с нежностью погладил черношерстного красавца. - Ми-иса, - протянул Трандуил. Кот пару раз уткнулся мокрым носом в ладонь Лесного Царя и свернулся клубком на его коленях, а через несколько поглаживаний комнату наполнило громкое урчание. - Так, значит, ты все же умеешь быть нежным, просто не хочешь быть таковым со мной, да? – ревниво со свойственной ему вспыльчивостью спросил Локи. – И чем я хуже? Трандуил решил, что бог над ним издевается. - Этот кот не брал меня в плен! – пораженно выдохнул Лесной Царь, не зная, можно верить словам Локи или нет, и указывая на Доктора ладонью. - А так? Почешешь мне за ушком? – Локи опустился на пол на колени и устремил на Трандуила взгляд голодного щенка. Но не это было тем, что заставило Лесного Царя оторопеть. У Локи на голове красовалось два черных кошачьих уха. Бог сложил руки на коленях эльфа, а из-за его спины показался длиннющий извивающийся хвост. Трандуил одновременно был и обескуражен, и умилен. Хотелось засмеяться и потрепать этого глупого бога по голове. Но Трандуил смог удержать себя в руках и не подать вида, что Локи с кошачьими ушками ему приглянулся. - Вода остывает, пора ложиться спать, - вот и все, что он сказал. И почему-то тут же пожалел, что сказал именно это. Потому что атмосфера чего-то очень приятного, чего прежде еще не было между ними, в мгновение ока была разрушена. Локи рассеял иллюзию и встал с кровати, выглядя при этом то ли расстроено, то ли разочарованно. - Слуги приготовили тебе комнату, это моя, ты больше не спишь здесь, - произнес бог и дважды хлопнул в ладоши. Появились женщины и принялись суетиться вокруг Трандуила, а он все смотрел на Локи, думая, что ему ничего не стоило потрепать того за ухом. *** Локи открыл увесистую крышку сундука и извлек из нее деревянную корону Трандуила. Странная, однако, вещица. Локи повертел ее в руках и так, и так, перевернул вверх ногами, и из нее выпал рябиновый лист. Локи напуганно подхватил его на лету и попытался пристроить обратно, но ничего не вышло. - Господин, господин! – радостный крик послышался откуда-то издалека, еще из коридора. Локи поскоблил ногтем одну из веток короны. «Почему она носится задом наперед? Может, он неправильно ее надевает?» Бог обмана закрыл крышку сундука и взял в свободную руку фотоаппарат с полки. Направился к большому напольному зеркалу возле окна, но не дошел – в комнату ворвался Хьеби, огромный белобрысый парень, наверняка способный полдня бежать в горку с лошадью на плечах. - Нашли! Локи вопросительно поднял одну бровь. - Господин! Оленя его нашли! То есть лося! Локи расплылся в улыбке. - Прекрасно! Просто замечательно! И где он? Хьеби замялся, подступая ближе на пару шагов. - Он у эльфов, как бы… - У эльфов? Хм… - Локи не подумал о таком варианте и задумался на пару мгновений. – Заберите его у них. Его ждет Пусичка. - Будет сделано, - кивнул Хьеби и, развернувшись, быстрым шагом направился обратно. Локи сделал пару шагов до зеркала и надел на голову корону. Получилось не с первого раза, да и оказалась она довольно тяжелой. Но что душой кривить? Она ему шла. Эта смешная корона выглядела на нем по-царски, даже по-божески, если можно так сказать. Во-первых, этот эльфийский головной убор был изящен, во-вторых, визуально делал выше, а в-третьих, Локи просто был хорош собой, и знал это. Бог обмана создал иллюзию Трандуила возле себя. Царь Лихолесья склонил колени и раболепно произнес: - Ты прекрасен, как рассвет! Иллюзия оказалось слишком неправдоподобной и, к тому же, видеть эльфа подчинившимся Локи не понравилось, и он уничтожил мираж. - Что ж… - Локи перевел положение кнопки включения фотоаппарата с «off» на «on», - покажи мне страсть, детка! Бог обмана сделал двенадцать снимков и остался ими доволен. От души повертевшись перед собственным отражением, Локи решил проведать Трандуила: возможно, тот уже проснулся. Цифровик сунул в карман, а корону вернул в сундук под ключ. Мало ли что? Когда Локи поворачивал ручку на двери в комнату Трандуила, он ожидал разного: что эльфа там нет, что он еще спит, или что сидит, скрестив руки на груди, в упор с презрением глядя на входящего, или, например, разрезает ножницами покрывало – что угодно! Только не это. Трандуил не заметил, что дверь открылась, и продолжил делать то, что делал. Эльф в своих новых черных стрингах и в розовых пластмассовых очках стоял перед зеркалом и накручивал на себя цветные - зеленые, малиновые и желтые - бусы. Локи не знал, хотел ли он видеть это. Правильнее всего было бы тихонько отступить и аккуратно прикрыть за собой дверь, ну или хотя бы кашлянуть, чтобы Трандуил его заметил; но Локи, словно врос в пол и во все глаза смотрел на обнаженного эльфа. Трандуил тем временем снял очки и примерил их на голову, обернулся к зеркалу спиной и устремил свой взгляд на собственное мягкое место в обновке. Длинные волосы эльфа закрывали его спину от любопытного взгляда Локи, и Трандуил, словно заметив это, перекинул их через плечо на грудь. Локи вдруг разозлился на себя. Стоять и пялиться на Трандуила было… как-то ненормально! «Но его тело такое привлекательное!» - пронеслось в голове бога, и он больно закусил губу, чтобы вытеснить назойливую мысль. Однако было уже поздно: в груди зародилось волнение, сердце стало биться чаще, Локи осознал, что Трандуил нравится ему как мужчина. «Он же такой нелепый!» - возразил Локи сам себе, и снова же сам себе ответил: «И в этом его шарм». Пока Локи оживленно спорил сам с собой, Трандуил забрал волосы в высокий хвост и, не отрываясь от собственного отражения, задумчиво протянул: - Долго еще будешь там стоять? Сделай-ка лучше мой портрет, вот такой. Есть чем закрепить волосы? Локи к собственному негодованию залился краской. Ужасно! С ним такого не происходило с тех самых пор, как Тор рассказал всем, что Локи играет в девчоночьи куклы. Пытаясь совладать с собой, Локи достал из кармана цифровик. Трандуил беззастенчиво прошелся от зеркала к тумбе и медленно и демонстративно натянул короткие - до запястья - перчатки из тонкой кожи. - Мне бы еще новые сапожки, - мечтательно пропел эльф и обнял себя за плечи. - Уже можешь делать портрет. Локи опомнился, что это Трандуил у него в плену, а не он у Трандуила, и засунул цифровик обратно в карман. Бог напустил на себя суровости и серьезно произнес: - Я не собираюсь тебя фотографировать. Пусичка, мы идем смотреть твоего Алёшу, или как его там? Трандуил в мгновение ока сбросил маску фривольности, и глаза его зажглись неподдельным счастьем. - Аль’эш! – Выдохнул он. *** Заснеженный сад был так бел, что у Трандуила слезились глаза. Эльф даже не испытал негодования, когда Локи связал их золотой цепью, потому что сейчас Царь Лихолесья шел на встречу с дорогим ему существом. Сугробы хрустели под ногами, Локи что-то тихо напевал и посмеивался, а Трандуил не мог сдержать волнения. Вдруг вдалеке, между черных искривленных стволов яблонь показалось какое-то шевеление. Эльф перешел на бег. Это был он, Аль’эш, и выглядел вполне здоровым. Кажется, с ним все в порядке, но утверждать это пока было слишком рано. Когда до лося оставалось каких-то метров семь, Локи остановил Трандуила за плечо. - Приближаться дальше нельзя. Трандуил был так рад долгожданному воссоединению, что не сразу понял, что именно Локи говорит ему. Улыбка медленно сползла с лица эльфа. - Что? Почему? Бог обмана поджал губы и устремил загадочный взгляд куда-то вдаль. - Будет можно. Но не сейчас. Трандуил вытянулся струной и напрягся. Было очевидно, что эльфу не хватает слов всех известных ему языков, чтобы высказать, насколько глубоко он оскорблен. Трандуил шумно выдохнул и с горечью, смешанной с гневом, ударил снег ногой. Еще полминуты в морозном воздухе висело молчание, после чего эльф раздосадованно воскликнул: - Да почему же я даже лося своего погладить не могу? Хотя вот он! Рядом! Локи был странно серьезен, не похоже на него. - Подожди еще немного. Трандуил покачал головой, демонстрируя глубокое расстройство. Когда эльф вернулся в дом, он сел в кресло в своей новой комнате и окинул ее страдальческим взглядом. По сравнению с его царственными залами в Лихолесье, эта комнатушка – крестьянская изба. У Локи и то было лучше. Здесь кровать меньше, ткань штор такая мерзкая, что Трандуил не посоветовал бы ей и полы мыть. Стулья старенькие, свет тусклый, и пахнет затхлостью – одним словом, ничего хорошего. Эльф был уверен, что вот-вот воссоединится с Аль’эшем, но этого не произошло, и это опустило Трандуила на самое дно бездны душевных терзаний. Тоска по дому обострилась, и эльф тихонько замычал заунывный напев грустной песни. Мысли поплыли куда-то в сторону Лихолесья, Царь закрыл глаза и представил, что все это лишь дурной сон. Постепенно мелодия перестала быть только мелодией, и Трандуил принялся напевать слова. - Тяжек мой груз, что ни спеть, ни сказать, Долог мой плен, как беззвездная ночь. Безнадежно пою я о том, что помочь Мне может лишь тот, кого не сыскать. *** Трандуил находился в своей комнате и пел так трогательно и трагично, что у Локи разрывалось сердце от тоски и сострадания. Он стоял в коридоре, прислонившись спиной к двери в комнату эльфа, и думал над тем, правильно ли он сделал, что пленил это гордое и величественное создание. Ведь он мог сделать его своим гостем, другом, любовником, а сделал пленником. Иногда Локи жалел о поспешных решениях. Как сейчас. Трандуил обладал сильным красивым голосом, приятным тембром, мягким звучанием; слушать его пение было так же приятно, как погружаться в теплую воду. Но дело не только в голосе. Сам напев был так печален, что не требовалось слов, чтобы понять – это песня грусти. Однако слова здесь были. И речь в песне шла о плене. Трандуил действительно томится здесь, необходимо что-то срочно предпринять, чтобы эльфу стало хорошо, чтобы он забыл на время о доме, чтобы не хотел покинуть Локи. Почему Трандуил так подавлен? Ведь Локи показал ему лося. Разве тот не должен был испытать благодарность? Он бы с радостью дал эльфу подойти ближе, но все дело в том, что Аль’эш еще не нашелся, а видел Трандуил не что иное, как иллюзию. Вчера во время лыжной прогулки Трандуил в подробностях расписал Локи свое животное, и бог обмана вспомнил, что видел что-то подобное в лесу в день их первой встречи. Пришлось основательно порыться в собственной памяти, чтобы выудить из нее облик лося. Так вот Локи старался ради Трандуила, а тот в уплату сидит в комнате, словно изгнанник, и поет грустные песни: - Был я пленен на чужом берегу, Сын гордых ветров униженье испил. В неволе и дом, и отца позабыл, Но только тебя позабыть не могу. Локи тяжело вздохнул. В этот день он так и не придумал, чем развлечь Трандуила. Зато на следующее утро ответ сам бросился в глаза: на полке возле кровати лежал черный лак для ногтей. - Транди – Пусичка! – Локи с радостным криком ворвался в комнату Трандуила в тот момент, когда эльф что-то рисовал в тетради ручкой. Завидев бога обмана, Трандуил поспешно спрятал тетрадь под подушку. - Сейчас я сделаю тебе массаж и прическу, как ты и хотел! А еще покрасим ногти! - Что-то у меня нет настроения… - Трандуил знакомым движением вскинул подбородок и опустил ресницы. Локи, проигнорировав поведение своего пленника, плюхнулся на кровать рядом и бросил на покрывало лаки и расческу с резинками. - Давай сюда свои пальчики, - бог обмана похлопал ладонью себе по коленке, призывая Трандуила положить туда руку. Трандуил продолжал молчать, пренебрежительно оглядывая комнату. - Ла-адно, - протянул Локи, - а что у нас тут? – и вытащил из-под подушки тетрадь. Трандуил лениво перевел на нее взгляд и, поняв, что именно держит бог в руках, подскочил на ноги: - Нет! Но было уже поздно. Глаза Локи жадно впились в искусно созданный портрет некого молодого эльфа. Тонкие короткие штрихи создавали объем, и смотрел молодой человек так выразительно, словно был живым. Трандуил несомненно очень одарен как художник. Локи внимательно разглядывал незнакомого пухленького эльфа, а потом заметил боковым зрением, что автор рисунка замер, ожидая реакции. Локи хихикнул: - Кто эта булочка? М? Трандуил пришел в замешательство. Он открыл рот, но почему-то ничего не произнес. Наконец-то эльф справился с собой и, подняв свои колоссальные брови, спросил: - Булочка? - Булочка, - утвердительно мотнул головой Локи. Трандуил как-то странно побледнел. - Почему булочка? – тихо произнес эльф. Локи, улыбаясь, посмотрел на рисунок и ткнул в него пальцем: - Да у него лицо шире, чем у Тора! Булочка, пышечка, пончик, - принялся перечислять бог обмана, но Трандуил рассерженно вскинул ладонь. - Не смей! Локи не ожидал от пленника такой жесткости и выпятил нижнюю губу, уставившись на него большими грустными глазами. - Почему же? – обиженно протянул он, снова глядя в тетрадь. То, что мордашка остроухого была пухленькой, ясно было с первого взгляда. Что ему не нравится? Трандуил рывком забрал тетрадь из рук Локи и холодно оповестил: - Это мой сын. Локи округлил глаза и присвистнул, не зная, что и сказать. - В маму, наверное… пошел… - выдавил из себя бог, запинаясь. Трандуил приложил кончики пальцев к вискам и негодующе покачал головой, закрыв глаза. Локи осторожно потянулся к запястью эльфа: - Транди, смотри, от твоего лака почти ничего не осталось… Трандуил слегка нахмурился, позволяя взять себя за запястье, к удивлению Локи. - Лака? – не понял эльф. Локи, сидя на собственных икрах, уложил ладонь Лесного Царя себе на ногу. Неосознанно, бог вновь залюбовался бледными, изящными, но сильными пальцами пленника. - То, чем были когда-то покрыты твои ногти, - неуверенно произнес Локи. - А, это, - уголки рта Трандуила чуть дрогнули, - смесь вытяжки из нифлиории и разогретой ахди. - Ниф-что-то там и вторая штука, - понимающе кивнул Локи, сломав уши о незнакомые названия; он и имя Пусички учил несколько дней. – Чем мне нравится Мидгард, - Локи осторожно провел подушечками пальцев по тыльной стороне ладони Трандуила, - здесь все проще. Здесь есть такая полезная вещица, как лак. Ты такой купил, помнишь? Бежевый. - Так бы и сказал, - буркнул Трандуил, пытаясь убрать руку, но Локи ее перехватил. - Положи и не дергайся, Транди, - строго приказал бог обмана, - сейчас буду красить. Трандуил засопел и откинул голову назад, что-то неслышно бормоча, но руку не убрал, и Локи, внутренне ликуя, открыл флакончик черного лака.