Жизнь повторится

(POV Чизуру) - Куда вы все смотрите? – громкий голос Ширануи разнёся по всему полигону заставив всех нервно вздрогнуть. -  Мишени стоят совсем недалеко, а вы даже в пятый круг попасть не можете. Бестолочи! Сенсей был не доволен, хотя как не доволен, фиолетовые глаза демона так и пылали яростью. - А ты как оружие держишь? Тебе, Харада, должно быть легче всех! Как швыряют копье? Ты же не в точно мишень целишься, а чуть выше! С оружием должно быть также! И крепче держи, крепче! – продолжал кричать мужчина. Из всех нас Ширануи почему-то особенно сильно невзлюбил Сано, бедному парню каждый раз доставалось больше всех. И как назло именно ему с оружием ладить удавалось хуже всех. - Хейске, не отвлекайся, мишень располагается не у меня на затылке, - не прекращая недовольно сверлить глазами Хараду, отругал сенсей шатена. - У него что, глаза на затылке? – тихонько шепнул мне на ушко Хейске, кинув на раскричавшегося брюнета недовольный взгляд. Мимо него тут же просвистела пуля, заставив Хейске отскочить от меня на пару шагов. - И со слухом у него явно проблем нет, - криво усмехнувшись, дополнил Окита, вставая на освободившееся место. - Эй! Вообще-то тут, я стоял! – возразил Хейске, всегда привыкший быть рядом со мной. - Каору-кун устал от тебя. Теперь я с ним побуду. Да и в мишень свою ты ни разу не попал, – кивком указывая на оную, осадил шатена Окита. - Юкимура, подойди-ка ты ко мне, - перестав сверлить глазами Хараду, позвал меня Ширануи, заработав раздражённый взгляд Соджи. Я же, пожав плечами, направилась к указанному месту. - Так дело не пойдёт! Как можно так ужасно стрелять? – тяжело вздохнув, устало произнес Ширануи, как только я подошла к нему. – А давайте мы с вами заключим сделку?, - растягивая губы  в ухмылке, предложил он. - Какую? – мгновенно оживился Сано, рассчитывая получить оценку на пару баллов выше нынешней. - Все согласны? – уж как-то слишком довольно улыбаясь, спросил нас учитель. Улыбка эта мне напомнила не самый приятный случай с преображением Хиджикаты, после нашего проигрыша в столовой, но недружный и уставший хор голос, выражающий согласие ребят, отодвинул мои сомнения на задний план. В конце то концов, хуже уж точно не станет. Наверное.   (End POV Чизуру) *** (POV Ширануи) Наивность - беда многих воинов. И не важно в каком веке: будь то прошлый или же нынешний. Ведь даже моя предвкушающая улыбка ничего не дала вмиг согласившимся парням. Бестолочи. А мне что? Мне это было только на руку. Выстроив претендентов в линию, я каждому предоставил по оружию, указывая на мишени. И кто сказал, что будет легко? - Ширануи-сан! Да в это же попасть нереально! За грани фантастики! – возмутился Харада, неаккуратно тыча дулом пистолета куда-то вдаль. - Ещё  какие-то вопросы? – с первого раза попав по монетке, подвешенной на ветке, спросил я, наблюдая за кислыми выражениями лиц ребят. Жизнь прекрасна, знаете ли, а особенно, если тебя окружают такие человечки, притягивающие неприятности, словно магнит железо. - Нет, - нестройным хором, пролепетали ребята. - Кто-то ещё хочет присоединиться к счастливчикам? – оборачиваясь к остальной невзрачной толпе учеников, спросил я, получая в ответ синхронное покачивание головами. Эх, скучная жизнь у них будет. - Ну, что ж, слушаем условия. Если вам, посчастливится попасть по указанной мишени, я ставлю вам высший балл, который только могу поставить, но если вы промахнётесь, вы будете должны мне желание и плюс наихудший балл, который я только могу вам поставить. Так что, не передумали? – спросил я, довольно улыбаясь, наперед зная, что никто не передумает. - Вот и прекрасно. Первым у нас будет Сано-кун. Вперёд. Твоя мишень болтается на самой верхней ветке, самая маленькая монетка. Вон там, видишь? – губы, волей не волей, растянулись в широкую ухмылку. Здесь даже гадать не нужно, Харада, который не мог попасть в достаточно большую середину мишени, эту маленькую монетку даже задеть не мог. Но самоуверенный человечишка всё же вышел вперёд, попытать счастья. - Раз, два, три. Выстрел! – громко объявил я, послышался характерный звук, и через секунду моська Харады приобрела самое кислое выражение лица. Я сегодня предчувствую веселенький вечер. Я-то уж позабочусь! - Нагакура вперёд! Цель та же, так как Харада в неё не попал. Эти люди были талантливы, в них был огонь, но качества эти, проявлялись явно не в стрельбе. Как и ожидалось, Нагакура промазал, попав по стволу дерева. - Не плохо, вместо преступника, ты бы стопроцентно лишил жизни  заложника. Сайто, шаг вперёд. Цель та же.   Да, поза ребят была уверенной, спина прямой, но рука, привыкшая держать катану, никак не могла привыкнуть к тяжести огнестрельного оружия. - Близко, но мимо. Вы ребята, убиваете своих заложников с завидным упорством, - продолжил я насмехаться над учениками. Ну а что? Должна же быть учителю хоть какая-то радость от его упорного и нервного труда. Учить кого-то это вам не убивать, тут нервишки нужны. - Окита, вперёд. Та же самая несчастная монетка. Просвистела пуля, а монетка так и осталась висеть на своем месте. - Тодо. То же самое. Мальчик усердно навёл прицел, изначально поступив не правильно. И чем они меня слушают? Естественно шатен промазал, попав по окну чьей-то комнаты. Кажется, я даже знаю по чей…Ха. - Юкимура, хоть ты меня обрадуй! – позвал я последнего спорщика, которую за компанию притащил Хейске. А вот с ней было довольно любопытно. Да, Чизуру решила не привязывать свою память, и события минувших дней для неё забыты. Но тело и кровь должны были помнить хоть что-то! В прошлом, наотрез отказавшись изучать искусство ведения боя катаной, она обучалась у меня стрельбе из оружия. Оставлять её беззащитной было равносильно смерти, а ходить за ней двадцать четыре час в сутки было не возможным. Глубоко вздохнув, девушка уверенно прицелилась, находя нужную монетку на дереве. Внутренний учитель во мне возликовал, и я сдержал порыв обнять Юкимуру, так как по монетке она всё же попала. - Каору! Как у тебя получилось? – хором закричали ребята, потерпевшие неудачу. - Э? Сам не знаю, - смущённо ответила Юкимура, пожимая плечами. - Ребята! А вы ничего не забыли? – спросил я, прерывая фонтан дальнейших расспросов. Внятный ответ Чизуру дать всё равно не сможет. - Да, сенсей. Какое желание вы хотите? (End POV Ширануи) *** (POV Чизуру) Я и сама не поняла, как попала, казалось, тело само знало, как нужно стрелять и целиться. - Юкимура. Не летай в облаках. Держи камеру, видео снимать будешь, - тихонько прошептал Ширануи, пристраиваясь под окном столовой. - Ширануи-сан, а не кажется ли вам, что это слишком? – спросила я, присаживаясь рядом. - Сами виноваты! – приподнимая макушку, ответил мужчина, доставая телефон. – Смотри и снимай. Желание у учителя было действительно странным. Разыграть в столовой перед Хиджикатой сценку «Любви и ненависти». - О Соджи входит, давай! Я переключила всё свое внимание на происходящее внутри светлой столовой, где мирно обедал Хиджиката, предпочитающий есть в одиночестве после того, как Хейске окатил его завтраком пару дней назад. В небольшое уютное помещение, освещённое теплыми лучами солнышка, медленно с ленивой грацией присущей только одному человеку, вплыл Соджи, загадочно сверкая потемневшими зелеными глазами. Палочки, с не донесённым до рта рисовым шариком, упали на пол, в тишине столовой отдавая звонким стуком. Соджи, тем временем, подавив в зачатке приступ хохота, легким, грациозным движением поправил на себе нежно-розовое женское кимоно, продолжая своё шествие к застывшему в глубоком шоке Хиджикате, так и не прикрывшим рот. Подойдя к мужчине, он обошёл его, кончиками пальцев едва прикасаясь к напряжённой широкой спине. Всегда уверенные глаза заместителя директора от удивления полностью потеряли холодное спокойствие, заменяясь вихрем удивления и тайфуном недопонимания. Соджи удивление мужчины не помешало и, бросив на нас мимолетный хитрый взгляд, продолжил свои уверенные и плавные действия. - Милый, когда ешь, рот нужно закрывать! – томно проговорил Окита, рукой слегка похлопав по подбородку Хиджикаты. Брюнет, испуганно поморгав, закашлялся, подавившись едой. - Ай-яй-яй! Видишь, к чему это привело! – погрозив ему пальчиком, сочувственно прошептал Соджи, наклоняясь ближе к лицу Хиджикаты. - С-соджи! Ты себя плохо чувствуешь? – прокашлявшись, спросил Хиджиката, старясь отодвинуться от Соджи. - Нет, что Вы, Хиджиката-сама, я чувствую себя лучше некуда, - воспользовавшись тем, что мужчина отодвинулся от стола, Окита ловко сел к нему на колени, пальцами вцепившись в широкие плечи. - Да что ты делаешь? – дернувшись назад, уже громче спросил брюнет. – И откуда кимоно взял? Соджи! - Милый! Не кричите, я и так прекрасно Вас слышу. Я всегда буду слушаться только Вас, - не обращая внимания на попытки брюнета высвободиться, Окита положил ему на грудь свою голову. - Как быстро бьется ваше сердце, Хиджиката-сама! – пролепетал он, прикрывая глаза, едва заметно кашлянув. - Вот ты где! Изменщица! – в столовую на этот раз вбежал Шимпачи, одетый, точнее по пояс раздетый. - Я тебя любил! Я тебя на руках носил! – взвизгнув на последнем слове, Шимпачи чуть не заржал, вовремя кашлянув. – А ты? Что дала мне ты? И на кого ты меня променяла! На этого бледнолицего дрыща! «Бледнолицый дрыщ» икнул от удивления, широко раскрыв и рот, и глаза, явно ничего в этой ситуации не понимая. - Не называй его так! – шустро вскочив с колен, возмутился Соджи, едва сдерживая смех. – Он подарил мне настоящую, чистую любовь! - Встань! Мужчина, не должен прятаться за х-хрупкой спиной ж-женщины! Встань и дерись как мужчина, - ловко отодвигая Соджи в сторону, крикнул Шимпачи всё ещё молчавшему Хиджикате. - Может, я сплю? – тихонечко прошептал Хиджиката, ущипнув себя за руку. – Нет, вроде… Нагакура и Соджи активно закашляли, с трудом поддерживая образы. - И ты променяла меня на него! – продолжал сокрушаться Шимпачи. - Кто на кого променял, ещё подумать надо! – в ярко красном кимоно, в столовую стремительно зашёл Харада, держа за руку вырывающегося Хейске. - Ты! – указывая пальцем на застывшего Шимпачи, крикнул Харада. – Оставил меня и свою дочь, ради этой швабры! - Это кто здесь швабра?  - вмешался Соджи, отталкивая Шимпачи от Хиджикаты. - Ты! Курица общипанная! Скажи же дочь хоть что-нибудь! – дёрнул Харада за руку, красного как рак, Хейске. - Нам конец, - пролепетал шатен, не спуская бирюзовых испуганных глаз с Хиджикаты. - Что ты там ляпнула, дочь? – сквозь зубы прошипел Харада. - Моя мать самая прекрасная женщина в мире! И мне жаль, что ей досталось такое ничтожество, как ты отец! – топнул ножкой Хейске. - Мужчина сердца моего останови сие безобразие и защити даму своего сердца! – спрятавшись за спину Хиджикаты, запел стихами Соджи. - Сакэ мне! – в столовую уверенной походкой вошёл Хаджиме, усаживаясь за стол Хиджикаты. Мужчина сердца Соджи, искренне не понимая происходящего, переводил недоумённый взгляд с одного своего ученика на другого, пытаясь разобраться в идиотской ситуации. - Я к кому обратился? – переводя взгляд на Хиджикату, поинтересовался Сайто, держа лицо кирпичиком. – Я скоро катану достану, и разговор уже будет на другом языке! - Соджи! Я вернулся за тобой, и только с тобой я уйду! – топнул ногой Шимпачи. - Я убью эту швабру, если ты с ней пойдешь! – не остался в долгу Харада. - А я отца в речке утоплю, чтобы мать мою больше не мучил! – поддержал «мамочку» Хейске. - Я жду сакэ, мужчина, неси! – продолжал гнуть своё Хаджиме, раздражённо стуча кулаком по столу. - Сделай…ой…те хоть что-нибудь, Хиджиката-сама! Я ведь вам невинность свою подарила! – выдал сногсшибающую фразочку Соджи. Вот тут не сдержался Ширануи, громко засмеявшись. Я, чтобы остаться незамеченной, юркнула в кусты, прекращая съемку. - Х-х-хиджиката-сан, у вас такое лицо было после слов о невинности! – продолжал угорать Ширануи, встав в полный рост. - Что? – хрипло поинтересовался Хиджиката, осмысливая происходящее. - Мы пошутили Хиджиката-сан! – прокричали ребята, со скоростью света испаряясь из столовой, пока до Хиджикаты ничего не дошло. - Ш-И-Р-А-Н-У-И!!! В смеющегося брюнета полетала чашка с недоеденным рисом, разбив окно, она пролетела мимо Кё, упав в кусты и попав мне по макушке. - Хиджиката, видео и фотографии я тебе по почте пришлю! – убегая от греха подальше, крикнул Кё, явно оставшийся довольный выполненным желанием.   Да, вот такой у нас учитель по стрельбе из ружья, с таким точно жить спокойно не будешь.