Жизнь повторится

- Ты чем думал? – крик Хиджикаты раскатом грома прокатился по территории несчастной школы, заставив всех проходивших мимо невольно подскочить и мысленно обрадоваться тому, что не лично испытывает гнев строгого брюнета. Соджи на вопрос мужчины многозначительно промолчал, решив, что его поступок и так красноречивее всех слов и оправданий. Как говорится, вместо тысячи слов. - Ничем! – продолжил односторонний диалог Хиджиката, интуитивно понимая, что ответов на вопросы он не дождётся. Но так брюнет мог хотя бы выпустить всю накопившуюся злость и волнение. - А если бы случилось не поправимое? Тебе голова на плечах и мозги в ней для чего даны? Ради украшения? – не сбавлял обороты Тошидзо, гневно сверкая глазами на шатена, голова которого склонилась вниз под тяжестью вины. Рядом с ним стоял Ширануи, пришитый к этому делу как косвенный соучастник, сама же побледневшая пострадавшая уютно сидела в мягком кресле, вздрагивая после каждого крика. - А ты! Как ты мог такое в школу принести? Здесь же дети! Ты правила для чего читал? Я правила для чего устанавливал? – Хиджиката просто не мог успокоиться, все его естество дрожало в гневе, стоило ему взглянуть на бледную, словно полотно, девушку. Какая-то неизведанная, незнакомая до этого момента сила требовала, чтобы Тошидзо наказал всех виновных и, если понадобится, невиновных тоже. В этот раз злому, словно истинный дьявол, Хиджикате возражать и оправдываться не спешил даже Кё. Последний даже больше всех понимал и принимал груз своей вины. Столько веков неустанно следя за душой этой девчушки, именно сейчас, когда последняя была крайне слаба, он чуть не погубил её. - Я не слышу ваших оправданий! – грозно рыкнул брюнет, выходя из-за стола. Обоих мучеников хватило только на печальные, полные раскаянья взгляды. С минуту сверля провинившихся строгим, обвиняющим взглядом, Тошидзо устало вздохнул. - Хиджиката-сан, а почему вы утаили от нас один довольно интересный факт? – поспешил в атаку Окита, собираясь свести к минимуму последствия своих необдуманных действий. Да, он ошибся, и ошибся достаточно серьезно, но ведь это жизнь, и от ошибок, даже серьезных и непоправимых, никто не застрахован. Шатен, как никто другой, помнил об этом. - Что? – не нашёл что сказать удивлённый Хиджиката, не ожидавший от провинившихся не то, чтобы вопросов, а даже взглядов. Соджи же, приняв это за разрешение, продолжил свою мысль. - Что в школе для мальчиков делает девушка? – прямо спросил Окита, бросив мимолетный взгляд на вмиг притихшую брюнетку. Как говориться: «Не в бровь, а в глаз». Юкимура лишь в очередной раз вздрогнула, но удивляться не стала, в конце концов, своего разоблачения она ждала с первого дня, как ступила на порог этой школы. Рядом стоявший Ширануи тоже не казался смертельно удивлённым или поражённым услышанной новостью до глубины души. Наверное, плохо здесь стало только Хиджикате, которого чуть удар не хватил. А может даже и хватил, так как мужчина, схватившись за сердце, завалился назад и чуть не упал, удержался брюнет только из-за стола, на который сел. Соджи, заметив резкое ухудшение в самочувствии Хиджикаты, даже позабыл про свой вопрос, автоматически подскакивая к брюнету. Детскую привязанность никто не отменял, а Окита, живший долгое время с Тошидзо, искренне верил в то, что брюнет вечен, и никогда не думал о том, что его опекун мог иметь проблемы со здоровьем. Ведь так в нашей жизни было всегда, стоит людям поверить и привыкнуть в непоколебимость и силу своих близких, как начинается отвергаться сама возможность того, что в один ужасный день их может и не стать. - Хиджката-сан! - испуганно выкрикнула Юкимура, бледнея ещё сильнее, хотя казалось куда ещё. Ширануи лишь горько усмехнулся, снова сетуя на слабую природу человека. Брюнет же, стремительно побледневший, лишь отмахнулся от вялых попыток Соджи посадить его в кресло, и устало вздохнул. - За что мне ниспосланы эти наказания! – простонал в ладони Хиджиката, понимая, что проблем на его голову только прибавилось. Мало того, что Соджи разоблачил Чизуру, так ещё и узнал о его небольших проблемах со здоровьем. - Я не буду спрашивать, чем вы накормили Юкимуру-куна, я даже не спрошу, как вы сумели её так быстро вылечить, я даже Кондо-сану об этом инциденте говорить не буду, - решительно начал Хиджиката речь, решив воспользоваться секундным замешательством присутствующих. И не дождавшись ответной реакции на озвученные слова, брюнет продолжил. - Но вы оба будете усиленно, я ещё раз повторяю, усиленно и со всем возможным рвением защищать Юкимуру-куна от подобных или даже приблизительно похожих ситуаций. И, если об этом, хоть кто-нибудь узнает, вы на собственном опыте узнаете, что значит попасть в ад. Я ясно изъясняюсь? Учитель и ученик интенсивно закивали, оба отмечая, что и до этого выполняли эти условия. Ширануи и без предупреждения Тошидзо не собирался разоблачать Чизуру, а Соджи уже и так довольно продолжительное время крутился вокруг Юкимуры. - А теперь с глаз долой! - А? - Юкимуру-куна я сам отнесу. - Но… - решил было возразить Соджи, отойдя от оцепенения. После потери своей сестры, единственного родного человека, он не собирался вновь повторять  горький опыт, но уже на Хиджикате. Ведь как бы сильно и рьяно Соджи не отрицал свою привязанность к строгому брюнету, она, эта привязанность, всё равно была. - Я сказал вон, Соджи, сейчас я не в состоянии ответить на все твои вопросы. И потом тоже не буду, - устало добавил Хиджиката. Поднимая ослабевшее тело Юкимуры, Тошидзо ужаснулся легкости девушки. Её вес был едва ощутим, легкая, как пушинка и бледная, словно первый выпавший снег, она напоминала фарфоровую куколку. Если девушка и пыталась отказаться от помощи Хиджикаты, то в планы последнего такой пункт явно не входил. - Ты и стоять нормально не можешь, давай позвоним твоему брату или отцу… - Хиджиката-сан, всё со мной в порядке будет. Завтра буду как новенький, - слабо улыбнулась девушка, уже полностью вжившаяся в роль парня. Чизуру, откровенно говоря, не понимала обеспокоенности этих людей: чувствовала  она себя превосходно, если не брать во внимание сонливость на грани обморока.   Хиджиката недоверчиво посмотрел на свою ношу, мысленно возвращаясь к событиям произошедшим пару часов назад. Когда вблизи его комнаты промчался взволнованный Соджи с кем-то на руках, Хиджиката как раз собирался сходить в душ. Его неугомонный подопечный был настолько увлечён, что просто не заметил столбом застывшего брюнета. Повторяя про себя словно мантру «Ширануи-сан», Окита вихрем испарился за поворотом, едва не сбив Тошидзо с ног. Хиджиката, который всё же успел разглядеть в бессознательном теле Юкимуру, побежал следом, уже в мыслях прикидывая, что мог сотворить Окита. Но, к ужасу мужчины, излюбленных опасных и не очень выходок в стиле Соджи было катастрофически много, и остановиться на чём-то определённым было невозможно. Учитывая упоминание имени одного небезызвестного учителя, Хиджиката даже не сомневался в местонахождении зеленоглазой беды.   Когда же Тошидзо, размахивая полотенцем, вбежал в комнату учителя по стрельбе, то в ней он застал только шатена, едва не роняющего «крокодильи» слезы. На вопрос: «Что стряслось?», Окита лишь понуро опустил голову. И Хиджиката был готов поклясться себе в том, чтобы если бы в тот момент он не увидел живую, еле дышащую Юкимуру на руках у Ширануи, то его хватил бы сердечный удар. Смерив мужчин недовольным взглядом, он повел их в свой кабинет для допроса с пристрастием, прихватив при этом бедную девушку. Тогда он даже не обратил на неё внимания, настолько зол он был. - Ну, если так, - устало произнёс брюнет, не чувствуя в себе сил даже для того, чтобы заводить разговоры на тему: «Чье самочувствие хуже». - Спасибо, Хиджиката-сан, - донеслось до него из-за закрытой двери. Да, действительно, его ученики когда-нибудь доведут его до могилы. Или обеспечат путёвку в психиатрическую лечебницу. Пронеслась мысль в голове у брюнета, когда мимо него пробежала небезызвестная троица, одетая самым специфичным образом: на теле каждого из бежавших имелась по одной детали женского нижнего белья. - Откуда они только это всё берут! – удивленно произнес мужчина, не собираясь ловить нарушителей порядка. С какой стороны не смотри, они всего лишь были подростками, которым просто была необходима передышка от строгого и непоколебимого Хиджикаты. И Тошидзо, как никто другой, прекрасно это знал. *** Все ученики облегченно выдохнули, увидев в классе относительно спокойного Яманами Кейске. Особенно сильно обрадовался Харада, которому от незапланированной череды уроков Кё, доставалось больше и сильнее всех. Впрочем, рядом с ним сидел Нагакура, который до сих пор сверкал двумя фингалами, напоминая Хараде, что его дела могли обстоять намного хуже. Рядом похрапывал Хейске, который на дух не переносил уроки Яманами, объясняя это тем, что не терпит вида крови, и оказывать любую медицинскую помощь в будущем никому не собирается. Учитель же, казалось, против сеанса снов шумного шатена не был, но ровно до того момента, пока его храп не начинал разноситься по всему помещению, мешая вести урок. Тогда в Тодо летело всё, что попадало учителю под руку, недавно на макушку Хейске опустился даже футляр от очков. Но неугомонному шатену всё было ни почем, так как минут через десять он снова погружался в мир грёз. Вчера каждый ученик школы-интерната слышал гнев заместителя директора, от голоса которого дрожали стекла, и по этой причине каждый старался вести себя тише воды и ниже травы. Задумчивым и необычайно спокойным был даже Соджи, что вызывало у некоторых удивление. Хиджиката и до этого злился на шатена, ругал его и наказывал, но никогда Окита не реагировал таким покладистым послушанием. И никогда, до этого момента, Тошидзо не отпускал своего подопечного без наказания за сделанную шалость. Тоскливо вздохнув, Сано уставился на первый ряд усердно пишущих, среди которых быстрее всех работал карандашом Рюноскэ, к удивлению всех, этот угрюмый мальчишка проявлял большие успехи в медицине, не раз спасая своих незадачливых друзей. Полная противоположность энергичному Хейске. Через парту от Харады, к его удивлению мирно и очень мило спал ещё один  одноклассник, Юкимура. Рыжеволосому парню на долю секунды захотелось хорошенько напугать спящего, как он думал, парня, но, подумав, Сано отбросил свою мысль, так как Юкимура был ужасно бледен и вял с самого утра. Подавив ещё один полный тоски и скуки вздох, Сано немигающим взором уставился в окно. Всё-таки, сегодня было поразительно спокойно и тихо, а от того ужасно скучно. - Обед, - объявил преподаватель, метко швырнув в спящего Хейске кусочек мела. - Я не сплю! – мигом подскочил шатен под смехи одноклассников. Кажется, Нагакура не  собирался поддаваться всеобщей лени и тоске, так как за это время успел прицепить к пиджаку Тодо небольшой листочек с сопливым признанием в любви на этот раз к Ширануи. - Я понял. Разбуди Юкимуру, - поправив очки, хмыкнул Яманами, заметивший приклеенную бумажку. - Почему бы и меня так не разбудить? Обязательно швыряться надо! – недовольно проворчал парень, потирая шишку на макушке. Причитания ученика услышал Кейске и поспешил исправить недовольство шатена, оставив последнего дежурить в классе после всех занятий. Вмиг покраснев от злости, Хейске немного резко дернул спящего Юкимуру. Та немедленно вскочила, молниеносно зарядив по лбу Тодо головой. Сдавленно крякнув, пострадавший шлепнулся на пол, а все остальные дружно рассмеялись, наблюдая растерянное выражение лица Юкимуры. - Хейске, смирись, это твоя судьба получать от всех по голове, - захохотал Нагакура, разлохматив волосы на многострадальной макушке шатена. Вдоволь насмеявшись и посоветовав Хейске купить себе шлем, ребята дружной, пусть и немного вялой, толпой ввалились в столовую, предвкушая плотный и вкусный обед. - Юкимура, вот ты где! – к вмиг притихшему столу, за которым сидели ученики, стремительно шел Ширануи. – Вот, тебе нужно выпить эти таблетки, они уменьшат боль. Внимательно осмотрев притихшую девушку, Ширануи недовольно покачал головой. Бледность так и не сошла с её лица, да и  небольшая скованность в движениях была хорошо заметна глазу. - Вчера Юкимура неудачно спустился с лестницы и теперь неважно себя чувствует, вы же присмотрите за ним? – широко улыбаясь, обратился брюнет к удивлённым ученикам. - Каору! – взволнованно подскочил Хейске, чуть не опрокинув стул. – Ты почему  мне не рассказал? Так вот почему ты такой бледный! Ты не ушибся? Мгновенно засыпал вопросами удивившуюся девушку Хейске. - Да, - рассеяно прошептала Юкимура, бросив недовольный взгляд на Кё. Всё-таки своё плохое самочувствие она хотела оставить в секрете. - Сядь! – хлопнул по спине Тодо Нагакура, заметив недовольство одноклассника. Тот автоматически послушался,  быстро опускаясь назад, но вместо того, чтобы сесть на стул, он с грохотом упал на пол, так как стул оказался немного отодвинут от него. - Хейске, какой же ты, Хейске! – мысленно ударив себя по лбу, сказал Харада, вызывая волну смеха у остальных. - Шимпачи! Это было больно! – обиженно проворчали из-под стола. - С чего ты взял, что это я сделал? – всё ещё смеясь, спросил Шимпачи. – Ты сам его же и отодвинул, когда вставал. Сидящие за столом вновь рассмеялись дружным и заразительным смехом, наблюдая красного, как рак, Хейске. Пока все были заняты рассматриванием Тодо, Юкимура выпила принесённое лекарство под внимательные взгляды Ширануи, Соджи и Хаджиме. Последнего немного не устраивала сложившаяся ситуация, так как Сайто ясно понимал то, что вчера случилось что-то из ряда вон выходящее, и это что-то было связано с его лучшим другом, единственной девушкой школы и этим странным учителем. Молчаливый Соджи лишь подтвердил его рассуждения, тот за последние двадцать четыре часа с Хаджиме даже парой слов не перекинулся, вертясь вокруг девчушки словно привязанный. Сайто ни на секунду не сомневался в том, что учитель только что солгал, а Окита явно это знал, но не желал говорить. И это действительно раздражало Хаджиме, раздражало так, что за всё это время он так и не перестал сверлить недовольным взглядом черноволосую макушку Юкимуры, который, казалось, его совсем не замечал, что раздражало парня лишь сильнее. - Хейске, я не знал, что ты настолько любвеобильный, ещё неделю назад ты же Хиджикату любил! – заметив послание, наигранно поразился Кё, отклеив от пиджака листок с признанием. - Что? – возмутился Хейске, чуть не подавившись  рисом. - Ну, к сожалению, принимать твои чувства я не буду, но послание сохраню, - растягивая губы в ухмылке, Ширануи помахал бумажкой перед носом Тодо. Последний мгновенно покраснел и попытался отобрать листок. - Это не я! – поняв бесполезность своих попыток, возмутился шатен. - Да-да, конечно не ты, - продолжая улыбаться, согласился учитель, отдаляясь от учеников. - Да не я это! – возмущенно и смущенно крикнул Тодо вслед учителю, вскакивая со стула. - Хейске, что за шум! Ты не хочешь есть? – строго поинтересовался Хиджиката, до этого момента о чём-то усиленно думавший. От размышлений его отвлёк громкий крик Тодо. - Нет, ничего, Хиджиката-сан, - мгновенно успокоился  Хейске, стремительно садясь на стул. - Да что такое! – возмутился Хиджиката, услышав очередной взрыв хохота. А дело оказалось в том, что невнимательный Хейске снова сел мимо стула, который на этот раз, любезно отодвинул Нагакура. *** - Правда или желание? – шепотом спросил Шимпачи Соджи. - Правда, - не долго думая ответил Окита, не собиравшийся исполнять чьи-либо желания.   - Твой самый неудобный момент, - так же быстро проговорил Нагакура, словно наперед знавший ответ друга. Все заинтересованно притихли, каждому, кто находился в комнате, было бы любопытно узнать тайны самого хитрого человека школы-интерната или хотя бы одну из них. - Поцелуй с парнем, - хитро улыбаясь, ответил Окита, внимательно наблюдая за лицами друзей. Те, уронив нижние челюсти на пол, всё никак не могли поверить в услышанное. Спокойным казался лишь Сайто, смущение которого выдавали лишь едва заметные покрасневшие щёки, которых в полутьме комнаты было не видно. - С кем? – последовал вопрос, и все, снова затаив дыхание, притихли. Окита медленно и спокойно оглядел собравшихся друзей и лукаво улыбнулся. - А вот это уже второй вопрос, не отвечать на который я имею полное право, - многие разочарованного вздоха не сдержали, но возмущаться не стали. В конце концов, шатен снова был прав. - Ну, теперь моя очередь, - тихонько хлопнув в ладоши, довольно прошептал Окита, крутанув бутылку. Бутылка из-под вина, украденная из комнаты Хиджикаты, сделала целых шесть оборотов и неуверенно застыла перед Сайто, который недовольно нахмурился от заинтересованных взглядов, устремившихся на него. - Правда или желание, - тоном демона-искусителя задал вопрос Окита, которого, впрочем, устраивало и то, и другое. Вопросов, как и желаний, у него было много. - Правда, - не зная, что хуже, последовал примеру Окиты Сайто. Всё-таки, фантазия у Соджи была отменная, и проверять  её плоды на себе Хаджиме не горел желанием. - Ты знал или видел её до этого момента? – задал неожиданно непонятный для всех вопрос Окита, едва уловимо посмотрев на Юкимуру. Сайто долго молчал, скорее от удивления, а не от желания отвечать. Окита прекрасно понимал друга и посему не торопил, остальные ребята лишь удивлённо переглядывались между собой, но вмешиваться не спешили. - Нет, - дал короткий и такой же непонятный для всех ответ Сайто. Но опять же, ребята решили просто продолжить игру, не заостряя на этой парочке внимания. На этот раз бутылка указала на Хараду, и тот смело выбрал желание, совершенно не думая о последствиях, но желая сохранить в тайне все свои скелеты в шкафу. Сайто, который не славился изощренным умом на разнообразные шалости, передал право выбора желания для Харады всем сидящим. На десятом озвученном варианте рыжеволосый парень пожалел о своём выборе, а все остальные поклялись себе в том, что в любом случае на вопросы Сайто будут отвечать: «Правда, правда и ещё раз правда». К ужасу Харады, остановились ребята даже не на десятом варианте, который  по истечению некоторого времени показался ему не таким уж и плохим, а на двадцатом, от которого у него волосы дыбом вставали. Ему, бедному ему, следовало завтра в обед в столовой станцевать стриптиз перед Хиджикатой, и чтобы этот «чувственный» танец заместитель директора в любом случае досмотрел до конца. - Давайте, я лучше в любви Ширануи признаюсь! – попытался вразумить друзей Харада десятым вариантом из списка предложенных желаний. - Нет, только это желание! – мстительно ответил за всех Хейске, предложивший этот самоубийственный двадцатый вариант и, видимо, помнящий памятный стриптиз в автобусе в его исполнении. Помнил этот танец и Харада поэтому возражать больше не стал, без энтузиазма крутанув бутылку и в скором времени убедившись в том, что справедливость существует. - Желание или желание? – хищно улыбнувшись, спросил помрачневшего Хейске Харада. - Так не честно! – мгновенно возмутился Тодо, заработав шипение со всех сторон. - Но так всё равно не честно! – уже тише возмутился парень. - Честно-честно, выбирай, - поставил точку на светлом будущем Хейске Соджи. - Говори, давай, своё желание, - пробурчал шатен, всем своим видом показывая своё недовольство. - Было бы не плохо, если бы ты подарил поцелуй в щёку своей первой любви, - недолго думая, начал говорить Харада. - Что! Где я тебе свою первую любовь найду? – покраснев, прервал Сано Хейске. - Сначала дослушай! – раздражённо шикнул Сано. – Как мы все помним, первая любовь Хейске это Хиджиката-сан! – торжественно закончил Сано. На секунду в комнате воцарилась могильная тишина, а после, кажется, по всему интернату разнёся дружный взрыв хохота, который ребята мгновенно подавили кто чем: кто подушкой, кто одеялом, а кто и рубашкой соседа. - Вы мне хотите путёвку в ад заказать? – зашипел Хейске, единственному человеку, которому было совсем не смешно. - Ничего, она оплачена в два конца, - через смех, ответил Харада, довольный тем, что не ему одному попадет. - Чёрт с вами! – махнул рукой Хейске. – Играть, так играть. С этими словами бутылку снова крутанули. Из сидящих в комнате (Хейске, Шимпачи, Сано, Юкимура, Соджи, Сайто и Рюноскэ) никто уже точно не мог сказать, кто предложил сыграть в эту игру, а кто вспомнил, что недавно видел в комнате Хиджикаты пустую бутылку. Просто день друзей пролетел слишком быстро и без особых приключений, так что предложение собраться в комнате Рюносокэ (она была дальше всех от Хиджикатиной) и во что-нибудь сыграть было воспринято на ура, и сразу же воспроизведена в реальность, стоило заместителю директора погрузиться в сон. Возмущения Ибуки никто слушать не стал, к ним (возмущениям) ребята уже давно привыкли и просто напросто усадили его играть рядом. Долго возмущаться парень не стал, влившись в дружную и шумную атмосферу. - Правда или же… Договорить Хейске не успел, так как тонкий слух ребят услышал тихие шаги, направляющиеся в их комнату. Юкимура, на которую указывало горлышко бутылки, очнулась  быстрее всех, схватив бутылку и шустро юркнув под кровать. Следом за девушкой вскочил Ибуки, только тот рухнул на свою кровать, успокаивая сердцебиение и притворяясь спящим. - Двигайся! – шикнул Хейске, прячась под одеялом недовольного таким раскладом дел Рюноскэ, но Тодо под одеялом всё-таки спрятавшего. Под кровать к Юкимуре недолго думая, заполз Соджи, за ним умудрился втиснуться и Сайто. - Раздавите! – прохрипела Юкимура, чувствуя, как её тонким слоем чуть ли не размазывает по стенке. Нагакура и Харада взобрались на подоконник, прикрывшись шторами. И только напуганные ребята успели перевести дыхание, как дверь медленно открылась, и по комнате прошёлся тонкий лучик света. - Хейске, Хаджиме, Соджи, Юкимура, Шимпачи и Сано дружно вылезайте из своих укрытий, пока помочь вам в этом не решил я, - разрушил Хиджиката все надежды ребят, заметив торчавшие ноги из одеяла, из-под кровати и из штор. - Быстрее, быстрее, - невозмутимо поторопил учеников брюнет. Хиджиката действительно уснул, и он мог бы ничего не заметить, если бы не смех, который до его комнаты всё же дошёл. - Просите Хиджиката-сан, - недружным хором заговорили ребята, вылезая из своих укрытий. - Хадижме, Окита, Юкимура я жду! – недосчитал трех голов Тошидзо. - Хиджиката-сан, мы застряли! – сдавленно застонали Сайто и Окита в голос, Юкимура же немного истерично рассмеялась, лишённая возможности даже пальцем пошевелить. На этот раз чистым и искренним смехом засмеялся Тошидзо, включив свет и увидев своих горе учеников, попавших в плен кровати. - Харада, а ну-ка, дай мне свой фотоаппарат, - не скрывая улыбки, попросил Хиджиката. Сайто и Соджи убито застонали, а Юкимура порадовалась тому, что на кадре её видно не будет. Сделав удачный кадр и спрятав фотоаппарат в карман, Хиджиката поспешил освободить ребят, застрявших под кроватью. Вытащить несчастных удалось не сразу, а когда всё же вытащили, Тошидзо всех неожиданно обрадовал. - Так как вы, ребята, здорово меня повеселили, наказывать никого не буду,  ложитесь спать, - махнув всем рукой, удалился Хиджиката, провожаемый удивлёнными взглядами учеников. Ребята же, переглянувшись между собой и выключив свет, снова возобновили прерванную игру, уверенные, что на этот раз Хиджиката им всё простит и идти назад, чтобы вернуть их в комнаты, точно не будет. *** - Тогда ты можешь выбрать вариант с поцелуем! – пожал плечами Харада. - Я тебя не держу, танец тебя тоже уже заждался, - скрестив руки на груди, возразил Хейске. - Может, вы за помощью к Соджи обратитесь? – наблюдая за непрекращающимся спором друзей, спросил Нагакура, надеясь найти  «золотую середину». - Нет! – упрямо возразили оба. Вчера ночью смело согласившись на невыполнимые желания, Хейске и Сано, с утра трезво оценив свои шансы и терпение Хиджикаты, решили чуток их изменить. Теперь же оба пытались подобрать для себя два оптимальных варианта, и явно безуспешно, так как спорить они начали ещё с утра, а время сейчас уверенно перевалило за двенадцать. - Хоо, как категорично, а я бы мог предложить очень интересные варианты, - заметил Окита, вошедший в комнату отдыха следом за Юкимурой. - Ещё раз нет! – снова возразили ребята, мысленно содрогнувшись от доброжелательной улыбки одноклассника. Проделки Соджи были известны всем своей оригинальностью и обширным масштабом последствий. - Как хотите, - безразлично пожал плечами зеленоглазый шатен, исчезая за поворотом следом за Юкимурой, которая не знала куда деваться, чтобы хотя бы на часок спрятаться от Окиты. - Хаджиме, что это с ними? – удивились ребята, обращаясь к Сайто, который  молчаливо стоял в стороне, погрузившись в мысли. - Не знаю, - кратко отрапортовал последний, молча последовав за ушедшими. Трое оставшихся снова переглянулись между собой, замечая странное поведение обоих. Юкимура вел себя как обычно, всё так же вежливо непринужденно, с радостью отзываясь на все просьбы, а вот между Сайто и Окитой словно кошка пробежала. На первый взгляд вроде и было незаметно, ведь они продолжали везде ходить вместе, но ребята, что до этого были «не разлей вода», не проронили друг другу с памятной игры и слова. Так и не придя к одному общему решению, Харада и Тодо возобновили старый спор, заставив Нагакуру вздохнуть. Последний слушал ворчанье с утра, и к обеду у него уже начала болеть голова. - А давай сыграем в игру? – неожиданно предложил Сано. - В какую? - Кто быстрее выведет Соджи из себя. Кто справится с заданием, освобождается от желания, - азартно воскликнул Сано, привлекая внимание Шимпачи. Одно то, что ему посчастливиться увидеть выведенного из себя Соджи, интриговало, и это не смотря на то, что одно желание сохраняло свою силу. И было не важно какое, поцелуй или танец, ведь и то, и другое обеспечивало незабываемые впечатления на целый вечер. Словно почувствовав интересное, к их скромной компании присоединился Ширануи, лично засвидетельствовав начало нового спора. - Итак, один из вас должен добиться от Соджи любых эмоций, которые ему обычно не свойственны. Не важно какие, но, чтобы он потерял контроль над собой, - озвучил главное условие учитель. – Правил нет, делайте, что хотите, но результат должен быть обязательно зафиксирован на фотоаппарат. И заметив азартные улыбки на лицах учеников, Кё поспешно добавил: - Но, чтобы Соджи и окружающие его люди остались здоровы в физическом плане! Харада и Тодо на минуту задумались, вызвав улыбку Ширануи, а после на полном серьёзе кивнули, зачеркивая из своего списка возможных действий ровно половину. Кё, заметив в глазах у обоих легкое разочарование, мысленно похвалил себя, отмечая, что ещё одного скандала, устроенным Хиджикатой, просто не пережил бы. Шимпачи, что в данной ситуации оказался сторонним наблюдателем, лишь предвкушающее улыбнулся. Ситуация становилась всё интереснее. Мало того, что ему в скором времени удастся понаблюдать выведенных из себя Соджи и Хиджикату, так Нагакуре предстал замечательный шанс поиздеваться над друзьями, наблюдая за бесполезными попытками достать Окиту. А в том, что попытки в большем случае будут бесполезными, он даже не сомневался, учитывая то, что и сам Соджи не прочь поиздеваться над своим окружением. Большинство атак ребят он запросто обратит против них самих же. На стороне Хейске и Сано было их упрямство, они могли бы доставать Соджи ровно до того момента, пока тот не разозлиться на кого-нибудь, по воле случая оказавшегося рядом. Видимо, об этом подумал и Ширануи, так как перед тем как объявить о начале спора, он добавил ограничение во времени – до девяти часов вечера этого дня. - И, если никто  не победит, желание выполнять будете оба, - закончил Кё, про себя надеясь на победу Окиты. Всё же, ему хотелось бы посмотреть на мучения Харады и Хейске, ну и естественно на реакцию Хиджикаты. Заместитель директора не хуже Сано скрашивал скучные будни демона. Каждый из спорщиков, уверенный в своей победе, мгновенно согласились, скрепляя договор крепким рукопожатием и словом, которого не нарушили бы даже под угрозой смерти от Хиджикаты. Несомненно, этот день обещал быть интересным на события. И Ширануи, и Нагакура обещали себе не спускать глаз с этой парочки, дабы не пропустить ничего интересного. А в это время ничего не подозревающий Окита мирно следовал за раздраженным от излишнего внимания Юкимурой. Если раньше прикрываясь за личиной парня Чизуру чувствовала себя уверенно рядом с ним, то теперь, когда Соджи все знал, девушка испытывала неудобства, постоянно смущаясь, что, несомненно, раздражало. Парень же, казалось, лишь забавлялся реакцией девушки, успокаивая себя тем, что дал обещание Хиджикате не спускать глаз с Юкимуры. И мучения Юкимуры продолжали бы идти своим чередом, если бы не вышедший из интерната Хейске с ведром воды. Кажется, последний решил начать свои действия, выбрав не свойственной для Окиты реакцией злость или хотя бы растерянность.