Tears

Всю свою сознательную жизнь они были вместе. С тех самых пор, когда Лэй впервые попал в группу детей от восьми до десяти лет. Там же с самого рождения жил Крис. Абсолютно разные, но не представлявшие жизни друг без друга. Крис всегда был холодным, рассудительным. Ему был безразличен окружающий мир. То, что не касается его - не важно. Все было именно так, пока не появился Он. Лэй его полная противоположность: тихий, незаметный, но с обворожительной улыбкой и милой ямочкой на щеке. Старшего оставили уже на следующий месяц после рождения, а младший потерял родителей в столь юном возрасте. Судьба обделила их счастливым детством, но подарила им совместное будущее. Достигнув совершеннолетия, парни ушли с приюта, сменили имена и покинули страну. Они решили начать новую жизнь с чистого листа. Нет, прошлое нельзя забывать, ведь оно многому их научило. Ведь именно тогда они впервые встретились. Крис и Лэй перебрались в Корею, получили высшее образование, после чего приобрели уютный книжный магазинчик. Крису нравились антикварные предметы, потому в помещение была полочка с его собственной коллекцией. Лэй любил молочный шоколад и книги, старинные, уносящие в абсолютно другой мир. В магазине всегда витал запах сладкого, а на фоне играли любимые произведения китайцев. Младший удобно устроил голову на груди блондина, с нескрываемым интересом читая книгу. Он часто хмурится, сопереживая героям, иногда улыбается, искренне за них радуясь. И сейчас, Лэй приподнимает уголки губ, и на его щеке появляется столь любимая Крисом ямочка. - Исин, - тихо прошептал старший, отломив очередной кусочек молочного шоколада и накормив им собеседника. Тот привычно ловит губами сладость, при этом довольно улыбаясь. Интересно, ему никогда не надоест этот шоколад? - Мм..? – в ответ Лэй лишь промычал, словно давал знак, что весь во внимании. Крис тоже мягко улыбается, пальцами перебирая пряди младшего, но не зная с чего начать. Ему столько всего хочется сказать. Он так много недоговаривал и хранил все в себе. Пора по настоящему открыться тому, кто занял место в его сердце. Дверь в их уютный магазинчик открывается под сопровождение звона колокольчиков, прежде чем он успевает открыть рот. Крис недовольно бубнит себе под нос непонятные фразы, когда младший запоминая страницу, поднимается с места. Блондин не сразу понимает, почему Исин застыл на месте, словно его приковали цепями, но подняв взгляд в сторону входной двери, старший недоверчиво косится на вошедшего молодого человека. Нет сомнений, это – Он. Крис осторожно касается ладони парня, потому что где-то глубоко засело чувство страха, что его Исина отнимут, что его Исин - сам от него уйдет. Этот страх увеличивается вдвойне, когда рука Ифаня соскальзывает, а младший придя в себя, шагает к пришедшему гостю. - Лу гэ..., - тянет китаец, сглатывая комок в горле, оставляя позади того, кому незаметно для себя в очередной раз причиняет боль. Да, Крис бывает холоден, безэмоционален, но он настолько боится потерять Исина, что вплоть до этого дня скрывал о своих чувствах. Просто потому, что... Потому что, Исин не поймет... Потому что Исин не любит Криса так, как любит его почти двухметровый китаец... Потому что Исин хочет верить, что они навсегда останутся братьями... И... В конце концов, в сердце Лэя есть другой миловидный уроженец Китая. Ему даже все равно, что тот исчез из его жизни пару лет назад. Исин верит, что у Лухана были причины. Веские. Ведь они обещали друг другу любить, несмотря ни на что. - Здравствуй, - бормочет Крис, сгорая от желания отгородить своего Лэя, заставив вновь исчезнуть Лухана, из-за которого его милый, невинный и столь любимый Исин страдал последние два года. Миловидный китаец так же приветствует лучшего друга своего парня. Да, он уверен, что у него еще есть шанс все исправить. - Лэй, мы можем поговорить? – спрашивает гость, протягивая пакет с любимыми сладостями парня, а тот с обворожительной улыбкой раскрывает на всеобщее обозрение свою божественную ямочку. Крис знал, что Исин не злится, и то, что он простит. Наверное, осознание этого факта далось ему тяжелее всего. - Конечно, - тянет младший, после обращается к Ифаню с просьбой. – Не мог бы ты нам принести по чашке чая? Он молчит, но с безразличным выражением лица кивает, ибо не сможет отказать. - Лухану с долькой лимона и двумя столовыми ложками сахара, - протараторил Исин, а старший лишь крепко сжал руки в кулак, впиваясь ногтями в бледную кожу и оставляя следы в виде полумесяца. – Мне как обычно, - закончил тот с легкой улыбкой и отправился с Луханом к столику в уголке их уютного магазинчика. Это место было для них и местом работы, и домом, потому парни обустроили все с максимальными удобствами. Пока Крис находился на работе в офисе, Исин занимался магазином. Крис приносит две чашки чая спустя почти десять минут, так как он зачастую не мог спокойно заварить чай. Китаец ставит чашки напротив парней, после удаляется к диванчику, на котором недавно сидел. Вместе с Исином.

***

Вот уже третий месяц, как Исин и Лухан вновь сошлись. Большинство своего времени они проводили вместе, и теперь уютный книжный магазинчик согревало лишь крисовское сердце. Блондин поджимает губы, когда дверь со звоном колокольчиков отворяется, и в помещение входит Исин с широкой улыбкой. Рядом неизменно стоит Лухан, который вскоре уходит, сказав, что доверяет своего парня его лучшему другу. - Сегодня доставили книгу, которую ты ждал. Несмотря на желание выть от боли, Крис мягко улыбается, протягивая третий том любимой книги Лэя. Тот также приподнимает уголки губ. - Я прочитаю позже. Старший меняется в лице, искренне удивляясь тому, что Исин откладывает чтение книги, которую с нетерпением ждал вот уже пол года. Но он молчит, согласно кивая. - Ты не против приглядеть за магазином завтра, если у тебя нет работы в офисе? Не волнуйся, я пойму, если что... - Лэй говорит так быстро, но неловко и неуверенно, что Крис чуть хмурится, но решает дослушать младшего. – Наверное я уже достал тебя с этой просьбой. Просто у Лухана завтра важный матч. Ты помнишь? Он футболист, - восторженно заканчивает свою речь, блестящими глазами глядя на старшего. Ифань сглатывает комок в горле, считает про себя до пяти, после отвечает: - Все хорошо, завтра у меня выходной. Он в очередной раз врет, переступая через себя и наплевав на работу. Исин благодарит старшего, широко улыбаясь, и накидывается на того с крепкими объятиями. Блондин обнимает его в ответ, при этом изо всех сил сдерживая слезы. Он отстраняется, после отправляет своего столь любимого Лэя на второй этаж, где находится их скромная обитель. Китаец досадно выдыхает и шагает к книжным полкам, чтобы положить отвергнутую книгу на место. Глаза почему-то застилает влага, но в следующую секунду Крис ничего не видит, кроме разноцветных кружочков, потому облокачивается на одну из книжных шкафов.

***

На следующее утро блондин просыпается от шума, доносящегося из комнаты младшего. Он уже знает, что Исин вновь проспал, что снова торопится, но при этом рушит все на своем пути из-за своей природной неуклюжести. Крис хочет помочь ему собраться, но что-то в глубине души останавливает его, оправдывая тем, что Лэй старается не для него. Ифань выходит из аптеки, держа в руках пакет с лекарствами. Недавно он побывал у врача. Ничего особенного. Не страшно. Он ждет его. Крис все еще не закрыл магазин, несмотря на то, что часы перевалили за полночь. Его все нет. Этой ночью Исин не придет. Этой ночью Исин будет греться в чужих объятиях, а Ифань продолжит его ждать до самого утра.

***

Их встречи становились все реже, и это учитывая тот факт, что живут они вместе. С утра до шести часов вечера Крис на работе, а когда возвращается в книжный магазин, то видит знакомую картину. Исин и Лухан обсуждают темы, которыми китаец ничуть не интересуется. Поборов себя, Ифань скрывается на втором этаже, в своей комнате, утыкаясь носом в белую подушку. Буквально три минуты в сутки. Ему так мало Исина.

***

- Крис-гэ, - тянет младший вечером в воскресение. Старший вытирал пыль со своей коллекции керамических скульптур, что были созданы еще в середине восемнадцатого века. - Да? – бормочет блондин, не убирая сфокусированного взгляда со скульптур, ибо ему все еще тяжело смотреть на Лэя, слушать его восторженные рассказы об очередном свидании с Луханом. - Мы можем поговорить? Сердце Криса пропускает удар и он на мгновение прекращает свое занятие, но кое-как собравшись, произносит: - Говори, я слушаю. - Нам бы неплохо посидеть, но ладно, - как-то неуверенно произносит младший. – Гэ, мы тут с Луханом обсудили и решили, что мне следует переехать к нему. Керамическая скульптура с приглушенными оттенками выпадает из рук Криса, разбиваясь о твердый паркет. В эту секунду разбилось не только творение, стоимостью в десятки тысяч долларов, но и сердце китайца превратилось в мелкие осколки. - Это твое решение, - тихо проговорил Ифань, опускаясь на колени и собирая осколки скульптуры. – Но у меня есть просьба. Исин, не ожидавший столь спокойной реакции старшего на крушение любимой фигурки из коллекции, немного испугался. Он не хотел уезжать. Слишком привык к Крису, слишком привязан, слишком сильно любит, все слишком... Но, чтобы не разрушить отношения с Луханом, он вынужден покинуть своего друга. Это то, чему суждено случиться. - Какая просьба? – интересуется Лэй, пытаясь помочь собрать разбившуюся фигурку, но его руку перехватывают, не позволяя даже прикоснуться. Крис поднимается, крепко сжимая в кулаке осколки, и, сквозь накатывающие слезы и желание просто исчезнуть, произносит: - Слетаем в Китай. Мне дадут отгул на два-три дня. Понимаю, что это немного сложно, но я соскучился по родной стране, городу. Я не хочу летать обратно один. - Хорошо, Ифань-гэ... Исин не заметил, как кровоточит рука Криса, также, как и не заметил всю боль, запечатленную в глазах старшего.

***

Они поселились в отеле, сняли один номер на двоих. Он, словно целая квартира, ведь там была гостиная, две комнаты на каждого и небольшая кухня. В первый день они отправились в приют. Пусть они и решили, что начнут жизнь с чистого лица, парни обещали друг другу, что никогда не забудут то место, где они научились по настоящему жить. Приют, который помог им стать теми, кем они являются сейчас. Когда Крис играл с детишками, Исин заметил, что у его друга просто восхитительная улыбка и действительно доброе сердце. Внешний данные Ифаня обманчивы, ведь он по настоящему хороший и добродушный человек. Мимо Исина не прошли немного покрасневшие глаза старшего и то, что тот часто тормозил, словно у него кружилась голова. - Гэгэ, с тобой все в порядке? – обеспокоенно спрашивает младший, хватаясь за руку Криса. - Все хорошо, просто устал после долгого полета.

***

Во второй день они отправляются по своим излюбленным местам в Чанша, где они частенько веселились, сбегая с приюта. Парни пообедали в том самом ресторане, около которого всегда гуляли, желая когда-нибудь испробовать на вкус здешнее блюдо. Они сходили в парк аттракционов, покричали во все горло, резко спускаясь вниз на американских горках, чуть ли не теряли сознание, посетив «комнату страха». Вечером того же дня, Исин обнаружил непонятные лекарства на тумбочке старшего, пока искал свой планшет. Он некоторое время пытался понять от чего они, пока в комнате не появился Крис, вышедший из душа. - Гэгэ, с тобой точно все хорошо? – переспросил младший, обеспокоенно глядя Ифаня. Тот в считанные секунды преодолел расстояние между ними, отнимая таблетки. - Это от бессонницы. Не могу привыкнуть к разнице во времени. Бессовестно врет, ведь разница всего лишь в час, но Исин согласно кивает. Он верит. Лэй слышал тяжелые шаги за дверью прошлой ночью, слышал как человек, которого он знает всю свою жизнь, тихо плачет, давясь собственными слезами. - Хорошо, - он слегка кивает, почему-то чувствуя вину, и шагает в сторону двери, пока его не перехватывает Крис, обнимая со спины. – Ифань-гэ ... - Ничего не говори. Просто постой так, немного, - едва слышно бормочет старший, чувствуя на щеках влажные дорожки. Крис не хочет его отпускать, не хочет, чтобы Исин вот так вот ушел.

***

На третий день Исин взял инициативу, решив куда они пойдут. Это были последние сутки прибывания парней в Китае. Крис охотно согласился, следуя за младшим. - Ты уверен, что не хочешь рассказать мне? Блондин в очередной раз пытается разузнать куда они направляются. В ответ он слышит уверенное «нет», что даже немного пугается такой серьезности со стороны своего милого Исина. Спустя десять минут, такси останавливается у здания, хорошо знакомого Крису. Он мог бы и догадаться, что Лэй захочет посетить своих родителей перед отъездом. Даже цветы, которые младший взял с собой, были подсказкой. Пока Исин говорил с родителями, Крис стоял на расстоянии метра. Сквозь стеклянную ограду он видел фотографию, а за ней форфоровую урну с прахом. У парня застрял комок в горле, ему было тяжело дышать, глаза покрывала пелена отчаяния. Когда младший закончил, блондин пошагал в сторону выхода. - Крис, подожди. Я хочу проведать еще кое-кого. На этих словах Исин отправился на другой блок, по видимому тут все делилось по году смерти. Крис, слегка пожав плечами, пошел за ним, но когда они остановились у полки с неизвестными личностями, Крис непонимающе взглянул на Лэя. - Смотри, - проговорил младший, указывая на фотографию мужчины средних лет и беременной женщины. Крис послушно опустил взгляд, всматриваясь в лица, но не узнал этих личностей, пока не увидел имена. Фамилия. Это единственное, что было у них общим. Да, только это. Он отчаянно хотел верить в это. Китаец, тяжело выдохнув, развернулся, собираясь уйти. Нет сил рушить свою и без того хрупкую жизнь. - Ифань! Услышав голос Лэя, он остановился, но так и не повернулся обратно. - Твоя мама умерла при родах. Она тебя не бросала! Крис молчал, не в состоянии хоть как-то ответить, ведь из затуманенных глаз безжалостно текли слезы. - Твой отец скончался спустя месяц. У него был рак. Он не выдержал и, развернувшись к Исину, схватил его, дергая за плечи. - Зачем ты все это мне рассказываешь? Зачем? – переходя на крик, старший яростно выдохнул. - Прекрати ненавидеть их, Ифань. Она отдала за тебя жизнь, а отец не смог выжить! - Почему ты так безжалостно отнимаешь единственное, что у меня осталось? Они ушли! Плевать, что таким образом. Плевать, что умерли. Они оставили меня одного! И ты тоже. Завтра ты также бросишь меня. Я не смогу ненавидеть тебя, потому оставь во мне хотя бы чувство ненависти по отношению к людям, которых я никогда не видел...

***

Весь полет из Китая в Корею они молчали, так же, как и весь путь с аэропорта до дома, где в магазине их ждал Лухан. - Я хочу, чтобы вы жили тут, - начал Крис, находясь в помещении. – Лэю придется приезжать сюда ежедневно из-за магазина, а если ты, Лухан, переедешь сюда, ему будет удобней. - Ифань-гэ, а как же ты? – виновато спросил Исин, не решаясь поднять взгляд на старшего. - Уже завтра утром я улетаю в Канаду. Меня переводят туда по работе. Они обсудили детали переезда, но Крис был совсем не заинтересован. Просто получив согласие Лухана перебраться в их скромный домик, он отправился в свою комнату, собирать вещи. Он не заметил глаза полные боли и сожаления, также, как Исин не понял, что больше никогда не увидит Криса. Ифань собрал лишь самое необходимое и на следующее утро выехал из дома раньше, чем его любимый, нежный и добрый Исин проснулся.

***

Китаец с самого начала звонил редко. Раз в две недели, от силы один раз в неделю. Им, людям, которые большую часть жизни прожили вместе, было не о чем разговаривать. Именно поэтому, когда Исин не мог дозвониться до Криса вот уже третий месяц, он считал, что старший как обычно очень занят на работе. Он продолжал убеждать себя в этом, несмотря на плохое предчувствие, ведь еще тогда, во время видео звонков, Крис выглядел исхудавшим и крайне болезненно. Исин до последнего отказывался верить, когда одним утром к их дому пришел мужчина, с известием о том, что Ву Ифань скончался из-за болезни. Рак. Болезнь, которая отняла как отца, так и сына. Ему вручили конверт, как последнее послание от Криса. Младший бился в истерике, рушил все что только попадется, орал на Лухана, винил себя в том, что Ифань скончался в полном одиночество. Не в Канаде, а в том же Китае. Он не мог простить себе то, что не увидел поблекший взгляд, тяжелые шаги, приступы, которые временами случались у старшего. Исин винил себя в его смерти, потому что был не достаточно внимателен и помешан лишь на себе. Китаец злился на себя из-за того, что оставил Ифаня одного, когда тот всегда его оберегал...

***

Открыв конверт, он обнаружил документы о передаче имущества. Теперь, все, что было общим, записано лишь на Исина. Последнее, что он достал из конверта -записка. «Керамическая шкатулка». Прочитав эту короткую фразу, Исин сорвался с места к той самой полке, где все еще аккуратно расставлена коллекция Криса. Он быстро нашел предмет, обнаружив внутри их детскую фотографию, их старые, самодельные браслеты дружбы и клочок бумаги, на котором кривым почерком было написано: «Прости, что я не смог стать хорошим другом ... Прости за то, что моя любовь переросла в нечто большее... Я люблю тебя, Чжан Исин. Береги себя» У него снова начался приступ истерики, слезы не прекращали литься из опухших глаз. И только Лухан, прижавший к себе китайца, пытался хоть как-то его успокоить...