Fix my broken heart.

- Найл должен прийти в одиннадцать ночи? – устало спросила девушка, когда последний документ был проверен. - Да, - коротко отозвался Стайлс и что-то подписал. - И чем мы займемся до этого времени? - Эм… Чем ты хочешь заняться?       Этот вопрос слегка озадачил ее. Она не любила говорить о том, что она хочет или рассказывать кому-то что-то из своей жизни. Ее бывшие знакомые знали ее, как девчонку из неблагополучной семьи, а не дочь состоятельного человека. Зачем она делала это и лгала им? Белла не знала. Девушка была так запутанна и зла на всех. Большой толчок к этому придал подростковый возраст, когда ты чувствуешь, что можешь сделать все и сразу, твой мозг отключен, и ты не думаешь, а просто повторяешь за другими, считая себя крутым.       Ее правая рука слегка дернулась. Подняв взгляд на Гарри, девушка поняла, что думала слишком долго. Вопросительный взгляд изумрудных глаз был направлен на нее, брови были слегка подняты, в руке все еще была ручка, но он смотрел только на нее, ожидая ответа. Несколько кудрей упали на лоб, и парень тут же поспешил убрать их на место. Это выглядело забавно, но движение его руки было настолько знакомо ей, словно она видела это миллион раз. - Может, мы посмотрим фильм? – неуверенно спросила она. - Если ты так хочешь, - улыбка украсила его лицо, прежде чем он убрал ручку и встал со стула. * * * - Идиотская идея, - воскликнула она, когда телевизор отказывался подключаться к проигрывателю. - Мы все еще можем воспользоваться ноутбуком, - оптимистично начал он. - Я не хочу смотреть фильм, - резко проговорила она, усаживаясь на диван.       Она выглядела злой и расстроенной. Брови были сдвинуты, дыхание учащалось, прекрасны глаза растерянно бегали по гостиной. Гарри нахмурился, заметив резкое изменение в ее поведении, но причина была ему вполне ясна. Ее задумчивый вид немного веселил парня, губы были слегка надуты, а руки, видимо по привычки, все время хотели скреститься на груди. - Прости, - неожиданно начал она. - Давай, просто поговорим. - Тебя что-то тревожит, - Гарри скорее всего высказал это, как факт, а не вопрос. - Мои родители. Ты уже все знаешь, но я так и не говорила про них. - Ты не обязана. Это тяжело. Я понимаю.       И он правда понимал ее, лучше, чем она себя на тот момент. Она ненавидела жалость, и он понимал это. Гарри знал, что сейчас ей нужна поддержка, даже если она говорит ему обратное, отталкивает и не хочет что-то говорить. Стайлс всегда может просто сесть рядом и обнять ее, защищая от всего мира. - Но я хочу. Они были прекрасными родителями, когда я была самой отвратительной дочерью на свете. У меня только начался переходный возраст, и мне не хотелось слушать что-то. В школе я часто сбегала с уроков, чтобы провести время с кучкой ребят, которых называла друзьями. Мы всегда много пили и творили беспредел на улицах. В тот день родители сказали, что вечером мы поедем на прием к одному влиятельному человеку, и что старые друзья моего отца и их сын будут там, и я обязательно должна пойти с ними. Я правда хотела, хотела увидеть того парня и провести время с семьей. Но ближе к вечеру мои псевдо друзья пригласили меня в клуб, я отказалась, но они сказали, что перестанут общаться со мной. Я такая дура.       Все это время изумрудные глаза ни на минуту не переставали свое наблюдение. Он рассмотрел все ее прекрасное лицо и глаза, готовые заплакать в любой момент. - Теперь я знаю, кто ты такая, - хрипло прошептал парень, обращая на себя внимание. - Это я должен был быть тем парнем. - В… В смысле? -Мы должны были встретиться тогда, год назад. На том приеме. Мне сказали, что тебе стало плохо и … - Ты и есть тот парень.       Она была удивлена, не меньше его, не смотря на то, что парень пытался скрыть свое удивление. Он понимал, что она напоминает ему кого-то, и эта история была слишком знакома ему. Но вспомнить ее он не мог. Белла же разглядывала парня перед собой, вспоминая веселого мальчишку, который однажды был в их доме. Ее отец тогда принимал своих старых друзей, которые в стране были лишь проездом. Тогда она первый раз увидела его и если быть честной, то уже тогда брюнетка была влюблена. - Знаешь, чувство того, что я видел тебя прежде никак не покидало меня, - он немного улыбнулся. - Ты помнишь, как мы играли во дворе? - Это был самый веселый день в моей жизни. * * *       Гарри прекратил рассказ, когда заметил, что его собеседница уже мило посапывает на его плече. Он не мог не улыбнуться милой картине. Последний час они только и говорили об их детстве, и все проблемы были не важны. Они оба чувствовали, будто нашли какого-то старого друга, и теперь весь их разговор был занят лишь странными воспоминаниями.       Шатен был рад, наконец, понять эту девушку, не смотря на то, что она с детства была большой загадкой для него. Она была такой мечтательной все время и представляла много чудесного. У нее был свой мир, где она могла отдохнуть, забыться полностью и оставить все негодование там. Он никогда не понимал это, но каждый раз с интересом наблюдал за ней, жалея, что не может читать мысли.       Шорох из прихожей вывел Гарри из его мыслей. Он заметил, что на его коленях пребывала маленькая диванная подушка, на которой покоилась голова Беллы. По телевизору шло какое-то шоу, суть которого Стайлс не мог понять, а свет в комнате так и был выключен. Щелчок встревожил его, уж слишком аккуратно гость проходит в квартиру, но он тут же успокоился, когда свет зажегся и его друг уставился на него. Блондин слегка опешил, наблюдая милую картину, но качнув головой, двинулся в сторону друга. - Ну как? Теперь ты запомнил, как звали мою кошечку? – ехидно спросил тот. - В следующий раз тебя ждет самое ужасное задание. - Ой, напугал, - рассмеялся Хоран, но был тут же остановлен Гарри. - Прости, я забыл, что она спит. - Расстегивай их, мне надо унести ее в комнату. Не думаю, что здесь удобно спать. - Ах, да. Я расстегну и сразу убегу. Марисса ждет в машине.       Хоран улыбнулся и, расстегнув назойливые наручники, попрощался с Гарри и поспешил уйти, закрывая за собой дверь. Гарри чувствовал себя более свободным. Его запястье было красным и сильно болело, видимо его друг немного прогадал с размером, но рука находилась в более расслабленном состоянии. Осторожными движениями парень снял кольцо с белоснежного запястья и провел по нежной коже. Ее дыхание было равномерным и спокойным, запах от волос сводил с ума и Гарри немного закусил губу, поминая, что думает не о том.       Он взял ее на руки уже который раз за последний месяц и понес в ее комнату. На лестнице и втором этаже было темно, поэтому Стайлс был особенно осторожен сейчас. Преодолев лестницу и с трудом открыв дверь он, наконец, очутился в ее комнате. Он чувствовал себя так, словно у него появился ребенок. Она была настолько мила и беззащитна, словно маленький ребенок, поэтому парень чувствовал ответственность.       Осторожно опустив ее на кровать, он накинул на нее одеяло и, понаблюдав несколько секунд, решил покинуть комнату. На нижнем этаже все еще горел свет, поэтому ему пришлось спуститься, чтобы выключить его. Оказавшись в своей спальне, Гарри быстро снял одежду и лег на кровать. Несмотря на отсутствие света здесь все равно было довольно таки светло. Его глаза бегали по потолку, не в состоянии закрыться. Что-то сильно тревожило его. Парень громко выдохнул и закрыл глаза.       Но через несколько минут послышался звук открывающейся двери и тихие легкие шаги. Он мог сразу догадаться, кто это. Нежная рука легла на его плечо, чуть тормоша его, чтобы разбудить парня. Его кожа горело, и внутри он улыбался, но его лицо оставалось спокойным. Он знал, что что-то случилось, иначе бы она не пришла сюда просто так. Его глаза открылись, рассматривая фигуры девушки в темноте. - Что-то случилось? – обеспокоенно спросил он, пытаясь разглядеть ее лицо, которое девушка отчаянно прятала в волосах. - Я-я… Мне страшно спать одной. Можно я полежу с тобой.       Ее голос был хриплый, словно она плакала, и он догадывался, что, скорее всего, это правда. Он мог видеть, как дрожит ее тело, словно ей приснился плохой сон и теперь он преследует ее. Она искала в нем защиту, ведь доверяла этому парню, была уверена, что он не оттолкнет ее. Все лицо девушки покраснело, и она была искренне рада темной обстановке, при которой Гарри не мог видеть ее смущение. Она была даже удивлена, что такие слова вылетели из ее рта, но это было лучше, чем сидеть одной в комнате и в каждой вещице видеть монстра или еще что-то. - Иди сюда.       Его улыбка сводила с ума. Лунный свет немного касался его лица, позволяя Белле видеть сверкающие глаза, его скулы и великолепную улыбку. Его сильные руки отбросили часть одеяла, приглашая девушку залезть под него. Ее смущению не было предела, но тело само переместилось ближе, и вскоре она лежала на мягкой кровати. Он смотрел на нее, наблюдая за осторожными действиями. Стараясь не испытывать себя, Изабелла отодвинулась к краю, прикрывая глаза. - Что случилось? Ты плакала? - Я… нет. Нет!       Он тяжело вздохнул, понимая, что это была самая глупая ложь, которую она говорила. Он не мог видеть ее красных глаз, но сердце парня уже давно почувствовало все. Он немного приподнялся, чтобы лечь чуть выше. Руки потянулись к тонкой талии, притягивая ближе и прижимая к своему телу. Внутри все жгло от прикосновений. Дрожь иногда проходила по телу девушки, заставляя ее думать о том, что Гарри тоже чувствует это. Она почти лежала на его руке и, открыв глаза, могла видеть профиль парня и задумчивость на лице. Взгляд прошелся по потолку и остановился в одной точке. - Знаешь, я доверяю тебе. Почему бы тебе не начать доверять мне и говорить правду? – тихо спросил он.       Она не ответила. Слов не хватало, да и они не смогли бы выразить ее чувств. Почувствовав укол вины, Белла придвинулась ближе, опуская голову на твердое плечо и оставляя поцелуй на щеке. Глупое, неумелое и странное ощущение. Ее губы горели, слово она съела острый соус, покалывание от незаметной щетины все еще чувствовалось на них. Она сразу покраснела от своих действий и тут же закрыла глаза. - Спи малышка.       Его губы коснулись мягкого лба. Он целовал ее, как отец перед сном и это было так нужно сейчас.