Любовь случается

После нашего с Еленой интимного вечера, она заметно поугасла. Инициативы от неё больше не было никакой. Она тихо лежала на кровати и постоянно теребила край пледа. Конечно мне хотелось её приобнять, успокоить, но что-то одновременно с этим жгучим желанием и не давало мне это сделать. Может мой брат всё же прав, и я просто конченый ублюдок? Это и так уже понятно, что с братом отношения у меня никакие, но он всё же брат. А Елена… Елена просто женщина, которая мне вроде как нравится. Нравится? Мельком взглянув на стушевавшуюся девушку рядом с собой, я понял, что хотел бы знать, что роится в её голове. О чём она сейчас думает, хочет ли придушить меня? Ха. Конечно же хочет. Надо бы искоренить эти её мыслишки. — Хочешь есть? — как-то даже для себя самого это прозвучало неожиданно. Елена не подняла головы, но вроде как шепнула нет. Это немного разозлило меня. Сам понимаю у меня проблемы с контролем себя самого, с гневом. Но хера с два я пойду к мозгоправу. Я сам в состоянии решить все свои проблемы, с головой, с отцом, с братом, с девушкой. — Обманываешь меня, — не вопрос, я знал, что она хочет есть, — ну так что? В этот раз она побоялась мне перечить. Но ничего не сказала, а лишь кивнула. — Вот и хорошо, а то, что за глупости, Елена? Ты не ела со вчерашнего дня и то сомневаюсь, что разрабатывая план побега, ты хорошо пообедала, поэтому пойдём в душ, а после хорошенько поедим. Я аккуратно встал, пытаясь лишний раз не затрагивать Елену. Потому как знал, что лишение девственности это тебе не хухры-мухры. Как горная козочка скакать она сможет в лучшем случае через два дня. Елена продолжила лежать, замотанная в покрывало. — Ты идешь или мне принимать душ одному? Я бы мог помыться сначала сам, а потом дать время Елене. Но я слишком боялся, что она сбежит, или сотворит какую-либо глупость. Снова. Опять. Ведь сразу было ясно, эта девчонка не из робких. — Мы будем мыться вдвоём? — голос Елены был дрожащим, кажется она сейчас будет плакать. Только не это! Женские слёзы всегда выбивали меня из колеи. — Детка, я бы с радостью порезвился с тобой ещё и в душе, потому что признаться честно, ты крышесносная! Но я же тебя на тот свет отправить могу. Поэтому пока что ограничимся только этим разом. Елена заметно расслабилась или это только мне так показалось? В любом случае сейчас она встала с постели, но всё ещё надежно куталась в свою мнимую защитницу — простыню. — Это тебе не пригодится, но в прочем, как пожелаешь. Я первым зашёл в ванную комнату, за мной тихо, словно мышь, проскочила Елена. Решив пока не тревожить малышку, я включил и настроил воду в душевой кабине. Первым зашёл в неё, тем самым проверив, не горячая ли вода. И только после этого протянул руку Елене, зовя её к себе. К моему удивлению, она тут же подала мне руку, отпустив при этом свою «скромную защиту» в виде простыни. Как только её незащищённое тело коснулось воды, она вздрогнула. Я попытался снова настроить воду и сделал её чуть горячее, Елена слабо улыбнулась. Надо бы дать ей привыкнуть, решил я. На полке в душевой кабине стоял какой-то гель, по картинке вроде кокос. Я слегка втянул носом аромат содержимого флакона. Определённо кокос. Что ж это лучше, чем ничего. Попытался найти мочалку или что-то подобное, но рядом ничего такого не было. А мне не хотелось бы выходить из душа ради поиска такой незатейливой вещицы. Да и бросать растерянную Елену не хотелось. Сейчас она выглядела очень трогательно (во всех смыслах). Мокрые тёмные волосы, которые обычно были каштановыми, сейчас потемнели на несколько тонов. Они были длинными. При большом желание, их можно было бы накрутить на руку, когда я бы брал её сзади… Стоп. Мне нельзя так думать, не сейчас, а то я могу напугать малышку Гилберт ещё больше. Она явно не будет рада виду моей эрекции. Пока не рада. Я выдавил гель из флакона себе в руку, а после нанёс на свою грудь, старательно растирая и пеня его. Глаза Елены расширились, когда она стала наблюдать за моими действиями. Другой рукой я протянул ей флакон для того чтобы у неё тоже была возможность помыться. Неуверенно и осторожно она взяла гель из моей руки. Но повторять за мной не стала. — Ты… Не мог бы отвернуться? — нерешительно спросила девушка. Я лишь ухмыльнулся и покачал головой из стороны в сторону. Я конечно решил стать джентльменом, но лишать себя ТАКОГО зрелища, я не намерен. Гилберт тихо засопела увидев мой отказ. Ну нет, красотка, уж здесь ты не отвертишься. Главное помнить, Деймон, смотреть, но не трогать. Тяжело и несправедливо, но путь к сердцу Гилберт тернист и полон испытаний, а я намеревался его пройти, и получить свою награду. Постояв ещё секунд сорок под тёплым потоком воды, Елена всё же решилась на этот «подвиг», чему я был несказанно рад. Её небольшая ладошка стала аккуратно двигаться по телу, начиная от шеи, вспенивая ароматный гель для душа. Шея, плечи, живот. Она будто специально обделяла свою прекрасную грудь вниманием, чем приковывала мой взгляд ещё больше, и чрезмерно возбуждала. Гилберт также не смотрела мне в глаза. Стыдилась? Стеснялась? В любом случае поздно. Мы два взрослых человека. У нас был секс. И сейчас мы вдвоём, голые в ограниченном пространстве. Я уже, наверное, в тысячный раз тёр свою грудь, якобы растирая гель (на самом деле всё уже смыла вода), пока наблюдал за Еленой, а она никуда не торопилась. И это весьма начинало меня раздражать. Мне уже совсем не хотелось быть джентльменом, но мне безумно хотелось Елену. Всю и прямо сейчас. Поэтому я приступил к действиям. Я смело взял руку Елены, которой она всё ещё мазюкала гель по своему животу, и решительно положил её на её же грудь, сверху крепко прижав своей рукой, чтоб Гилберт не смела отдёрнуть руку. Елена наконец подняла свои большие шоколадные глаза и взглянула на меня, она была испугана. — Я решил немного помочь тебе, — сказал я, смотря ей прямо в глаза. — Не бойся, я больше не сделаю тебе больно. Она всё ещё была напряжена, но уже меньше испугана. Я же аккуратно провёл её рукой по небольшому холмику с тёмным и затвердевшим соском. Мне, конечно, хотелось бы сделать это своей рукой, но пока Елена ещё не давалась мне так легко. Я сделал тоже самое со второй частью груди, и теперь верхняя часть туловища Гилберт была в пене. Это выглядело, буквально, завораживающе. Пена переливалась мягким перламутром и немного стекала с груди на живот. Очень сексуально. — Ты очень-очень красива, Елена, — заворожённо хриплым голосом сказал я. Так вышло, что я довольно близко встал возле неё, и теперь вода почти не попадала на её тело, но хорошенько лупила меня по спине и ягодицам. Елена вся сжалась, как только, мой (уже давно) вставший член коснулся её намыленного бедра. Я бы хотел вновь почувствовать эту киску, но не думаю, что её здоровью это пойдёт на пользу. А Гилберт мне нужна сильной, она ещё не познала и десятой части того, что я хочу сделать с ней. Она ещё не была в той части дома, куда и я сам захожу редко, не видела моей коллекции, тщательно отполированной и рассортированной по категориям. Но однажды, в один день я покажу ей. И она поймёт. Поймёт и примет меня со всеми демонами, что жгут мне грудь изнутри. — Я не хочу чтобы ты боялась, Елена-а-а — тихо растягивая её имя, я провёл рукой по её шее, аккуратно и осторожно спускаясь к плечу. Гилберт молчала, но слегка расслабилась. Хорошая девочка. — Я хочу чтобы тебе тоже было хорошо, милая, хочу чтобы ты поняла каким приятным может быть секс, — я шептал ей это на ухо, а руками водил по её хрупкой спине. Её руки сначала безвольно болтались вдоль тела, но как только я от уха спустился к шее, чтобы расцеловать эту манящую кожу, она положила их мне на плечи. Маленькая победа, мистер Сальваторе. Оставляя нежные поцелуи вдоль шеи, спускаясь по округлым плечам, переходя на острые ключицы, я достиг её сладкой и вкусной груди. Мельком взглянув в её глаза, я заметил, что они были, словно, в дымке. Значит девочке нравится, это льстит и поднимает мужское самолюбие, и не только его. Я покрывал поцелуями её груди, посасывал тёмные горошины сосков, а Елена пыталась сдерживать стоны, слетающие с её губ. Но я слышал каждый, даже несмотря на включенную воду и грохот капель об кафельный пол душевой. Мне хотелось попробовать её на вкус везде, но желание пришлось припрятать на другой раз. Неискушенная малышка Гилберт вряд ли бы оценила такой выпад с моей стороны, и испугалась бы ещё больше. А вот с её грудью я поиграл вдоволь. Елена даже закинула голову назад и громко дышала ртом, иногда позволяя стону слететь с её губ. Прекрасный вид. Прекрасная женщина. Теперь женщина

***

— И что дальше? — спросила меня Елена. — Дальше мы пойдём завтракать, а точнее обедать. — я улыбнулся Гилберт, и взял её за руку. Она больше не оказывала сопротивления. Ласки в душе творят чудеса. Я дал Елене два больших белых полотенца, находившихся у меня в ванной комнате. Одним она слегка обсушила свои длинные и тёмные волосы. А другим замотала своё сексуальное тело, тем самым скрыв его от моего хищного взора. Будь моя воля, то она бы вообще не носила одежду. Ну, в моём доме точно. Сам же я надел свободные домашние штаны, сразу поверх тела. Член всё ещё был напряжён, и засовывать его сейчас в узкие боксеры было бы просто пыткой. Так же выудив из объёмного шкафа белую футболку, я сразу же надел её. Надо показать мисс Гилберт, что я умею быть нормальным мужчиной (в плане одежды), а то боюсь, что малышка думает обо мне, что я нудист-извращенец. Если быть предельно честным, то пятьдесят процентов этого суждения верна. Но это будет потом, когда она привыкнет. Я снова взял её за руку и повёл на выход из спальни. Взгляд на секунду зацепился за разворошенную постель. А точнее, за пятнышко крови на простыне. Свидетельство её бывшей невинности… Надо не забыть сказать домработнице сменить бельё. Я улыбнулся девушке, и повёл её кормить очень поздним завтраком. Надеюсь, холодильник не пуст. А то хозяин дома из меня действительно херовый.