Майский поцелуй.

Клятвы легко давать, но очень трудно выполнять. Нет, я не искала встречи с Максом. Встреча сама меня нашла. После дня рождения я попыталась поссориться с Андрюхой. Но это довольно сложно сделать. Неделю я не отвечала на его звонки, а потом соскучилась. Я же не обязана из-за Лехи бросить всех своих друзей. К тому же Леха все время был страшно занят. А после знакомства с Андрюхой он мне так и заявил: – Твой друг мне понравился. Кстати, мы с ним говорили о тебе. – Вот как? И что же он тебе рассказал, интересно? – Он очень хорошо к тебе относится, – сообщил Леха с серьезным выражением, – советовал мне не оставлять тебя одну. – А ты что? – допытывалась я. – Я объяснил, что вынужден часто уезжать из города. И попросил его, чтоб он присматривал за тобой. – Ах, даже так! – не сдержалась я. – Выходит, ты ему доверяешь? – А в чем дело? – не понял Леха. – Доверяешь настолько, что готов перепоручить ему свою девушку? – Но ты же сама считаешь его своим другом? Разве нет?! – Считаю, – пришлось согласиться. – Раз так, значит, ты ему доверяешь. Я доверяю тебе, стало быть, и ему тоже, – объяснил Леха. – Ну-ну, – только и сказала я. Железная логика, что тут скажешь. Конечно, я могла бы быть честной. Я могла бы объяснить моему парню, рассказать о странностях характера моего друга Андрея. «А знаешь ли ты, Лешенька, о том, что наш общий друг Андрюшечка любит ставить всякие маленькие эксперименты. Хобби у него такое. И вот теперь он решил проверить наши с тобой чувства. То есть, попросту говоря, искушает твою девушку, Леша. Не на пустом месте, заметь. Потому-то твоя Дашечка, то есть я, не на шутку увлеклась другим парнем. И ты этого парня видел и ничего не заподозрил. А я мучилась, стараясь изо всех сил не показать тебе, как мне нравится тот, другой. Ведь я хочу быть честной, я хочу сохранить наши отношения. Но как же мне трудно! Милый, милый Леша! Мне так ужасно, непереносимо трудно делать вид, будто у нас все хорошо, будто я всецело принадлежу тебе, Лешенька. А ты, словно слепой, ничего не видишь, или не хочешь видеть, или так уж уверен в себе. Почему Андрей знает то, что не ведомо ни тебе, ни мне? Почему он чувствует, а ты – нет? Неужели я до сих пор закрыта для тебя? Неужели я так виновата перед тобой? А если так – то в чем моя вина? Или моя беда? И только ли моя?» Но ничего такого я, конечно, не сказала. Я, как обычно, проводила его на очередные соревнования. Я даже на вокзал приехала. Стояла с ним у вагона, он обнимал меня за плечи, знакомил со своими друзьями и подругами. Я улыбалась и равнодушно смотрела на длинноногих спортсменок и думала: «Какие хорошие девчонки, вот бы Леша влюбился в одну из них…» А потом поезд отправился, я, как положено, помахала вслед и поехала домой. Мой демон-искуситель не дремал. Андрей позвонил и спросил вкрадчиво: – Скучаешь? – Конечно, – ответила я. – И нечего иронизировать. – Я?! Иронизирую? Да никогда! – воскликнул Андрей. – Как лицо уполномоченное, предлагаю утешительную прогулку по весеннему городу. – Вдвоем? – усмехнулась я. – А это как скажешь, – с готовностью отозвался Вадик, – можно и в компании. Я замерла. Надо было немедленно бросить трубку. Но я медлила. – Что же ты замолчала? – спросил Андрей. – Мы тут с Максом сидим и думаем, кого бы пригласить? Солнышко, теплынь… Ты как? А? Под мою ответственность, разумеется. Я глубоко вздохнула. – Нет, если не хочешь, как хочешь. – Его голос звучал насмешливо. – Девушка в ожидании своего парня, это так трогательно. – Андрюх, хватит издеваться, – рявкнула я. Он хохотнул: – Выгляни в окно. Я выглянула. Они стояли у подъезда и, задрав головы, смотрели прямо на меня. – Сейчас выйду, – пообещала я, бросила трубку и торопливо оделась: джинсы, первая попавшаяся кофта, никакой косметики, только провела щеткой по волосам. Ну и пусть! По моей комнате гулял весенний ветер, в распахнутую форточку несся птичий щебет и запахи пробуждающейся земли. Я сдалась. Мы гуляли. Долго, прошли пешком по центру, заглянули на Патриаршие пруды, полюбовались на лебедей, посидели под липами. Андрей вел себя на удивление тихо. Никаких провокаций, ничего лишнего, он не пытался улизнуть, чтоб оставить нас вдвоем с Максом, он вообще был очень сдержан, рассказывал о своих идеях, жаловался на острую нехватку времени, спорил с Максимом… А Максим, он жмурился на солнце, улыбался и все больше молчал, говорил, только когда его подначивал Андрей. Вообще прогулка получилась невинная, мне не в чем было себя упрекнуть. Но когда мы прощались, Максим вдруг сказал, что завтра будет в Доме художника на Крымском Валу. – Приедешь? – спросил он меня. Я согласилась не думая.