Притяжение.

4. Глава 4. Щелчок. Этот звук начинает постепенно входить в сознание парня, отодвигая на второй план сон. Дверь захлопнулась. Его попытки открыть глаза оказались тщетны. Голова откинута назад. Ненадолго приоткрыв глаза, ему удается рассмотреть лишь то, что он сидит по пояс голый. Его ровные выдохи шевелят упавшую на лицо прядь платиновых волос. Веки вновь закрываются, пытаясь утянуть его в мир иллюзий. Но глубокий вдох, наполняющий легкие ледяным воздухом, не дают ему уснуть, а лишь наоборот пробуждают его. До ушей доходит шорох чьих-то приближающихся шагов. Подул прохладный ветер, покрывающий кожу слизеринца мурашками. Шея адски ноет. Парень медленно повернул голову в бок, после чего на его лицо челкой упали волосы. Шаги стихли. Драко шевельнул левой рукой, которая лежала на его животе. Сон вновь окутывал парня. Сзади послышался звук закрывающегося окна, после чего шаги возобновились, но вскоре вновь утихли. На этот раз где-то очень близко. Глубоко вдохнув, он ощутил холодный воздух, смешанный с приятным запахом, внутри себя. Приоткрыв глаза, он увидел, что перед ним кто-то стоит, но посмотреть на лицо, сейчас было не в его силах. Теплые руки коснулись плеч паря, обжигая его замерзшую кожу. Драко почувствовал, как его голова коснулась подушки. Он попытался открыть глаза, чтобы увидеть лицо человека, стоящего рядом с ним, но последнее, что он ощутил, было тепло от пледа, накрывшего его. *** Резкий хлопок от закрывшегося портрета эхом разнесся в сознание парня, пробуждая его. - Что за… - Некоторое время слизеринец просто лежал, приходя в себя. Затем, он приподнялся на локтях, чтобы осмотреться. Малфой лежал в гостиной старост. Держа ноги на диване, парень принял сидячее положение. Плед соскользнул на пол. Драко начал разминать отекшую шею. Вокруг все было так же, как и вчера, когда они с Паркинсон пришли сюда: рубашки с мантией слизеринца все так же лежала на соседнем кресле, бутылка огневиски, которую они так и не успели открыть, вместе с двумя бокалами, лежала на журнальном столике. Взгляд Малфоя упал на фиолетовый плед, лежавший на полу. «Иногда ты меня удивляешь, Паркинсон…» - Драко, взяв плед в руки и резко встал. У него потемнело в глазах и ему пришлось вновь сесть на диван, уткнувшись лицом в теплую ткань, от которой тянуло приятным запахом. Таким же, как вчера, перед тем, как он уснул. Приведя себя в порядок, Драко забрал все свои вещи и поднялся в комнату. Кинув плед и рубашку с мантией на кровать, он направился в ванную. Вскоре, оттуда послышались звуки падающей воды. Гермиона подошла к портрету с «Однорукой Невестой», именно так называли ту красивую девушку с лебедем, и произнесла пароль: - Притяжение. – Портрет отъехал, и гриффиндорка вошла в гостиную. Первым, что услышала гриффиндорка, был стук в окно. Обернувшись, она увидела школьную сову с привязанными к лапе конвертами. Забрав их, Гермиона увидела, что один предназначался ей, а второй – другому старосте. Подписаны они, вероятно, были рукой МакГонагалл. Дверь наверху захлопнулась, и вниз по лестнице спустился Малфой, одетый в школьную форму. До травологии с рейвенкло оставалось примерно полчаса, поэтому парень никуда не спешил. Слизеринец прошел к выходу, не замечая рядом стоящую Гермиону. - Малфой! – Позвала его гриффиндорка. «Опя-я-ять» - подумал парень, устало отводя глаза в бок. Нехотя повернувшись, он спросил: - Чего тебе, Грейнджер? – Его руки оказались в карманах штанов. Он смотрел на девушку свысока, в силу своего роста. - Школьная сова принесла конверты. Один тебе. – Гермиона протянула Малфою тот, что предназначался ему, сама в тот момент, читая свой. Она несколько секунд держала вытянутую руку, из-за всех сил пытаясь не смотреть в лицо слизеринца и делая безразличный читающий вид. - Положи его на стол. – Парень развернулся и, почти дойдя до двери, добавил: - В следующий раз только попробуй, прикоснись к чему-то, что принадлежит мне. – И за ним захлопнулся портрет, с громким стуком, от которого Гермиона рефлекторно зажмурилась. *** От каменных стен отдавало прохладой. На улице была свойственная сентябрю погода: сильный ветер гнул верхушки деревьев в запретном лесу, разнося повсюду звук шелеста листьев, воя и свиста, проходящего сквозь щели. Тучи застелили все небо, превратив его в одно темно-серое полотно, покрытое мощными черными пятнами. Изредка пробивались раскаты молнии, ярко освещая все вокруг. До такой степени, что в глазах все становилось бело. Звук грома, изначально не такой сильный, распространяется по округе, умножая свою силу и, в один момент, достигнув своего пика, взрывается резким и мощным всплеском звуковой волны, сопровождаясь ледяным эхом, постепенно угасающим где-то в глуби леса. Урок с рейвенкло уже закончился и ученики стали заполнять коридоры, ведущие из теплиц к главной части Хогвартса. Следующим по расписанию было ЗОТИ с гриффиндором. Драко шел в компании Пенси, Блейза и Маркса. Двое последних что-то с интересом обсуждали, идя позади, а Паркинсон, повисши на плече у Малфоя и обхватив его руку, была рядом с ним. Слизеринец шел спокойным шагом, совершенно не обращая внимания на подругу. Прохладный ветер, проскальзывающий сквозь арки, шевелил пряди его волос. Драко смотрел на небо, получая какое-то удовольствие от такой погоды. Вокруг темно, вот-вот начнется ливень и все вокруг находится в жутком напряжении и ожидании. Что-то внутри него тянулось сейчас к уединению. Остаться одному под открытым небом, ощущая лишь стук своего сердца, вокруг всего, что происходит. Погрузится в свои мысли и, наконец, быть честным с самим собой. Почему-то именно в такие дни ему казалось, что природа способна разделить с ним то, что хранится у него внутри. Ведь кто бы, что не говорил, а держать всегда все в себе, не давая этому выхода, удел сильных, да. Но несет в себе внутреннее саморазрушение, от которого люди становятся жестоки и еще более скрытны. Жестоки, потому что никто не способен понять всего, что происходит у них внутри. А скрытны, потому что в действительности, никому до этого нет дела. Зайдя во внутренний коридор Хогвартса, ведущий к кабинету ЗОТИ, Драко положил руки в карманы штанов, убирая мантию назад. Он повернулся к Пенси, которая все это время шла, не проронив ни слова. Вид у нее был каким-то уставшим. Хотя, после травологии это нормально. Паркинсон повернулась к Малфою и улыбнулась ему. Они уже вошли в кабинет, за партами которых сидели ученики гриффиндора и слизерина. Пенси и Драко сели за третью парту среднего ряда, Блейз и Маркс за четвертую. Двое последних, определенно, нашли общий язык. - Паркинсон, ты вчера кое-что оставила у меня, после обеда зайти, забери. – Малфой сидел, опиравшись локтями на парту. – И когда ты вообще его с собой успела взять? – Усмехнулся парень. - Драко, ты же сам его с собой взял? Когда мы были в гостиной слизерина. Сказал, что это может пригодиться. – Противно ахихикала Пенси. Смотря на свои накрашенные ногти. - Кажется, ты вчера перепила с Блейзом. На кой черт он мне сдался? Я тебе, конечно, благодарен за то, что ты не оставила меня мерзнуть, но он мне больше не нужен. – Сказал Драко. Сзади Паркинсон прошла золотая троица. Гермиона и Гарри сели за вторую парту, крайнего ряда. Рон сел рядом с новенькой Джастиной за третью. Через несколько минут в кабинет вошла новый преподаватель ЗОТИ. Она прошла вперед и остановилась у своего стола. - Добрый день! – Поприветствовала она всех учеников. – Меня зовут Прауд Уикнесс. Я буду обучать вас защите от темных искусств, а так же, по просьбе Министерства Магии, защитному искусству магглов, что позволит вам постоять за себя. – По классу прошел гул перешептываний. Гермиона посмотрела на сидящего рядом Гарри, по лицу которого можно было понять, что такая новость его совершенно не радует. – Наш двухчасовой урок будет делиться на две части. Один час мы будем заниматься теорией, а второй практикой. Сегодня мы посвятим его магическим способам, а на следующем уроке маггловским. – Гарри повернулся к Рону, который с опаской смотрел на новую преподавательницу. - Мы так никогда не подготовимся к нападению Сам-Знаешь-Кого. – Шепнул он другу, а тот лишь кивнул в ответ, не отводя взгляда от профессора Уикнесс. Лицо Рональда было в напряжении. Ему явно не нравились такие изменения. - По настоятельству профессора Дамблдора, вас разделили на группы из четырех человек. Группы состоят из пар учащихся факультета гриффиндора и из слизерина. Так же были учтены и возможности каждого из вас, поэтому пары, и в общем группы, получились равные по силе. И так, - Прауд развернула список и прошлась по нему глазами. – Джастина Купер, Гермиона Грейнджер и Маркс Хаузер, Драко Малфой – первая группа. – Никто не издал и писка. Лишь губы Малфоя дернулись от отвращения. - Гарри Поттер, Рон Уизли и Блейз Забини, Теодор Нотт – вторая группа. Невилл Лонгботтом, Симус Финниган и Грегори Гойл, Винсент Крэбб – третья группа. Парвати Патил, Лаванда Браун и Милисента Булстроуд, Пенси Паркинсон – четвертая группа. – Гарри подвинулся ближе к Гермионе, пока Уикенсс была отвлечена своим списком. - Нужно узнать все у Дамблдора. Пойдешь с нами после обеда? – Спросил парень. - Да, ждите меня у… - Резкий и громкий хлопок от ударившейся об парту книги прервал Гермиону. Девушка содрогнулась от неожиданности и резко обернулась на стоящую рядом черноволосую женщину. Прауд было на вид не больше 33 лет, если не обращать внимания на передние седые пряди волос, обрамляющих ее лицо. - Мисс хочет нам что-то сказать? – Ее зеленые, ненормально большие глаза пристально всматривались в лицо Гермионы. Сейчас взгляд ее был как у психически больного человека. - Нет. – Гриффиндорка пыталась не шевелится, чтобы не показывать своего испуга. – Нет, профессор. – Выдохнула она. - Что ж… Очень жаль. – Уикенсс медленно отошла от парты, за которой сидели двое гриффиндорцев. Вновь пройдя на свое место, она произнесла: - Откройте учебник на 8-ой главе и прочитайте все до 13-ой включительно. – В кабинете послышался шорох страниц. – Сразу после этого перейдем к практике. – Девушка взмахнула своей палочкой и произнесла расширяющее заклятие. Часть кабинета, где она стояла, увеличилась в ширину, освобождая место для практических упражнений. Гермиона вчитывалась в строки, написанные в учебнике. Еще летом, когда она купила книги для Хогвартса, она успела прочитать несколько из них. В числе которых было и пособие по ЗОТИ. С абсолютной уверенностью она могла сказать, что еще несколько дней назад, на страницах этого учебника было совершенно другое содержание. С недоумением в глазах она перевела взгляд на сидящую за столом черноволосую женщину. - Что-то не так? – Шепотом спросил девушку Гарри. Шатенка, не отрывая глаз от профессора, немного повернула голову к другу. - Здесь не должно быть этого написано. – Четко произнесла она. - Что это значит? – Парень прищурил глаза и придвинулся ближе к гриффиндорке. - Дня два назад на этих страницах было написано совершенно другое. Тема, которую мы должны сейчас проходить – это древние заклинания. – Гермиона повернулась к Поттеру в пол оборота, повернув голову так, что создавалось ощущение, будто она пыталась от кого-то закрыться. - Уверена? – Еще тише, практически шипя, произнес зеленоглазый парень. Гермиона лишь кивнув головой, вновь перевела взгляд на нового профессора. - У кабинета Дамблдора. После обеда. – Решительным, но при этом тихим голосом произнесла староста. Примерно через четверть часа профессор Уикенсс встала перед своими учениками. Не обращая внимания на то, что никто еще не закончил читать. Она громко и четко произнесла: - Как вы, я надеюсь, успели понять, нашей первой и основной темой является – усиление и черпание своих сил с помощью эмоций. – Выдержав театральную паузу, она продолжила, - Волшебная палочка – это продолжение руки каждого волшебника. Они одно целое. Если маг силен не только телом, но и духом, его палочка – это огромное оружие. – Женщина прошла вдоль первых парт, смотря на оторвавшихся от чтения учеников. - Если же вы слабы или позволили кому-то или чему-то пробить брешь внутри вас… Вашу палочку можно сравнять лишь с веткой, в руках самого обычного маггла. – Она повернулась и остановилась в середине класса. – Ею можно несильно ранить, но защитить она вас не сможет. Вы сразу проиграли. – Женщина обвела взглядом всех сидящих. – Изначально, палочка сама выбирает своего владельца. И она никогда не ошибается. Вам необходимо понять, что по отдельности – ни палочка, ни маг, в сущности, на многое не способны. И если палочка будет в руках другого, не того, у кого она должна быть – она не имеет особой важности. - Рука Милисенты Булстроуд метнулась вверх. - Простите, профессор. Что значит: «Не имеет важности»? - При попадании в руку мага нужной палочки, сила обоих будто сливается воедино и возрастает. А если же палочка не та… Сила так и продолжает существовать по отдельности, и не дает практически никаких результатов. Надеюсь, мисс, я ответила на Ваш вопрос. - Спасибо, профессор. – Женщина кивнула и продолжила: - Сама сила, так же зависит и от внутреннего состояния волшебника. – Взгляд Уикенсс упал на Гермиону. Гриффиндорка пристально смотрела на нее. – Сильные эмоции, такие как: любовь или ненависть – способны на многое. Как и сделать мага могущественным, так и уничтожить его изнутри. – Женщина прошла между столами, где сидело золотое трио и между теми, где сидела компания слизеринцев, вместе с Драко Малфоем. – Настоящую любовь удается испытать очень немногим, поэтому, многие волшебники предпочитают ненависть. Они становятся хладнокровны и жестоки. – Слизеринец смотрел на профессора, внимательно слушая. Эта тема действительно заинтересовала большинство присутствующих на уроке. Малфой не был исключением, тем более что этот урок – всегда был одним, из его любимых. - Есть вопросы? – пройдя на свое место, спросила Уикенсс. - Профессор, как, по-вашему, какая из этих эмоций, все-таки, сильнее? - Неожиданно для всех спросила Гермиона. - Если на дуэли встретятся маги, ненавидящие друг друга – победит тот, чья ненависть находит свое начало из самого недра души. Для этого чувства мотивация не нужна. Ты знаешь, почему люди, находящиеся по ту сторону баррикад находятся именно там, а не здесь, рядом. И ты знаешь, для чего ты борешься. Будь то, например, желание захватить власть или же, отвращение к определенным слоям магического общества. – Смешки со стороны слизеринцев разнеслись по всему кабинету. Гермиона сделала вид, что не замечает колких фраз, направленных в ее сторону. Да вот только дыхание предательски сбилось, выдавая ее. Она гордо подняла голову и посмотрела на картину, висячую над головой женщины, стоящей впереди. - Для любви же, - громко произнесла Уикенсс, тем самым останавливая разговоры в классе, - Необходима некая мотивация. Это может быть борьба за любовь, защита близких или же страх за потерю любимого человека. Каждый сам выбирает, как и за что ему биться, мисс… - Мисс Грейнджер, мистер Малфой, пожалуйста, пройдите за мной. – Голос МакГонагалл раздался в помещении класса. Драко обернулся в сторону двери, где стояла женщина. Не поворачивая голову в направлении все еще сидячей гриффиндорки, парень встал и прошел к выходу. Лишь краем глаза он видел, что после него встала и вторая староста. – Прошу прощения за прерванный урок, профессор Уикенсс. – Произнесла Минерва, после чего, за всеми троими, захлопнулась дверь кабинета ЗОТИ. – Следуйте за мной. – Женщина вышла вперед и направилась в сторону башни гриффиндора. Она шла довольно быстро, поэтому, уже через несколько минут, они остановились у портрета «Полной дамы». До конца урока оставалось чуть больше часа. - Минерва, я не хотела их впускать, но они произнесли пароль. Я ничего не могла сделать. Мне очень жаль. – Гриффиндорка посмотрела на своего декана, понимая, что что-то произошло. Что-то, что взволновало «Полную даму». - Мы все исправим, не беспокойся, ты в этом не виновата. – Произнесла МакГонагалл, после чего, портрет отъехал, открывая путь. В гостиную вошла Гермиона, за ней Малфой. Первое, что они увидели, была разукрашенная разными цветами гостиная гриффиндора. Драко осмотрелся и ухмыльнулся, когда его взгляд пал на двух сидячих младшекурсников со слизерина. Их лица и мантии были таких же цветов, как и все вокруг. - Мистер Малфой! – Радостно воскликнула девочка. Это заставило удивиться не только слизеринца, но и стоящих сзади Минерву и Гермиону. Чтобы такая радостная реакция, да на Малфоя? Вероятно, она думала, что слизеринский принц пришел спасти их от ужасной и злой МакГонагалл. Увидев Гермиону, девочка опустила голову вниз, провинившись. Мальчик, сидящий рядом с ней, лишь шумно вздохнул и произнес: - Только не реви, Эль. – Он посмотрел на свою однокурсницу, пытаясь ее успокоить. - Как вы сюда попали, молодые люди? – Спросила декан гриффиндора, пройдя вперед и встав перед детьми, загородив им вид на камин. В гостиной раздался звук сопения. - Может, вы мне ответите, мисс? – Светловолосая девочка вжалась в диван, боясь пошевелиться. - Да не бойся ты, Эль. – Прошептал ей мальчик, повернув голову в сторону подруги. Услышав это, девочка придвинулась вплотную к своему однокурснику. Тот приобнял ее и взглянул на МакГонагалл. - Это я виноват, профессор. Вчера вечером, я возвращался из совятни, и услышал, как мисс Грейнджер называла пароль «Полной Даме». Так мы и прошли сюда. – Эль подняла свои мокрые глаза и посмотрела на друга. Малфой в это время ходил по гостиной, осматривая ее. Она практически ничем не отличалась от слизеринской, за исключением цветовой гаммы, в которой была оформлена. Вообще, он уже однажды был здесь. В качестве гостя одной шестикурсницы. Парень посмотрел в сторону, где стояла декан гриффиндора. - Мистер Грин, вы хоть понимаете, что вы натворили? Да еще и втянули во все это мисс Бэльстафф. – МакГонагалл обвела взглядом всю гостиную, а потом посмотрела на Гермиону, которая все еще находилась у входа. Девушка с ужасом смотрела на то, что сделали двое этих слизеринцев. Ее родная гостиная, которая вчера была еще в нормальном состоянии, сейчас похожа на комнату клоуна-психа. – Пятнадцать баллов с каждого. – Строго произнесла Минерва. Малфой сжал губы в одну тонкую линию, смотря на макушки двух юных слизеринцев. Эль осторожно повернула голову сначала на Гермиону, а затем, на Драко. Несколько секунд в комнате царила тишина, пока МакГонагалл вновь не начала: - Я назначаю вам 40 часов отработок в гостиной гриффиндора, под наблюдением старост школы. Отработки начинаются сегодня. После обеда. Надеюсь, вы осознали свою вину и впредь не совершите подобных проступков. – Женщина повернулась и вышла из гостиной. - Нам очень жаль, мистер Малфой. – Еле слышно произнесла девочка. – Мы обязательно вернем эти баллы слизерину. – Она не поднимала головы. Просто смотрела куда-то себе под ноги, все еще сидя рядом с темноволосым парнишей. - Разумеется. – Слизеринец положил свои руки в карманы штанов. - Я лично за этим прослежу. А сейчас, мне нужна правда. – Он медленно обошел диван, на котором сидели дети, и остановился на месте, где еще совсем недавно стояла МакГонагалл. – Начинайте. В это время Гермиона прошлась по всей гостиной, и прислушивалась к тому, что говорил Малфой. Она вспомнила, что вчера, когда она шла сюда, ей показалось, будто за ней кто-то наблюдал из-за колоны в коридоре. Тогда, приглядевшись, она никого не заметила. Спокойно произнеся пароль и ожидая, пока «Полная Дама» впустит ее, она услышала стук отдаляющихся каблуков. Сейчас она понимала, кому принадлежал этот звук. - Какой вы курс? – Спросил Малфой, так и не получив ответа на свой первый вопрос. - Второй, мистер Малфой. – Гордо произнес Грин. - Имя? – Мальчик посмотрел на Драко и, приподняв голову, сказал: - Ричард Грин. А это, - мальчик показал рукой на подругу. - Эль Бэльстафф. Мы слышали. – Перебила его Гермиона. – Это ведь ты вчера слышала, как я называла пароль, верно? – Девушка прошла вперед, чтобы видеть лицо слизеринки, с которой она разговаривает. - Какая ты умная, Грейнджер. – Сказал Малфой, отходя от дивана. Он облокотился об стенку и теперь наблюдал за всем со стороны. - Вы правы, мисс. Это была я. Мне правда очень жаль, мы больше никогда не будем так делать, честно. – Девочка посмотрела своими заплаканными глазами на старосту школы. - Эль, ты ведешь себя, как испуганный домовой эльф. Прекрати ныть и винить во всем только себя. Я обещал твоей матери присмотреть за тобой. И удерживать от разных глупостей. Это моя вина, что мы оказались сейчас здесь. – Рик смотрел на свою подругу, которая вот-вот готова была разреветься в голос. – Если ты не перестанешь разводить сырость, я не буду с тобой разговаривать. – Он отодвинулся от Эль, и повернул голову в противоположную от девочки сторону. Это был такой банальный детский жест… - Я больше так не буду, обещаю. – Она в последний раз шмыгнула носом и посмотрела на друга, который уже опять возвращался в свое старое положение. Было забавно наблюдать за тем, как они ведут себя. Малфой дотронулся пальцами до краски, которая уже успела высохнуть. От стен отдавало прохладой. – Так чем именно вы это натворили? – Он резко обернулся на звук отъезжающего портрета. Через мгновение в гостиную вошли двое. Уизли и Лонгботтом. Малфой поднял взгляд к потолку и, тяжело выдохнув, положил руки в карманы штанов. Видимо вошедшие его не заметили, они прошли к Гермионе, оглядываясь на стены. - Значит, это правда? – Услышал Драко и усмехнулся. «Лонгботтом определенно умеет задавать тупые вопросы». Рон обернулся в сторону слизеринца. - Какого черта ты здесь делаешь, Малфой? – Вслед за Уизли повернулся и Невилл. Парни смотрели на старосту мальчиков, который нехотя отталкивался от стены. Руки из карманов он так и не достал. - Ты, рыжий, видимо память себе отшиб, так давай я тебе напомню: я староста школы. Меня больше интересует причина твоего нахождения здесь. – Он сделал шаг. Второкурсники во все глаза наблюдали за представителем своего факультета. - Кажется, память отшибли именно тебе – это гостиная гриффиндора и я - имею право находится здесь, когда моя милая душенька этого пожелает. – Рон злился. Его легко можно было вывести из себя. Сейчас, когда он стоял, внутри него постепенно начинал бушевать ураган. Вдохи стали частыми и короткими, не дававшие парню свободно дышать. - Уизли, мне крайне жаль тебя огорчать, но сейчас – это не гостиная гриффиндора. – Произнес слизеринец с наигранным сожалением, - Сейчас – это место отработки, и тебе здесь находиться не положено. Впрочем, как и Логботтому. Поэтому, я снимаю с каждого из вас по пять очков, раз Грейнджер не соизволила сделать этого прежде. – Драко ухмыльнулся, наблюдая за сменой выражения лица вратаря гриффиндорской команды по квиддичу. – Вам пора, вы знаете, где выход. Рон сделал резкий рывок в сторону Малфоя, но сразу же остановился. Рука Гермионы обвивала кисть друга. Парень посмотрел на шатенку. - Рон, пожалуйста. – Сказала девушка, качая головой. – Невил, вам правда пора.- Она перевела взгляд на стоявшего неподалеку гриффиндорца. - Подожди, - Рон успокоился так же быстро, как и разозлился. – Ты сегодня, когда утром уходила, оставила в моей комнате кое-что, не забудь это взять. Погода испортилась, в твоей комнате будет холодно. – Он улыбнулся своей подруге и, поворачиваясь к Невилу, накрыл своей ладонью место сплетения их рук, и отодвинулся от девушки. - Я уже забрала, Рон. Вернулась, после того, как мы позавтракали. – Она провожала своих друзей с улыбкой. Ей повезло, что у нее они такие. - Увидимся, Гермиона. – Сказал Лонгботтом, до того, как они с Уизли скрылись за портретом.