Злодей без сказки

Carter Burwell – Prologue

У Себастьяна Морана закалка старого вояки, острый ум и стальное хладнокровие, текущее по жилам вместе с кровью. Идеальная консистенция для работы, требующей столько внимания и сосредоточенности. Джим доверяет снайперу почти как себе, и поэтому лишь кивает, слушая его виденье по поводу новой операции. — Но, в итоге, всё зависит от Стюарт, — он слышит раздражение в голосе Морана и по-волчьи скалится, потому что сказано это слишком громко. — Когда приступаешь? — специально оставляя реплику без внимания, вопрошает Джим, прогуливаясь по кабинету взад-вперёд. Моран вскидывает руку, смотрит за бегущей по циферблату стрелкой и, хмыкнув, сообщает консультанту: — Сейчас. После Морана в кабинете остаётся пепельница с несколькими окурками и война. Джим, смотря ему вслед, растягивает губы в улыбке. Всё будет идеально, если Себастьян Моран в этом заинтересован. * Моран был в курсе, что у Мориарти своеобразное чувство юмора, но убедился в этом лишний раз, когда тот вручил ему ключи от квартиры и с лощёной улыбочкой пропел: — Жилье в Вест-Энде. Себ, ты чёртов везунчик! Видимо в тот момент выражение лица Морана весьма явно отражало то, что он думал о начальстве и его эксцентричных идеях, поэтому Джим, закатив глаза и позвенев связкой ключей, расстроенным тоном добавил: — Тебя никто не просит ходить в театры, Моран — это сраная конспирация. Кому я объясняю, а? Стиснув зубы, Себастьян нехотя забрал ключи из его рук и таким же елейным тоном пропел в ответ: — Если я случайно подстрелю не того, уж извини. Там, где я теперь живу, хуй сконцентрируешься. Мориарти тогда на долю секунды разозлился, но быстро утихомирил свой пыл, увидев за окном проклятый Вест-Энд. Вот он, ад на земле для Себастьяна Морана, ха-ха! — У тебя новоселье, Моран. И не возмущайся, если не хочешь месяц ходить на водевиль. Ради тебя, уж поверь, я это устрою. — Согласен только на Мулен Руж, — отозвался полковник, пожав плечами, и вышел из автомобиля на шумную улицу богемного Лондона. Его новая квартира оказалась вполне пригодной для жилья, если не считать вечного балагана под окнами, за который Моран не уставал проклинать босса. Впрочем, со временем с участью пришлось смириться, и обращать внимание на раздражители Себ перестал. Работа, как ни крути, требовала концентрации. Работа, касающаяся Эллен Стюарт, требовала не только концентрации, но и творческого подхода, и Морану хватило одной ночи, чтобы его постановка стала пригодна для сцены. Пусть для театральных подмостков она и не годилась, зато очень ярко и интригующе смотрелась в реалиях жизни. Лишней шумихи он и не любил, но искренне наслаждался потугами Скотленд-Ярда и СМИ, жаждущих распутать дело, которое распутать им было не под силу. Над этим они с Мориарти всегда старались на славу. — Майкл Фебер, — Моран выпустил облако табачного дыма и чему-то усмехнулся, разглядывая досье аукционера. Имея некоторые указания от Джима, Себастьян дополнял их собственными мыслями и в итоге получал картину, с яркими штрихами которой вряд ли мог кто-либо потягаться. По крайней мере, Себастьян таких смелых еще не встречал. Он по праву считался правой рукой короля преступного мира, и это место уступать никому не собирался. А желающих было немало. Их имена теперь неплохо смотрелись на надгробных камнях зачастую пустых могил. К предрассветным сумеркам у Морана был полный план действий на руках и несколько верных приспешников, готовых поразвлечься. А всего-то стоило проштудировать около сотни именитых и не очень коллекционеров и выбрать из них идеальную жертву, которая падёт от пули полковника. Пожинать же лавры убийцы придётся Майклу Феберу. Лесли, есть работа. Материал отправил: изучи в течение двух часов, а после свяжись со мной. СМ. Моран затушил сигарету и, потянувшись на кресле, решил дать себе отдохнуть, потому что потом может и не предвидится. В своём ремесле Себастьян являлся ярым трудоголиком. * Аарон Нельсон — видный деятель искусства, прославившийся своей коллекцией картин эпохи Ренессанса и десятками работ по Средневековой Италии, был убит в своём доме в Белгравии, предположительно в первой половине ночи. Пока обстоятельства столь громкого преступления выясняются криминалистами и полицией, Скотленд-Ярд уже дал своё мнение в утренней пресс-конференции. Детектив Грег Лестрейд: — Сэр Нельсон был убит выстрелом в упор. Дома находился один, так как семья Нельсона уехала отдыхать в США, а он остался в Лондоне в связи с работой. Пока выясняются обстоятельства, мы уже можем заявить о подозреваемом в столь страшном убийстве — это Майкл Фебер, аукционер, у которого Нельсон несколько раз приобретал картины. Да, были найдены некоторые улики, указывающие на его причастность, и сейчас мы проверяем его местонахождение… Эллен больше не слышала звуков, голова закружилась от потока информации, а картинка на экране телевизора так и мелькала перед глазами, показывая место преступления. Стюарт схватилась за телефон и начала судорожно звонить Майклу, надеясь, что вся эта фантасмагория бред её воспалённого сознания. — Абонент временно недоступен или находится вне зоны сети, — механический голос лаконично ответил Эллен, оставив утопать в ужасе и страхе. — Нет, нет, нет, — пытаясь понять, что делать дальше, Эллен рассеянным взглядом обвела комнату, но вновь замерла перед плазмой, чувствуя подступающий к горлу солёный ком. Она знала Нельсона и она знала Фебера, между ними никогда не случались ссоры и даже какие-либо недопонимания. Да и чёрт подери, Майкл просто-напросто не способен на убийство: он виртуозный мошенник, но уж точно не убийца своих клиентов. Здесь что-то не так, здесь… У Эллен побелели костяшки пальцев и сжалась челюсть до скрежета. Насмешливое лицо Джима Мориарти встало перед её взором и вновь усмехнулось, пустив свою червивую натуру в сознание. — Ублюдок, что ты натворил, — она схватилась за сигареты и, сломав несколько спичек, наконец смогла прикурить. Мысли жужжащим хаотичным роем бились в голове, но ничего путного и дельного не возникало. Она чертыхнулась и, вновь увидев лицо детектива, с негодованием выключила коробку, пошатнувшую её жизнь. Эллен никогда не была истеричкой: воспитание вкупе с врождённой английской холодностью всегда были её путеводной звездой, но сейчас она ощутила волну такой ярости, с силой которой мог посоперничать ураган «Катрина». Хотелось выть от безысходности, хотелось рвать на себе волосы, но вместо этого она, не отдавая себе отчета, разгромила гостиную. Ваза девятнадцатого века — к чертям, сервиз из хрусталя — к чертям, телевизор, несущий ахинею про её лучшего друга — в первых рядах к рогатому пересмешнику. Когда истерика прошла, Эллен даже не смогла пожалеть о содеянном, потому что ей действительно полегчало. Нет, это далеко не та лёгкость, когда чувствуешь, что с твоих плеч свалился непомерный груз, но очень похоже на чувство полного лишения страха, пожирающего разум и тело. Она смотрела на погром и больше не боялась Джима Мориарти, который собственноручно вырвал этот страх с корнями. Адрес, мистер Мориарти. Ответная смс заставила её затрястись: чёртов театрал Джим никогда не упускал возможности усмехнуться над чужим провалом. Белгравия, полагаю? Машина приедет за вами в шесть вечера, мисс Стюарт. * Себастьян наблюдал за волнением Мориарти и мысленно прикидывал, сколько это продлится, если Стюарт не выйдет на связь сама. Вслух он, конечно, ничего не говорил, но по его насмешливому взгляду и так становилось понятно, что он по этому поводу думает. Джим этот взгляд искренне ненавидел, но старался не обращать внимания, потому что мнение Морана касательно Эллен его волновало в последнюю очередь. Снайпер же, зная это, лишь лениво затягивался сигаретой и запивал её едкий дым виски. — Моран, если тугодум Лесли хоть на минуту отлучится от Фебера, я вам обоим спущу шкуры и повешу здесь, — Мориарти указал пальцем на стену с очередным триптихом, которые стали всё чаще появляться в его особняке. Моран в искусстве соображал паршиво, но ему нравились предпочтения консультанта: апокалипсис действовал на него успокаивающе. — Ты дал мне эту работу, чтобы потом в ней сомневаться? — Себ приподнял бровь и устало взглянул на Мориарти. — Джим, всё прошло лучше, чем идеально. Можешь послушать, что об этом думает Скотленд-Ярд. Моран нажал на кнопку на пульте, и они оба впились взглядом в плазму. Судя по довольной ухмылке Джима, Моран попал в точку. Полиция объявила мистера Фебера в розыск. После того, как Скотленд-Ярд получил орден на обыск в квартире подозреваемого в убийстве 49-летнего Аарона Нельсона, было обнаружено, что документы, наличные деньги, банковские карты и сам мистер Фебер пропали. Так же было установлено, что со счёта Нельсона была переведена большая сумма, и некоторые драгоценности так же пропали из дома. Полиция ведёт следствие, мы будем держать вас в курсе событий… — Ну, что я говорил? — Моран кивнул Джиму. — Эти идиоты в жизни не додумаются, что Майкла подставили. — Пока мы сами это не обнародуем, — закончил за него Мориарти, выхватив из рук снайпера бокал с алкоголем. Сделал глоток, поморщился и вернул обратно, положив руку на плечо. —Отличная работа, Моран. Именно этого хаоса я и хотел. — К твоим услугам, босс, — усмехнувшись, ответил Моран. — Теперь-то что? Себастьян привык видеть Мориарти задумчивым, гневным, мстящим: самым разным, всех масок и не перечислить, но крайне редко он видел босса спокойным, каким он сейчас и являлся. Джим же ощущал вкус победы — пьянящий напиток завоевателей, вот только для полноты вкуса не хватало одного штриха, который должен появиться. Обязательно появится, думал Джим, садясь в кожаное кресло и внимательно смотря в ледяные глаза полковника. — Представление только начинается, Себастьян. Наберись терпения. Моран чуть поморщился и, завидев ненавистное солнце, выдохнул вместе с дымом: — Когда в представлении участвует женщина, все планы могут пойти коту под хвост. Растянув чеширскую улыбку на гладковыбритом лице, Джим подался вперёд и, широко распахнув глаза — безумец, не иначе, — шёпотом сказал: — Именно это, полковник, я и хочу проверить.