Элайза Вуд и тайна Древних

3.10.10. воскресенье 9.30.       Сегодня мы должны были всем классом отправится на экскурсию в Нью – Гемпшир. -Всего пара часов езды – подбадривал нас мистер Андервуд.       Андервуд это наш учитель истории. Который чуть ли не каждый семестр устраивает такие экскурсии. Он их просто обожает, в отличие от нас. На этот раз мы собрались поехать в рай для туристов город Нью-Гемпшир.       Мы с Мэттом, Эмми и Дженни сели на самом дальнем сидении. Ну, по крайней мере, нам не приходится петь. После того как мы на прошлой экскурсии заставили прекратить мистера Андервуда устраивать подобные штучки типа 50-годов. А вообще-то он не плохой учитель. На его уроках никто некогда не засыпал. Мистер Андервуд любит устраивать свои уроки в форме игр, благодаря которым мы неплохо сдаём этот предмет.       Тут меня кто- то толкнул, и я услышала голос Мэтта – Вставай, соня. Приехали. - Ого. Я что уснула? – а я даже этого и не заметила. - Ага, уснула. Не хотелось тебя будить, – сказал он с нежностью. Не люблю, когда он так говорит.       Я поморщилась, встала и поплелась за ним к выходу. Мистер Андервуд стал рассказывать: Нью-Гэмпшир (New Hampshire) - небольшой (площадь 24,2 тыс. кв. км) штат на северо-востоке США. Ледниковые ландшафты Нью-Гэмпшира с его плотными лесами и невысокими горами, буколический сельский пейзаж, множество красивых озер и зеленых долин делают его популярным местом для отдыха …       Я осматривалась вокруг, не слушая нашего учителя. Мы подошли к озеру, и устроились на небольшом каменном мосту, проходящем через устье реки. Я оперлась о перила и стала вглядываться в глубину.       А он тем временем продолжал рассказывать: Шамплейн (Champlain) — озеро на границе США и Канады, по большей части своей 172-километровой длины составляющее границу между штатами Вермонт и Нью-Йорк. Ширина — около 20 км, площадь — 1130 км², глубина до 122 м. Стекает в реку Святого Лаврентия. На оз… -Хм, такое глубокое. …на берегу озера форт Тикондерога. 11 октября 1776 г. на озере произошло первое столкновение американского и британского флотов. В 1823 г. открыт канал Шамплейн, соединивший озеро с Гудзоном.       В озере плавали маленькие рыбки, которые оставляли на поверхности воды мелкую рябь. Вот над водой показался хвостик одной из них. Озеро поражало своей глубокой синевой. Я стояла как зачарованная и всматривалась, ища что-то глазами, даже не замечая этого. Тут я почувствовала резкий толчок, но это не было похоже на прикосновение чей-то плоти. Как будто что-то бестелесное дотронулось до меня. Я даже не закричала, а как будто онемевшая падала в эту глубину. Вдруг мой взгляд привлек некий мерцающий свет. Я не поняла что это, и постаралась подплыть ближе к нему. Почему я не пытаюсь выбраться из этой удушающей тьмы? А просто заплываю ещё глубже к этому неясному мерцанию. Что- то очень странное повелевала мной в этот момент. Это была не я, как будто какая-то сила завладела мной. И несла к этому светящемуся предмету. Всё ближе и ближе. Вот появилось округлое очертание. Я не знала, что происходило всё это время на поверхности. Я не знала, сколько прошло времени, и нужен ли мне воздух. Просто спускалась всё ниже и ниже. Вдруг я наткнулась на кирпичную стену и как будто очнулась от оцепенения. Я почувствовала, как из моих лёгких вырывается оставшийся кислород и попадает вода. Я задыхалась. В последний момент моя рука инстинктивно протянулась и схватила сверкающий шар. Я начала терять сознание, вдруг меня обхватили чьи-то крепкие руки, но я уже была не в состояние разобрать, что произошло и повиновалась им.       В один момент я поняла, что нахожусь на суше и из меня вырывается вода. Горло как будто резало ледяным ножом. Было очень холодно. Мэтт помог мне встать, именно он вытащил меня из воды, и довёл до автобуса. Меня накрыли полотенцем и повезли в ближайшую больницу, находившуюся в 30-ти километрах от сюда. Я была не в состоянии спорить и просто доверилась друзьям.       Только когда мы подъехали к больнице и меня усадили в кресло перед столом врача, я поняла что всё это время сжимала в руке медальон что схватила под водой.       Да, это был медальон весь состоящий из серебра. А на нём был камень, переливающийся от светло-голубого до тёмно-бардового. Вот что меня так зачаровало. Он до сих пор искрился. Даже ещё сильнее. Я почувствовала, как через меня как- будто проходит электричество. Меня отвлёк от размышлений голос врача: -Что случилось? О боже как такое могло произойти! – воскликнул он из-за соседней двери.       Я схватила медальон и повесила его, на серебряный цепочке, себе на шею, спрятала под кофту. Вошёл врач. Он был весь в белом, и с проседью в волосах. На его лице были крайне озабоченные миндалевого цвета глаза, которые светились заботой и крайним удивлением. - Здравствуйте, я мистер Гриболд, а вы я так понимаю Элайза, - я кивнула в ответ. Отвечать не было сил, - и так, давайте посмотрим ваше горло. Ага, придётся некоторое время полоскать горло и принимать вот эти таблетки – он написал на листке бумаге название лекарств и отдал мне – с лёгкими всё в порядке – он ещё раз меня осмотрел, отдал записку Мэтту который обещал меня отвезти до дома, и поставил мне какой-то болезненный укол. Ух.       Мы подъехали к моему дому. Свет горел только в гостиной. А на пороге двери стояла моя мама. Её светло золотистые волосы развивались по ветру, а от угрюмого взгляда её голубых глаз меня передёрнуло.       Мы с Мэттом сидели в машине – Ты сегодня меня очень напугала. - Да, и не только тебя – он ухмыльнулся – слушай, а сегодня, кажется не было новичков. Ты не заметил? - Да, кажется не было. Может, заболели или не любят такие поездки – рассмеялся он. Я промолчала. - Ладно, мама уже ждёт. Зайдёшь? - Конечно! – Мы выбрались из кабины. Мэтт заблокировал машину и поддержал меня. Мы направились к моей маме. -О боже! Как ты себя чувствуешь? У тебя нет температуры, горло или голова не болит? – с самого порога засуетилась мама – Так иди в комнату переоденься, а я пока разогрею ужин. Мэтт ты поужинаешь с нами? - Конечно миссис Треверс – моя мама носила фамилию моего погибшего в автокатастрофе отца.       Его звали Корнелий Тревес. Он работал в государственной (то есть бюджетной) больнице. Я больше похожа на него, нежели Сара. У него тёмно – русые волосы и карие глаза. Не такие тёмные как мои. Вообще в моей семье из-за меня есть не большая странность. Я самая тёмная в ней. У меня почти чёрные волосы, отливающие на солнце красным оттенком и так же почти чёрные глаза с оливковым цветом, хотя довольно светлая кожа. Моя покойная бабушка говорила, что по её линии была ещё одна очень на меня похожая женщина. Которая умерла очень рано, но никто не знает из-за чего. Её имени бабушка не помнила, но говорила, что дедушка должен знать о ней больше. Не знаю откуда. Но вопреки всему он никогда не говорил о ней, не знаю почему. Я, правда, пыталась спрашивать его, но он всё время только отнекивался.       Мой отец был очень добрым человеком. И насколько я знаю, не ладил только с одним существом. Его отцом Гарри Тревесом. Никто до сих пор не знает почему. Когда я была маленькая, папа сорился с дедушкой, уходил в свой кабинет, а я подходила к его любимому креслу, забиралась папе на колени и мы сидели так обнявшись. Он всегда мне перед сном рассказывал сказки, которые сам придумывал, мне они так нравились! А потом я приходила в детский сад и пересказывала их ребятам. За это воспитатели разрешали мне играть пока все спят. Я его так любила! Ну, вот опять слёзы застилают глаза.       Я вышла из ванны и направилась в комнату. Там меня ждал Мэтт. - Отлично выглядишь – сказал он с улыбкой. На мне были надеты серые спортивные штаны и малиновый топ. - На сколько это сейчас возможно – мы расхохотались. Я нащупала рукой медальон. Он заметил это движение. - Что это? – спросил он - Я нашла этот медальон под водой – сняла его с шеи и протянула Мэтту. - Никогда не видел ничего подобного раньше – он вертел в руках мой медальон то так, то сяк. Стоп! Когда это он стал моим. Что со мной происходит? - Если ты дашь мне его на денёк, то я мог бы спросить отца на счёт него, - отец Мэтта, мистер Ханикат работает в ломбарде и разбирается в таких украшениях. - НЕТ! – я не знаю, что точно происходит, но мне кажется, мой медальон должен всегда быть со мной. -Ладно, ладно. Завтра после школы мы вдвоём можем зайти к нему, - отлично, теперь он смотрит на меня как на сумасшедшую – так как ты его достала? - Я пересказала ему всю историю. А Мэтт тем временем сидел с широко открытыми глазами и пытался сделать вид, что это его не напугало, но я заметила. -Ну, это всё – надеюсь, он не сбежит от меня прямо сейчас. -Ладно. Это …очень странно. Только не рассказывай эту историю Эмми. -Ребята спускайтесь к ужину! – прокричала снизу мама.       Всё время мы, молча ели. Некто не хотел прерывать неловкую паузу первым – Спасибо. Я пойду в постель, а то за день сильно вымоталась. -Спокойной … - стук в дверь – Я открою – прохрипела я. На пороге сидела явно пьяная Сара. - Ой, Ик, привет сестричка. Ик, мы с тобой так и не поговорили - Она привстала и подошла ко мне – Что ты себе позволяешь, Ик? – сказала Сара, выделяя каждое слово. Тут она набросилась, и Мэтт стал удерживать её подальше от меня. Мама пыталась вразумить. Я стояла как громом пораженная. Как она смеет?       Тут я незаметно подошла к ней и со всей дури влепила ей пощёчину. В неё я вложила всю злость и ярость. Сара отлетела назад. Подняла глаза и удивлённо уставилась на меня, потом она что-то невнятно пробормотала и заснула. Я подняла глаза и мама, и Мэтт смотрели на меня как-то испуганно, удивлённо и … покорно?       В проёме гостиной появился Дедушка. Он посмотрел сначала на Сару, потом на маму с Мэттом и после на меня. По моей спине прошёл холодок. - Сару нужно отнести в кровать. Я думаю, она проспит всю ночь – и посмотрел на неё с отвращением. Мэтт занялся этим, а мама приготавливала для неё постель. Дедушка подошёл ко мне и сказал шёпотом – иди в кровать, Элайза. Тебе надо выспаться, - И ушёл в свою комнату.       Я не стала дожидаться Мэтта и пошла в кровать. Я не о чём не думала, просто вспоминала ту силу, которая протекала по моим венам. Я всё ещё могла её чувствовать, но не такую большую как до этого. Так и уснула.