Never forget me

Свет. Безумно яркий свет заполняет всё окружающее пространство, от чего глаза щурятся, пытаясь противостоять инстинктам и хоть что-нибудь разглядеть. Но всё тщетно до тех пор, пока не происходит яркая вспышка. Голова кружится. Ноги не могут устоять. Ветер колышет волосы. Глаза разлипаются и, наконец, начинают видеть. Снова свет. Но уже значительно отличающийся от того болезненного. Этот свет более приглушенный, исходящий от солнца, давно уже виднеющегося в перистых облаках лета. В миг глаза находят довольно большие дома, характерные для центра этого города, всю ту же дорогу, по которой, казалось бы, не спеша пролетают машины. Где-то на заднем фоне слышатся голоса птиц, давно проснувшихся от солнца. Летний ветерок приятно охлаждает кожу, даже не смотря на не первой свежести воздух. До ушей долетают возгласы медперсонала и торопливые шаги туда-сюда. Туда-сюда. Туда-сюда. Все куда-то торопятся, бегут, боятся не успеть в отличие от неё. Белокурой девушки в больничном одеянии и застывшей позе. -Закрой окно, простудишься!- мимолётно пролетает суровый голос главврача, вовсе не заботящегося о здоровье пациентки. Девушка и не дрогнула, по-прежнему стоя и любуясь видом за окном. Она уже привыкла к отсутствию кого-нибудь, кого действительно интересует её судьба. Кроме лечащего врача. Да этот старичок изо дня в день всё больше надоедает своим лечением. Может поэтому она стоит здесь. Одинокая и безжизненная, словно прячется от окружающий. Прячется на виду. -Вот ты где!- радостный возглас, а точнее родной голос, впервые заставляет вздрогнуть от неожиданности.- Я тебя везде ищу. Что делаешь в отделении кардиологии? Заблудилась? -Мы все заблудились,- безразлично звучит собственный голос, настолько холодный, что пугает даже саму пациентку. Она чувствует. Каждой клеточкой своего почти залеченного тела чувствует, как неловко становится ему. Как старается найти, что сказать, а вместо этого с губ срываются лишь чуть уловимые вздохи. -В самих себе,- точно таким же голосом продолжает она, по-прежнему разглядывая миниатюрных пешеходов. -Позволь мне найти верный путь для нас обоих. Тёплые руки касаются закрытых под белой тканью плеч. Нос слегка дотрагивается до пшеничных прядей. Губы выдыхают слова, которые прежде врезаются в затылок, и только за тем достигают и ушных раковин. Почему-то становится несравнимо уютно, что затмевает бесконечное беспокойство. Что-то тёплое разливается где-то между рёбер и поселяет чувство, что всё так и должно быть. -Я помогу нам, ты же знаешь. Пальцы слегка поглаживают ткань, словно борются с желанием пойти дальше и вести себя в рамках. Лоб незаметно прижимается к небольшому шрамику, плотно закрытому на затылке. Беспокойство набирает прежние обороты. И одна фраза «ты же знаешь» рушит весь уют и теплоту. -Не трогай меня,- молниеносно вырывается с губ необдуманные слова. И словно слово-ключ заставляет вернуться обратно в этот белый коридор с открытым окном. Всё той же, одинокой и безжизненной. Быстро обернувшись, дабы увидеть его, она замечает лишь белый коридор с гуляющим ветром. Этот ветер врезается в лицо точно ураган и снова заставляет зажмуриться и утонуть в собственном сожалении и бессилии. Перед глазами всё плывёт. Картинка смешивается, и разобрать, что происходит, просто невозможно. Резко распахнув глаза, Ханна нервно вздыхает в попытках понять, что это. Вокруг кромешная тьма, лишь сквозь полупрозрачные занавески просматривается свет то ли от фонаря, то от луны, тускло мерцающей на небе. Ни шороха, ни звука. Кажется, вся больница пребывает в глубоком сне. Наконец выровняв дыхание, девушка прикрывает глаза и снова откидывается назад. Окончательно выспавшись, Ханна снова открывает глаза утром. В коридоре слышен шум медсестёр, топанье врачей, недовольное ворчание пациентов. Всё как всегда. -Как здоровье у моей любимой пациентки?- буквально влетает в палату всё тот же безумно позитивный доктор. -Хорошо,- улыбается в ответ больная. -Это хорошо, что хорошо,- подходит тот и начинает уже без каких-либо комментариев ощупывать больные места.- Потому что вас сегодня выписывают. -Что?! Почему так быстро? -Полторы недели прошло, что вы хотите? Ваше состояние заметно улучшилось с момента аварии. -Да… Но… -Никаких но! Вы хотите всю жизнь в больнице пролежать?- немного злится он, явно не ожидав такой реакции. -Нет… Но… -Никаких но! Собирайте вещи, голубушка. После завтрака вы уезжаете,- с этими словами доктор уже собирается покинуть палату, однако останавливается, как это уже часто случалось, вспомнив что-то.- Есть, кому забрать Вас? -Что?..- не сразу понимает вопрос Ханна, всё ещё летая в мыслях.- А, да. Конечно, не переживайте. -Вот и хорошо,- снова улыбается тот на прощание, от чего даже становится немного теплее. Через несколько минут девушка сидит на своей заправленной кровати абсолютно готовая пойти на последние анализы, однако в её планы входит немного другое. С минуту порывшись в небольшой дорожной сумке, что так заботливо привезла Джен, Ханна всё же находит свой сотовый телефон. Выдали его ещё как только она проснулась, однако до этого момента она даже не смела к нему прикоснуться, будто это было чем-то настолько сокровенным, что пугало. Нервно теребя своеобразный портал в прошлое, Ханна всё решается провести пальчиком по блокировке. Тут же всё внимание девушки завоёвывают двадцать два пропущенных голосовых сообщения. "Двадцать два? Я что, вообще телефоном не пользовалась?" И только решив прослушать эти сообщения, до слуха долетает явно недовольный голос. -Мисс Хадченсон! Вам нужно отдельное приглашение? Забыли, где процедурный кабинет?! -Я уже иду!- тут же прокричав в след, Ханна откидывает телефон обратно до лучших времён. -Вот тут распишитесь. И тут. Да, да. Нет! Ниже. Вот тут,- строго заверяла работница регистратуры, контролируя девушку. -Мелисса! Что вы так кричите!- из ниоткуда возникает уже полюбившийся доктор. -Простите,- тихо произносит девушка, немного сжавшись под таким возгласом. Однако её реплика не производит должного эффекта, и все окружающие даже не успевают этого заметить. -Ханна, вы всё? Пойдемте, надо с вами поговорить,- получив в ответ кивок, доктор за локоть тихонько оттаскивает девушку подальше от людей к самому выходу из больницы. -Где Ваш сопровождающий?- самоуверенно приподнимает бровь мужчина, будто итак не нуждается в ответе. -Я… А я… Сама доеду… -Неужели некому Вас забрать? Бросьте! Я же видел, сколько народу Вас посещало. -Да… Все разъехались по делам,- всё так же неуверенно отвечает та, пытаясь спрятать свой взгляд. -Может Вам предоставить машину? -Нет, что Вы… В этом нет нужды. Я сама доберусь,- как можно настойчивее произносит Ханна. -Вы вообще звонили кому-нибудь?.. Не думаю, что Вам отказал даже тот молодой человек. Его кстати давно уже нет. А жаль. Он, между прочим, не отходил от Вас, когда вы были в коме… -Да, я всё понимаю. Он не отказал мне. Я сама в состоянии доехать. -Дело Ваше,- снова улыбнулся врач, после чего они ещё немного поговорили о состоянии пациентки и дальнейших действиях на случай чего. Снова этот дом. Вдохнув родной запах древесины, девушка уверенно заходит внутрь. Кругом тихо и пусто. Будто это помещение пустует не первую неделю. Кое-где уже успела собраться заметная пыль. Растения на окнах из последних сил старались сохранить в себе влагу. Словно хозяин, по дому блуждал безмятежный ветерок. Ханна медленно кладёт ключи на ближайшую тумбочку, ставит сумку на пол, разувается и проходит в гостиную. Да… так пусто ещё никогда не было. "Где кот?" Только сейчас до девушки дошло, что с тех пор, как она в больнице о коте не слышно и не видно. Тут же найдя телефон, девушка звонит той, кто должна знать. -Да?- с небольшим придыханием отвечает та, словно в данный момент настроена на что-то безусловно важнее, чем разговоры с подругой. -Джен, привет, это я. Слушай, ты не знаешь, где мой кот?- быстро спрашивает та, безразлично разглядывая свою давно заброшенную кухню. -Эмм…- на другом конце провода слышатся непонятные звуки и тихий смешок Дженнифер, но затем ровно такой же спокойный голос.- Нет, прости. А ты уже вернулась? -Да, я уже дома,- вздыхает в ответ девушка, не найдя даже подобия на чай или кофе. -Это хорошо. Ты же знаешь, я бы не смогла тебя забрать,- начинает оправдываться подруга и делает этот так, словно должна это сказать, а вовсе не потому что чувствует себя виноватой. -Да, да. Я помню. Ты в Манчестере. Всё нормально. Не переживай… Ладно, не буду тебя отвлекать. Пока. -Пока. "Ну и где же он?" Включаем, товарищи: " Current Swell – Shelter " Но мысли девушки тут же прерывает звонок в дверь, после чего хозяйка дома идёт на звук. Открыв дверь, а за тем и растерянно оглядевшись, Ханна не замечает ничего кроме небольшой коробки, лежащей перед самым порогом. Всё так же растерянно присев на диван, она осторожно открывает крышку. Увидев содержимое, перед глазами с невыносимой скоростью всё начинает плыть. Начинает казаться, что в коробке заложено химическое оружие, но через несколько секунд эти догадки исчезают, когда перед глазами девушки возникают новые картинки. Точно такой же летний день. Она стоит и пристально рассматривает себя в зеркале. Лёгкое летнее платье, которое она после долгих выжиданий хорошей погоды решила надеть. В руках зонтик. На плече едва заметная сумка. На ногах новые, ещё пахнущие магазином, белоснежные балетки. Балетки. Точно такие же балетки. Снова эти балетки. Только уже не стоящие на деревянном полу, а бодро скачущие по асфальту. В руках любимое мороженое. В голове лёгкое чувство свободы и собственного достоинства от сдачи экзамена. В ушах появляются противные крики и визги, отчего голова поворачивается в сторону. Снова он… Всё тело замирает на месте. Снова он… Глаза сосредотачиваются только на одном объекте, переставая замечать всё вокруг. Снова он… Воспоминания тут же напоминают о себе. Снова он… Настроение, словно тающее мороженое, падает вниз. Снова он… Начинает вытирать липкие капли и замечает уже немного потёртые и запачканные липкой каплей балетки. -Ханна! Ханна, подожди! В одно мгновение её тело настойчиво и даже немного грубо разворачивают в совершенно другом направлении. И снова он… Такой растерянный и непонимающий. Старше того Луи, в которого влюбилась, но моложе того, с которым вроде бы встречалась… Совершенно другой. Такой, которого она не помнит. Такой, которого видит впервые. -Ханна, ты не помнишь меня? Снова он… Нагло улыбается, будто видит перед собой фанатку, чем поднимает свою, и так казалось бы, завышенную самооценку. -Как бы я хотела тебя не помнить, Томлинсон. Снова он… Хмурится и делает шаг ближе, превышая дозволенное расстояние, и едва касается подушечками пальцев ее локтя, словно пытается наладить контакт. -Ну зачем ты так, Ханна? Я же помню, как мы хорошо дружили. Ты забыла? Снова он… Пытается что-то разглядеть или понять, но в ответ не видит ничего, что могло бы предотвратить разливаться разочарованию по его лицу. -Как мы хорошо дружили? Это я с тобой дружила. А ты никогда не задумывался о моих чувствах. Ты всегда был эгоистом. Но я даже не могла подумать, что помимо этого ты еще и предатель… Нет, Томлинсон, я ничего не забыла. Ты причинил мне столько боли, что в жизни больше бы тебя не видела. В последний раз поднимает на него взгляд и разворачивается. Перед глазами снова те же самые, уже немного пыльные, потёртые и запачканные белые балетки. Капли дождя с силой бьют по асфальту, отскакивая на, казалось бы, прикрытые зонтиком балетки. А она сидит и плачет то ли из-за Луи, то ли из-за испорченных балеток, то ли от испорченной погоды… -Замёрзла? И снова он… Сидит на корточках напротив, заглянув в ее заплаканные глаза, отрывает свою ладонь и тыльной стороной касается пухленькой щечки. -Почему ты плакала? Ты не все успела вытереть. Как ты собираешься добираться до дома? -Тебя это не должно волновать. Ещё крепче сжимает её вырывающуюся руку. -Отпусти. Отпускает… Зачем? Судя по виноватому выражению лица, боится обидеть. -Позволь мне подвезти тебя хотя бы. Смотрит так заботливо, что становиться немного не по себе. -Говори прямо, Томлинсон, что тебе надо от меня? -Почему ты везде видишь подвох? Если бы я захотел тебя в корыстных целях, ты давно бы уже сидела в машине. Серьёзно напрягается и внушает страх. -Ты так изменилась. Я не узнаю тебя, Ханна. Почему ты боишься меня? Ты же знаешь меня, я не причиню тебе зла. -Я думала, что знаю тебя, но я ошибалась. Злится. Ещё пуще злиться. А затем, словно в быстрой съёмке. Ругаются. Пытаются извиниться. Что-то исправить, наладить. Заставляет его оставить её. А он не может. Ругаются. Пытаются извиниться. Что-то исправить, наладить. Но вся спешка куда-то испаряется из-за одной только фразы. -Пойдём в машину. Ты и так уже вся мокрая. Посмотри на свою обувь. Снова её когда-то белоснежные балетки. Теперь уже грязные и окончательно мокрые. И снова он… Незаметно поднимает и несёт в машину. Почему-то становится безумно приятно. Вот так просто. Находясь в его объятиях. Пусть и в дождь, будучи промокшей, грязной, заплаканной, но такой… довольной. Так, момент за моментом, она сложила тот самый день. День, когда судьба дала им ещё один шанс. День, когда она поняла, что всё ещё любит. День, в который и началась их настоящая история любви. День, который случился ровно год назад. День, когда она впервые надела белоснежные балетки… P.S. Хочу всех предупредить: если не понимаете о каких событиях идёт речь, перечитайте прошлые главы :) Спасибо всем за прочтение! Оставляйте своё мнение. Без этого никак ♥.♥