Double love

Билл проснулся от того, что кто-то настойчиво ругался за пределами комнаты. Прислушался, снова Бэти и Том спорили о том, кто пойдет выгуливать собаку. Пса они приобрели еще полгода назад, как раз таки по просьбе Бэти. Тот клялся, что будет ухаживать за Скотти, так было решено назвать собаку на семейном совете, будет водить его в ветеринарные клиники и все остальное. Только запала парня хватило на два месяца. И теперь каждое их утро начиналось с небольшой потасовки. – Вы достали орать с утра пораньше! – Билл вышел в коридор. – Я с ним погуляю! – немного зло. – Нет, Билл! Этим должен заниматься Бэти, иначе он так и останется безответственным идиотом, который все бросает на полпути, – Том прочитал несколько книг по воспитанию детей, и хоть Бэтифорд давно не был ребенком, но старший Трюмпер пытался его перевоспитать. – Том, ты не моя училка, не лезь не в свое дело! – Ах, не в свое дело, мелкая шпана, я тебе сейчас ремнем всю задницу отобью! – Сам же потом лечить и будешь! – показал ему язык, скрываясь в своей комнате. – Открой дверь, пакостник, я еще не закончил с тобой разговаривать! Ты идешь гулять с собакой! Билл слушал их ругань и наблюдал за тем, как бедолага Скотти не вытерпел и теперь ссал в ботинки Тома. – Вы пока спорили, пес сам все за вас решил… – Что? – Том взглянул на брата, а Бэти выглянул из своей комнаты. – Что «что»? Том сегодня надевает свои старые ботинки, потому что в новые ему «сходил погулять» Скотти, а Бэти моет полы в прихожей, а в наказание еще и в гостиной! Я все сказал! – Билл прошел на кухню. Ему было необходимо приготовить завтрак… Билл разливал по стаканам сок, когда на кухню ввалился Том, а за ним и Бэтифорд. Первый сразу же подошел к урне, выкидывая в нее пакет с испорченной обувью. А второй неприметно скользнул к Биллу, обнимая его со спины. – Эх, ты… Подлиза, – блондин обернулся к парню, тут же получая от него поцелуй. – Ну, а что, – Бэти довольно улыбнулся, приникая губами к длинной и ничем не закрытой шее. – Мелкая дрянь, если ты завтра утром не поведешь пса гулять, то я сам поссу в твои кеды, понял?! – Том прикурил сигарету, открыв форточку. – Ты грубый и невоспитанный плебей! Да ведь, Билл? – Садитесь завтракать, клоуны! – посмеялся, подходя к брату и забирая из его пальцев сигарету. Он любил так делать. Затянулся, выпуская дым прямо в лицо Тома, старший притянул к себе мужчину и уткнулся носом в его шею, обнимая в районе поясницы. Бэтифорд уже сидел за столом, наблюдая эту милую картину. – Сегодня нужно к твоим родителям заехать, ты помнишь? – Билл обратился к Бэтифорду. – Я не хочу, мы же совсем недавно ездили… – Нужно, – Том оставил на столе свой стакан, из которого он только что допил остатки сока. – Ой, ну зачем? – Ингрид обещала мне показать, как нужно печь настоящие французские булочки с корицей, а Том наконец-таки подарит Ариель свой подарок! – Вот же предатели… – буркнул себе под нос парень, отодвигая тарелку. – Ладно, сейчас я в душ схожу и поедем… Билл на самом деле довольно быстро нашел общий язык с мамой Бэтифорда, сошлись они на любви к выпечке. Конечно, первые несколько месяцев отношения были слишком натянуты, но совместная деятельность их сблизила. Билл и Ингрид готовили стол на Рождество, тогда женщина и узнала, что младший Трюмпер не представляет в себе угрозы. Да, она до сих пор с ужасом вспоминала то самое лето, она старалась не думать, чем Бэтифорд занимается с этими мужчинами, и если у нее это получалось, то она могла вполне спокойно общаться и с Биллом, и с Томом. Тем более что последнего очень полюбила младшая дочь Клауса и Ингрид – Ариель. Малышка почти визжала от счастья, когда старший Трюмпер оказывался в поле ее зрения. Да и сам Том питал к девчушке теплые чувства, втайне от всех надеясь, что когда-нибудь у них будет такая же прелесть… Бэтифорд же, пока Том возился с Ариель, а Билл готовил ужин с Ингрид, общался с отцом, который учил его азам экономики и бухгалтерского учета и чего-то там еще. Парень совсем не любил говорить о скучных цифрах, поэтому и не переваривал поездки домой, хотя, конечно, он радовался, что все наконец-то наладилось. Естественно, что со временем проблем меньше не стало, и в свет как-то просочилось несколько откровенных фотографий, на которых известный американский модельер Вильям Трюмпер развлекается с молоденьким парнем. Но пресса обмусолила эти снимки и быстро обо всем забыла. Родители Бэтифорда в тот момент настояли на том, чтобы все трое переехали в их особняк. Конечно, Том сказал категоричное «нет» и, посовещавшись с братом и Бэти, решил, что им необходимо переехать куда-то за город. – Я так устал… – Бэтифорд плюхнулся в кровать. – Отец мне весь мозг вынес. – Перестань, он просто хочет, чтобы ты был осведомлен… – Билл прилег рядом, привлекая к себе тонкое тело. – Он тебя любит. Если бы не любил, сдал бы нас с Томом в полицию уже тогда… – Я это все понимаю… – улыбнулся, касаясь губами чуть колючей щеки. – Я ему за все благодарен на самом-то деле… А где Том? – В кабинете своем, занимается своим расширением… – Да, занятые у меня парни, – усмехнулся. – Есть такое, но он делает все, чтобы проводить с нами как можно больше времени. Я ведь тоже иногда уезжаю, но стараюсь по мере возможностей переложить все свои дела на заместителей. – Я вас так сильно люблю… – Пойдем заберем Тома? Этот олух ведь всю ночь снова работать будет… – Идем… Уже спустя каких-то десять минут кабинет Тома наполнится низкими стонами и горячими выдохами. В тусклом свете единственной настенной лампы трое вновь будут меняться местами, шептать горячие слова любви, о чем-то смеяться… Им будет хорошо. Каждому. Одинаково. А потом будет рассвет и новый день, который принесет какие-то события и новости. Время будет уходить. Наступит вечер, а за ним и ночь. Спокойный сон или вновь безудержная гонка до рассвета? Кто их знает? Время будет уходить, словно песчинки в часах, но трое влюбленных с каждым днем будут становиться только счастливее. Будут проблемы, проверки на прочность, дни рождения и другие праздники. Будут домашние хлопоты и выезды за продуктами или одеждой. Много всего. И только для них. Весь мир. Каждый из них ошибался лишь в одном – момент, когда им предстоит расстаться, не наступит никогда. #КОНЕЦ#