Болезнь

Рин определенно избегал его. На занятиях специально отсиживался на последних партах, а после них брата было не выловить. В комнату возвращался тогда, когда терпение Юкио подходило к концу, и он ложился спать, а уходил еще до пробуждения. Попытки разузнать, что же такое произошло, ни к чему не привели - оказалось, что избегает старший сын Сатаны не только его, но и остальных. Юкио беспокоился - мало ли, в какое дерьмо на этот раз залез неугомонный Рин. Непонимание, злость, обида - в течении недели все копилось в парне, и выплеснулось, когда на долгожданной практике Рин упал в обморок. Приговор лекаря был прост и одновременно сложен - у Рина загноилась рана на руке, и, судя по всему, температура выматывала его организм в течение всего этого времени, в течение всей этой сложной и непонятной недели. Естественно, отнимать руку парню никто не собирался - современные и не очень лекарства творят чудеса, однако полежать в постели неугомонному парню придется. Признать честно, услышав такие вести, Юкио мучался дилеммой - прибить брата или же... Нет, второго варианта в тот момент не существовало. Поэтому, когда раздраженный сложившейся не совсем хорошей ситуацией младший Окумура залетел в больничную палату, остаткам здоровья Рина грозило что-то пострашнее, чем воспаление. Остановлен Юкио был совсем не врачом или медсестрой, нет. Остановил его - пускай неосознанно - сам Рин. А точнее состояние, до которого он сам себя довел. Бледное лицо сливалось с окружающей белоснежной средой, лишь темные, словно потускневшие волосы выделялись на фоне простыни, подчеркивая невероятную бледность старшего брата. Ресницы темным полукружьем еще больше оттеняли глубокие синяки под глазами, а обычно мягкие губы были покрыты сухой корочкой от обезвоживания. - Идиот, - выдохнул Юкио, плюхнувшись на стул рядом с кроватью, - зачем геройствовать? - взял Рина за руку, горячую и безжизненную, и уткнулся в ладонь лицом, сдерживаясь, чтобы не заплакать, не закричать. Никогда. Никогда он не видел своего брата на больничной койке. Никогда не представлял, что это будет настолько тяжело - видеть всегда активного, жизнерадостного Рина вот таким беспомощным и болезненным. Казалось, достаточно только дотронуться - и он исчезнет, раствориться в утренней дымке. - Идиот, - и слезы все же капают из глаз, падая на разгоряченную кожу и, скорее всего, охлаждали ее. Юкио пытался подавить себя, как мог, но получалось с трудом - всхлипы сотрясали тело, а соленая жидкость, не прекращая, льется из глаз. Тяжело. Никто не должен видеть в подобном состоянии, но младший Окумура просто не у дел. Когда истерика отступает, на ее место приходит сонливость - все же, иной раз он и полночи не спал, ожидая этого придурка, посему глаза слипаются, а мозг отключается. Он и сам не замечает, как засыпает, но вот только очнувшемуся спустя полчаса Рину не до шуток - его любимый брат отдавил ему руку. Вытащив конечность из-под щеки Юкио, Рин молча глядит на заплаканное лицо, а потом не выдерживает и затаскивает полупроснувшегося и несопротивляющегося брата к себе на постель, где он сразу заснул обратно. Тепло. Где-то на грани разума кто-то орет, что он не в своей постели заснул, но эйфория в остальной части мозга не дает проснуться и выпасть из этой мягкой, горячей и пахнущей родным телом реальности. Но легкие толчки нарушают целостность этого сна, и, недовольный, Юкио просыпается. Сверху на него укоряюще глядит врач, но не это волнует, беспокоит то, что вокруг талии обвились горячие руки, а щеку гладит жаркое дыхание - он в одной постели со своим спящим больным братом. Больным - подчеркивает у себя в голове младший, размыкая объятия Рина и покидая щедро предоставленное ему место. Доктор качает головой и выводит его из помещения, настаивая на том, чтобы Юкио пошел к себе в комнату и поспал, а за брата не беспокоился - им обоим нужно отдохнуть. Сладкий сон манит, и Юкио уходит. Уходит на пару часов, в течении которых его организм восстановит свои силы, чтобы он мог дальше караулить состояние Рина. Своего любимого брата. *** - Рин, просто лежи и выздоравливай! Зачем ты опять бегаешь по коридорам, а? Чтобы меня до инфаркта довести? Ляг и лежи, у тебя постельный режим! - Юкио, ты мне что, мамочка? Мне надоело бока пролеживать, скучно! - проскулил Рин, щенячьими глазками глядя на брата, который, усердно поправляя одеяло, закутал старшего, аки младенца, связав по рукам и ногам. С момента его попадания в больницу прошло около пяти дней, температура спала, ему стало лучше, только вот Юкио признавать этого не собирался, носясь с ним, как курица с золотым яйцом. - Ах, скучно? Ну тогда домашнее задание сделай, чтобы мне не пришлось за тебя краснеть на занятиях! - укутав брата, Юкио уселся рядом, явно намекая, что сбежать неудастся. - Ну Ю-ки-о! Домашка - это тоже скучно! Кстати, - синие глаза прищуриваются, - а ты почему на работу не ходишь? - Я взял отпуск. - Ура, пойдем, погуляем! - и, бросившись, брату на шею, радостно кричит и крутится на коленях Рин. - Нет, - холодный ответ, а руки брата размыкают свое объятие. Рин в недоумении, а вот Юкио страдает. Невозможно видеть брата в окружении больничных стен, где все пропитано болью и мучениями. Он ведь поклялся, поклялся, что защитит Рина ото всего, но вот как защитить Рина от него самого? Неужели... Для Юкио такая оживленность брата непонятно - он же чуть не умер, как можно так халатно относиться к здоровью - своему физическому и его психическому. Никогда еще молодой экзорцист не корил себя так сильно - как можно было не заметить, что его любимый брат ранен? Как? Как можно было быть таким слепым? - Юкио, ты не виноват! - поднял этот вопрос на обсуждение Рин, каким-то десятым местом зная, от чего мучается брат. - Прекрати эту хандру - я же жив! - Но ты мог бы умереть! Рин, - бросился на кровать, подминая под себя сидящего старшего, вжимая в себя, словно удостоверяясь, что он здесь, с ним, - что я буду делать, если ты действительно умрешь? Обняв брата в ответ на его объятия, Рин закатил глаза: - Не волнуйся, раньше тебя я не умру! - Обещаешь? - Обещаю! - погладил младшего брата по голове, немного грустно улыбаясь. Какой же он все-таки еще ребенок. - Ну хорошо, а теперь пошли, погуляем! - радостный Рин выскользнул из-под тушки брата, намереваясь смыться в город, как его остановила твердая рука: - Пока не выздоровеешь - никуда не пойдешь! - Юкио, ты скучный зануда!