Визиты к больной

Когда Пинки прибежала в больницу, ее тут же встретил знакомый врач. Именно его розовая пони сейчас хотела видеть меньше всех. Он сразу понял, зачем она здесь, поэтому перегородил ей путь со словами: - Пожалуйста, успокойтесь. Я понимаю, вы наверняка шокированы, но психовать незачем. От этого вашей подруге будет только хуже. Эти слова оскорбили Пинки. Она вовсе не психовала. Неужели элементарное переживание за подругу нынче называют психозом? Стараясь не показывать виду, как она зла на этого грубияна (иначе назвать его было просто нельзя) Пинки сказала спокойным, но твердым голосом: - Я должна увидеть ее. Позвольте мне пройти к ней. Вы просто обязаны мне позволить. Доктор подошел к ней на два шага ближе и заговорил: - Ей сейчас ни к чему ваше присутствие. Скажите, что вы можете сейчас сделать для нее? Профессиональные врачи сейчас занимаются ею, а вас я бы попросил... Пинки не дала ему закончить: - Тогда ответьте мне, почему, раз ее лечат лучшие доктора, ей ни на капельку лучше не стало? С каждым днем ее состояние только ухудшается. Сначала вы говорили, что это обыкновенный корофин и что его вылечат за пару дней, но через эту пару дней все стало только хуже и вы ничего не сделали, чтобы остановить это!!! И как после этого вы смеете называть себя профессиональными врачами!? - А как вы смеете нам грубить? Да мы из сидим над ней ночами, делаем все что в наших силах, чтобы она выздоровела! А вы что делаете? Только путаетесь под ногами, да психуете! Лучше бы вам сейчас уйти отсюда немедленно! Пинки топнула копытом по полу как можно громче и сказала достаточно внятным голосом: - Я отсюда не уйду, пока вы не пустите меня к ней. - Последний раз вам повторяю, если вы сейчас же не выйдите отсюда, я позову охрану. вам же не хочется иметь с ней дело, так? Однако земнопони даже на шаг не приблизилась к выходу. Она стояла, глядя своими голубыми глазами прямо на доктора и снова повторяла: - Нет, я даже не подумаю уйти. Вдруг этот конфликт заметила молодая медсестра, которая накануне делала прививки Паунду и Памкин. Она очень любила общаться с молодыми пациентами, успокаивать их и объяснять, что уколы, это совсем не больно. У нее были и свои дети, двое мальчиков-жеребят, которые, кстати были не намного старше детей Пирожков. Когда они болели, она сидела возле них круглые сутки, не спала ночами и ужасно переживала из-за каждого чиха. Именно поэтому она почувствовала в Пинки родственную душу. Подойдя поближе к доктору, она проговорила: - Простите, если я мешаю, но мне кажется, вам лучше пустить Пинки Пай к своей подруге. Разве от этого будет хуже? Я уверенна, все станет только лучше, если она ее навестит. Знаете, это действительно трудно, осознавать, что кто-то очень дорогой тебе страдает. Врач, услышав эти слова подумал некоторое время, а потом, казалось, смягчился и недовольно взглянув на розовую пони произнес: - Хорошо. Я разрешу вам войти к ней ненадолго. Однако, вашу корзинку все равно оставьте тут... Он взял у нее корзину и пропустил вперед, однако, чуть только она отошла от него на пару шагов, быстро вытянула свой хвост и подцепила ее незаметно от жеребца. Потом она обернулась и бросив благодарный взгляд на медсестру побежала к знакомой палате.