Тепло наших тел

- Ты что тут делаешь? - спросил Стайлз, когда Питер самым наглым образом принялся устраиваться рядом, примериваясь к тому, чтобы расстегнуть молнию на спальнике Стилински. - Не могу уснуть под стук твоих зубов, - отозвался оборотень спокойно. Здесь Стайлзу крыть было нечем - он на самом деле чертовски замёрз, но признаваться в этом ему не хотелось. Пойти в поход было во многом его идеей. Дереку, конечно, никогда не пришло бы в голову ничего подобного, а стая не рискнула бы ему это предложить. Разумеется, Хейл вырос в доме, стоящем в лесу, и с самого детства бегал с большой скоростью и на большие расстояния. Зачем ему идти ещё глубже в чащу, ставить палатку и разводить костёр? Кстати, насчёт костра. Если бы они зажгли огонь, было бы не так холодно. Но у Хейлов к пламени было особое отношение. - Чем ближе ты находишься, тем громче этот стук, - это была очень культурная просьба свалить подальше. Нет, Питер вовсе не раздражал Стайлза, скорее даже наоборот. И это было проблемой. - Ты говоришь так, словно хочешь переохладиться, - Питер ловко расстегнул молнию и раскрыл спальник, оглядев Стайлза. Стилински почувствовал, что холод буквально спас его - он лёг в том же, в чём был, снял только ботинки. - Вообще-то, так мне ещё холоднее, - заметил он, пытаясь накрыться обратно, но Хейл ловко устроился рядом, крепко прижавшись к боку юноши. Тот автоматически сжался и подумал, что наверняка уже уснул, и ему снится странный сон. Но хороший, если учесть, каким горячим был Питер. В прямом и переносном смысле. - А так? - спросил Хейл насмешливо. Стайлз закрыл глаза и постарался абстрагироваться от мира. От чужой близости, резкой замены холода на тепло и полного впечатлений дня его клонило в сон, а потому в голову никак не приходили остроумные ответы. Отвечать же Питеру без некоторой доли остроумия было просто опасно. Так они лежали некоторое время. Дыхание старшего Хейла было до того ровным и глубоким, что Стайлз быстро утратил связь с реальностью и вынырнул из дрёмы лишь услышав странный треск совсем рядом. Он открыл глаза и обнаружил, что кто-то, с огромными руками, снабженными длинными когтями оборотня, рвёт его спальный мешок по шву. Чисто автоматически Стайлз прижался к Питеру, который тут же по-хозяйски положил на него руку, но, к счастью, обладателем руки был всего лишь Дерек. Правда очень злой Дерек. - А ты что здесь делаешь? - спросил Стилински несколько недовольно. Дерек между тем лёг рядом. Спальник был безнадёжно испорчен и теперь представлял из себя два куска, скрепленные лишь в небольшой части в самом низу. С одной стороны, протиснувшись в отверстие, образованное молнией, лежал Питер, с другой, проникнув, насколько это было возможно, в дыру, устроился Дерек. Это было странно, даже очень. - Присматриваю за тобой, - спокойно отозвался Хейл-младший. Ему явно не хотелось обсуждать со Стайлзом цель визита, поэтому он закрыл глаза и сделал вид "я злой и страшный волк, лучше не тревожить мой сон, чтобы не остаться без головы". Стилински закатил глаза. Он мог бы сказать Дереку что-то вроде "убирайся", но понимал, что оборотень его вряд ли послушается. Скорее всего он пару раз рыкнет, велит Стайлзу заткнуться и всё равно сделает по-своему. Кроме того, если юноша выгонит одного оборотня, то придётся прогонять и второго, ради справедливости, что означает лишиться важного источника тепла. А так Стайлза грели с двух сторон, да и спальник, кстати старый, уже не вернёшь. И подросток промолчал. - Стайлз, перевернись на бок. Так будет теплее и удобнее, - внёс рациональное предложение Питер. Стилински на несколько мгновений задумался, только вот он вовсе не размышлял о том, стоит ли ему лечь на бок, а выбирал, к кому из двух Хейлов безопаснее повернуться лицом. Получалось, что ни к какому. В итоге, выбор пал всё-таки на Питера. Стайлз повернулся и закрыл глаза, чтобы не разглядывать то, во что уткнулся носом. Если бы в этот момент Хейл позволил бы себе хоть одно замечание, Стилински наплевал бы на температуру окружающей среды и выгнал бы обоих оборотней из своей палатки, но Питер молчал, как и его не слишком разговорчивый племянник. Который, кстати, прижался к спине Стайлза, заставив того чувствовать себя ещё более неловко. Чтобы хоть как-то справиться с ситуацией, Стилински попытался дышать ровно и ни о чём не думать. Постепенно тепло и усталость сделали своё дело - он окончательно погрузился в сон. - Какой красивый, - Питер задумчиво провёл указательным пальцем по щеке юноши до подбородка и улыбнулся своим мыслям. Дерек, которому не очень хорошо было видно то, что делает его дядюшка, был до того напряжен, что его тело, казалось, окаменело. - И как приятно пахнет... - Заткнись, - посоветовал он коротко и быстро, в своей обычной манере. Мог бы добавить угрозу, но с Питером это не слишком хорошо работало. Тем более, что сейчас Хейл-старший понимал, что его племянник не станет устраивать разборки. - Не думаю, что я его разбужу, - Питер коснулся губами волос Стайлза и положил руку на его талию. Дерек попробовал было аккуратно стряхнуть руку другого оборотня, но поняв, что это вряд ли возможно сделать без перехода к перепалке с обменом тычками через спящего Стайлза, просто положил свою руку рядом. Питер усмехнулся, что, очевидно, означало - вызов принят. Питер прижался теснее, пользуясь тем, что Стайлз спал достаточно крепко. Дерек повторил манёвр со своей стороны, так что юноша оказался совершенно неприлично зажат между двумя горячими телами. К счастью для Стилински, он уже не мог этого осознать. Питер, почувствовав свою безнаказанность, слегка согнул ногу и протолкнул её между ног Стайлза. Хейл-младший в ответном ходе скользнул ладонью под толстовку Стайлза и просунул мизинец под его ремень. Он знал, что его рука мешает Питеру положить ладонь на задницу Стилински и был этим исключительно доволен. Питер, немного поразмыслив, вытащил из-под себя вторую руку, просунул её под толстовку и, изловчившись, добрался ладонью до груди Стайлза, положив её ближе к сердцу. Дерек ответил тем, что провёл языком по шее юноши от мочки уха до выреза толстовки. Стилински недовольно поморщился, но так и не проснулся. В палатке становилось по-настоящему жарко. Вскоре соревнование вышло на новый уровень. Победа, как и раньше, должна была принадлежать тому, кто остановится первым, только теперь принцип этой партии был уже не в том, чтобы занять как можно больше площади тела Стайлза собой и заявить свои права на него ярче, чем это делал соперник. Теперь победу определило бы то, кто дольше продержится, справившись с собой. Рано или поздно одному из оборотней должно было не хватить выдержки. И, увы, в этом состязании победу одержал всё-таки Питер. Поняв, что если всё продолжится в том же духе, то он окончательно утратит контроль над ситуацией, Дерек сделал глубокий вдох и нашёл в себе мужество остановиться, признав себя проигравшим. Он замер и закрыл глаза, но так и не решился убрать руки с завоёванных позиций. Его ладони согревали Стайлза, и если тот не проснулся от прикосновений, то внезапное исчезновение "грелок" могло его разбудить. Питер, очевидно, был с этим вполне согласен, потому как тоже не спешил менять позу на менее провокационную. Впрочем, может быть, его просто всё устраивало. Приподнявшись на локте перед тем, как уснуть, Дерек обнаружил на губах дядюшки совершенно счастливую улыбку. Вряд ли Питера так радовала эта маленькая победа над племянником, скорее всего ему доставляло удовольствие столь близкое присутствие Стайлза. И Хейла-младшего это не могло не беспокоить. Хотя сейчас ему стоило бы скорее беспокоиться о том, как они будут утром объяснять Стилински, что их руки делают у него под одеждой. Если только Стайлз не будет слишком доволен для того, чтобы спрашивать.