Познавая мир

Часть третья. Когда теряешь себя.

Бывают такие моменты, когда ты понимаешь, что как прежде больше не будет. Что-то внутри тебя щелкается, при этом кардинально меняя всю твою жизнь. То, что ты раньше ненавидел, ты полюбил. То, что ты считал правильным, но ты сейчас готов часами спорить об этом, опровергая несовершенность чего-либо. То, что ты боготворил, теперь ты презираешь. Все когда-то меняется. Мнение. Человек. Жизнь. Ты можешь посмотреть фильм, увидеть в нем смысл, но через какое-то время ты увидишь совсем другой смысл, увидишь другими глазами. Можешь услышать песню, а затем сходить с ума от нее, считая, что тоже понял смысл, а через пару лет ты снова прослушаешь его и поймешь, что смысл-то в другом. Или же книгу, которую ты прочитал пару лет назад, а потом решил перечитать вчера. С каждым днем ты меняешься, меняются твои взгляды, вкусы, предпочтения. Меняться свойственно человеку. Это происходит быстро и неожиданно, а иногда медленно и практически незаметно. Вместе с твоим телом меняется твой разум. Внутренняя оболочка начинает догонять внешнюю, не оставляя ей никакого шанса. Твое тело меняется, фигура обретает точные черты. В один день ты смотришь в зеркало, и не узнаешь себя. Твое лицо - оно не твое. Выражение лица, эмоции, отражающиеся на нем - это не ты. Это кто-то другой. Но вскоре ты понимаешь, что этот кто-то другой и есть ты. Новое лицо, новое тело, новый разум, новый ты. Новая жизнь. Кэролайн резко распахнула глаза. Она стала жадно глотать воздух с целью насытить легкие кислородом. Сейчас ей катастрофически не хватало именно кислорода. Она дотронулась до своего лица, и тут же отдернула руку, потому что горячие щеки обожгли их. Отдышавшись, девушка убрала с лица волосы и попыталась сфокусировать свой взгляд на каком-либо предмете. Ее взгляд упал на инвалидную коляску, которая спокойно покоилась около дивана и дразнила блондинку. Кэролайн попыталась вспомнить все произошедшее за последнее время. У нее было такое ощущение, будто она только что вернулась с того света. После мысли о смерти, быстро пробежавшейся в ее голове, на глазах девушки застыли слезы. Она умерла. По крайней мере, должна была. - Ты в порядке? - голос, взявшийся из ниоткуда, заставив девушку вздрогнуть. Она повернула голову и увидела Клауса, который сидел на кресле, держа в руках книгу. - Не знаю. Что произошло? - спросила девушка, оглядывая комнату. Все осталось таким же, только шторы были насильно задернуты, от этого казалось, что все еще ночь, и лишь электронные часы, покоящиеся на полках, говорили о том, что сейчас девять утра. Через мгновение Форбс опомнилась. Она снова посмотрела на часы и ахнула. Часы находились на приличном расстоянии, так что увидеть время для человека казалось невозможным. Для человека. Кэролайн вспомнила недавно произошедшие события с точностью до мелочей. От осознания всего, девушке стало не по себе. Что с ней сейчас? Она осталась такой же или есть какие-либо изменения? Кэролайн не терпелось поскорее разузнать все. - Можешь не отвечать, - перебила его она. - Теперь я вампир, да? - спросила она, глядя в глаза гибрида. - Практически, - ответил Ник, и положил книгу на свое место на полке. - Ты чувствуешь какие-нибудь изменения в себе? - Еще какие. Я будто все заново стала чувствовать. Будто у меня никогда не было чувств, а сейчас только появились. Это плохо, Клаус? Я хорошо вижу, я слышу смех Ребекки на кухне, и я чувствую, - на одном дыхании выпалила блондинка. - Это естественно. У всех вампиров чувства усилены, со временем ты научишься это контролировать, - пояснил Майклсон, а затем его взгляд упал на ноги девушки, укутанные в плед. - Осталось проверить последнее, - при упоминании последней части, сердце Кэролайн затрепетало. Благодаря "бонусу" в качестве усиленных чувств, страх огромный волной накатил на девушку, полностью сковал ее. Она боялась пошевелить ногами, сделать какое-либо движение. Кэролайн боялась, что даже после всех тех мучений, через которые ей пришлось пройти, ничего не получится. Она боялась, что все было напрасно, глупо и бессмысленно. - Смелее, Кэролайн. Если не рискнешь, не узнаешь, - девушка посмотрела со слезами на глазах на Никлауса, ей было дико страшно. - Если ты упадешь, я поймаю тебя, - последняя фраза вселила в девушку уверенность, и она кивнула. Кэролайн взяла всю волю в кулак, собираясь с силами. Обостренные чувства мешали ей, но она боролась. Форбс попробовала привстать на локти, а после глубоко выдохнула. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Девушка стала подниматься дальше. Клаус поставил ее ноги на пол, давая ей шанс самой сделать остальное. Сердце продолжало бешено колотиться, щеки полыхали. Кэролайн сделала новое усилие, она с помощью рук стала потихоньку подниматься. Боли в пояснице девушка не чувствовала, что очень радовало ее. И вот, она медленными движениями смогла встать на ноги. Сначала ноги девушки тряслись и казались ватными, но, услышав от Клауса уверенное "ты справишься", Кэр попробовала твердо закрепиться на полу. Она зажмурила глаза, готовясь упасть, но падения не было. Через мгновение девушка открыла глаза, осознав, что может выглядеть глупо. Перед ней все так же стоял Клаус и улыбался. Сначала Форбс не понимала причину его хорошего настроения, но взглянув на свои ноги, она взвизгнула. Девушка сделала мелкий шажок, затем второй, третий, и пустилась в пляс. Она стала прыгать, тем самым веселя Никлауса. - Я могу ходить! Боже мой, я могу! - закричала она, а затем подошла к Клаусу. Теперь одна из функций вампира, называющаяся обострением чувств, не была так противна девушке. Счастье и радость переполняли ее сердце, разливая приятный нектар по всему телу. Ей хотелось петь, танцевать, да что угодно! А все потому, что теперь она ходит. Теперь Кэролайн может с легкостью выкинуть к чертовой матери инвалидную коляску. Она может делать что угодно, потому что теперь она, Кэролайн Форбс, счастлива. - Я не сомневался в этом, - весело проговорил Клаус, приятно улыбнувшись. Кэролайн вмиг сократила расстояние между ними. Она стала осматривать в лицо гибрида, взяв на заметку то, что он весьма хорош собой. Голубые и пронзительные глаза, в которых можно утонуть, легкая щетина, которая очень ему идет, слегка взъерошенные волосы и пухлые и манящие губы, к которым дико хочется прикоснуться. - Внутри меня бушует не только радость, - произнесла Кэролайн, максимально сократив расстояние между их лицами. Она знала, что чувство, возникшее у нее, наверное, когда она еще было человеком, вырывалось наружу. Она знала, что может вполне пожалеть об этом, но ее сердце вместе с разумом требовали этого, и юная вампирша не могла сопротивляться. - Ты уверена? - прошептал Клаус, щекоча дыханием шею девушки. Кэролайн медленно подняла голову, жалея о содеянном. Глаза Ника заставили все внутренности девушки скрутиться. Она обхватила его лицо руками, и впилась ему в губы, пробуя на вкус. Он сразу же ответил на поцелуй, а рука легла на талию девушки, притянув к себе. Ощутив его губы, внутри девушки все затрепетало, а внизу живота приятно потянуло. Постепенно невинный поцелуй стал переходить в страстный. Блондинка провела языком по нижней губе мужчины, затем прикусила ее, от чего у него пошла кровь, но девушка тут же слизала ее. Руки Клауса спустились ниже, а руки Кэролайн крепче обхватили его шею. Гибрид одним движением взял девушку на руки, не прекращая поцелуи. Положив ее бережно на диван, Клаус стал покрывать ее шею жаркими поцелуями, а пальчики Кэролайн освобождали его от тесной рубашки. Губы Никлауса блуждали по всему телу девушки, а руки скользнули под блузку блондинки. Наконец Форбс удалось избавиться от мешающей одежды, тоже самое удалось и Клаусу. Девушка провела пальцами по рельефному торсу гибрида, а затем стала целовать каждую клеточку его тела. Клаус накрыл своим телом хрупкую фигуру Кэролайн, продолжая страстно целовать ее манящие и полные желания губы. Мир казался обоим прекрасен, он состоял лишь из двух человек: его и ее. Внутри обоих загорелся огонь, который вряд ли потухнет, каждый из них обрел счастье. Ведь у них впереди целая вечность...

***

Солнечные лучики с трудом пробирались сквозь шторы, а некоторые лучи, которые умудрились пройти атаку штор, щекотали лицо Никлауса, сладко спящего рядом со своей любимой. Его рука покоилась на талии девушки. Он тихонько перевернулся набок и уткнулся носом в ее макушку, вдыхая запах ее волос. Через мгновение девушка поморщилась, и, судя по всему, проснулась. Глаза Кэролайн продолжали оставаться закрытыми, она играла. Легкий поцелуй в макушку заставил девушку распахнуть глаза. - Неужели это все реальность? - спросила она, полностью открыв глаза. - Мы должны благодарить Давину, - произнес Майклсон, подложив одну руку под голову. - Она еще здесь? Я должна не только поблагодарить Давину, но еще и Ребекку, - восторженно сказала девушка, пробуя встать с места. - А почему шторы закрыты? - внезапно спросила Форбс, посмотрев в сторону окна и натягивая на себя джинсы, найденные в чемодане, который Бекс еще с ее приезда не распаковывала. - Тут не хватает света, - она резко распахнула шторы, от чего комната залилась солнечным светом. - Кэролайн, ты еще не завершила обращение, свет может вредить тебе, - вдруг проговорил серьезным тоном Клаус, застегивая пуговицы на рубашке. - Давай завершим твое обращение, а как научишься контролировать себя, мы поедем к твоим родителям, - упоминание о родителях тронуло душу девушки, от чего она тут же замерла, а Никлаус успел пожалеть о сделанном, и прикусил губу. - Прости, - едва прошептал он, искренне виня себя. - Все в порядке. Я обязательно должна навестить их, - блондинка принялась почесывать затылок, делая умное выражение лица. - Сегодня же. - Как? - Клаус приобрел удивленное и в то же время тревожное выражение лица. - Мы не можем, милая. Ты еще не до конца обращена. - Так давай завершим обращение, - она сказала так, будто это был пустяк, хотя Кэр на самом деле и не знала, как это сложно. - А затем сразу же поедем. - Дорогая, - он слегка усмехнулся, обнажив зубы, - мы не можем так сделать. Ты их тут же растерзаешь. Мы обязательно сходим к ним, только позже. - Нет, - коротко отчеканила блондинка, буравя взглядом гибрида. - Я должна их увидеть, Клаус, пожалуйста. Она состроила жалобную гримасу, и стала медленно подходить к первородному. Сократив расстояние, девушка сделала щенячьи глазки, чем вызвала смех у Никлауса. - Клаус, я, правда, хочу их увидеть. Со мной ничего не случится, обещаю. Ты же будешь рядом, - она взяла его руки, внимательно смотря в глаза. - Ладно, - сдался он, тяжело выдохнув, - только максимум час. - Я знала, что ты согласишься, - она широко улыбнулась и накрыла губы Никлауса своими.

***

- Кэролайн, ты должна надеть что-нибудь шикарное, - сделала вердикт Ребекка, внимательно сканируя чемодан блондинки. После разговора Кэролайн и Клауса, он ушел ненадолго по делам, оставив трех девушек дома. Бекс взяла на себя ответственность отвезти Давину обратно в Новый Орлеан вечером, а еще она обязалась выбрать самый лучший наряд для вечернего похода к родителям. Девушки битый час выбирали наряд для Кэролайн, но в ее гардеробе не оказалось ничего, по мнению Ребекки, достойного. Давина лишь сидела где-то вдалеке и что-то рисовала. Она краем уха слышала разговор девушек, но не придавала этому значения. Ее рука невольно вырисовывала монстра с кровью на губах и острыми клыками. - Из этого точно ничего не подходит, - уверенно произнесла первородная, отбрасывая далеко чемодан своей подруги. - Выберем что-нибудь из моего шкафа. Кэролайн лишь коротко кивнула, согласившись с мнением блондинки. Внезапно у нее в горле пересохло и появилось сильное желание голода. Девушка стряхнула головой, прогоняя странные желания. Она взглянула на подруг и облегченно вздохнула. К счастью, никто не заметил. - Кэр, смотри, - Бекс протянула девушке платье лазурного цвета. - Пойдет? Увидев платье, Форбс ахнула. Элегантное, подчеркивающее все прелести ее фигуры, с открытыми плечами. Она восторженно крикнула, чем привлекла внимание Давины. - Ребекка, это чудо! Я тут же его примерю, - проговорила блондинка и поспешила в свою комнату, дабы примерить платье. Через пару минут Кэролайн вошла в комнату, где были девочки, заставив их восторженно открыть рты. Цвет платья идеально подчеркивал оливковую кожу девушки. Длина платья до колен оголяло ее стройные и длинные ножки. Платье на бретельках обнажали ее красивые плечи, позволяя человеку видеть всю прелесть ее тела. Весь образ девушки дополняла ее лучезарная улыбка, которая не сходила с лица. - Ну как? - спросила она, надеясь получить честный ответ. - Ты прекрасна, - на одном дыхании выпалила Давина, оторвавшись от рисования. Бекс ту же подхватила ее, сказав, что Кэролайн выглядит великолепно. - Значит, я пойду в этом, - уверенно проговорила Форбс, продолжая блистать улыбкой.

***

Они стояли около родного дома Кэролайн. Не верится, что именно в этом доме она выросла. Свои первые шажки она делала в пределах этого, казалось, на вид обычного дома. Здесь она училась разговаривать, произносила свои первые слова. Именно здесь она мечтала, думала, слушала музыку, читала книги. Здесь у нее были и взлеты, и падения, здесь ее мир то рушился, то снова обретал краски. Тут она испытала на своей шкуре, что такое предательство, любовь, верность, страдание. Но всего одно происшествие может все переменить. Всего одна мелочь может перечеркнуть всю твою прежнюю жизнь, не оставив даже маленького напоминания о ней. - Мне страшно, - призналась она перед тем, как позвонить в родную дверь. - Я с тобой, - ответил Никлаус, и сжал крепче ее ладонь. Она повернулась к нему и прошептала еле слышное "спасибо", после поспешила позвонить в дверь. Спустя пару минут дверь открыл Билл. На его лице не было ни грамма эмоций, но увидев дочь, он заметно переменился. При виде родного отца, сердечко Кэролайн ухнуло. Она испытала великую радость, наконец, увидев отца. Клаус почувствовал ее волнение, поэтому заговорил первый. - Здравствуйте, мистер Форбс, - поприветствовал он бархатным баритоном. - Я хочу сказать Вам, что с вашей дочерью теперь все хорошо. - Папочка, я так скучала, - прошептала девушка, сдерживая огромный ком в горле. Она попыталась войти, но какая-то неведомая сила не давала ей пройти внутрь. Она тут же взглянула на Клауса, требуя объяснений. Клаус подошел к Биллу, и начал говорить, чтобы тот пустил в дом Кэролайн. Девушка не понимала, что делает первородный, но она решила, что выяснит это, только позже. - Милая, заходи, - раздался голос мужчины, добродушно зовущий ее пройти в дом. Кэролайн улыбнулась и вошла в дом без препятствий. Билл указал им на кухню, где Кэр любила проводить много времени по утрам. Ей не терпелось поскорее зайти в свою комнату, ощутить старую атмосферу, но сначала она обязана поговорить с папой. - Доченька, я так рад, что ты снова можешь ходить, - глаза мужчины стали влажными. - Мы знали, что с тобой все в порядке, но не знали, где ты, - продолжил он, не сдерживая эмоций в тоне. - Со мной все хорошо, пап. Теперь я могу ходить, я здорова, - проговорила сквозь слезы девушка, садясь за семейный стол. Клаус продолжал наблюдать за умиляющей картиной. Казалось, в его душе, наконец, наступило спокойствие и умиротворение. С Кэролайн все в порядке, она не умирает, а это главное. Ему удалось сделать то, что казалось невозможным. Никлаус вернул к жизни девушку, которая была совершенно потеряна и растоптана. Майклсон не мог поверить в сделанное своими руками, потому что где-то глубоко-глубоко внутри терзало его и что-то не давало покоя. Он попытался заглушить внутренний голос, говорящий, что надо быть поосторожнее, и попытался войти в разговор отца и дочери. - Билл, кто пришел? - внезапно чей-то голос вторгся в разговор. Все мигом посмотрели в сторону, где исходил звук. Джейд спускалась с лестницы, окидывая взглядом всех на кухне. На ней была сиреневая кофта и джинсы, которые слегка полнили ее. Волосы как всегда были красиво уложены, на лице был легкий макияж. - Джейд, Кэролайн вернулась, - восторженно проговорил мужчина, поднимаясь со стола. Кэролайн последовала примеру отца, и тоже встала, чтобы поприветствовать мачеху. Ноги девушки почему-то тряслись, она чувствовала некую тревогу. Форбс подошла к лестнице, и, увидев Джейд, на нее накатила дикая ярость. Кэролайн попыталась отдышаться, но у нее ничего не получалось. Внутри кипела злость, которую было трудно контролировать. Она чувствовала, что задыхалась. Во рту ужасно пересохло, а зубы вмиг стали ужасно сильно болеть. Она ощупала зубы и почувствовала, что у нее растут клыки. Взгляд вампирши упал на вену, которая вздулась на шее мачехи. Она почувствовала, как под ее глазами собирается сетка вен. Девушка обнажила зубы, и с вампирской скоростью достигла мачехи. Она тут же впилась в ее шею, высосав из нее всю кровь. Клаус, подошедший вовремя, откинул ее, заставив врезаться в стену. Билл стоял, открыв рот. Он пару раз поморгав, внушая себе, что это всего лишь какой-то страшный кошмар. Кэролайн мигом встала и отряхнула себя от пыли. Она враждебно посмотрела на Никлауса. Внутри нее что-то щелкнуло, и она вмиг лишилась тех чувств, которые у нее были. Будто внутри больше ничего нет. - О, нет. Ты отключила чувства, - проговорил Клаус, пытаясь схватить девушку. Кэролайн тут же увернулась от первородного и, ничего не сказав, скрылась из дома, оставив озадаченного Билла, мертвую Джейд и растерянного Клауса одних.