Часть 2.
21 октября 2014 г., 10:31
На следующие утро проснулась она в нормальном состоянии. Наверно этому способствовал сон, что снился ей. Во сне кто-то ласково разговаривал с ней, и она чувствовала, что не безразлична этому голосу. Безразличие стало бичом для девушки — сначала Саске, потом Хатаке.
— И даже думать не буду об этом! — девушка не собиралась портить себе настроение подобными воспоминаниями.
Затем девушка вспомнила, что ей не удалось донести в целости покупки и она стала думать, что делать. Выход был один, переделать майку бывшего сенсея под себя. Проведав их подопечную, Сакура попросила у хозяина гостиницы иголку и нитку.
Хатаке в нерешительности стоял перед дверью в комнату Сакуры, так как совершенно не представлял в каком она сегодня настроении.
— Ксо! Великий джонин, гордость Конохи, боится позвать свою бывшую ученицу завтракать. Так совсем репутацию можно растерять, — уговорил себя мужчина и постучал в дверь.
— Кто там? — раздался голос Сакуры.
— Какаши. Тебе неплохо бы позавтракать, — проговорил он, ожидая, что девушка откажется и её придётся убеждать.
— Минуточку, я скоро, — похоже девушка настроена была не спорить с ним.
Ниндзя привалившись к стене, достал книгу и стал читать. Дверь номера открылась минут через пять и девушка прервала его чтение.
— Кто-то тут говорил о завтраке, - голос девушки прорвался сквозь книжный туман, и мужчина оторвал взгляд от книги.
Хорошо, что Какаши умел делать непроницаемое выражения лица, так часто выручавшее его во время битв. Увидев сейчас девушку, он обомлел. Сакура переделала его майку, ушила её и укоротила, теперь она совсем не болталась на ней. Скорее наоборот чересчур облегала её фигуру. Сакура всегда была красивой девочкой, затем девушкой, но сейчас Какаши увидел в ней сексуальность и мужчина не знал, как ему реагировать на её новый облик.
Бывшая чёрная майка ниндзя сидела на фигурке девушки как влитая, показывая, что та очень стройна и женственна. Вполне зрелые полушария груди были очень явственно видны под тканью. Волосы девушка забрала наверх, но несколько прядей всё равно касались её лица по бокам. Отправляясь на обед, девушка не стала надевать перчатки, которые обычно носила, так же она отказалась от белой юбки обычно одеваемой ею поверх шорт. Завершали это невероятное искушение чёрные сапоги.
Сакура уже отправилась завтракать и взгляд бывшего сенсея невольно метнулся на стройные ягодицы. Но Какаши не позволил себе пялится и поспешил обогнать девушку.Во-время завтрака, Сакура сообщила, что хочет посмотреть на праздник. Слово " Нет" выскочило из Какаши прежде чем он успел подумать о реакции девушки, которая последует за этим. И реакция последовала и ещё какая.
— Что значит "нет"? — салатовые глаза сверкнули, показывая, что если мужчина продолжит подобным образом разговор, то рискует огрести полноценный удар.
— Ты вчера и так повеселилась. Может тебе стоит остаться в своём номере? — Какаши был недоволен своей поспешностью, но отказаться от слов не мог.
— Я вчера повеселилась?! — девушка была возмущена подобным предположением.
— А, кто вчера разнёс ичи-ичи?
— Ничего я не разносила! Так опрокинула стул, я это точно помню. К тому же, вчера был особенный случай. Раньше я не знала, что на меня алкоголь так действует, а теперь знаю.
Какаши, наконец, понял, из-за чего он сказал своё поспешное "нет". Ему была невыносима сама мысль, что Сакуре интересен не сам праздник, а она хочет ещё раз увидеть того стражника.
— Ревную? — спросил сам себя Какаши.
— Зато вы можете целый день просидеть в номере и предаваться своему любимому занятию, — девушка кивнула на книгу возле Хатаке.
В обычной ситуации мужчина бы обрадовался возможности почитать без помех, но почему-то ему не удавалось погрузиться в книжный туман. Ниндзя решил пойти поглядеть на праздник, и дело было вовсе не в том, что Сакура где-то там.
Первое, что бросилось Хатаке в глаза на улице — это маски, сделанные наподобие его, на лицах многих женщин и девушек. Ниндзя не мог понять, в чём тут дело. Он видел, как некоторые девушки тайком снимают их. Мужчина обратился за объяснением к торговцу и узнал, что во время фестиваля поцелуев, каждая девушка, не закрывшая своё лицо даёт разрешение на поцелуй окружающим.
— Ксо! Сакура! — Джонин не мог понять, чего он больше боится, что девушка не знает об этой традиции или знает, и хочет поучаствовать.
Сакуре рассказали о фестивале, и девушку позабавил подобный обычай. Конечно, она могла за себя постоять в случае чего, но девушка не собиралась поддерживать эту традицию. К официальному началу фестиваля, Сакура планировала возвратиться обратно... Куноичи, почувствовав крепкую хватку выше своего локтя, напряглась всем телом, чтобы ударить нахала схватившего её. Но тут её обоняние донесло до неё такой знакомый мужской запах. Девушка расслабилась, так как она знала, что это Какаши.
— Немедленно вернись в гостиницу, — сказал ей бывший сенсей.
— Что? — опешила Сакура.
— Тебе нужно немедленно вернуться в гостиницу, — терпеливо повторил ниндзя.
— Чуть позже, — и как только девушка дала такой ответ, хватка на её руке усилилась. — Отпусти меня, Какаши.
Сакура полуобернулась к мужчине. Хатаке выглядел внушительно: высокий, мускулистый, в чёрных брюках и чёрной майке, бело-серебристые волосы лежали на левой стороне лица, прикрывая шаринган.
— Тогда надень мою маску, раз не собираешься идти в гостиницу. Не забывай, что ты куноичи деревни листа.
Сакура увидела, что несколько стоящих рядом женщин и так с интересом поглядывающих на Хатаке придвинулись, предвкушая зрелище снятой маски. Для Сакуры это было уже слишком.
— Значит, я должна надеть маску, а вы будете наслаждаться?! — девушка выдернула свою руку.
— Ничем я не буду наслаждаться, — но за много лет, Сакура научилась немного понимать эмоции этого мужчины, и сейчас он лгал — ему это доставит удовольствие.
— Зато, я хочу наслаждаться! И то, что я куноичи не значит, что я должна себе во всём отказывать.
— Что-то я не заметил, чтобы ты себе в чём-то отказывала, когда мы были вместе. Если тебе уж так хочется опять быть с мужчиной, то лучше сделать это со мной, чем вести себя как распутница с чужими мужчинами.
***
Какаши с ума сходил от ревности, но этого говорить не стоило. Падающая чёлка не была помехой шарингану, и он видел, благодаря шарингану растянутому в вечность, как девушка резко побледнела, и на мгновение её лице промелькнула боль. — Ксо! Ревнивый идиот! Дурак озабоченный! — мужчина ругал себя последними словами. И хуже всего было то, что мужчина надеялся на согласие розововолосой девушки. Именно ему было мало одной ночи. Но Сакура была сильной и тут же взяла своё лицо под контроль. — С вами?- её холодный взгляд прошёлся по нему, будто она не могла поверить в то, что видит. — На что способен Хатаке Какаши, я уже знаю, и повторять как-то не тянет, — это был сильный удар по мужскому самолюбию. — Не заметил, чтобы тебе что-то не понравилось, когда мы были вместе, — но мужчина просчитался: Сакура ни капельки не смутилась. — А я представляла на вашем месте Саске, — Какаши почувствовал, как воздух перестал поступать в лёгкие, как от мощнейшего удара. — Я вообще не думала с вами спать, но потом мне пришло в голову, что с вашим шаринганом, я смогу представить, что это он. — Значит, сейчас твоё воображение будет отказывать и не примет меня за Саске? — Одного шарингана недостаточно. Ну не тянете вы на Учиху, — легко бросила девушка. Какаши хотелось встряхнуть Сакуру, чтобы она прекратила врать. Может кто-нибудь другой и поверил бы ей, но бывший сенсей видел, что это игра, пусть и блестящая. В ту ночь она была с ним и видела только его, а затем... Да, он заслужил всё происходящее. Но кто бы мог подумать, что девушка умеет быть такой жестокой. Джонину нужно было придумать, как вести себя с такой Сакурой. — Ну что ж, удачи тебе в поисках двух шаринганов, — и развернувшись, Хатаке ушёл.
