Северное сияние

Рождество. Произнося это слово, уголки губ непроизвольно приподнимаются вверх, а на душе становится тепло и уютно. Рождество. Прошел год, как семейство Каллен переехало на новое место жительство. Это был небольшой городок на севере России. Еще никогда они не выбирали эту страну для своего проживания, но её географические и климатические особенности идеально подходили для того чтобы какое-то время пожить на столь огромной территории. Холод, полярные ночи, длящиеся месяцами, богатейшая фауна. Это не могло не радовать одного из самых многочисленных кланов вампиров. И вот, наступило Рождество. Она замерла на верхней ступени лестницы. Если бы у неё было сердце, то оно заглушило бы своим стуком всё вокруг. Губы Элис слегка дрогнули, искажая её широкую улыбку. Внизу, перед душистой елкой, сидели Эдвард, Белла и Ренесми. Они улыбались, глядя друг на друга, распространяя вокруг себя ощущения целостности и безграничной любви. Внезапно Эдвард обернулся, пересекаясь взглядом со своей сестрой, но та, легким ветерком впорхнула из дома. Зимний лес. Её ноги едва утопали в снегу, оставляя на белоснежной поверхности еле различимые следы. Элис бежала, как никогда в жизни, с наслаждением слушая, как свистит ветер в ушах. Так нельзя! Она не должна была так думать, но разве можно что-то исправить? Разве можно…? Нет! В нос ударил запах соленой воды. Бежать, бежать что есть сил, чувствовать лишь как движется её тело. Внезапно в лесном массиве показался просвет и уже через мгновение перед ней открылся вид на океан. Белоснежная даль. Одиночество, холод и боль. Она стояла на обрыве скалы, закрыв глаза и расправив в стороны руки. Казалось всего один шаг, сильный порыв ветра и девушка полетит, подобно птице, но... Элис стояла, подставляя лицо под холодный поток воздуха. - Мне жаль! – раздался позади неё мужской голос. - Прости! – еле слышно прошептала она. – Я не хотела тебя расстраивать. - Давай, поговорим, - предложил Эдвард. Они сидели на обрыве скалы. Два вампира, ставшие друг для друга родными. Брат и сестра, не имевшие никогда кровного родства. Две души, нашедшие друг друга. - Эдвард, я не … - хотела извиниться Элис, но он перебил её. - Не нужно! Почему всё так? - Я не знаю, - призналась она. Мужчина видел, как в голове сестры замелькали картинки: он, Белла, Ренесми, сидящие в тени зеленой красавицы, маленькие пазлы из недалекого прошлого, где они всё той же троицей излучали переполнявшие их счастье. Вот первое впечатление Элис, когда она увидела Беллу беременной, их свадьба. Какой-то не имеющий для Эдварда эпизод. Он и не думал, что Элис запомнит именно его. И в конце мелькнуло воспоминание, когда крошечное тельце Ренесми впервые оказалось в её руках. Девушка вздохнула и издала странный звук. Именно так плакала Эсми. - Элис? – удивленно произнёс Эдвард. Он никогда не видел, чтобы его сестра плакала, точнее, пыталась плакать. Эта вечная оптимистка, маленький моторчик, персональное солнце семейства Каллен. Все те годы, что они прожили вместе, Эдвард знал, лишь одно, что волновало Элис – Джаспер. Весь её мир был вокруг него. Она могла быть со всеми, но лишь он один был осью её жизни. Эта странная пара, которую сейчас Эдвард не мог представить врозь, при первой встрече вызывало совсем другое чувство. Спокойный, уравновешенный Джаспер и вспышка света, энергичная Элис. Они были как лед и пламя. И тогда Эдвард не совсем понимал, почему они вместе. Что могло их связать? Что общего могло быть между ними? Но это странное сочетание двух стихий было тем уникальным явлением, когда они являлись дополнением друг друга. Элис дарила Джасперу необходимые ему добрые эмоции, а он в свою очередь давал девушке сил, чтобы жить. Жить для кого-то и ради кого-то. Её смысл, её надежда, её судьба. - Знаешь, - звонкий голосок разрушил тишину. – Я никогда никому не завидовала. Я не представляла себе, что такое желать то, что имеют другие. Но… - девушка замолчала, покусывая свои холодные губы. – Теперь я знаю, что это за чувство. Я никогда не понимала Эсми, Розали. Они готовы были отдать всё – бессмертие, красоту, лишь бы вновь стать человеком. И всё ради того, чтобы познать вкус материнства. Я не помнила своей прошлой жизни, возможно, поэтому во мне не сохранились те человеческие чувства, которые остались в их памяти. Я знала, что такое голод, я познала инстинкты хищника, я выработала в себе самоконтроль. Встретив Джаспера, я узнала, что такое любовь, желание, забота. Обретя вас, я почувствовала, что значит быть семьёй. Но взяв в руки Несси, я поняла, что никогда не смогу познать вкус самого желанного, самого волшебного и удивительного чувства – материнства. Я никогда не смогу сказать Джасперу, что у нас будет ребенок. Никогда в мире не появиться частичка нас двоих. У нас не будет продолжения. Я никогда не увижу в глазах Джаспера, того счастья, что вижу в твоих глазах, когда ты смотришь на Ренесми. - Элис… - с грустью выдохнул Эдвард. - Я всё понимаю. Не переживай, – горько усмехнулась она. – Видимо, это плата за наше бессмертие. Эдвард видел, как в голове сестры мелькнул кадр из недавнего прошлого – его семья. - Тебе очень повезло, Эдвард. Твоя несбыточная мечта стала явью. - И твоя мечта, Элис, тоже может стать явью. Нужно просто мечтать. Он взял её руку в свою и слегка сжал. - Спасибо, Эдвард! – прошептала она.