Однажды тёмной ночью при свете полной луны...

Укрытая темнотой земля серебрилась под пронзительным светом полной луны. Над землёй, расшвыривая в разные стороны падшие листья и траву, стремительно неслись четыре смазанные тени. Яростный блеск жёлтых, синих и ярко-алых глаз предостерегал всё живое - монстры бегут по лесу! Монстры ищут жертву! Монстры хотят крови! Так и было бы, если бы не...

***

Чертыхнувшись, голубоглазые затормозили перед огромным, в узловатых сучках и с огромным дуплом по среди ствола, дубом. Древнее и явно не очень здоровое растение наводило жуть одним своим видом. Два более молодых монстра, немного отстав от сородичей, рассматривали представшее перед ними дерево издалека, то ли не решаясь мешать старшим, более умудренным опытом волкам, то ли просто опасаясь темнеющей в ночи громады. — Это оно? — недоверчиво проворчал красноглазый. — И запах, и следы ведут сюда. — Голубоглазые настороженно переглянулись, вполне резонно ожидая подвоха. Просто в их жизни только шерсть на ушах вырастала, всё же остальное всегда сулило кучу проблем. — Чёрт, я не могу подойти ближе! — растерянно провыл желтоглазый. — Дерек, здесь на земле круг, это он не даёт подойти! — Голубоглазый, присев на корточки, рассматривал тёмную черту, отделяющую их от столь необходимой им добычи. — Я пройду! — Красноглазый уверенно направился к загадочно темнеющему дубу. Только для того, чтобы в следующее мгновение отлететь обратно. Приложившись о растущую невдалеке сосну хребтом, Альфа помотал дурной головой, из-за которой весь остальной организм в который уже раз пострадал. — Похоже, нам нужен Стайлз! — Питер с уверенным видом вытащил из кармана мобильник. Успокоившись, он уже больше ни чем не напоминал того опасного зверя, что готов был разорвать глотку первому попавшемуся на пути, лишь небольшая шальная искра во взоре заставляла передёргиваться неподготовленного наблюдателя. — Зачем? — Желтоглазый удивлённо уставился на Питера, делая вид, что не замечает раздражённого рычания Альфы. — Только он может ходить через барьеры, только он обычный человек, а не очередная шутка мироздания.

***

Пока Питер разъяснял, как до них добраться, Дерек недовольно хмурился, а Скотт потирал помятый загривок, желтоглазый, приняв человеческий облик, с интересом рассматривал представшую перед ними задачу. Со слов Дерека было известно о ведьме, вроде как она убила компанию гуляк, забредших в эту часть леса. Ну и парочку бродяг в самом городе. Честно говоря, Айзек немного не понимал, чего все на неё так взъелись — на данный момент ведьма была самым спокойным созданием из всех потусторонних тварей, что терроризировали несчастный город и окрестные леса. За неспешными размышлениями юноша не заметил, как прошло время и к их компании подрулил потрёпанный джип лучшего друга Альфы. Выскочивший из машины парень больше всего напоминал взбешённую болонку, носясь туда-сюда между немного ошарашенными его напором оборотнями. Понять, что же он без остановки тарахтел, уже не пытался даже его друг. Подняв руки, просто схватил мечущуюся фигуру за предплечья. Фирменный взгляд Альфы, а ля "у меня сегодня на ужин кролик", пригвоздил Стилински не хуже когтей и клыков. — А, не, всё в порядке, — побледнев, промолвил юноша, рассматривая чем-то сильно недовольных оборотней. — Так что, говорите, у вас за проблема? — Дерево, там нужная нам вещь! Подойти мы не можем, ведьма закрыла от нас дуб, — прорычал Скотт. — Должен ты! Только сейчас Стайлз понял, что же его смутило в этом полуночном вызове от команды волков-переростков — они позвали его в лес в полнолуние!!! С трудом удерживающий себя в руках Скотт; больше похожий на животное, чем на человека, Айзек; не слишком адекватно выглядящие Хейлы — всё предвещало полную экстрима ночку. И если бы Стайлз мог предвидеть будущее, то в ту же секунду развернулся бы, залез в старенький джип и, вдавив педаль газа в пол, оставил эту милую полянку позади. Но обучение умению предвидения не входило в стандартную школьную программу, и юноша беспечно направился к громаде дерева, выспрашивая на ходу, что же ему искать. — Здесь рассыпан пепел... Сейчас разомкну. — Старательно разбросав попадающуюся под ноги колдовскую пыль, Стайлз, зажав фонарик в зубах, бесстрашно полез в виднеющееся посреди огромного ствола дупло. С трудом, обдирая плечи о шершавую кору, юноша на половину протиснулся внутрь. В неверном свете маленького фонарика в явно рукотворной нише обнаружилась книга. Чёрная, покрытая серебристыми узорами кожа, руны по краям и оскаленная морда в центре — всё это уж слишком показательно указывало на сверхъестественное содержимое книги. Уже протянув к ней руку, Стайлз засомневался, но дружный злобный шёпот за спиной — "что ты там копаешься!" заставил юношу плюнуть на предчувствие и дотронуться до книги. В то же мгновение хоть и не слишком просторное, но достаточно удобное для его худенькой фигурки дупло резко сжалось подобно гигантскому кулаку. Появившиеся из краёв острые шипы впились в кожу, причиняя боль и дискомфорт. — Ай, ой-ёй-ёй! — Ужом завертелся парень, пытаясь освободиться, но лишь ещё больше насадился на острия. Попытавшиеся помочь оборотни сделали ещё хуже — теперь Стилински висел в воздухе, не доставая ногами до земли, а "спасители" самозабвенно тянули его за ноги. Заверещав, юноша вцепился в дерево руками, ногами пытаясь стряхнуть друзей, которые его сейчас, похоже, непреднамеренно убивали. — Стоп! Стоп, стойте! — Почувствовав свободу хотя бы ниже пояса, юноша облегчённо вздохнул. Пошарив вокруг в поисках подсказки о том, как же ему спастись, он и в правду её обнаружил. На том самом месте, где ещё минуту назад лежала книга, появился листок бумаги. "Лишь потеряв то, что имеешь, чем дорожишь и от чего не чаешь ты избавиться, свободу обретёшь". Перечитав дважды, Стайлз схватился за голову. — Что? Ну вот что у меня есть такого, от чего я "не чаю избавиться"? — Девственность? — ответил, не задумываясь, лучший друг. — Что?! — Немного подумав, Стайлз вынужден был согласиться, — девственность подходит по всем пунктам. — Ну и как мне это провернуть? Ничего, что сейчас ночь, вокруг глухой лес, в котором из особей женского пола только белочки, да и поза не слишком располагает! Хотя если белочек… — А что, хорошая поза... — пробурчал себе под нос Питер Хейл. Все остальные оборотни как загипнотизированные уставились на торчащую из дупла попу. Попа подрыгала ногами. Айзек, хмыкнув, облизнулся. Если бы Стайлз мог видеть сейчас стаю, дупло бы показалось ему более гостеприимным, чем полный оборотней лес. Горящие глаза, капающая с клыков слюна, огромные страшные когти и зверский стояк при взгляде на его попец. — Ну, девственность же можно потерять несколькими способами... мы тебе поможем... — пропел Питер, придвигаясь ближе. Раздавшееся в ответ рычание намекнуло на старшинство. Оскалившийся Альфа дохнул старшему Хейлу в загривок, намекая. Помимо своей воли тот повёл плечами и, прижавшись спиной к Скоту, ягодицами потёрся о не менее выдающийся стояк вожака стаи. Дерек с Айзеком немного испуганно наблюдали за происходящим перед их глазами. Питер, пошло облизнувшись, откинулся назад, подставляя свою беззащитную шею. Скотт не заставил себя уговаривать и в то же мгновение прикусил нежную кожицу зубами. Капелька крови, показавшаяся на месте укуса, была заботливо слизана шершавым звериным языком. Пройдясь по шее, он принялся с увлечением вылизывать ушную раковину партнёра. Не удержавшись, Питер захихикал и, слабо отбиваясь, развернулся лицом к Альфе, закидывая тому ногу на бедро, вжимаясь в крепкое юношеское тело, впиваясь в губы поцелуем. — Чем это вы там занимаетесь вместо того, чтобы думать, как меня спасать? — Стайлз с подозрением прислушался к странным звукам. — Эм... знаешь, но найти того, кто бы помог тебе лишиться девственности именно сейчас, не слишком просто. — В смысле? — Или жизнь, или попа! — решил внести ясность Дерек. — Твоя прямолинейность... — Лейхи поднял глаза к луне. — ... не даёт нам потерять столь необходимое в поимке ведьмы время! — жёстко прорычал мужчина. Раздавшийся со стороны стон заставил его опять отвлечься. В нескольких шагах от них Альфа вполне профессионально раскладывал на земле голубоглазого оборотня. Закашлявшийся от неожиданно представшего перед глазами нового амплуа любимого дядюшки, племянник, схватив за шкирку раскрывшего рот бету, потащил того спасать друга. — Стайлз, надеюсь, ты понимаешь, какой выбор стоит перед тобой? — Дерек с сомнением рассматривал юношеский филей. Конечно, он мог закрыть глаза и представить, что эта попка принадлежит жгучей красотке, которую он на днях совратил, но... подобный опыт был для Хейла в новинку, в отличие от его дядюшки и друга. И начинать всё так... это не лучший вариант! — А что я должен выбрать?.. — немного истерично прокричал Стилински. — Кто из нас будет пробовать на прочность твой аппетитный зад! — с непередаваемым ехидством проговорил Айзек Лейхи, попутно огладив выпирающую часть тела друга рукой. — Мамочки! — Стайлз предпринял попытку поглубже забраться в дупло. На взгляд оборотней, очень развратную попытку. На копошение отвлёкся даже Альфа, проворчав что-то про "хорошенький попец". — Скотт! Спаси меня! — Трахнуть? — В рычании лишь с большим трудом можно было признать человеческую речь. Стайлз понял — дело пахнет керосином. — Нет! — Ну, то, что тебя однозначно кто-нибудь сегодня трахнет — это факт! Осталось только решить кто! — Пусть это будет Лидия в полупрозрачном пеньюаре! - с мольбой простонал сжавшийся от страха Стайлз. В ответ дерево немного дрогнуло, обсыпав расположившуюся под ним стаю листвой. — Я передам ей координаты твоего хладного, страдающего от неразделённой любви трупа! — Вот сволочь! — Раздавшееся в ответ рычание помогло в принятии решений. — Скотт! Пусть это будет Скотт! Мы друзья, мы это переживём! — Не хочу расстраивать, но он сейчас немного занят. Питер, если что, тоже! — Ну конечно, как он мне нужен, так по своим волчьим делам убежал... — проворчал юноша, прикидывая, что будет хуже из оставшихся вариантов. — А-а-а, плевать! Кто угодно, только побыстрее! У меня сейчас клаустрофобия случится! — уронив голову на скрещенные руки, простонал Стилински. И искренне понадеялся, что исполнитель будет хотя бы теоретически знаком с основами гомосексуальных отношений. О противном ему даже думать не хотелось. Он не оборотень, новую попу в замен старой не вырастит. Дерек, переглянувшись с Лейхи, отступил назад, взглядом давая тому карт-бланш. Айзеку сразу же стало трудно дышать. Слюна, вместо того чтобы проглатываться, застревала в горле, пальцы дрожали, а уши как назло улавливали пошлые стоны из кустов. Сверкающие ехидством красные и голубые глаза не добавляли уверенности в себе. Они скорее отвешивали направляющего пинка, явно обзывая "нерешительным идиотом". — Да где вы там все! — Стайлз нетерпеливо дрыгнул ногой. — ...сейчас-сейчас... — неслышный шёпот и тонкие пальцы на аппетитной попке. Они поглаживают, ласкают, слегка царапая когтями кожу. Проникают под брюки, распуская их на макраме. Бельё капитулирует сразу же, и, устав путаться в нитях, оборотень срывает мешающие ему детали гардероба. Стайлз пытается брыкаться, но чувствительно прикушенная попка убивает весь его энтузиазм. Он только всхлипывает, поглубже зарываясь головою в сложенные руки, когда чужая ладонь проходится по его яйцам. Они испуганно поджимаются, но вот член в противовес с готовностью просыпается в ответ. Гормоны в юном теле бурлят, требуя разрядки, и доводы разума уже не помогают. Настойчивые пальцы аккуратно, боясь повредить, проникают внутрь. Сначала один коготок, потом пальчик, потом второй... — А можно без этого вашего фирменного маникюра? Мне ещё попа дорога как память о невинности. — Пррроссстиии, — шипит чудовище за спиной. И, как ни странно, это успокаивает испуганного парня. Кто бы сейчас ни прикасался к нему, он не хочет навредить.

***

Дерек отходит к облюбованной ещё Скоттом сосне, опирается спиной о ствол. Всё происходящее кажется ему странным, сюрреалистическим сном. Нет, полнолуние на них всегда влияет, но это явно происходило под девизом "Валить и трахать", такого на его памяти ещё не бывало. Держался Дерек сейчас только на силе воли да на отсутствии гипотетических партнёров, однако с каждым вздохом желание присоединиться к развлекающейся стае становилось всё сильнее и сильнее. Красивые, сильные и обнажённые тела сплетаются на земле. Рычание вырывается из глоток, а тела покрывают капли крови. Когти до крови впиваются в мягкую плоть, дразня в оборотне зверя. Запах крови, страсти и страха сводит его с ума, в мозгу всплывают видения давно минувших дней, лица его любимых, его друзей, но похоть лишь сильнее затягивает в свои сети. Склонившись до земли, он держит сам себя за плечи, напоминая, что он человек. С клыками и когтями, но всё же хомо сапиенс, человек разумный. А люди разумные так не поступают, не набрасываются на своих друзей в надежде изнасиловать их поскорее. Пошлый стон, раздавшийся из дупла, сносит к чёртовой матери весь самоконтроль. Айзек, пристроившийся уже к постанывающему заду, отлетает в сторону подобно пушинке, и его место занимает голубоглазый демон. Не заморачиваясь подготовкой, сразу же входит. Айзек молча психует, попу друга он готовил всё же для себя, а не для некоторых кайфоломов. Не успев толком даже обидеться, бета ошарашено провожает взглядом довольного собой Дерека. Из последних сил сдержав фразочку про скорострела, оборотень, прихрамывая и оглядываясь на старшего собрата, подкрадывается к начавшей выбираться из дупла попе. И пока она, переваливаясь с бока на бок, повисает над землёй, кончиками пальцев ног пытается достать земли, быстренько толкает её назад. Возмущённый вопль быстренько переходит в яростный: — Какая сволочь!!! — Но силы явно не равны, и Стайлзу остаётся лишь расслабиться и... Задумавшись насчёт удовольствия, юноша ощутил предательское пробуждение дружка. Того, похоже, не сильно и смущало то, что имеет не он, а его, и даже то, что делает это мужчина. Гормоны бурлили, требуя своё, и разум послал всё к чертям собачьим. Вцепившись зубами в книгу, Стилински глухо застонал, когда очередное движение внутри обожгло нутро взрывной волной удовольствия. Член дёрнулся, прижавшись к животу, и чужая рука его сразу же приласкала. — Ненавижу оборотней. — Юноша всхлипнул, проклиная свою чувствительность. Но зад ещё больше оттопырил, давая нахальной руке больше места.

***

Питер нашёптывал на ушко Альфы различные глупости, предлагал работать личной домашней грелкой и даже потереть спинку в душе. Альфа благосклонно кивал, разомлев в чужих объятьях и играя коготком с забавно сморщившимся членом старшего Хейла. Таким тот оставался недолго, и уже через мгновение мужчина, склонившись, выцеловывал тело лежащего перед ним парня. Проворные руки спустились на ягодицы, а губы накрыли стоящий колом член. К сожалению, инициатива не дала Питеру разгуляться, руки Альфы, жёстко схватив его за волосы, насадили на член по самые яйца. Задыхающийся, хрипящий Хейл был отпущен лишь на мгновение — успеть сделать вздох, и вот - опять глубокий минет в исполнении бывшего Альфы. Только в его притворное недовольство не верит никто. Скотт слышит, как бьется его сердце, обоняет запах выделившейся смазки, видит, как сильное тело прижимается к нему. Рывок, и оборотень оказывается погребён под озверевшим Альфой. Тело распято на земле, ноги разведены, грудь вздымается как после долгого бега, руки стянуты над головой ремнём и прижаты к земле. А Скотт начинает развлекаться. То пройдётся по коже груди языком, то поиграет с бусинкой соска. Руки тоже не остаются безучастны — Альфа хочет, чтобы его умоляли. Первый порыв, приступ страсти был удовлетворён, и теперь пришло время поиграть с добычей.

***

Дерек, схватившись за голову, сидит под любимым хвойным и с непередаваемым выражением на лице рассматривает задорно работающий зад своего бывшего беты. Разум опять твердит, что так нельзя — член, что очень даже нужно и можно. "Гляди, какая попка ладненькая, так и просится оприходовать".

***

Айзек орал, Дерек рычал, Стайлз стонал, Питер хохотал, Скотта свалил приступ странного кашля, а ведьма через слёзы давила в себе смех. Эллисон и Лидия хоть и не разделяли её веселья, но молча всё внимательно подмечали, сидя на удобной ветке дуба у оборотней почти над самой головой. — Чтоб я ещё хоть одному оборотню поверила, — прошипела Эллисон при взгляде на довольную морду Лейхи, вполне уже приноровившегося к присутствию Дерека в попе и во всю ловящего от этого кайф. Прилаживая тетиву, охотница выбирала цель получше, пока не наткнулась на горящий алым ехидством взгляд. — Ой! — Тикаем! — завопила ведьма, первой спрыгивая в траву. Ей ли было не знать, что заклинанию всё равно, кого оборотни будут драть, главное именно драть. А рассеется оно не ранее рассвета, то есть не раньше, чем через два часа. Очень жаркие два часа. И если для оборотней это были мелочи (на её взгляд), то именно своего филея ей было до ужаса жалко! "Но всё же это того стоило" — подумала растрёпанная девушка, проносясь мимо ошарашенного Дерека и блаженствующего Айзека Лейхи. Раздавшееся за спиной рычание придало ускорение её бегу.