Иначе

Не смотря на то, что во всем мире шиноби Итачи считают нукенином, он никогда не смог бы сказать, что хоть раз вставал на темную сторону. Более того, все его поступки служили лишь добрым намерениям. Итачи всегда отличался от своих сверстников, да и некоторых взрослых, высокими моральными ценностями, четкими представлениями о добре и зле, несгибаемым чувством долга и ответственности. Его абсолютный контроль своих эмоций в купе со столь высокими нравственными идеалами и позволили в столь юном возрасте достичь таких успехов: раннее окончание академии шиноби с ошеломительными результатами на выпускных экзаменах, быстрое освоение способности клана использованию шарингана, поступление на службу в АНБУ и присвоение звания капитана уже в тринадцать лет. И к своему совершеннолетию он становится членом какой-то преступной организации. А она точно является преступной, в этом Итачи не сомневался, ведь Орочимару вряд ли станет заниматься благотворительностью. Каково будет Учихе, убежденному пацифисту, существовать в этой группировке? Ответа на этот вопрос пока не мог дать себе даже сам Итачи. Носитель шарингана явно чувствовал, что Орочимару имеет планы конкретно на него, но какие именно? Еще один вопрос остается неотвеченным. Странным Итачи показалось и то, что змеиный санин посчитал Наруто обычным ребенком. Куда же подевалось его великое чутье? Сколько времени удастся скрывать, что Узумаки – носитель девятихвостого лиса, пропавший джинчурики Конохи? Стоит ли так рисковать, буквально предоставляя врагу столь мощное оружие? Вопросы, вопросы, одни только вопросы, на которые ответы найдутся, ой, как не скоро! В своих раздумьях Итачи дошел до места их с Наруто ночевки. До утра еще очень далеко – на востоке было по-прежнему темное небо. Мириады звезд украшали небосвод, создавая немыслимые фигуры и изображения. Яркие и не очень, бело-лунные и цветные, равномерно сияющие и пульсирующие – все они были на своих местах, предопределенных свыше – может, Богом; может, судьбой; может, по каким-либо законам. Они существовали где-то очень и очень далеко и никого не грели своим холодным светом. Ночной зябкий воздух всё настойчивее намекал одинокому юноше, что пора уже вернуться в номер. Понаблюдав еще несколько мгновений за красотой ночного неба, еще не скрытого от глаз лучами восходящего солнца, Итачи вернулся к Наруто. Последний блаженно спал, раскинувшись звездой у себя на кровати. Этот юнец и не подозревал, что совсем недавно подвергался смертельной опасности. «Пусть и дальше ничего не знает, - решил Итачи. – Уж как-нибудь объясню ему с утра, почему он теперь будет помогать некой Конан на кухне у Акацуки, вместо того, чтобы тренировать свои боевые навыки». Незаметно усмехнувшись – лишь одним уголком губ – Учиха подошел к своей кровати, на которой лежала аккуратно сложенная пополам бумажка. «Уважаемые новобранцы организации Акацуки, мы будем ждать Вас завтра у выхода из деревни ровно в восемь утра. Орочимару и Сасори. P.S. Опаздывать не советую – мой друг Сасори очень не любит кого-то ждать». Что ж, завтрашний день таит в себе еще много неизвестного. Чтобы хоть как-то приблизить его, Итачи решил немного вздремнуть. Погрузившись в легкую дрему, он увидел родные места – Коноху, свой квартал, родной дом, родителей, брата… Всё это теперь недосягаемо для одного из последних обладателей шарингана.