Иначе

Очнувшись, Наруто понял, что находится уже в своей комнате, а Итачи рядом нет. Перевернувшись на бок, блондин пытался вспомнить, как он попал сюда, ведь последнее, что он помнил – это то, как Итачи наставлял его перед своим отбытием. Не заметив, как за этими размышлениями сам заснул, Наруто почувствовал, что кто-то аккуратно трясет его, заставляя вынырнуть из объятий дремы. Янтарные глаза, ярко синие волосы, бумажный цветок в них и отсутствие улыбки – в этом вся Конан. - Вставай, нам нужно сходить за едой в деревню. - Да ну, я лучше еще посплю, - блондин перевернулся на другой бок и усиленно засопел, делая вид, что спит снова. За спиной послышалось шуршание бумаги, которая через мгновение покрывала половину тела Наруто. - Эй! Ты чего творишь?! – заверещал нукенин-мумия. - Вставай, нам нужно… - Да я и с первого раза это понял. Сейчас только умоюсь и спущусь. Освежившись в душе, Наруто поплелся на выход, благо Конан накануне рассказала маленькую хитрость, как не заблудиться во всех этих коридорах. Снаружи его уже ждали синеволосая и Какузу с Хиданом. - Наконец-то, наша спящая красавица явилась. Че так долго? Макияж поправлял? - Да пшёл ты, альбинос переросток! Щас я тебе! – Наруто уже закатывал рукава для драки, а Хидан поудобнее перехватил косу, начиная молитву Джашину, как их обоих остановил взгляд Конан – в янтарных глазах читалась угроза скорейшей расправы, если они не прекратят. Наруто шумно взглотнув, не собираясь проверять на себе методы воспитания девушки, а Хидан ,уже зная, на что способна повелительница оригами в гневе, примирительно помахал руками. - Идем, Хидан, у нас задание! – позвал напарника Какузу. - Ага, до встречи, мелкий ушлепок! – поржав напоследок, двое нукенинов двинули в сторону выхода из деревни. - Пошли, Наруто, нам туда, - окликнула блондина Конан. Дождя сегодня не было, но и солнца из-за туч не видно. - А когда мне выдадут плащ, как у всех? – нарушил короткую тишину неугомонный парнишка. - Ты еще слишком мал, чтобы становиться полноправным членом нашей группировки. К тому же мы не знаем о твоих способностях. Может, ты вообще не способен к управлению чакрой, - тут Конан немного схитрила, отлично помня выброс энергии Наруто на его первом собрании. - Да я стану самым сильным шиноби во всем мире, даттебайо! - Вот когда станешь, тогда и поговорим, - Конан слегка улыбнулась уголками губ, хотя это могло только показаться Наруто. До магазина двои из Акацуки дошли молча. Люди, изредка попадавшиеся на улицах, здоровались с синеволосой девушкой, склоняясь в приветствии. Конан отвечала лишь сдержанным кивком. Наруто же шел, ни с кем не здороваясь, пиная перед собой камни, пока один из них не отлетел в сторону, ударив кошку, мирно спавшую на крыльце жилого дома. Животное, испугавшись спросонья, прыгнуло в сторону двери, откуда в это время выходила женщина средних лет с пустым ведром в руках. Кошка вцепилась когтями в колено хозяйки, отчего последняя завалилась на бок и, пытаясь вернуть равновесие, отчаянно замахала руками. При этом у ведра, сделанного явно в Китае, как по закону (всем известному) оторвалась ручка и холодное оружие (ну, не огнестрельное же…) полетело в сторону двух проходящих мимо людей. А далее как в замедленной сьемке: ведро летит прямиком в голову девушке в черном плаще с красными облаками, отвлекшуюся на очередное приветствие. Наруто, понимая, что ему попадет, если снаряд достигнет цели, бросается наперерез. Конан только успевает осознать, что на нее сзади кто-то напрыгнул, сбивая с ног, с криком: «Берегись!». Далее – звонкий удар и тихий стон. Что-то, а точнее кто-то, обмякнув, свалился в придорожную пыль. Хозяйка ведра уже громко кудахтала вокруг лежащего без сознания Наруто, у которого на лбу на глазах росла шишка. - Ой-ей-ей!!! Как же так получилось-то?!! – ревела как белуга женщина. Конан, просканировав состояние горе-помощника, успокоила несчастную: - Жить будет, очнется через пару часов, - сложив печати, Конан сделала из бумаги подобие носилок и мысленно велела им траснпортировать раненого на базу. Сама же продолжила путь к магазину, отмечая про себя, что «спасителю» можно купить что-нибудь вкусненького. Тем временем в Деревне скрытого Камня. - Акацуки?! – удивился юный парень с длинными волосами цвета пшеницы, увидев своих «заказчиков». – Какое мне дело до вас? Не видите – вы мне мешаете заниматься искусством! - Так, значит, этот пацан должен быть моим напарником? Слишком много треплется. Кажется, он из тех, кто умирает молодыми, - оценивал нукенина Сасори. - Это приказ Лидера. Его способности могут нам пригодиться, - невозмутимо ответил Итачи, для которого это задание было проверкой. - Вы в курсе о моих способностях?! Да кто вы такие? - Ты террорист, сотрудничаешь с бунтовщиками из разных стран, взрываешь всё подряд, - спокойно цитировал личное дело подрывника Кисаме. – Чего же ты пытаешься добиться? - Добиться? Да ничего… Люди нанимают меня, чтобы я что-нибудь взорвал, используя свои творения. - Творения? – переспросил ценитель искусства из Акацук. - Верно! Полюбуйтесь! – оживился Дейдара, мгновенно создавая в левой руке пузатого белого паука из своей глины, находящейся в сумках на поясе. – Такие прекрасные четкие линии, которые переходят в плоские формы. Однако, это не всё мое искусство! Мои творения оживают! С точки зрения формы – это не более, чем глина, но оно взрывается, а когда оно это делает, то изменяется и превращается в мое истинное искусство. Только в краткий момент взрыва вы сможете узреть мое истинное искусство! Искусство – это ВЗРЫВ! – воодушевленно повествовал блондин, выставляя перед собой паучка. А в ответ… А в ответ – гробовая тишина. - Достал, - не вытерпел кукольник. - Он закончил? – уточнил мечник. - Кто знает, - пожал плечами Итачи. – Не важно, я займусь им. Учиха активировал шаринган и посмотрел прямо на своего аппонента. «Что с его глазами?» - пронеслось в мыслях Дейдары. - Хочешь подраться? – усмехнулся подрывник. - Если я выиграю – ты присоединишься к Акацуки. - Не смей недооценивать меня и мое искусство! Мои техники – это не что иное, как истинное искусство! – стараясь отвлечь разговором своего противника, Дейдара быстро захватывает из сумки комочек глины, спрятав руку за спину. Рот на ладони, пережевав лакомство, раскрылся, и из него выползла небольшая белая многоножка. Правой же рукой подрывник швыряет в Итачи слепленного ранее паука. – Отведай мое искусство! КАЦ! Раздается мощный взрыв, Учиха отскакивает назад ровно в то место, откуда из-под земли выползает уже увеличившаяся в размерах многоножка. Дейдара видит, как насекомое оплетает тело противника и уже готовиться отдать приказ. - Хе-хе! Только и можешь, что языком чесать, да? Всё кончено, хм! - Лучше взгляни на себя, - спокойно произносит Итачи. Дейдара, неотрывно смотря в шаринган, вдруг осознает, что находится в гендзюцу. И многоножка, на самом деле, оплела его собственное тело. - Что?! – поражаясь своей ошибке, восклицает блондин. - Вовремя! Еще немножко и он подорвал бы сам себя, - отметил Кисаме. - Я же говорил, что он из тех идиотов, что умирают молодыми, - подытожил Сасори. - Гендзюцу, но когда?! - С самого начала, - отвечает на вопрос подрывника мечник. – С того момента, как ты посмотрел в глаза Итачи-сана, ты был пойман его гендзюцу. Тут-то до проигравшего доходит, на сколько силен был Итачи. Яркий свет заливает помещение храма из дыры, которая образовалась от взрыва. В этом проеме абсолютно спокойный стоял Учиха с активированным шаринганом. - Я был очарован чужими способностями, - огорчился Дейдара. – Да разве это искусство? Невозможно! Я этого никогда не признаю! - Ты проиграл, наше задание выполнено. Возвращаемся на базу. Сороконожка упала к ногам создателя, и ему ничего не оставалось, как последовать за победителем.