Плен

Гермиона поднялась на лестнице и вошла в комнату. Джинни сидела в кресле, обняв свои ноги, на столике рядом с ней стоял поднос с едой. Камин ярко пылал, согревая комнату. Кровать оказалась незастеленной — возможно, девушка лишь недавно перебралась в кресло. — Джинни, — ахнула Грейнджер и бросилась к подруге. Ее сердце учащенно забилось. Глубоко в душе она надеялась на встречу с Уизли, но разум уперто ей твердил, что никого из ее друзей не осталось в живых. Ей казалось все сном, прекрасным и добрым, но сном, будто сейчас ее кто-то толкнет и она очнется в темной комнате одна. Но теплые прикосновения подруги говорили об обратном. Счастье переполняло ее, однако плакать не хотелось. Она думала, что расплачется от радости, увидев Джинни, но глаза оставались сухими, лишь губы растянулись в нежной улыбке, которая так ей шла. — Гермиона? Ты жива? — неверяще прошептала рыжая и заключила ее в объятья. — А ты сомневалась? — наигранно бодро произнесла она. — Как ты себя чувствуешь? Что этот подонок уже успел с тобой сделать? Гермиона отстранилась и схватила девушку за плечи. Но вопреки ее ожиданиям Джинни лишь бодро улыбнулась. На ней не было свежих царапин и синяков, она была бледной и с синяками под глазами, но это скорее из-за недостатка кислорода и полного отсутствия прогулок. — Ничего, со мной все в порядке, — Уизли снова прижалась к подруге и крепко обняла. — Драко заходит ко мне только по утрам, чтобы узнать о моем самочувствии. Видишь, и кормит, — она кивнула на полный поднос еды. Девушка растерянно заморгала. Она ожидала увидеть подругу в ужасном состоянии, но все обошлось. Малфой..Малфой, получается, заботился о ней столько времени? Интересно знать, откуда такое великодушие? Или он решил сначала привести ее в порядок, а потом начать развлекаться? Ну уж нет, этого храбрая гриффиндорка никогда не допустит. — Одевайся, мы покинем это место немедленно! — твердо заявила Гермиона. Девочка кивнула и подошла к шкафу. — А куда мы отправимся? — нетерпеливо спросила она, пытаясь найти любые, более-менее сносные и неброские вещи. Сейчас на ней была лишь серая футболка. В таком виде просто неприлично трансгрессировать, вдруг они случайно окажутся на улице. — Домой, у меня теперь есть дом, — улыбнулась Грейнджер, вспоминая о друзьях и своей маленькой каморке. Там, вдали от мэнора ей представлялась более тихая и защищенная жизнь. Главное, забрать Джинни, а со всем остальным они справятся. Гермиона засунула руку в карман, надеясь достать оттуда палочку, но ничего не обнаружила. — Малфой! — сердито нахмурилась она, сжимая кулаки. Джинни вздрогнула и развернулась к подруге лицом. — Чего ты кричишь? — Малфой стащил у меня палочку! — возмутилась Гермиона и направилась к двери. — Ну сейчас он у меня получит! Праведный гнев буквально полыхал в ее душе. Она поняла, как легко позволила поймать себя в простую и даже грубую ловушку, построенную на ее чувствах. А теперь, оставшись без палочки, она не сможет вернуться обратно. Но плакать по этому поводу она и не собиралась. Ее решительности мог позавидовать даже грозный военный. Девушка пообещала себе непременно отобрать у Драко палочку и больше не с пускать с нее глаза. Неизвестно, что еще этот умник выдумает. Она спустилась в зал, в который они перенеслись несколько минут назад, но никого там не обнаружила. — Бегать за тобой я не собираюсь! — шикнула девушка и, щелкнув пальцами, позвала домовика. — Мисс снова гостит в нашем доме. Лиа рад вас видеть. Что пожелаете? — у ее ног появился маленький эльф. — Скажи, где сейчас Драко? — при виде этого существа ее пыл немного поубавился. Ей не хотелось быть с ним грубым, наверняка он и так натерпелся от Малфоя. — Господин сейчас в своем кабинете и просил его не беспокоить, — тихо пролепетал домовик. — Он один в кабинете или у него гости? — продолжала расспрашивать девушка. — Один, вероятно, он занят с какими-то бумагами. — Ничего, потерпят его документы. Мне нужно с ним немедленно поговорить, — поджала она губы. — Отведи меня к нему. — Но господин будет ругаться, — он виновато опустил голову. — Не будет, на меня он точно не посмеет ругаться, а тебя я в обиду не дам. Идем, — успокоила его Гермиона и решительно направилась к выходу из зала. Домовик обогнал ее и пошел впереди. Как и в первый раз, они прошли множество коридоров. Самой Грейнджер казалось, что по мэнорму можно ходить или с картой, или с навигатором, или с домовиком. Это же немыслимо — запомнить такое количество поворотов, коридоров, комнат и лестниц. Зато, наверное, здесь легко спрятаться от врага, но только от того, кто сам не знает этого места. — Мисс, мы пришли, — эльф остановился около знакомых дверей и исчез в воздухе. Гермиона решительно открыла дверь и остановилась на пороге. — Лиа, я же сказал, чтобы никто меня не беспокоил! — гневно прорычал Малфой, сидящий за столом и читающий какой-то документ. — Лиа меня предупредил, но я решила, что для меня у тебя точно найдется время, — она оперлась на косяк и сложила руки на груди. — Ах, зазнайка Грейнджер! Как я мог забыть, что все грифиндорцы вламываются без стука и предупреждения, — он самодовольно усмехнулся и бросил на нее хитрый взгляд. Драко знал, за чем она пришла. — А слизеринцы всегда крадут чужие палочки, — не осталась долгу девушка. — Верни мне ее. — О чем ты? Я ничего у тебя не брал, — он поднял на нее честные и почти искренне непонимающие глаза. — Послушай, у меня нет времени играть с тобой в игры. Просто верни мне мою вещь. — Так иди и возьми ее, — парень встал с кресла и расстегнул пуговицы своего пиджака. С левой стороны из внутреннего кармана торчала ее палочка. — Разве я запрещаю тебе это сделать? — Я не привыкла лазить в чужие карманы, просто верни мне ее, — она медленно вошла в комнату и протянула руку. — Забирай, она мне не нужна, — он сделал шаг к ней, засунув одну руку в карман. — Что за ребячество? — фыркнула девушка и подошла к нему вплотную. Она осторожно коснулась бортов пиджака и распахнула один из них. Малфой молча и неподвижно наблюдал за ее движениями. Гермиона взяла палочку и потянула ее из кармана. Драко не выдержал и положил свою руку поверх ее, нежно сжав. Девушка подняла на него испуганные глаза. — Зачем тебе здесь палочка? От чего ты собралась защищаться? — прошептал парень, склонившись к ее уху, а другой рукой обнимая за талию. — Убери руки! — возмутилась она и выхватила свою палочку. — Снова ко мне приставать решил? — Будто тебе это неприятно, — он в упор смотрел на нее. — Неприятно. И никогда не было приятно! — отрезала собеседница и направилась к двери. — Коллопортус! Грейнджер, мы не договорили, — Драко говорил тихо и спокойно, но Гермиона становилось не по себе. — Ты решила сбежать с Джинни? — Да, ей не место в твоем доме, — она крепко сжимала направленную на парня палочку. — Откуда тебе знать? Как видишь, я отношусь к ней хорошо, можно сказать даже, что с заботой. — У этого есть какая-то твоя причина. Ты ничего не сделаешь просто так. — Оооо, бедная девочка, — хохотнул он, — тебе уже везде мерещатся заговоры, ловушки. К психиатру не пробовала сходить? Это ведь лечить надо. — Откуда у тебя такая осведомленность о маггловском мире? — съязвила она, но палочку не убрала. Парень был страшен своей непредсказуемостью. — Где-то давно слышал про них, — отмахнулся парень, медленно наступая на нее. — Вернемся к тебе. Я слышал, что все гриффиндорцы держат обещания… — К чему ты клонишь? — девушка вопросительно выгнула бровь. — Помнишь, что ты пообещала мне в библиотеке, когда узнала, что Джинни у нас? — в его глазах появилась искорка азарта. — Ты сказал, что я ничего тебе не буду должна. — Так и есть. Ты не должна мне ничего за встречу с Джинни, но просто так я не собираюсь ее тебе отдавать. — Какая же я… наивная, — вздохнула Гермиона, опуская палочку. Она должна была сразу почувствовать подвох, но опьяненная радостью за жизнь своей подруги поверила его словам. — Ты сказала, что выполнишь любое мое желание. Я все еще вправе воспользоваться этим обещанием, потому что свою часть я выполнил. Гермиона тяжело задышала: — Я не собираюсь выполнять твои пошлые желания. — А если… если я загадаю тебе то, что не будет тебе слишком уж противно? — он наклонил голову на бок и судорожно облизнул губы. — Мне противно все, что связано с тобой. — В таком случае у тебя есть два варианта: либо ты выполняешь мое желание и я оставляю в покое Джинни, либо ты исчезаешь отсюда и больше ее не увидишь. Палочка у тебя есть, а вернуться обратно самостоятельно ты никогда не сможешь. Разыскивать меня слишком опасно, ты, конечно, отчаянная девушка, но здесь слишком велик риск попасться Пожирателям, и на этот раз я не смогу тебе ничем помочь. Выбирай, — он снова вернулся в свое кресло и отозвал запирающее заклинание. Гермиона так и осталась стоять посередине комнаты: «Я обещала себе не идти у него на поводу, но если я приму его желание, то спасу Джинни, а если нет, неизвестно, что он с ней сделает. И так столько людей потеряно, не за чем еще жертвы. Уизли же еще такой ребенок…» Девушка опустилась на диван и тяжело выдохнула. Малфой спокойно продолжил перелистывать какие-то бумаги, совершенно не обращая на нее внимания. Наконец Грейнджер решилась и подошла к парню. — Как ты быстро приняла решение, думал, ты просидишь больше, — он оторвался от бумаг и повернулся к ней. Девушка молча смотрела ему в глаза. Она знала, чего он хочет от нее, и собиралась покончить с этим как можно быстрее. Гермиона опустилась на его колени и коснулась пальцами его губ. Теплые и сильные мужские руки мгновенно легли на ее талию, заключая в кольцо и прижимая к себе. — Странная у тебя манера говорить «да», — оторвавшись от нее, шепнул парень. Его серые глаза, казалось, были затуманены. — Тебе нужно только это, — Гермиона коснулась его галстука и осторожно ослабила узел. Малфой еле заметно усмехнулся. — Я так и думал, что ты считаешь меня маньяком, помешанным на сексе. Девушка отдернула руки и посмотрела на него. — Но спешу тебя огорчить, мое желание совсем другое, — он нежно провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — Ты самая невероятная девушка, которую я видел. Гордая, непокорная, самоуверенная, мисс Заучка… Смотришь всегда на своих врагов сверху вниз с презрением и ненавистью. Я люблю тебя с четвертого курса, до безумия хочу тобой владеть безраздельно, мечтаю тебя запереть в самой дальней комнате и не показывать никому. Чтобы была только моя, боготворила, любила и не могла без меня дышать, боялась отпустить мою руку хотя бы на мгновение. Но ты так не позволишь с тобой поступать. Ты считаешь меня ничтожеством, не достойным даже твоего взгляда. Ведешь себя, как королева, а я чувствую себя униженным рабом, готовым валяться у твоих ног за одно короткое прикосновение! — хрипло прошипел он и с вызовом посмотрел на нее. — Но даже за это я готов тебя благодарить. Гермиона слушала его и не смела шевельнуться. Она не думала, что Малфой испытывает к ней столь сильные чувства, его признания в любви она расценивала, как игру, но сейчас он не врал. Она видела это по безумному больному взгляду и словам, которые слетали с его губ. — Я прошу тебя об одном: проведи со мной один месяц, всего лишь один месяц вдали от этого мэнора. Если пожелаешь, я не буду к тебе прикасаться, не буду приставать, могу вообще замолчать, только говори со мной. Опустись хоть раз с тех небес, на которых ты живешь, до ничтожного и грязного меня. А после… забирай Джинни и убирайтесь, куда пожелаете, — это было сказано с такой горечью и болью, что девушка, не колеблясь, согласилась. — Ты можешь ставить мне любые условия. Я выполню их все, — шепнул он, положив голову на ее плечо и невинно поглаживая по спине. — Ты дашь мне три дня на сборы, и сегодня я забираю Джинни. Он молча кивнул и уткнулся носом в ее шею. Гермиона тяжело выдохнула и попыталась отстраниться. — Еще две минуты, всего две и я выпущу тебя из своих рук, — еле слышно пообещал он и коснулся губами ее шеи. Ее близость сводила его с ума, ему хотелось целовать, ласкать и прижимать ее, но он мог довольствоваться лишь напряженностью и слабым протестом с ее стороны. — Tu es celui que je prie.*