Гримджо-няня

-Снежок! Снежок!— растянулся в улыбке ушастый. -Ненавижу детей!— злобно скрипел зубами арранкар, прокладывая попой Гина новую тропинку. -У меня попа замёрзла!— объявил лисёныш -Грррр… Гин был изобретательным малым, и даже эта форма не помешала ему залепить снежком Сексте в ухо. -Ах ты..— серебряноволосый получил по башке снежком в ответ. Через пару минут оба валялись в снегу образуя ком из которого торчали руки и ноги , иногда появлялись пушистый хвост и синие пряди волос. — Не догонишь,— засеменил ножками, лисёныш, выбравшись из кома. — Ошибаешься,— возник за спиной хвостатого и снова поднял его в воздух Гриммджоу, казалось что Ичимару только то и делал что был в подвешенном состоянии, но он был готов мстить за это и через пару мгновений приведённый в бешенство Грим отплёвывался снегом— Ты меня достал, сволочь мелкая— сказал он втаптывая Гина мордочкой в снег и попутно открывая Гарганту. *** — Я закончил свою миссию,— небрежно бросил Секста свою ношу на глянцевый чёрный пол, из-за чего тот приземлился прямо на мягкое место и проехался на нём до трона Айзена. -Зачем же так грубо?— приподнял бровь Соуске. Изумрудно-голубые глаза сверкнули в полумраке комнаты, на что Айзен лишь усмехнулся. -Гин,— обратился он к сидящему у подножия трона— Тебе нравиться Гриммджоу? Лисёнок задумчиво повернул голову посмотрел на стоящего не вдалеке арранкара. -Да!— радостно огласил он через минуту. От такого ответа Джаггерджака сильно перекосило, ну, а владелец Хогиоку широко улыбнулся, глядя на него, и вынес приговор: -Гриммджоу, за тобой остаётся роль няни Гина. Это важное задание, на которое способен только ты,— насмешка в голосе была слишком явна и даже не прикрыта обычным спокойствием и величественностью, с которой он обычно говорил пакости. — Ааа Грим-няня –завизжал лисёныш и побежал к своему надзирателю. -Приступай к своим обязанностям. Джаггерджак даже ничего не возразил, не потому что нечего было, а потому что он находился в культурном шоке. -До чего докатился Секста Эспады! Стал няней для капитана Ичимару ,экс-капитана Готея,— подначивал Заэль. Момент шока к тому времени уже прошёл и в учёного Эспады полетело мощное Серо, впечатавшее его в ближайшую стену.