Это жизнь, тут всякое случается...

      Бэкхён уже хлопотал возле плиты, ставя чайник и доставая чашки со шкафчиков, когда Лу вошел за ним в кухню. Хань успел мельком разглядеть небольшую, но уютную квартирку Чонина. Однокомнатная с большим балконом. Квартира, по которой явно было заметно, что парень живет один, была выполнена в мягких бежево-молочных тонах и со вкусом обставлена темной мебелью, которая создавала контраст по типу «инь-ян». Вроде бы современно и должно было веять холодом, но Чонин точно привнес сюда что-то своё, потому что в этой квартире действительно хотелось остаться жить.       Лу уселся на стул за небольшой барной стойкой, которая явно служила для того, чтобы только перекусить по-быстрому или заниматься готовкой, ибо сам стол, где можно было устраивать каждодневные обеды, стоял чуть дальше. Небольшая кухонька, где были все чудеса современной техники, упрощающей жизнь человека, опять-таки говорила, что и здесь побывала рука хозяина, потому что кухня располагала к тому, чтобы зимними вечерами здесь можно было сидеть за чашечкой теплого чая и говорить обо всем на свете и ни о чем одновременно. А мягкая корзинка для собаки и миски для еды и воды, делали кухню по-настоящему семейной. Квартира Кая была именно такой, какой когда-то представлял Хань свою собственную квартиру. Такое чувство, что Чонин залез ему в голову и просто списал оттуда этот образ, настолько всё совпадало.       Из раздумий Лухана вывел Санни, который тихо подошел к нему и уложил голову на колени парня, чтобы тот почесал ему за ушком. Лу без раздумий потянулся пальчиками к приятной шерсти, зарываясь в неё и доставляя собаке неимоверное удовольствие своими плавными движениями. - Ты действительно не знал? – вдруг спросил Бэк, все, также продолжая стоять к нему спиной, но уже просто опираясь руками о столешницу. - О чем не знал? – не сразу понял Хань, полностью поглощенный собакой. - О том, что Сехун и Чонин тогда ещё состояли в отношениях, - терпеливо объяснил Бён. Ответа не последовало, лишь тяжелый вздох. - Нет, - наконец ответил Хань, ибо это тема продолжала носить болезненный характер для него. Бэкхён продолжил готовить чай, а потом повернулся к Лухану с двумя дымящимися чашками. Одну он поставил перед парнем, а вторую напротив, садясь на своё место. - Что ж… Ты имеешь право знать, - вздохнул Бэк, дуя на чай, чтобы он поскорее остыл. - Он был в Китае тогда. Чонин, в смысле. Его месяц не было дома, потому что у них с Лэем был концертный тур по Китаю. Ты же видел, как Чонин танцует, правда? А это он ещё не в лучшей форме. Когда Кай в своем обычном состоянии, то равных ему нет. Они с Лэем лучшие танцоры, которых я когда-либо встречал и их группа действительно достойна, чтобы давать свои сольные концерты, - улыбнулся Бэк, - Видимо, именно поэтому ты не понял, что Сехун занят…       До этого внимательно смотревший на Бэкхёна Лухан, вдруг опустил голову и стал вглядываться в свою кружку, мысленно прокручивая первые дни знакомства с Се. И в правду, он никогда никуда не спешил, частенько задерживался у Лу на съемной квартире, все вечера старался проводить с Ханем, заезжал к нему в кафе, чтобы пообедать, он всегда был рядом… А ведь когда люди изменяют кому-то, то ведут себя диаметрально противоположно. Лухан это прекрасно знает, потому что уже испытывал на себе чувство, когда тебе изменяют. Это очень неприятно и больно. - Ты не должен так сильно винить себя, Лу, - подал голос Бён. - Они бы всё равно расстались рано или поздно. Их отношения стали больше напоминать привычку, они оба это понимали, просто никто не решался разорвать порочный круг. - Это неважно… Ему сейчас больно. Если бы Се просто поговорил с ним, просто объяснил, что так случилось и ничего тут не изменишь, а только потом пришел ко мне, то так было бы правильно… Так не было бы так больно, он смог бы быстро это пережить и идти дальше, а не мучиться так, как сейчас, пытаясь понять, что же он сделал не так… - бормотал Лухан и вот сейчас не было точно понятно, о ком именно он говорит. О Чонине или же, о себе. Скорее всего, об обоих, ибо Лу прекрасно понимал чувства Кая, и от этого ему было вдвойне больней, - Господи… - Лу спрятал лицо в руках. - Господи, Боже мой… - бормотал он, уже зарываясь пальцами в волосы, опустив голову к столу. - Я шлюха, разрушающая чужие отношения… - говорил он. - Лухан, что ты такое говоришь? – воскликнул Бэк. - Никакая ты не шлюха, ты просто не знал, - растеряно пробормотал парень, не ожидая такой реакции от друга, который явно очень остро переживал эту ситуацию. - Как прозаично, муж уезжает в командировку, а жена ему изменяет с любовником, ирония жизни, - горько усмехнулся Лу, а затем, резко замахнувшись рукой, сбил чашку со стола, разбивая её вдребезги. - Шлюха!       Чанёль не спал. Он не спал с того самого момента, как только комнату покинули Бэкхён с Ханем. Всё это время он только притворялся сонным и пьяным, потому что в себя он пришел ещё в машине, когда успел вздремнуть. Ну, почти пришел в себя. Голова всё ещё гудела, но, по крайней мере, мысли стали более менее связными. Он не спешил присоединяться к парочке на кухне, потому что хотел немного привести в порядок сумбур в своей голове. Он сегодня сильно вспылил и Чонин сильно разозлился на него за это. После ухода ребят он так сильно кричал на Пака, что казалось его слышал весь квартал. Он кричал, чтобы Чан больше не смел лезть в его жизнь, не пытался решить за него проблемы и не строил из себя еврейскую мамочку, которая боится отпустить своего сыночка из-под юбки. Кай был прав. Пак слишком сильно опекал младшего, нужно было дать ему больше свободы, позволить самому разобраться с этой ситуацией. Просто картинка вида Чонина, когда Чанёль увидел его после разрыва с Сехуном, до сих пор стояла перед глазами и пугала до мурашек. Тогда парень был похож на ходячий труп, а его размышления о самоубийстве вводили Пака в тихую истерику. Пусть это было минутное проявление слабости, но Чан перепугался до смерти, поэтому и стал так сильно опекать своего лучшего друга, чтобы тот реально ничего с собой не учудил. Но в последнее время Чонин изменился, его танцы поменялись, там больше не было грусти. Теперь там были просто движения, не обремененные какими-либо эмоциями, но это лучше чем тоска. Пусть он будет закрыт для всех, но, по крайней мере, в его голове что-то менялось, а значит, всё могло вернуться на круги своя. И тогда исчезнет этот ужасный холодный Кай, а вернётся его теплый и ласковый Чонин, который на сцене будет превращаться в того открытого Кая, который готов был дарить своё тепло и любовь всем окружающим.       Вдруг из кухни послышался звук бьющейся посуды, а затем громкий вскрик Бэкхёна: «Нет, Ханни, не нужно!». Чан тут же подорвался с дивана и ринулся на кухню. Он успел зацепиться рукой за косяк, чтобы не налететь на парней, которые сейчас почему-то сидели на полу. Лухан сидел на коленях, над чем-то склонившись, а Бэк стоял рядом с ним и пытался поднять парня с колен. - Что случилось? – спросил Чан, но никто ему не ответил. - Лулу, прошу тебя, оставь это, не нужно, я сам всё уберу, - только теперь Чанёль увидел осколки чашки, и разлитый по полу чай. - Бэкки, прости меня, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло, я правда не хотел, - шептал Лухан срывающимся голосом, а в следующую минуту Чан увидел, как на пол упала первая слезинка, за ней вторая. Плечи парня стали содрогаться от беззвучного плача и Пак нахмурился, тяжело вздыхая, даже не представляя, что здесь только что произошло. - Ханни, - тихо прошептал Бэкки, опускаясь рядом с парнем на колени и прижимая его к своей груди. Пальчики Лу тут же вцепились в кофту Бэка на спине, а сам он прильнул к нему, ища утешения. Бэкхён ласково гладил блондина по голове, покачивая из стороны в сторону, пытаясь его успокоить.       Рядом с мальчиками мельтешил обеспокоенный Санни, явно понимающий, что произошло что-то не хорошее. Он тыкался в плечо Ханя, пытаясь тоже как-то успокоить его, но парень был слишком расстроен, чтобы обращать внимание на собаку. Чанёль вовремя понял это, а потому подозвал к себе пса, чтобы тот не мешал Бэкхёну успокоить Лухана. - Ханни, всё хорошо, ты же слышал, Чонин не винит тебя, - говорил Бэк. - Он всё понимает и поэтому ты тоже не должен так убиваться, Лу. - Я шлюха, Бэк, шлюха, - продолжал всхлипывать парень. - Мне самому от себя противно. Почему? Почему всё так произошло? Я причинил боль стольким людям… Чонин, ты, Чанёль… Чанёль вообще меня ненавидит и правильно, что он мне врезал, нужно было вообще убить… - начинал истерику Лу.       Теперь до Пака стало медленно доходить, что здесь произошло. Видимо, Бэкхён все-таки решился рассказать ему всё. Но вот Чанёль никак не ожидал, что у Лухана будет такая реакция. Он представлял себе его этаким мерзким типом, который только и умеет делать, как рушить жизни другим людям. Самое последнее о чем он думал, так это то, что Лу будет раскаиваться в содеянном, так ещё и так горько. В этот момент ему даже стало жаль парнишку, ведь Чонин был абсолютно прав – Хань не виноват, на его месте мог быть любой, это был просто вопрос времени.       И вот теперь в своих действиях начал раскаиваться и сам Пак. Он был слишком импульсивен и эмоционален, единственное оправдание, которое парень находил себе – это то, что он безразмерно любил своего лучшего друга и был за него горой. Но это было настолько жалкое оправдание сейчас, что он даже поморщился. Поэтому Чанёль встал и подошел к двум парням. Его большая рука легла на вздрагивающую спину блондина: - Послушай, парень, то, что я тебе врезал – это было моей ошибкой, я не должен был быть таким агрессивным, поэтому прости меня. И Бэкхён правда прав, на твоём месте мог быть любой, так что не стоит так сильно реагировать. Это жизнь, тут всякое случается, - произнес он, хотя слова довались трудно, ибо он всё ещё очень плохо относился к нему. На него тут же устремились два взгляда людей, которые только что заметили, что он тоже был на кухне. Один смотрел непонимающе, словно ища подвох, а в другом читалась такая безразмерная любовь и благодарность, что Чанель чуть сам не расплакался. Бэкки одними губами произнес «Спасибо» и улыбнулся ему, теснее прижимая к себе Лухана, который начал плакать по новой. Он ещё некоторое время продолжал сидеть с парнем в обнимку, чуть раскачиваясь взад-вперед, а Чан поглаживал Лу по спине, чтобы тот поскорее успокаивался, и умудрялся при этом приобнимать Бэкки за талию. - Чанни, - позвал Бён. - М? - Кажется, он уснул… - Уснул? – изумился парень. - Как уснул? – Чанель взглянул на лицо Лухана, а тот и вправду уже мирно посапывал на плече у Бэкхёна. - Ничего себе… - Это нормально, его организм просто защищается от всей той информации, что сегодня поступила. Слишком много всего произошло и слишком много придется ещё переварить, он видимо просто отключился, - философски произнес Бэк, на что Чанёль просто фыркнул и поднялся на ноги. - Эм… Чанни, может, ты мне все-таки поможешь? Нужно отнести его на диван. - На диван? К Чонину? – немного возмущенно спросил Пак. - Предлагаешь, оставить его здесь? – шикнул на него Бэкки. Чанёль опять фыркнул, а потом очень легко подхватил блондина на руки и понес в гостиную. Он аккуратно устроил его на том месте, где совсем недавно лежал сам и пододвинул ближе к краю, проявляя так свои эгоистические замашки по отношению к Каю. - Ребенок, - настал черед Бэкхёна фыркать, он подошел к спящему Лу, укрывая его пледом, и вновь вернулся к Чану, смотря на спящих парней. - Мы должны оставить их наедине, - вдруг произнес он. - Что? Только через мой труп. - Это можно устроить, - сверкнул глазами Бён, - Они должны сами во всем разобраться. - Ни за что, - сказал, как отрезал. - Чанёль, ты доверяешь мне? - Нет. - Чанёль. - Ну да, доверяю, - сдался парень, приподнимая ладони в сдающемся жесте. - А я доверяю Лухану, он хороший человек и никогда никому не причинил бы вреда, а тем более намеренно. - Нет, Бэкки, я не могу. Это не правильно. - Ты хочешь, чтобы сегодняшняя история повторилась? Ты уже сделал всё, что по твоему мнению было «правильно», - сказал Бэкхён, а затем повернулся к парню и обнял его за талию. - Я так хочу домой, сегодня был слишком насыщенный день, мы долго не спали. Пошли, - он сделал милую моську, чуть улыбаясь Паку. - Они взрослые мальчики, сами разберутся. Идем? – он похлопал глазками, сложив губы дудочкой. - Ты используешь запрещенные приемы… - усмехнулся Чанёль, легко чмокая своего парня в губы и выводя из гостиной. Он доверял Бэкхёну и если тот говорит, что Лу хороший парень, то он ему поверит, тем более Пак был виноват перед этим блондином. Губу он разбил ему нехило. Да и тем более Чонин сам предупредил его о вмешательстве в его личную жизнь. Но все-таки внутри у него всё ещё брюзжал червяк несогласия, с которым он разберется чуть позже, а сейчас домой-домой-домой.