Коротко о Шерлоке, Мстителях и прочих шишкомётах

Иди сюда, мой юный друг, я тебе всё расскажу как было на самом деле. Далёкий 1945 год, Стив — полупрозрачный дрищ со стальными яйцами и адамантиевыми идеалами, дружит с Баки, от вида которого в анфас текут все, к кому он стоит лицом, а к кому он стоит боком, те текут от вида в профиль. Стива обкалывают Эрскиновой сывороткой, он из лупоглазикус глистоподобикус (не) вульгарис резко становится неебически крут, сгибает-разгибает все подковы, может подпрыгнуть на месте так, что это уже дезертирство, раз сто вырубал Гитлера. Выглядит как Июль из календаря пожарников. Баки в плену, Стив его спасает. Но во время следующей вылазки Баки падает в бездонную пропасть из идущего на полном ходу поезда. Отделывается лёгким испугом, ломает руку, теряет кратковременную память и становится ручным Тузиком Гидры. Стив тем временем убивает агента Смита, то есть Шмидта, роняет самолёт и морозится от танцев с Хейли Этвелл лет семьдесят. А совсем недавно у Локи случились дэдди ишьюз и поиски себя в этом большом жестоком мире, он устроил по этому поводу в США ещё один День Независимости, но уже без Уилла Смита, и провозгласил себя королем Андалов и Первых Людей, Лордом семи королевств, защитником государства и так далее. Одноглазый Винду собрал его бурерожденного братца, Стива, пару спец-агентов, Старков и Карстарков, етс, чтобы они воевали Локи. Все закончилось хорошо, Локи дали по попе, сунули в рот кляп и отправили без сладкого и полусладкого под домашний арест. Стив и Тони стали практически друзья навеки, даже спорили о том, что с кого-то надо снять костюм. А потом кто-то вдруг сообразил, что, раз США выжили в том кромешном экстерминатусе, который Тони чуть не устроил в очередном фильме, то надо деньги налогоплательщиков куда-то применить и заодно взять под контроль все это шапито-шоу. У Старка чувство вины размером с Заковию, он согласился быть связанным по рукам и ногам договором, потому что боялся снова натворить херню, ибо тянет — спасу нет. Стива подобный БДСМ не впечатлил, и он послал и договор и сто семнадцать стран его подписавших в пешее эротическое. Прихватил Красную Женщину, в смысле — Алую Ведьму, чувака с птичьим костюмом, ещё там кого-то и построил свою оппозицию с минипутами и соседками. Тем временем кто-то вытаскивает из морозилки Баки, и оказывается, что сиротой молодого CGI-Старка сделал именно он, и вообще глаза у Капитана зеленоватые. Вот так и началось это эпическое «отдавай мои игрушки и не писай в мой горшок», из-за которого Баки снова в морозилку залез от греха подальше.