Мы же братья

Чунмен уже давно замечает, что стал ненормальным. Запах его брата сводит с ума. И во время течки он представляет его, Чонина. То, как он осторожно входит в него, а спустя мгновения вбивает в постель. То, как сильные руки брата приподнимают его за подбородок, а Чунмен растворяется в поцелуе. То, как они оба кончают. То, как развязывается узел внутри парня и они сцепляются примерно на час. Но омега прекрасно понимает, что все его фантазии ни к чему хорошему не приведут, а это больно. Чонин никогда не понимал, каково это найти свою омегу. Каково это почувствовать настолько пьянящий запах, чтобы сходить с ума. Он это не понимал до того момента, как у его брата не началась первая течка. Сильный запах мяты, казалось, распространился по всей улице, на которой они жили. Родители тогда не разрешили Чунмена кормить таблетками, поэтому он всю неделю не ходил в школу. Парень не понимал, почему он так реагирует на своего брата. Подходить к папе не особо хотелось - еще выдвинет какой-нибудь диагноз и отправит к психологу. А к отцу и подавно - тот вообще не факт, что отреагирует более или менее нормально. Это все продолжается уже почти год. Как сдерживает себя Чунмен - неизвестно. Как сдерживает себя Чонин - тоже. Но одно точно у них взаимно - они ужасно мучаются.

***

- Чунмен, тебя сегодня отвезти в школу?- спрашивает Чонин, когда видит ученика выпускного класса, а именно Чунмена, с рюкзаком на плече, завязывающего шнурки. - А, да, можешь? - Конечно! Я сейчас быстро соберусь. Проходит минут семь, как альфа снова предстает перед братом. Только не в широкой футболке и домашних штанах, а уже полностью одетый в узкие черные брюки и в такую же черную рубашку. Обувшись, он выходит за дверь и ждет своего брата-копушу. Когда тот появляется спустя минуты две, они вдвоем спускаются вниз по лестнице, так как лифт, к сожалению, сломался. Уже в машине альфа решается спросить (брат он или не брат, в конце концов?!). - Чунмен? - Мм?.. - А ты нашел себе альфу? Нет, я не говорю тебе быстрее его искать, это ни к чему, просто, я волн-... - Чонин, что с тобой? Почему ты говоришь так быстро? - Что? Ну, ох, проехали, в общем. - Ну, отлично вообще. Мы реально проехали поворот к школе. Ты молодец, братик!- омега хлопает парня по плечу и отворачивается к окну, глядя на людей, что смотрят на их машину, которая разворачивается и едет обратно к тому повороту. - Я... Еще не нашел альфу. Своего. Наверное,- все же отвечает Чунмен, но уже более тихо, в тайне надеясь, что брат его не услышал. - Наверное?- таки услышал Чонин омегу. - Да. Просто... Я не знаю, можно ли его считать своим альфой. Машина подъезжает к воротам школы. Младший быстро выскакивает на улицу и, помахав рукой и чуть улыбнувшись сквозь смущение, убегает в школу, так как через десять минут звонок, а он еще не готов к уроку. Чонин находился в какой-то прострации. Его брат только что сказал, что не знает, считать ли "кого-то" своим альфой. В сердце неприятно колет, хотя он понимает, что ТАК любить своего брата, как минимум странно. Выпутавшись из своих мыслей, Ким-старший отъезжает от учебного учреждения и едет домой. Вообще, ему надо найти работу, все-таки двадцать три года, как никак, поэтому, решив, что хватит ему засиживаться дома, скорее едет обратно в квартиру, чтобы зайти в интернет и начать поиски привлекательной ему должности.

***

Тринадцатое мая. Обычно у Чунмена течка начинается в двадцатых числах, но тут "эти дни" начались довольно неожиданно и рано. У школьника болел живот, а из заднего прохода вытекала прозрачная жидкость. Снова сильный запах мяты атаковал всю квартиру. Когда Чонин проснулся, то не сразу понял, что происходит. А когда он учуял запах течного Мена, то резко поднялся с кровати и в ужасе начал ходить по комнате. Он уже привык терпеть это желание, но терпение приходило тогда, когда он удачно выбирал с двадцатого по тридцатые числа для отдыха с друзьями на даче. В этот раз не получилось так сделать. Чунмен решил один-два дня пропустить школу. Выпускной класс и скоро экзамены, но у омег течка является уважительной причиной не ходить на уроки - никто не хочет быть зажатым в углу альфой, у которого давно не было секса. Поэтому, подумав, парень не выпил таблетки и, поднявшись с кровати, направился в душ. "Такие дни" никогда не приносили ему радости. Он весь день сидел в комнате, еду приносил ему папа, а брата Мен специально не звал, так как не желал, чтобы тот узнал, как сильно он его хочет. Чонин, обдумав все, решил, что сейчас паниковать ему не надо. Да, у его брата до невозможности охренительный запах. Да, альфа хочет до безумия школьника. Да, неправильно. И именно поэтому он решает для себя, что будет вести себя как обычно. Достав из шкафа чистые вещи и захватив полотенце, Чонин выходит из комнаты и направляется в ванную комнату. Похоже, что Чунмен уже помылся и в данный момент находится в своей комнате. Альфа заходит в ванную, раздевается и включает душ. Быстро помывшись, парень ополаскивается холодной водой, чтобы снять все напряжение, и закручивает кран. Надев свою любимую широкую футболку, где были изображены разные надписи на английском языке, и джинсовые шорты зеленого цвета, выходит из ванной комнаты. Он уже расслабился, что ему, по крайней мере час, ничего не грозит, но вдруг почувствовал настолько сильно запах течного омеги, что ноги сами его принесли к комнате брата. Он сам не понял зачем, но прислонился ухом к двери, пытаясь услышать, что же делает Мен. Какого было его удивление, когда он услышал шепот брата: "Чонин... Чонин... Плохо... Очень..." В этот же момент старший резко открывает дверь и почти забегает в комнату школьника, видя, как тот лежит на спине, широко разведя ноги, и гладит рукой свое тело. Когда Чунмен замечает, что в комнате не один, то в его глазах мелькает удивление и страх, но потом его снова переполняет желание. - Чонин, подойди, пожалуйста,- тихо шепчет омега. И Чонин, как под гипнозом, медленно подходит к кровати брата и присаживается. Чунмен берет его ладонь в свою и осторожно гладит ими свою грудь, немного выгибаясь и начиная стонать. После одного из всех стонов Чонин будто приходит в себя и отпрыгивает от брата, тяжело дыша. - Чонин, ну, пошли. Я очень хочу тебя. Куда подевался тот скромный мальчик Чунмен, пока старшего не было рядом? Альфа быстро подходит к столу и берет баночку с таблетками. Вытащив оттуда две штучки, он насильно просовывает их в рот младшего и дает воды, чтобы тот запил. Нет, ему определенно нужно дать медаль за то, что он выдержал, хотя в шортах теперь до ужаса тесно. Проходит около двадцати минут. За это время Чонин успел сбегать на кухню и посидеть там минут десять, освежиться, выйдя на балкон на три минуты, а потом он просто ходил по гостиной в поисках верного решения. Решив, что ничего лучше нет кроме того, как все прояснить с братом, он пошел к нему в комнату, благо, запах стал не такой сильный, что почти не чувствовался, если бы не тонкое обоняние альфы. Заходя в комнату, парень постучался и вошел. Теперь Чунмен сидел на кровати, поджав коленки и всхлипывал. В миг очутившись рядом с тонсеном, Чонин сел рядом и осторожно обнял его. Тот пытался скинуть чужие руки, но это не получалось, поэтому пришлось смириться. - Чунмен-и, ты чего? - Я... Ты... Черт,- он вытирает рукой слезы с обеих щек.- Ты мой альфа. Понимаешь? - Почему ты так уверен? - А ты сам разве не чувствуешь? Братья не могут чувствовать такого друг к другу. - Ты хочешь сказать, что мы с тобой не братья? - Наоборот. Но... Разве альфа может так сильно хотеть своего брата-омегу? - Как и омега брата-альфу,- продолжает Чонин. - Нас убьют,- Чунмен тихо смеется и укладывает голову на коленки брата. - С чего ты взял?- спрашивает тот. - Неужели не понятно?- снова чуть ли не плачет омега. Чонин неожиданно целует парня в губы. Сначала это было просто прикосновением, но потом он провел языком по нижней губе, а когда младший приоткрыл ротик, проник туда им, жарко целуя. Чунмен обнимает парня за шею и отвечает на поцелуй. Целуются они долго. Их губы были уже красными от частых прикусываний, но парни упорно продолжают этим заниматься, но в дверь кто-то стучит. Омега и альфа мигом оторвались друг от друга и пытались скрыть их красные губы от зашедшего в комнату папы. - Ребятки, чем занимаетесь?- улыбаясь, спрашивает один из родителей. - А, да так, ничем. Я рассказываю Чунмену истории из университета,- нагло врал старший. - Да, мы ничем таким не занимались,- быстро кивает брат, а Чонин думает, что лучше было, если бы тот молчал. - Да? Ну, ладно. А! Чего я звал-то вас! Ребятки, собирайтесь, скоро поедем в аэропорт, а потом в ресторан, так как к вашему отцу приехали партнеры по работе из Китая, поэтому мы должны с ними встретиться. Все, тридцать минут вам на сборку. Когда папа ушел, то парни с облегчением выдохнули. Они немного все же смущались смотреть друг на друга, поэтому Чонин быстро вышел, оставляя Чунмена в комнате одного. Альфа стоял перед шкафом и перебирал одежду, которую хотел бы надеть на встречу. Выбрав свои любимые серые брюки и также свою любимую черную рубашку с тонким серебряным узором на воротнике, он стал переодеваться. Когда он, в принципе, был готов, то подошел к зеркалу и стал поправлять прическу. Быстро намазав губы гигиенической помадой, он вышел из комнаты, врезаясь в Чунмена. Тот был одет в белые джинсы и тонкую бежевую кофту. Его волосы были уложены, губы также намазаны прозрачным блеском для губ. Улыбнувшись друг другу, парни зашли в гостиную, где уже сидели папа с отцом и о чем-то разговаривали. - Пап, отец, мы готовы,- произнес Чонин, отвлекая родителей от разговора. - Что ж, хорошо. Пошли,- говорит мужчина и все идут переобуваться. Уже на улице, когда они ждут такси, Чунмену приходит сообщение. От Чонина. "Ты таблетки взял?" Парень поворачивает голову и видит, что тот внимательно на него смотрит. Кивает и улыбается, начиная строчить ответ: "Я две взял. Хватит." Чонин смотрит сначала с недоверием, а потом улыбается и слабо кивает. В этот момент подъехало такси и все четверо уселись в автомобиль. - В аэропорт отвезите, пожалуйста.

***

Находясь в аэропорту, семья Ким шла к выходу, у которого должны стоять партнеры отца парней. Мужчина, заметив нужных людей, сказал всем идти чуточку быстрее. - Здравствуйте. Ким Минсок, верно? А это ваш муж, Ким Чондэ?- спрашивает на довольно хорошем корейском молодой на вид мужчина. - Да, вы правы. Крис и Тао? - Да. - Приятно с вами познакомиться. Давайте отвезем ваши вещи в гостиницу, а потом в офис - подпишем несколько бумаг. - Хорошо. Сегодня вечером в ресторане собираются ваши коллеги, а значит и мы там будем, верно? - Да. Пошли. Уже шестерка людей шла по аэропорту, что-то обсуждая.

***

В дорогом ресторане играет живая музыка. Люди в черных костюмах с красными галстуками-бабочками играли на музыкальных инструментах классические мелодии. За большим столом собрались представители Китая, то бишь Крис и Тао, а также коллеги Минсока. Они подписывали договоры, что-то шумно рассуждали, о чем-то спорили, но, в целом, проходил ужин мирно. Чунмен с Чонином уже заскучали. Они не особо понимали, о чем все говорят, но делали вид, что их это тоже интересует. Папа сидел рядом и тоже пытался понять суть разговоров, но, похоже, ему это так же не удавалось. - Чонин. Ч-чонин,- тихо шепчет омега, дергая за рукав рубашки брата. - Что? - Кажется, что таблетки заканчивают свое действие,- испуганные большие глаза смотрят на альфу, ища помощи. Запах омеги был настолько тонким, что почувствовать его могли только рядом сидящие Чонин и папа. Но когда запах стал усиливаться, старший заметил, что все альфы, кроме его отца, стали часто вытирать платком пот со лба, и поглядывать в их сторону. Это настораживало. Ким-старший, все же решил спасти брата от этих взглядов. Он встал со стула, поднимая за собой и омегу, который уже готов был выть от этих страшных взглядов. - Отец, пап, и все, кто за столом. Прошу извинить меня и Чунмена за то, что мы покинем этот ресторан сейчас. Это все из-за того, что у моего брата течка, а подвергать его опасности я не могу. Собственно, поэтому мы и уходим,- парни вышли из-за стола. Папа улыбнулся и кивнул парням, а отец сдвинул брови к переносице и тоже сдержанно кивнул. - Что ж, мы тогда уходим. До свидания. Было приятно с вами познакомиться. Парни кланятся и уходят, по пути набирая номер такси. Уже в машине Чунмен позволяет себе издать тихий стон. Благо, водитель автомобиля был бета. Чонин тоже уже не может терпеть. Сладкий запах мяты, кажется, полностью окутал парня. Заполнил его легкие, что уже нечем дышать. Поэтому он откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Чунмену же было даже хуже. Запах альфы - мята (братья как никак), но его аромат более густой, горький, что придает больше мужественности. Для омеги, хотеть почувствовать член в своей заднице, ощущая родной и любимый запах, но в машине, кажется невыносимым. Это слишком жестоко.

***

Как только пара оказалась в квартире, то Чунмен неожиданно и резко прижимает Чонина к стене, начиная целовать. Его руки обхватывают чужую шею, а альфа тем временем еще сильнее прижимается к школьнику. Они медленно передвигаются по коридору и заходят в комнату старшего, ибо она ближе. Они падают на кровать, начиная сразу раздеваться. Чонин справляется быстрее, а потом помогает брату снять кофту через голову. Нижнее белье Мена уже было мокрое из-за выделившейся смазки. Они целуются, переплетая языки в жарком и страстном танце. Альфа придвигает омегу к себе и, наклонясь, шепчет: "Ты очень вкусно пахнешь!". А потом прикусывает венку на шее. Парень положил чужие ноги к себе на плечи и стал осторожно входить в сжимающуюся дырочку, из которой вытекала прозрачная естественная смазка. Громкий восторженный стон сорвался с Чунмена, когда член полностью его наполнил. Пытась объяснить Чонину без слов, что можно (даже нужно), двигаться быстрее, он стал сам насаживаться на орган альфы. Брат понимает, что от него требуют и начинает вбиваться в податливое тело. Толчки сопровождаются тихим шептанием о том, как он любит своего омегу, и, наоборот, громкими стонами и выкриками школьника. Вдруг Чонин резко останавливается, начиная медленно двигаться. Он наклоняется к чужому лицу и шепчет в губы. - Деток?- улыбается. - Т-ты что? Нет. Мы же братья и на-... О-ох, еще раз сюда... Ты не думаешь, что ребенок может родиться "дефектным"?- еле выговаривает Мен. - Я его буду любить любым. Парень снова ускоряет движения, доводя и себя, и брата до оргазма и не успевает выйти (хотя и не больно он хотел), из Чунмена. Они чувствуют, как раскрывается узел, сцепляя их. - Дело не в том, будешь ли ты их любить. Дело в том, что их жизнь будет испорчена. Будто не ты старший, а я,- тяжело дыша, говорит Чунмен, когда ощущает, как прогибается кровать рядом с ним и как крепкие и сильные руки его обнимают. - В любом случае поздно. И вообще, не думай о плохом. Хорошо все будет,- говорит альфа и целует своего - теперь точно своего - омегу в висок.

***

Месяц спустя. - Пап, отец, мы хотели бы вам кое-что сказать,- альфа прочищает голос, готовясь к своей короткой речи. - Ну, мы тебя слушаем,- говорит Минсок, а папа просто улыбается своей чеширской улыбкой. - В общем, Чунмен беременный уже как месяц,- быстро тараторит Чонин и скидывает перед родителями результаты теста, рекомендации врача и убегает. - Чт-.. - От меня,- не давая договорить, кричит уже из коридора парень. Слышится смех омеги, а потом дверь открывается и захлопывается.