Аморальность? Нет. Это наша любовь.

Девушка повернула голову в сторону вошедших и замерла. Внутри все сжалось от испуга, ведь, возможно, родители все слышали. Она опустила глаза и потом побежала к себе в комнату. - Даже не спрашивайте... - прокомментировал ситуацию сын, смотря вслед сестренке. - Вы должны были приехать только завтра. Неужто соскучились? - Во-первых, убери эту саркастическую усмешку. Во-вторых, да соскучились, - Микото сложила руки на груди и вопросительно изогнула бровь. Парень понял. Взял чемоданы родителей и отнес в их комнату. А когда вернулся, отец с матерью сидели за кухонным столом, попивая чай. - Давай, рассказывай, - женщина внимательно уставилась на сына. Саске присел. Он посмотрел на Фугаку, тот спокойно отхлебывал горячий напиток, потом с незаинтересованным взглядом направился делать бутерброды. Глава семейства никогда не разговаривал с сыном об отношениях с девушками в присутствии своей жены. Взгляды супругов в этом вопросе отличались, причем очень даже. Поэтому старший Учиха предпочитал молча присутствовать "подслушивая" и только потом наедине с сыном высказывал свое мнение и советовал, как лучше поступить. - Хорошо, - продолжила женщина, стуча ноготком по столу. - Не хочешь говорить, тогда слушай! Не трогай Женю. Она по своей глупости может влюбиться в тебя... Ну а ты, тебе ведь это не нужно? Разобьешь девчонке сердце. Я тебя знаю. Ты же и с Акеми просто так для развлечения. Все это время слушающий без выражения Саске ответил: - Я порвал с Акеми. - О! Даже так! - Микото встала позади сына и положила ладони ему на плечи. - Хочешь сказать, новоиспеченная сестричка вскружила голову? - слышно прошептала на ухо. - И ты готов на все ради нее? Ты сделаешь ей только больно. И даже не говори мне про отношения брата с сестрой в нашей стране! - женщина перевела взгляд на мужа. - Я спать. - И что это с ней? - сын спросил отца. Фугаку поставил бутылку виски перед носом Саске и разлил по стаканам. - Я тебе сейчас кое-что расскажу, - делая первый глоток, начал мужчина. - Наша мама была чуть младше Евгении, когда поняла, что любит своего брата. - Любит брата? Который Кай? Который погиб? - округлил глаза парень. - Да. Тебя еще не было, когда случилась эта трагедия. Если бы ты видел Кая, изумился бы его красоте. Привлекательный, как и твоя мама. Мы были лучшими друзьями. Женщин у нас всегда хватало. И я никогда не обращал внимание на Микото... Пока однажды она не пришла ко мне и не сказала, что по-настоящему любит Кая. Не знала, что ей делать. Просила совета. Я и помог. Сказал, что будет лучше признаться в своих чувствах. Тогда я и не подозревал, что он ответит сестре взаимностью. Микото была счастлива, каждый день мечтала о их будущем и всегда рассказывала мне об этом. Я и не заметил, как влюбился в нее, - Саске с удовольствием слушал историю отца и постоянно подливал алкоголь себе и ему. - Пришло то время, когда моему другу надоела сестренка. И он нашел ей замену. Уж такой Кай был человек. А бедная Микото, моя Микото, доверилась ему. И все из-за меня... В тот вечер она прибежала ко мне домой в слезах и все рассказала. Я утешал как мог... - еще глоток обжигающего виски. - Она проснулась ночью в моих объятиях от телефонного звонка. Кай умер. Произошла страшная авария с летальным исходом. Она любит меня, я знаю. Но забыть его не может. Все-таки брат, любовь... Сын, я одобрю любой твой выбор. Если ты хочешь быть с Женей, я не буду против. Но прошу, подумай хорошенько. Как бы "любовь" не оказалась твоим минутным увлечением. - Да уж! Теперь понятно поведение мамы в отношении меня и Женька, - остатки спиртного парень выпил залпом. - Ладно, пойду спать. Спасибо и... спокойной ночи, пап. - Пап... Папа... - Фугаку в пустоту повторил слова сына.

***

Я проснулась с дикой болью в голове. В горле пересохло, глаза еле открываются. Я, наверно, такая опухшая и отекшая. Но это не помешало поднять свое пятидесяти килограммовое тело и поплестись в комнату брата. Что я хотела? Пожелать доброго утра? Извиниться за вчерашний спектакль? Не знаю. Хотелось просто увидеть его. Но кроме пустой кровати и легкого сквозняка я ничего не нашла. Пару раз прохрипела имя любимого родственничка, никто не ответил. Мне в мыслях сразу всплыла картина одинокого утра в загородном доме. Черт! Снова кинул. Неприятно. На кухне меня встретила Микото и сказала, что мужчины уехали на работу. В принципе, я это подозревала. Как же мне было неудобно и стыдно смотреть в глаза этой доброй женщине. Я стала переживать, что она начнет упрекать, читать лекции про аморальность, всякие нормы приличия и тому подобное. А вот я и не угадала! В прекрасном настроении Микото накормила завтраком и словом не обмолвилась о вчерашнем инциденте. Сплошные беседы про солнечную погоду и командировку. Может у мамы Саске провалы в памяти? Амнезия? Хотя, бредово это. Скорее всего родители ничего и не слышали, а я тут трагедию сама себе разыгрываю. Фух, можно успокоиться. Весь день я в предвкушении ждала брата. Представляла, как он придет усталый, я обниму его; незаметно коснусь губами его щеки, и он обрадуется; после ужина с семьей прошмыгну к нему в комнату и зацелую по-настоящему... Я ходила по дому с широченной улыбкой, пока не появился отец. Один. Радостного настроения как и не бывало. Папа сразу понял по выражению лица мой вопрос. - А Саске тебе не сказал? Я молчу. - Ремонт в квартире доделали. Он вернулся туда. Дальше я ничего не хотела слышать. Ни как Фугаку раза три кричал мое имя, ни как Микото звала кушать. Я быстрее поднялась к себе и набрала номер брата. Недоступен. Еще раз. Недоступен. Снова и снова нажимаю кнопку повтора вызова, но нет. Телефон выключен. И тут началось страшное. Меня охватила паника. Волнение зашкаливало. Я подбежала к окну и распахнула его. Слезы полились градом. Я быстро спустилась обратно и трясущимися руками схватила папу, пытаясь выудить информацию о Саске. Но они с Микото будто сговорились. Не отвечали, почему их сын отключил сотовый и где его квартира. Только "кормили" утешениями, что все в порядке, не стоит так беспокоиться. Даже как-то умудрились заставить выпить успокоительное и лечь спать. С этого вечера наступила депрессия. Почти неделю от Саске ни слуху, ни духу. От незнания где находится дорогой мне человек, сердце щемит и аппетита совсем нет. Я заметно схуднула. По дому передвигаюсь как зомби с похоронной миной. Если раньше Микото каждый день встречала меня с улыбкой до ушей, то сейчас - с жалобным взглядом. Вы же видите своими глазами, как я страдаю! Почему же тогда не прекратите это?! Папа, почему?.. Почти полночь, а я еще не разбирала постель. Сижу, согнув колени, и смотрю в пустоту. - Привет, - поздоровалась темноволосая женщина, вошедшая в комнату. Микото присела рядышком и протянула что-то в руке. Ключи? Минутку. Это не от нашего дома. Неужели от квартиры Саске?..