За днем приходит ночь.

Глава 13 Продолжение 12 главы. Когда Повелитель исчез, люди ещё долго сидели молча, потом начали переговариваться и только тогда заметили, что часть из них уже покинула свои места. Маги хотели найти своего Короля и наставника для того, чтобы предложить свою помощь или спросить совета. А сам виновник переполоха сидел на веранде дома старосты и ожидал, когда соберутся все люди, которым суждено принять активное участие в следующей фазе его планов. С каждым днем Дагда сам себе всё больше напоминал Дамблдора, с небольшими отличиями: его манипуляции были направлены на развитие каждого, как попавшего в его мир, так и обитающего в том, из которого сюда пришли маги, а не на всех разом. В этом, на первый взгляд несущественном факте, крылась огромная разница. А вторым отличием было то, что Дагда не играл в Бога, он им был. Рядом с ним уже сидели Мастера, присутствовавшие на собрании, семья Короля, в которую входили Северус, Волдеморт и Малфои. И хотя большинство жителей карманного мира можно было назвать семьей Дагды, но эти люди были наиболее близки Королю. Осталось дождаться Ориона и Вальпургу, которым была также придумана роль в будущем плане. Пока народ подтягивался, Волдеморт с опаской косился на своего бывшего слугу и любовника. Прошлым вечером Северус его сильно удивил и слегка напугал. Воспоминания нахлынули волной, возвращая мага во вчерашний вечер. Несмотря на то, что день был долгим и тяжелым, Волдеморту никак не удавалось заснуть. Природный дар легилимента, помноженный на многолетний опыт и повысившуюся чувствительность, позволил темному магу увидеть очень многое в помутненных страхом и болью разумах детей. От участи Драко и тех магов, что всё ещё не пришли в себя, его спас опыт адских миров. Там ему пришлось столкнуться и не с таким, но понимание, что в его родном мире творятся дела, достойные самых нижних уровней Ада, печалила мужчину. Даже в тот период, когда он был безумен, маг не представлял, что взрослый человек может сотворить нечто подобное с ребенком. Вот против таких особей как нельзя лучше подходили старые добрые методы Пожирателей... Дальнейшие размышления Волдеморта были прерваны резким изменением магического фона. Где-то рядом назревал мощный взрыв. Подчиняясь интуиции и инстинктам, Карден бросился из дома, по пути распахивая двери в другие спальни и оповещая их жильцов об опасности. Спорить с ним никто не стал, и уже через пару мгновений во дворе собрались все обитатели маленького домика. Оглядевшись, Дагда и Карден увидели рубиновое сияние, исходящее из-под того самого дерева, под которым была нора Северуса. Обоим магам стало понятно, что источником сияния является молодой зельевар. Похоже, потрясение оказалось для него слишком сильным, и он не смог справиться с магией, подстегиваемой эмоциями. И судя по тому, что сияние нарастало, энергетика и магия Снейпа вошли в резонанс и запустили неконтролируемый процесс высвобождения Силы. Бывший Темный Лорд уже начал трансформацию тела, чтобы вытянуть своего друга и любовника из ловушки, в которую тот попал, но его остановил брат. - Подожди. Мне кажется, он сможет справиться сам. А если ты вмешаешься, он останется сквибом. - Тебе виднее. Но если он не сможет сдержаться, то погибнет, а взрыв докатится до Люциуса, - рыкнул Карден и приказал мальчишкам уходить в Школу. От красного света исходила волна нечеловеческой ярости и жажды крови, но в тот момент, когда маги были готовы прикрыть направление деревни щитами, сияние неожиданно исчезло. Братья ринулись в землянку. Там на земле сидел в медитативной позе Северус, тело которого всё ещё светилось рубиновым светом, но ему не давала вырваться сетка, свитая двумя синими спиралями, окружившая красный свет и сдерживающая его на расстоянии метра от тела. Дагда и Карден оба понимали, что для ограничения такой большой силы нужна железная воля, и похоже, сегодня Северус Снейп прошел свою первую трансформацию на пути богореализации. Он смог ограничить своего Зверя собственной волей внутри тела, не придавая ему форму. Это было небывалое явление. Когда зельевар открыл глаза, Карден сделал шаг назад. Зрачки молодого мага так и остались черными, но теперь складывалось впечатление, что в них жила Тьма. Они засасывали и манили, как черные дыры, при этом от них веяло чудовищной силой. Вот теперь Северус действительно познал Тьму, но пока он не научится её контролировать, ему нет места в мире Дагды. Учитель это понял сразу, поэтому уже завтра придется открывать портал в Адские миры и надеяться, что молодому ученику хватит силы души и сердца не потеряться в них, став одним из демонов. До этого момента Дагда сможет сдерживать силу Северуса своей, но долго это продолжаться не может. Ведь зельевар сам стал Зверем, и его интеллект с трудом сдерживает инстинкты. Вынырнув из воспоминаний, темный маг посмотрел на своего друга. Даже отсюда было заметно то напряжение, в котором находится Снейп. Он сейчас представлял бомбу замедленного действия, и его силе нужно было срочно дать выход, чтобы молодой человек получил шанс научиться её контролировать. За этими размышлениями маг не заметил, как к ним присоединились Блэки и ещё пара десятков людей. Среди них были и вампиры, и оборотни, и демоны, и просто люди. За прошедшее время народу в мире Дагды изрядно прибавилось, и анклав вампиров теперь насчитывал четыре сотни взрослых, хорошо подготовленных особей, которых Дагда начал учить не боевым искусствам, а методикам выживания в агрессивной среде и техникам быстрого убиения разумных. Вотчиной оборотней были леса, и в их задачу входило учить всех людей жить в гармонии с природой. Демоны произвели первое пополнение рядов, и теперь их стало на десяток больше, но этого количества всё равно катастрофически не хватало. Прибавилось и людей, в основном за счет магов из России, которые стали неприятным открытием для европейцев, развеяв миф о превосходстве последних. Народ тихо переговаривался, ожидая когда наставник заговорит. Новые гости порывались задавать вопросы, но их успокаивали соседи, говоря, что всему своё время. Так оно и получилось. Когда люди немного поутихли, Дагда заговорил. - Что вы решили после услышанного? - Что у тебя есть план, и сначала мы должны его узнать, - не глядя на других, ответил Карден. - План есть. Но воплощать его вам. Я во внешний мир больше не ходок. - То есть как? - не понял Люциус. - Вы же наш Король. - Пока. Корона уже сейчас на мне держится с трудом. С каждым днем во мне остается всё меньше и меньше Короля и становится всё больше Бога. Эти должности не совместимы, - с грустью в голосе ответил Дагда. - Почему? - не понял Орион. - Потому что Король всё же человек, и его задача - думать о государстве и о благе большинства его граждан, а Бог отвечает за каждого. И вдобавок Бог лишен возможности активно вмешиваться в дела людей. - То есть Вы нам не поможете? - разочарованно спросил один из оборотней. - Почему же? Помогу. Советом, знаниями, а иногда и чудесами. Но чудеса нужно заслужить, а знания и умения захотеть взять. Я не собираюсь решать ваши проблемы, но могу помочь с этим. - Давай отбросим эту метафизику и обсудим, что сейчас мы в состоянии сделать, - решительно заявил Карден. - В общем, многое и ничего, - задумавшись, ответил Повелитель. - Это как? - поинтересовался Орион. - Вам ли не знать, что у крупномасштабных акций подготовка занимает львиную долю времени? Вот и сейчас ещё не время для активных действий, но уже начался период создания команд. - А до этого был этап подбора кадров? - прищурив глаз, спросил глава Рода Блэк. - Абсолютно верно, - ответил Дагда. - Но как же наши родственники? - растерянно поинтересовалась Вальпурга, чем заработала осуждающий взгляд Ориона. - Им придется справляться самим ещё какое-то время, - жестко ответил Король. - Как долго?- уточнил Фериат. - До тех пор, пока не заработают в полную силу оба Ордена, да и ещё кучу всего параллельно нужно сделать. - А кто же будет Королем? - вдруг спросил Орион, возвращая разговор к интересующей его теме. - Карден. До тех пор, пока Корона будет принимать его. Но я собираюсь передать титул не ранее, чем он будет готов. У вас будет истинный Король, это я вам обещаю, - уверенно ответил Дагда. От этих слов отлегло от сердца у многих. За последние годы они были вынужденны признать авторитет Волдеморта, так что теперь их не особо пугала мысль о том, что он будет обладать абсолютной властью над ними. Тем более, что Дагда никуда не девался, просто разделил свои обязанности с братом. - Ладно, каков план, и как ты распределил роли? - прервал затянувшуюся паузу Карден. - Два Ордена будут олицетворять две противоположности: Барды - Светлый путь творчества и Жизни, и Пожиратели - Темный путь Смерти. Помимо них пришла пора открывать больницу, библиотеку и два правительственных института, которые будут входить в структуру Двора. Я имею в виду Тайную службу и Дипломатический корпус. Тебе, Карден, предстоит возглавить Пожирателей. Вас ждет Темная башня в моём замке. В неё будут иметь право входить только члены Ордена и Король. Орден разделен на три уровня: Пожиратели, это те, кто прошел школу Адских миров, но ещё не познал гармонию Жизни-Смерти. Они - низший уровень посвящения, и не могут покинуть Орден по своему желанию, так как вкусив Смерть и Силу, они требуют контроля и руководства. Вторая степень - посвящение, это Рыцари Смерти. Рыцари вольны покинуть Орден по своему желанию, но они должны пройти обряд выхода из него, дабы не нарушать структуру связей. Рыцари - это офицеры Ордена, они отвечают за Пожирателей и отдают им приказы, также они вправе сами принимать решение в критических ситуациях, без ожидания приказов свыше. Они уже познали, что Смерть и Жизнь едины, и видят красоту и гармонию мира, но в их сердцах ещё живет боль, которая заставляет их жаждать изменить его. И последний уровень - Мудрейшие. Они уже не жаждут менять мир и наслаждаются его гармонией. Мудрейшие - это совет Братства, над ними только Король. Они вправе карать и миловать, а также определять направления развития Ордена, они приказывают Рыцарям. Структура Ордена очень жесткая, и желающий вступить в него отрекается от Рода и всех своих знакомых, принимая Братство как свою единственную семью на время службы. Твои люди, Карден, будут ядром истинной Тьмы в её мужском аспекте. Жесткие до жестокости, безжалостные к себе и другим, и при этом действующие во благо своих жертв и государства. Основными вашими целями станут не страны и структуры, а отдельные особи, совершающие преступления против души. - Прости, я не понял. Какие преступления? - опешил Волдеморт. - Против души. Вот, например, убийство входит в природу человека и не калечит душу, оно искажает только личность и то далеко не всегда. Кража, прелюбодеяние - тоже не твоя забота, а вот такие случаи. как у наших мальчишек и детей, что прибыли, будут вашей прямой обязанностью. Но только Рыцарей. Пожиратели же будут выполнять обязанности контроля теневого мира. Нести ночную стражу. Дневная стража будет сформирована из выпускников Школы как простая организация, наподобие аврората, хотя магловская полиция во многом обогнала магические службы, и в Росии это давно поняли, взяв на вооружение наработки магловской милиции. Так что новой службе авроров придется поучиться у их русских коллег. Поэтому я полагаю, что Орден будет элитарной организацией, состоящей из людей, которые в прошлом сами были жертвами, и теперь не могут смириться с творимым злом. Таким лучше дать достойное занятие сразу, иначе потом они развалят всё государство. Теперь перейдем к Светлому полюсу. Если честно, пока единственным кандидатом на роль главы Ордена является миссис Лавгуд. Но мне придется долгое время контролировать эту организацию и лично обучать её членов. Этот орден тоже будет иметь три ступени: Подмастерья, самая низшая и обширная прослойка, которая будет состоять из молодых и талантливых деятелей исскуств; Барды - это признанные мастера своего дела; и Творцы, к числу которых будут относиться Барды, достигшие просветления. Именно Творцы будут составлять Совет, управляющий этим Братством, наравне с Магистром. Этому Ордену отведена Белая башня моего замка. Из этих двух Советов будет состоять Королевский совет, также в него будут входить руководители всех Королевских служб. Для Бардов самое главное самим верить в то, к чему они призывают других, в таком случаи за ними и пойдут другие. Но тут нам помогут снова наши русские друзья, они подготовили для нас оружие массового поражения, - после этих слов все начали удивленно переглядываться, так как ни о чем подобном не знали. - Всё очень просто. Они создали кольца, которые воспроизводят любые звуковые волны, и кристаллы, на которые их можно с легкостью записать. Так что все наши песни или истории смогут попасть в каждый дом, к каждому желающему. Поющие кольца и кристаллы с записями поступят в продажу уже через полгода, то есть через четыре недели по внешнему времени. На них будут находиться записи песен, переделанных из песен моего мира, и древних гимнов Кельтским богам в исполнении волхвов. Также нас ожидает сюрприз от Жриц, которые готовят сборник гимнов Великой Матери. Причем кольца будут продаваться как в магическом, так и в магловском мирах. Процесс получения патента на первые в мире микрочипы в полном разгаре, - было видно, что Дагда доволен собой. - Но где мы наберем столько кристаллов? - удивился Люциус. - Для наших целей подходит кремний и кварц, так что с этим проблем не предвидится. - А какие службы, кроме озвученных Вами, планируете создавать сейчас? - решил поинтересоваться Орион. - Медицинскую, которую возглавит Нарцисса Малфой. Существующий порядок в медицине меня не устраивает и, как основу её реорганизации, я ввожу обязательную клятву Гиппократа и полный нейтралитет для всех медиков. Врачу должно быть всё равно, кого он спасает, а территория больниц должна быть нейтральной территорией, на которой будет запрещено насилие. Услышанное стало неожиданностью для европейских магов. Уже более трех столетий их больницы находились под полным контролем министерств стран, в которых они располагались. Это было вызвано тем, что прежде они относились к учреждениям Короны, и после падения королевской власти перешли в ведомство министерства, так сказать, по наследству. Маги уже и забыли, что когда-то колдомедики клялись в верности короне и пациенту, а не правительству. - Я хочу, чтобы колдомедики изучали как магловские, так магические методы исцеления, а также профилактики заболеваний. Я хочу, чтобы существа в зеленой мантии стали синонимом Жизни и спасения от боли. Это станет ещё одним институтом Света, как тайная полиция станет вторым Темным институтом, - озвучивал свои замыслы Повелитель. Многое из того, что он говорил, осталось только в магловской культуре, да и то не в полном объеме из-за огромного влияния католической церкви, которая подобно министерствам магии в магическом мире так же способствовала искажению мира маглов. Структура казалась непривычной и чуждой, но воля Короля - закон, тем более, что в его словах было зерно мудрости. За это время маги уже поняли, что Дагда всегда оказывается прав, даже когда самому Королю кажется, что он ошибся. К тому же они видели необходимость каждой из структур, даже если пока были не до конца понятны детали. - Ладно. А что с тайной полицией? - Спросил Фериат. В прошлом и у эльфов, и у вампиров была такая структура, но с тех пор, как темные существа перестали быть полноценными членами общества, а магический мир стал практически одним государством, разделенным чисто условно границами и правительствами, в ней отпала необходимость как в полноценной организации. - С ней всё в полном порядке, - устало улыбнулся Король. - В неё будет входить разведка, контрразведка и идеологический отдел. - Что входит в задачу идеологического отдела? - заинтересовано спросил Орион. - Так как я придаю большое значение идеям и творчеству, это неизбежно вызовет ответные меры наших противников. И в задачу отдела будет входить предотвращение пропаганды насилия, упаднических настроений и вседозволенности. - Не понял. Вы же сами говорите, что человек волен делать, что ему хочется? - удивился Сергей Коренев, который уже три месяца провел в мире Дагды. - Ваши слова показывают, что вы не поняли наставника, - ответил вместо Дагды Старейшина. - Он учит, что человек не должен делать то, что противно его душе, но при этом обязан отвечать за свои поступки. Вы можете убивать, но должны понимать, что вам придется за это ответить. Так что ни о какой вседозволенности не идет речи. Сергей задумался. Эта концепция пока была для него слишком сложной и вызывала подсознательный страх. - Я осознаю, что не все ещё понимают мои замыслы, но поверьте, в будущем вы увидите их необходимость. Именно из-за того, что вы ещё не готовы, я не могу вмешиваться во внешние дела слишком открыто. От того, насколько упорно вы будете работать и насколько будете жалеть себя, настолько быстро мы сможем начать изменять внешний мир. С этого дня я буду одновременно в нескольких местах, помогая вам. Но вы должны хотеть измениться, только так я смогу вас чему-то научить. Слушатели задумались. За последние годы они уже поняли, что от них зависит очень многое, но с сегодняшнего дня они ответственны не только за свою судьбу, но и судьбы таких вот детей, как в последней партии прибывших. Чем быстрее они смогут измениться, тем больше Родов останется в их мире. - Вы говорили об Адских Мирах. Что это? - спросил задумчивый Люциус. - Брат, ответь, - прикрыв глаза, попросил Дагда. - Адские миры похожи на этот. Они существуют независимо от нашего мира и мира, который мы оставили, - для Волдеморта измерение Дагды уже давно стало домом, в котором он был счастлив в первый раз за свою долгую жизнь. - Туда попадают души грешников. В мир голодных духов попадают души людей, одержимых при жизни какой-то жаждой и не успевших её удовлетворить, потеряв при этом всякие принципы и сдерживающие механизмы. В мир страстей попадают одержимые страстями. Попав в такой мир, ты становишься его пленником до тех пор, пока он не отпустит тебя, а это происходит, когда ты изучил его урок, - спокойно, как лекцию, рассказывал Волдеморт. - И каковы же их уроки? - заинтересовался Орион. - Первый учит тому, что сила тебе дается для того, чтобы ты мог помочь другим, а второй - тому, что разум должен контролировать страсти. Есть ещё и третий урок, но его наши ученики будут изучать в период их прибывания в статусе Пожирателей, - с готовностью ответил Карден. Услышанное очень заинтересовало главу Рода Блэк, так как слова Волдеморта вселяли в сердце надежду на лучшее будущее. Тот мужчина, что сидел перед старым политиком, внушал уважение и доверие. Если Дагда смог сотворить такое с безумным Темным Лордом, то ему под силу изменить умирающий мир, бывший для волшебников родным домом. - И каков же третий урок? - прищурившись, спросил маг. - Я сам его постиг не до конца, но он гласит, что разум подчиняется чувствам. - Но это же противоречие! Вы только что сказали, что страсти подчиняются разуму, а теперь говорите, что они правят разумом? - удивился один из оборотней. Услышав это, Ду только хмыкнул, привлекая к себе внимание. - Только дети путают страсти и чувства. Это два совершенно разных явления, - ответил Мастер Тайдзы-цюань. - Прости, Ду. Но это сейчас не важно. Ты лучше вот что мне скажи, братик, как ты собрался всю эту кучу народа загнать в Адские миры? Наставница с каждым из них носиться не будет, - уверенно ответил Карден. - Да. Госпожа этим заниматься не будет. Но я хочу её умаслить жертвой и выклянчать постоянный портал в эти “дивные” места, - скривившись, ответил Король. Осознание того, что ему предстоит сделать, не радовало его совершенно, но это должно быть сделано. Поймав себя на том, что он кривит морду и пытается уклониться от своих обязанностей, Дагда сильно опечалился. Жизнь в чистом мире заставила его размякнуть. Ведь чистота и красота могут тоже быть искушением. - Завтра на заходе солнца на берегу реки, где сжигают трупы умерших, будет совершено жертвоприношение. На нем разрешается присутствовать только магам старше двадцати одного года, которые твердо решили пройти испытание Адскими мирами, - серьёзно объявил Король. - Проводить будешь ты? - уточнил Карден. - Да. - А что за жертва? - деловито прикидывал темный маг. - Не что, а кто. Это маг, добровольно решившийся стать жертвой, он готовился к этому больше месяца, - пояснил Дагда. - Человеческое жертвоприношение? - спросил Орион. - Да. И не простое. Этот маг жертвует свою жизнь, плоть, кровь и магию. Так что если у него хватит решимости, то к восходу солнца следующего дня у нас будет решение проблемы. - Как вы собираетесь забрать его магию? - заинтересовался Фериат. - По старинке. Именно поэтому на ритуал будут допущены только те, кто согласен посвятить себя пути Смерти. - Да про что вы говорите?!! - не понял Сергей. - Это касается только тех, кто завтра соберется на берегу, - отрезал Дагда. - А если я хочу прийти?! - взбеленился русский. - Вот придешь и увидишь. Только обратного пути не будет, - пророкотал Волдеморт, окинув мужчину пламенным взглядом. - На этом и порешим, - подвел итоги Старейшина. - До вашего ритуала мы составим списки всех желающих попасть в одну из организаций и объясним ученикам назначение каждой из них. - Уважаемый Бенджиро, Путь Смерти открыт как магам, так и маглам, так что этот ритуал такой же ваш, как и наш, - сказал Дагда, выделяя последние слова. Это заставило азиатов задуматься и переглянуться. Король был уверен, что завтра после заката увидит нескольких из Мастеров в рядах зрителей. Люди начали расходиться, занимаясь каждый своими делами, благо, из-за перемен теперь этих самых дел стало гораздо больше. На веранде остались только близкие Дагде маги. - Всё же, что происходит с Драко? - не выдержала Нарцисса. Все её мысли были заняты сыном, так что она даже не особо задумалась о том, что теперь является главой медицинской службы, которой ещё нет и в помине. - Он случайно увидел то, что пережила одна из жертв авроров, прибывшая к нам, - при этих словах Северус дернулся, и Дагда положил руку ему на колено, успокаивая магию. - Сейчас он пытается справиться с потрясением, но думаю, последствия будут проявляться ещё очень долго. - А нельзя ему просто стереть эти воспоминания? - поинтересовался Люциус. - Нет. Нельзя. Если это сделать, травма из сознания перейдет в подсознание, и излечить её будет гораздо труднее. - Тогда что нам делать? - Спросила Вальпурга. - Просто любите его и не мешайте оберегать сестру. Девочка была похожа на Персефону, так что у Драко может появиться потребность её защищать, - спокойно ответил Дагда. - С этим понятно. Второй вопрос. Что делать нам? - решил поставить все точки над “и” Орион. - Учитесь. Занимайтесь хозяйством, ищите своё место в новом мире, - ответил Дагда и, встав, направился по своим делам. ______________________ Джованни Донна, итальянский маг, отсидевший в Азкабане три года, не мог привыкнуть к новой жизни. Он считал, что его место в самой ужасной тюрьме мира, а не а в этих райских кущах. Поэтому каждый день, проведенный на свободе, доставлял ему нестерпимые страдания. Три года на свободе, он пытался покончить с собой, но похоже, Бог не хотел принимать его жизнь. Когда он сбросился со скалы, то только поломал ногу. Когда попытался повеситься, под ним обломился сук, а когда решил отравиться, смог заработать только дикий понос и непреходящую боль в животе. Поэтому маг нашел только один способ свести счеты с жизнью - он перестал есть. И когда тело уже совсем ослабло, к нему пришел Король и сделал предложение, которое вернуло мага к жизни. Целый месяц он объедался, отдыхал и восстанавливал выносливость. Всё это с одной единственной целью - умирать как можно дольше на жертвенном алтаре. Такую казнь маг сам выбрал себе, решив так заплатить за своё преступление. Когда-то у него был друг, с которым они были в месте с тех пор, как помнили себя, и любимая жена, которая подарила чудесную дочку. Они все были счастливы и часто проводили вечера вместе. Но как-то Джованни стал замечать, что его друг заходит к нему и тогда, когда его нету дома, и в душу заползло сомнение. Маг стал следить за женой и другом, убеждая себя в том, что они обманывают его. В один из зимних вечеров, когда Джованни сказал, что ему нужно уйти, в их дом сразу после его ухода пришел друг мага. Тогда-то оскорбленный муж и друг и ворвался в дом. От увиденного у него помутился рассудок. На диване в гостиной сидели его жена и друг и держали маленькую Лити на руках. Они были счастливы, а в их глазах было столько любви, что оскорбленный муж, не раздумывая, выпустил из своей палочки три зеленых луча, один за другим, оборвав жизни трех самых близких ему людей, после чего сам сдался аврорам. На суде выяснилось, что Лити болела редким заболеванием, а друг Джованни был колдомедиком и лечил малышку. Так как результат лечения был неизвестен, то отцу девочки решили не говорить, чтобы не расстраивать. И в тот злополучный день другу удалось найти правильное зелье, которое помогло девочке. Джованни осудили не за тройное убийство, а за применение непростительного заклятья и дали пожизненный срок в Азкабане. Пребывание в самой страшной тюрьме мира казалось магу недостаточным наказанием за его поступок, но всё же его хватало, чтобы сдержать муки совести. Попав же в мир Дагды, он оказался в ловушке. И когда к нему пришел Король и предложил стать добровольной жертвой в ритуале, который поможет многим людям, Джованни, не раздумывая, согласился. Ещё больше его радовало то, что это жертвоприношение длилось всю ночь, и ему предстояло вытерпеть его от начала до конца по собственной воле, искупая этим свою вину. Такая участь казалась магу вполне заслуженной и желанной. И вот долгожданный день настал. Завтра его мучения окончатся. Маг не надеялся после смерти увидеть своих родных, так как их души были невинны, а он страшный грешник, и жертвоприношение этого не изменит. Но возможно, он сможет так искупить хоть часть вины. _________________ Осторожно. В следующем куске описание пыток. ___________________ Время до ритуала пролетело незаметно. Люди не выспались, так как всю ночь собирались у костров, обмениваясь информацией о грядущих переменах. Всем было о чем подумать. Кто-то принимал решение, которое переменит всю их жизнь, кто-то понимал, что ещё не готов к таким решительным действиям. Но жители мира осознали, что он действительно стал для них учебной базой и возможностью что-то изменить в своей жизни, а для некоторых - и домом. Около сотни взрослых мужчин собралось на каменистом берегу реки. Привычная для Волдеморта местность изменилась, так как на ней появился массивный каменный мегалит, похожий на огромный стол высотой чуть больше метра, шириной в три метра и длинной в пять. На нем стояли четыре каменные колонны, расположенные парами. Одна из них была красной. как кровь, а вторая - оранжевой, как заходящее солнце, и каждая из них имела крепления для ручных и ножных кандалов. К плите вели ступени, сложенные из валунов, а рядом с ними лежали толстые бревна и вязанки хвороста. Когда небо окрасилось багрянцем, на жертвенник поднялся Король. - Здесь собрались те, кто желает получить силу Адских миров, пройдя испытания, что ждут их там. Но прежде, чем они смогут исполнить своё желание, необходимо открыть врата в эти миры. Такое возможно только благодаря великой жертве. И я пригласил вас сюда, чтобы вы стали свидетелями того, какой ценой будут открыты врата. Маглорожденный маг Джованни Донна выразил желание стать добровольной жертвой. Этой ночью он отдаст свою плоть, кровь, магию и жизнь, для того, чтобы вы могли получить желаемое. Он знает, что пока он жив, его магия будет стремиться излечить повреждения и вытекать из него, становясь жертвой. Поэтому он добровольно согласился пройти через страдания, дабы его одной жизни хватило для открытия врат. Джованни Донна. Ты подтверждаешь своё желание стать жертвой? - спросил Дагда, обращаясь в толпу. - Да, - послышалось в ответ. И люди расступились, давая мужчине, закрытом с головой белым плащом с капюшоном, подняться на жертвенник. Пройдя по ступеням, он остановился перед Дагдой. - Я, Джованни Донна, по своей доброй воле предлагаю свою кровь, плоть, магию и жизнь в жертву госпоже Смерти, дабы были открыты врата между мирами, - громко и отчетливо произнес маг. С последними словами он скинул плащ, и перед толпой предстал молодой мужчина не старше тридцати лет. У него была подтянутая стройная фигура, светлые волосы и голубые глаза. Единственными внешними дефектами можно было назвать уродливый шрам на левой ноге и рубцы на шее. Толпа начала понимать, что за зрелище им предстоит, и некоторые стали роптать. - Те, кто недостаточно силен для того, чтобы почтить жертву, что сегодня приносится для вас, могут покинуть ритуал сейчас, пока не пролилась первая кровь. Любой, кто попытается уйти потом, заплатит за непочтение своей жизнью, - громко объявил Дагда. Несколько человек покинули каменистый берег, не желая наблюдать за чужими страданиями. - Те, кто остался, должны понять для себя, что сегодня на этих камнях умрет не только этот маг, но и каждый из вас. Ваша старая жизнь останется позади и станет для вас недоступна. Те из вас, кто вступит в Орден Пожирателей Смерти, будут принадлежать ему до тех пор, пока не обретут звания Рыцаря Смерти и только тогда смогут провести обряд отречения. Все остальные тоже не смогут сохранить свою прежнюю жизнь, потому что Адские миры изменят вас безвозвратно. Так что с уважением и почтением отнеситесь к сегодняшней ночи, потому что это ночь и вашей смерти. Ещё несколько человек поспешили покинуть место жертвоприношения. А вокруг жертвенника зажглись восемь магических шаров, парящих над ним, возвращая на берег реки день. Джованни подошел к красным колоннам и стал между ними, подняв руки и расставив ноги. Дагда закрепил кандалы. - Боль подстегивает выброс адреналина в кровь, и магия начинает струиться по жилам, стараясь защитить своего хозяина, а повреждения тела усиливают этот процесс многократно, поэтому эта ночь отдана боли, - громко заявил Дагда, и тишину речного берега рассек первый удар кнута. Люди как завороженные смотрели на тело, которое покрывалось рисунком из красных росчерков. После четвертого такого украшения жертва не выдержала, и ночь огласили первые крики. Но Дагда не торопился, давая жертве восстановить силы после каждого удара, и только тогда на белой коже итальянца появлялась новая кровавая полоса. Магия самого мира и жертвы быстро восстанавливала его силы, что сегодня было на пользу ритуалу, и с каждым ударом на красных столбах появлялась руна, горящая огнем. Когда их стало двадцать четыре, Дагда остановился. Из-за долгих пауз на это ушло больше двух часов. Жрец расстегнул кандалы позволил жертве упасть на камни, залитые её кровью. Взяв с пола чашу с водой, он протянул её жертве. Мужчина с жадностью выпил воду, после чего жрец снова громко спросил: - Джованни Донна. Ты подтверждаешь своё желание стать жертвой? Мужчина шатаясь поднялся и, подойдя к оранжевым столбам, твердо ответил: - Да. Дагда закрепил его на новом месте и создал из воздуха жаровню с углями и железный прут, что уже ждал свою жертву, лежа в огне. На этот раз крики раздались сразу, а на каменных плитах снова стали загораться руны. Когда последняя руна зажглась, маг уже не мог кричать, сорвав голос задолго до окончания второго этапа жертвоприношения, поэтому когда его освободили, то понадобилось гораздо больше времени, чтобы он пришел в себя настолько, чтобы дать ответ жрецу. Уже занимался рассвет, когда жрец спросил в третий раз: - Джованни Донна. Ты подтверждаешь своё желание стать жертвой? Замершие люди боялись даже вздохнуть, понимая, что происходит, и сопереживая молодому мужчине. Поэтому все могли услышать тихое, но уверенное “да”, сказанное жертвой. Почти ползком итальянец добрался до места, на котором оборвется его жизнь. Встав между красной и оранжевой колоннами, маг оперся руками на камень, прося Дагду о помощи. Жертве уже было трудно стоять из-за потери крови и из-за магического истощения, но он был намерен довести начатое до конца. Дагда закрепил кандалы,и призвал магией дрова, сложив их вокруг мужчины и каменных колонн. - Госпожа Смерть! К тебе взываю я, тот, кто служил тебе всю свою земную жизнь. Прими эту жертву, добровольно тебе отданную, и открой врата в миры, которые испытают и закалят души прошедших в них, - после этих слов маг призвал все магические огни, что освещали жертвенник, и направил в костер. Тот вспыхнул, как будто состоял из соломы, а сам жертвенник засветился белым сиянием, начиная мелко вибрировать. Гул от вибрации нарастал, и вот уже люди пытаются прикрыть уши, чтобы не потерять слух. В тот момент, когда на жертвеннике догорела последняя искра, между колоннами появилась женщина под белым покрывалом. - Жертва принята и грех искуплен. Ваше желание исполнится, - после этого между колоннами появилось молочное марево, которое походило на полупрозрачную ткань, натянутую между столбами. - Если душа прошедшего врата сильна и чиста, то он появится в Адском мире в своём теле и с полной памятью, покинуть мир он сможет, умерев, или уснув, но это будет в редчайших случаях. Но если прошедший слаб, то он появится в теле ребенка, и проживет столько жизней, сколько потребует мир. Лишь изучив уроки мира, он сможет вернуться, - глубокий женский голос отражался от камней, а всё сказанное Госпожой появлялось на камне жертвенника, выжженное огненными письменами. Когда последнее слово отзвучало над рекой и людьми, женский образ растаял, по ступеням уже поднимался первый, кто пройдет сквозь врата - Северус Снейп. __________________ Северус Снейп прошел сквозь врата ещё до того, как Дагда успел что-то сказать. Мужчина двое суток держал себя на гране взрыва, и с каждой минутой делать это было всё трудней. Пустые зеленые глаза девочки, так похожей на его подругу детства, порвали душу на мелкие кусочки. До этого маг считал, что у него была тяжелая жизнь. Больше этот абсурд не забредал в его голову, а в сердце клокотала ненависть невиданной силы. Оказалось, что раньше он не умел ни любить, ни ненавидеть. Сейчас этот недочет был устранен. Каждая клеточка тела горела в огне, не сгорая, это было даже приятно - превращать ярость в энергию. Но вот только пока он не знал, что делать с той мощью, что на него свалилась. Поэтому, быстро пройдя по каменным плитам, он, не задумываясь, вошел в молочный туман красных врат. Северуса закрутило и выбросило на каменистый склон, поросший чахлой травой. Буквально через несколько минут его почувствовали низшие голодные духи и ринулись на жертву. Маг подпустил их поближе... и тогда отпустил магию. На свободу вырвалось красно-черное пламя, поглощая всех духов. Когда оно утихло, маг с удивлением понял, что его магический запас пополнился новыми силами, а контроль над магией улучшился. Так пошло и дальше. Северусу понадобился год, чтобы в одной из битв его магия обрела целостность. Тогда он почти проиграл объединенным силам целой стаи высших демонов нижнего мира. Они не давали ему поглотить себя, что истощало мага. И тогда он решил выплеснуть в магию жизненную энергию по принципам Тай-чи. Следующее, что он увидел, была обледеневшая равнина и статуи поверженных демонов. Жизненная энергия объединила синюю магию воли и знаний и красную магию ярости и животной силы в королевский пурпур. Теперь маг чувствовал, как по его венам течет магия, и что каждая клетка его тела стала её генератором. Закрыв глаза и изменив свою форму, Северус выяснил, что внешне его змейка никак не изменилась, но он теперь знал, как нужно пустить магию в теле, чтобы яд в железах изменился на любой состав по требованию мага. Это была вершина внутренней алхимии. Сам маг ещё не догадывался, но с этого дня срок его жизни ограничивался только его желанием. Когда Северус открыл глаза, то увидел, что находится на каменном жертвеннике, на котором ещё хорошо видны следы крови того мага, что открыл врата. Встав, он направился домой. По дороге он увидел, что у выхода из каменного кармана на берегу появилась охрана. Хмыкнув, он прошел мимо, а маги, охранявшие врата, поклонились ему вслед. Дойдя до дома, он увидел Кардена, говорящего с Волдо. Подойдя вплотную к темному магу, Северус обнял более крупного мужчину и впился ему в губы страстным поцелуем. Целовались они долго, полностью отдаваясь процессу. В какой-то момент Волдеморт подхватил своего любовника на руки и понес в спальню. Только оказавшись на грубых льняных простынях в объятьях старого любовника, Северус понял, что вернулся. - Согрей меня, - попросил он Кардена и выпустил все чувства, которые так и не умерли в нижнем Адском мире. Утром Северус снова ушел. В этот раз его ждали оранжевые врата. Второй адский мир взять с наскока не получилось. Он был более утонченный и коварный, чем первый, и Северус понял, почему Волдеморт потратил на него больше ста лет. Интриги, заговоры и шпионаж были излюбленными занятиями элиты этого уголка вселенной, и Северус погрузился в них с головой. Памятуя, что ему предстоит управлять тайной службой, маг решил изучить эту сторону жизни. Сначала ему казалось, что это не интересно, и что Дагда ошибся, но в какой-то момент он начал смотреть на людей как на зелья, и ему стало жутко любопытно, какой ингредиент нужно добавить, чтобы получился тот результат, который задумывался. Люди оказались очень простыми существами, а Северус после школы Дагды напрочь потерял комплексы и табу, так что за четыре десятка лет он поднялся достаточно высоко в иерархии этого мира, при этом всё время оставаясь в тени. Иногда он был наложником кого-то из высших демонов, иногда становился гувернером детей, или слугой. Это помогло мужчине собрать знания и добиться власти. Его оружием стал шантаж, подкуп и тихое убийство. Он сам превращался в гадюку, неприметную и жутко опасную. Его внешний вид не менялся, менялось содержание. За эти годы он в совершенстве научился владеть своей магией, теперь ему не составляло никакого труда создать вокруг себя то магическое поле, которое нужно. Маг научился наводить на себя столь мощные иллюзии, что даже высшие демоны не могли заподозрить неладное. При этом он оставался внешне всё тем же тридцатилетним, молодым мужчиной с невероятной харизмой и внутренней силой, которые он, впрочем, прекрасно научился прятать. Он приковывал к себе взоры как женщин, так и мужчин, и беззастенчиво этим пользовался. Но все эти годы Северус не забывал, зачем он попал в этот мир, и учился всему, что тот мог дать. Так он довел своё искусство соблазнения до совершенства, отточил мастерство художника и танцора, а со временем начал играть на флейте. К удивлению и разочарованию мага, его зверь силы так и не изменился, только приобрел три магических способности: умение становиться невидимым, полностью скрывать свою ауру и запах, а так же умение аппарировать в животной форме. Все эти способности были бесценны для шпиона, но слегка разочаровывали ребенка в душе мага. Ему было обидно, что Волдеморт стал грозным драконом и мог превращаться в василиска, а он как был гадюкой неизвестного вида, так и остался. Радовало только одно - у него, как и Кардена, начали появляться способности своего животного и частичная трансформация в человеческом теле. Наверно из-за того, что Северус так и не привязался к второму Адскому миру, тот не стал удерживать мага, и однажды он проснулся на каменной плите жертвенника. Спросив у стражи, какое сегодня число, он выяснил, что его второе путешествие продлилось месяц. Дойдя до дома, он с удивлением обнаружил Дагду, ждущего его во дворе за обеденным столом. - Здравствуй, - нежно улыбаясь, сказал наставник. - Здравствуй, Учитель, - ответил ученик и сел на траву у ног Дагды, откидывая голову тому на колени. Тонкие пальцы небожителя тут же погрузились в смоляные кудри. Дагда ласкал пряди ученика и понимал, что в его старом мире множество авторов так и описывало Северуса Снейпа: сильный, коварный, умный и невероятно любящий. Но тот Северус, что сидел у ног наставника, был ещё и цельным, а также безумно красивым. Его красота не была внешней, так как нос с горбинкой и тонкие губы никуда не делись, но это с лихвой компенсировалось внутренней силой, и человек, увидевший его один раз, не мог забыть жгучего брюнета никогда. - Я хочу увидеть Люциуса, - внезапно сказал мужчина, поднимаясь на ноги. - Ты на ночь придешь? - Да, - ответил он и улыбнулся так светло, что на душе потеплело. Похоже Северус первым из жителей нового мира научился Любить. В его сердце было место и Дагде, и Волдеморту, и, возможно, появится уголок и для Люциуса, ведь любовь никогда не кончается, становясь только больше. И сколько бы ни было у черноглазого красавца любимых, он для каждого найдет место в душе и в сердце. После возвращения домой Северусу очень захотелось увидеть Люциуса, Нарциссу, Драко, Персефону. В Адских мирах мужчина научился ценить дорогих людей и беречь их. Но за все сорок лет, проведенных в мире страстей, он так и не встретил никого, кто стал бы ему ближе Учителя, Кардена и Малфоев. И людей, которые дали ему единственную семью до появления Дагды, он не видел очень много лет. Сейчас, направляясь в “медвежий угол”, как уже давно называли деревню аристократов с подачи русских, брюнет немного нервничал. Он не знал, как на него отреагируют старые знакомые, ведь он очень сильно изменился, да и Малфои изменились за прошедшие годы. В последний раз он видел их на том собрании, на котором раскрыли положение дел в Европе и в Англии, но тогда ему было не до оценки состояния друзей. Да и самим Малфоям тогда было не до него, они узнали слишком много в один день, к тому же переживали за Драко. Сейчас мальчик уже должен был прийти в себя, а впечатления от мира, созданного Дагдой - поутихнуть. Но всё же, вывернув на поляну, за которой начинались владения Малфоев, Северус замер и прислушался к происходящему вокруг. Осторожность за эти годы стала его естественной чертой характера, вот и сейчас он определил, что возле дома находятся две женщины и трое детей. Ещё один ребенок сидит недалеко от брюнета. Прислушавшись к себе, маг определил, что рядом с ним Драко, и похоже, мальчик так и не оправился после потрясения. От него исходила волна страха и глубокого удивления. Поэтому маг решил начать восстанавливать связи именно с крестника. Обернувшись змейкой, он подполз к мальчику и ткнулся тупым носом в голую пятку Драко. Тот вздрогнул, а потом посмотрел в траву, где, переливаясь в солнечных лучах, свернулась антрацитовая красавица. Мальчик робко поднес ладошку к голове змеи, и осторожно её погладил. Черная клиновидная голова ткнулась в ладонь и змея потерлась о неё, как кошка. Драко прыснул от смеха, но в глазах ещё оставались грусть и страх. Тогда змея обернулась и, увидев свой хвост, начала его ловить. Уже через пять минут мальчик заливисто смеялся, глядя на “смешную змейку”. И вот охота завершилась успехом, змея схватила свой хвост, а потом картинно рухнула на траву. - С тобой что-то случилось? - забеспокоился мальчик. - Да. Я отравилась собственным ядом, я же ядовитая, - раздалось в голове Драко театральное причитание, которое смог раскусить даже ребенок. Малец повалился на траву, радостно хохоча. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем мальчик успокоился, похоже, с этим смехом выходил и накопившийся страх. Отсмеявшись, ребенок уселся на траву прямо перед змеёй, и снова печально на неё посмотрел. - Что тебя беспокоит? - снова раздался голос в голове. - Ничего, - поспешил ответить мальчик. - Я змея. Мне врать бесполезно. Может, я смогу помочь тебе. - Не думаю. - А ты попробуй. - Ну ладно. Ты же не сможешь рассказать папе и маме. - А ты что-то натворил? - заинтересованно приподнялась змеиная голова. - Нет. Но я слабый. Раньше я думал, что вокруг все счастливы, как и я. Даже мальчишки, которые нас дразнят, всего лишь опасаются меня и Луну, но они не злые. Тео дружит с белками, Нортон помогает малышам мисс Доусон, а Винсент Кребб, хоть и мой ровесник, работает наравне со своим отцом. Но оказалось, что есть очень злые люди, им нравится причинять боль. И я совершенно ничего не могу сделать, чтобы защитить от них сестру, Луну и себя, - мальчик замолчал, змейка мысленно спросила. - А почему ты не позволишь взрослым вас защищать? - Потому что их могут убить, и мы всё равно окажемся беззащитными, - сказав это, Драко уткнулся личиком в колени и тихо заплакал. Когда он немного успокоился, змейка снова ткнулась ему в ногу носом, привлекая внимание мальчика. - Посмотри на меня. Мальчик перевел взгляд на антрацитовые кольца и такие же глаза. - Ты считаешь, я очень сильная? - Нет. - А может, я огромная? - Нет. - Но при этом я могу убить взрослого мага за одну секунду. Драко удивленно распахнул глаза, по новому оценивая своего нового друга. - Я маленькая и глупцы могут посчитать что я беззащитная, но это будет их последняя ошибка, потому что они не успеют совершить ещё одну. - Но у меня нету яда. Как защититься мне? - Твой яд - это твоя голова, твои знания. Ты можешь научиться, как защищать себя и дорогих тебе людей. Ты можешь превратить свою слабость в силу. - А разве это возможно? - удивленно спросил Драко. - Да. Я это знаю на собственном опыте. Я был очень злым и слабым человеком, но мне помогли найти свою силу, теперь я помогу тебе. Если ты захочешь. - Так ты человек?!! - искренне удивился мальчик. И в серых глазах вспыхнуло любопытство. - Да. И я могу научить тебя, как стать животным. - А это долго? - Нет. Если хочешь, я научу тебя прямо сейчас, - Северус не знал, получится ли у него задуманное, но почему-то был свято убежден, что всё сложится как надо. Иначе Драко просто не вышел бы к месту прибытия жертв насилия. В нашей жизни происходит лишь то, что может сделать нас сильней. Раньше Северус думал, что жизнь жестока, теперь же он был убежден, что она просто строга. Следуя инструкциям змеи, Драко спустился в свой внутренний мир, и вскорости на полянке, под кустом, где прятался мальчик, белый котенок нунды игрался с черной гадюкой. Острые коготки пушистого малыша не раз повреждали гладкую словно полированную шкуру змеи, но Северус тут же излечивал себя, чтобы не напугать ребенка. Со временем Драко научится прятать коготки, и тогда играть с ним станет намного приятней. Переходить в человеческий облик пришлось вместе, утягивая заигравшегося ребенка с собой. Когда на руках черноволосого мужчины оказался смеющийся и вырывающийся ребенок, мальчик внимательно посмотрел в черные глаза мага и спросил: - Дядя, а я Вас знаю? - Да, мой хороший. Я - твой крестный Северус, - гладя мальчика по голове, ответил мужчина. - Я помню Вас, но Вы были другим. - Да. Мне помогли понять, что я слабый и что причиняю боль тем, кто меня любит, поэтому я ушел, чтобы стать сильнее. - А Вы научите меня? - в глазах мальчишки горела такая мольба и предвкушение, что маг не смог отказать. - Да, научу. Но теперь нам пора домой. Мне хочется встретиться с твоими мамой и папой, да и сестренку твою я не видел очень давно. Маг ощущал, что во дворе осталась только Нарцисса, а Вальпурга и дети ушли к реке. _______________ Нарцисса Малфой готовила есть для семьи вместе с Вальпургой. За прошедшие годы женщины стали хорошими подругами, а иногда миссис Малфой ловила себя на том, что воспринимает старшую женщину не как тетку, а как мать, о которой она всегда мечтала. Её родной матери всегда было наплевать на дочерей, самое главное что бы они не позорили её имя, и красиво выглядели. Как же она мечтала о таких вот моментах, когда ты просто что-то делаешь вместе с родным человеком. За эти годы она очень многому научилась у тетки и сама стала гораздо сильнее и увереннее в себе. Теперь она не скрывала свою властность и желание всё контролировать, но при этом переняла от старшей женщины уважение к своему мужу. Она больше не позволяла себе прилюдно перечить Люциусу или устраивать скандалы, которые могли бы услышать дети. Но если учесть, что обоим супругам нравились шумные выяснения отношений перед сексом, то им пришлось найти укромный уголок в лесу, который стал их отдушиной. Люциус за это время тоже очень изменился. Иногда Нарциссе казалось, что лес, окружающий их, зачарованный, и он хочет украсть её мужа. Это происходило, потому что с каждым днем он всё больше времени проводил в лесу. Сначала он слушал рассказы Сабрины, которая начала делиться с ним родовыми секретами, а потом стал просто пропадать в чащобе. При этом у Нарциссы даже не возникло идеи приревновать супруга к странной блондинке, но вот к лесу она эту ревность испытывала. Муж становился рассеянным и меньше времени уделял семье. Последней каплей стало появление этого странного слепого русского старика Григория, который, увидев один раз ауру Люциуса, вцепился в него как клещ. Теперь они вдвоём пропадали в лесу по несколько дней кряду, и сегодня женщина не знала, ждать ей мужа на ужин, или его порция снова отойдет нунде. К слову, огромная кошка так прижилась в доме, что уже никого не опасалась, да и маги относились к ней, как к ещё одному члену семьи. Когда пришло время идти за рыбой, которая уже должна была пойматься в силки, Вальпурга решила пойти вместе с детьми к речке, чтобы немного развеяться. Тем более, что обед был почти готов. Нарцисса осталась одна на хозяйстве, присматривая за кипящим казанком с будущим овощным рагу. Тогда-то и зашуршали кусты, из которых кубарем выкатился смеющийся Драко, и женщина сначала даже остолбенела. Это был первый раз с того злополучного дня, когда она видела своего сына прежним. Он был весел и жизнерадостен, а подбежав к матери, весело что-то затараторил а потом спросил, когда обед. Весь прошлый месяц он сторонился людей и не очень охотно ел. Поэтому, когда кусты снова зашуршали, Нарцисса ожидала увидеть Дагду, ведь только ему под силу такое чудо. Но она ошиблась. К дому вышел черноглазый красавец с черными локонами, собранными в хвост, доходивший до талии мужчины. На вид пришельцу было лет тридцать, а стройная, гибкая фигура делала невозможным определить его возраст более точно. Нарцисса уже видела его в тот день, когда они впервые попали за границы деревни, тогда от этого мужчины веяло какой-то запредельной жутью, вынудившую женщину держаться от него подальше, но Повелитель и его брат проявляли к брюнету большую заботу, которая сразу же переводила его в глазах женщины в статус друзей. Но сейчас мужчина излучал нежность и ласку, раньше леди Малфой чувствовала такое только от Дагды и мужа. Поэтому она потрепала сына по голове и обратилась к пришельцу: - Здравствуйте. Я рада приветствовать Вас в нашем скромном жилище. - Нарцисса, неужели я настолько изменился, что ты не узнаешь человека, которого согласилась сделать крестным отцом Драко? - наигранно удивился маг. Вот этого женщина не ожидала. Узнать в этом красавце желчного зельевара было совершенно невозможно. Хотя приглядевшись, леди Малфой с удивлением поняла, что черты лица давней страсти её мужа не сильно изменились. Но появившаяся уверенность, спокойствие и что-то, что заставляло относиться к этому человеку с повышенным вниманием и уважением, делали его неузнаваемым. А загорелая кожа, стройное, гибкое тело и сила , исходящая от черных омутов, заставили Нарциссу покраснеть и почувствовать себя девчонкой, пялящейся на красивого парня. И если раньше она не понимала страсти своего супруга к носатому приживалке, то теперь сама была не прочь затащить его в постель. - Северус?!… Ты сильно изменился. - Не я один. Ты стала красивей и теплей, - любуясь женщиной, ответил мужчина. Он, не скрываясь, без стеснения разглядывал жену лучшего друга и видел не только аристократку и красивую женщину, но и любящую мать, и хорошую хозяйку. Она всё так же неосознанно гладила Драко по голове, а мальчик млел от её ласки как маленький котенок. И хотя Северуса немного расстроил похотливый огонек в глазах женщины, он понимал, что в этом нет её вины. Просто она живой человек, а не христианская мадонна, и у неё есть свои желания и потребности. Но создавать проблемы в этой семье у него не было никакого желания. -Мама! Крестный научил меня превращаться, - затараторил малыш и перекинулся в котенка. Нарцисса сначала не обратила внимания на слова сына, но когда шелк волос под рукою исчез, а возле ног что-то завозилось, она опустила взгляд и увидела котенка крупной кошки какого-то нереального, платинового цвета, и у этого котенка были серые глаза её сына. Это было слишком для переволновавшейся женщины, и она, охнув, села на лавку. Северус тут же подошел к ней и создал из воздуха хрустальный стакан, призвав в него воду из того источника, что дает силы. За прошедшие годы внутренняя алхимия стала образом жизни мага, и он очень чутко относился ко всему, что его окружает, поэтому стремился избегать наколдованных вещей, предпочитая созданные из природных материалов, так как последние несли в себе силу и информацию объектов, из которых были сделаны, а наколдованные несли только силу мага. Нарцисса приняла стакан и с жадностью выпила его содержимое. - Спасибо. В этот момент Драко умильно мяукнул и упал на спину, ловя всеми лапами край материнского подола. - Это его анимагическая форма? - спросила женщина, не зная, что и думать. - Не совсем. Но это его животная форма. Благодаря ей он будет развиваться быстрее, и его здоровье улучшиться, - заботливо объяснил мужчина, садясь на траву и играя с белым пушистиком. - Вы заблокировали ему память о том проклятом случае? - не вставая, спросила Нарцисса. Этот мужчина у неё никак не ассоциировался с именем Северус, да и называть его на “ты” язык не поворачивался. - Нет. Просто подсказал, как с этим справиться, а обретение животной формы стало тем положительным впечатлением, которое заглушило страх и боль от воспоминаний. Всё это говорилось просто и с такой теплотой, что женщина расслабилась рядом с сильным и заботливым человеком. Она просто сидела и смотрела, как взрослый сильный маг играет с её сыном, и наслаждалась моментом. В последнее время это стало с ней происходить всё чаще и чаще. Она могла что-то увидеть или почувствовать и просто замереть на месте, наслаждаясь красотой пейзажа или теплотой вот такой сцены. Нарцисса видела, что Драко режет кожу на руках мужчины своими острыми коготками, но тот даже не замечает происходящего, просто залечивая длинные царапины и не прекращая играть с котенком. И это было правильно. В этой сцене всё было правильно и по домашнему. Что-то проникало в самые глубокие уголки души матери и заставляло считать этого человека родным, членом семьи. Потому что он развеял горе сына, потому что он играет с ним вот так, не жалея себя. И это превратило зародившуюся страсть в чувство принадлежности. Этот мужчина перестал быть чужим, он больше не был объектом страсти, он заслуживал большего. И на сердце защемило от понимания, что она не посмеет приударить за ним, потому что из-за этого она может его потерять. Ей захотелось сделать его частью клана, и даже если он будет только крестным отцом Драко, этого будет достаточно. Вот теперь она полностью одобряла выбор мужа. Этот мужчина сможет защитить её детей, если с ней и с Люциусом что-нибудь случится, а если учесть, что крестным Персефоны стал Орион, то за своих детей она была спокойна. Не осознавая, что делает, женщина запустила тонкие пальцы в шелковистые смоляные локоны и начала их поглаживать, как до этого гладила голову Драко. Северус прислонился спиной к ногам жены друга и продолжил играть с пушистым комком, полным когтей и зубов. Именно эту картину и застал Люциус. ______________ Первый год на новом месте дался Люциусу с трудом. Но легкая беременность жены, а потом и чудесные роды, в результате которых он стал отцом прекрасной девочки, убедили аристократа в том, что он попал в действительно странное место, в котором возможны чудеса. Удивительное поведение сына и его подружки, странные животные, которые иногда казались более разумными, чем люди, всё это начало увлекать мага. И постепенно он проникался жизнью нового мира, его дикой красотой и чистым обаянием. Вот тогда-то Сабрина и начала передавать ему знания друидов, хранимые в её Роду. Женщина сама обладала только той информацией, которую передал ей отец и дед, но и этого хватило, чтобы открыть Люциусу Малфою путь в мир духов и древних сил природы. Он учился слушать лес и животных, разговаривать с травами и деревьями, постигая древнюю мудрость симбиоза человека и всего окружающего его мира. Переломный момент случился несколько месяцев назад, когда Люциусу захотелось создать себе посох, который бы помог стабилизировать пробуждающуюся Силу. Тогда он нашел прекрасный старый ясень в лесу и просто попросил его от всего сердца дать ему одну из своих ветвей для магических целей. Взамен маг пообещал поделиться с деревом своей энергией. И в ответ на его просьбу к ногам мужчины упала ровная ветка длинной два метра, идеально подходящая для задуманного. С этого дня аристократ начал относиться ко всему окружающему как к живому. Именно это заметил в нем слепой русский волхв, решивший сделать англичанина своим учеником. Они вместе стали ходить по лесам, и старик учил Люциуса видеть энергию, излучаемую всем сущим, души животных, птиц и людей. Самым большим открытием стало наличие души у растений и камней. Мир начал превращаться в симфонию красок и переплетение судеб. Это было удивительно красиво, но в то же время и непривычно. Всё, что знал до этого маг, шло в разрез со знаниями, получаемыми им теперь, а подкрепленные ощущениями знания меняли мужчину с головокружительной скоростью. Это начало негативно сказываться на его обыденной жизни и семье, так как он теперь меньше внимания уделял видимому миру, всё больше погружаясь в мир энергий и переплетения линий, создаваемых душами. Григорий называл их “тропами” и говорил, что Дагда называет их “кармой”. Они соединяли разных людей и события, сплетая судьбы людей. И сегодня маг чувствовал, как напряглись нити судьбы вокруг него. С самого раннего утра он знал, что сегодня произойдет что-то очень важное, и поэтому поспешил домой пораньше. Зайдя во двор, он увидел удивительную картину. Его жена сидела на лавке, а у её ног сидел маг с невероятно цельной душой, она сияла так сильно, что, казалось, освещала двор, и этот маг играл с маленьким Драко, только вот малыш был почему-то в облике котенка нунды. За всё время, что Люциус наблюдал за душами вокруг, он мог назвать только пять человек с такой же сильной и цельной аурой. Картина была мирной и домашней, а самое удивительное было то, что всех присутствующих связывали мощнейшие нити судьбы, словно они были одной семьёй уже долгое время. - Нарцисса, познакомь меня со своим гостем, - предложил Люциус. - Драко, я рад, что ты обрел второй облик. Я горжусь тобою, сын. Эти слова заставили Северуса прислушаться к своим ощущениям, и он ответил, прежде чем женщина успела начать говорить. - Я смотрю, что мой друг стал на путь Видящего души. Ну здравствуй, молодой Жрец. Сказав это, Северус поднялся и обнял загорелого блондина, в котором появились какая-то отстраненность и воздушность, свойственная всем Видящим. До этого Северусу приходилось общаться и с Григорием, и с подобными ему в мире Страстей, так что опознать признаки трансформации было несложно. Теперь становилось понятно, почему его так потянуло к Люциусу и Нарциссе. Видящий жил, погруженный в мир видений и знаков, поэтому в жизни ему нужна была помощь, обычно он не замечал элементарных бытовых вещей, и отвечать за семью ему становилось очень трудно. И если раньше Люциус заботился обо всех вокруг себя, то теперь пришла пора Северуса выполнять эту роль, позволив другу продолжить свой Путь. Услышав ответ, Люциус удивленно распахнул глаза, стараясь узнать того, кому было суждено стать членом семьи Малфой. Он видел что-то знакомое в госте, но темное сияние ауры и самой души не позволяло разглядеть лицо. Иногда Люциус чувствовал себя не менее слепым, чем Григорий, и жутко не любил такие моменты. Но старый волхв говорил, что англичанину грех жаловаться, так как Боги одарили его глазами души, не забрав обычного зрения. - Простите. Но я вас не узнаю, - слегка смущенно ответил аристократ, которого обняли очень сильные руки, и хотя гость был ниже и тоньше хозяина, но Люциус не рискнул бы померяться с ним силами. - Не мудрено. Я слишком изменился благодаря Учителю, чтобы ты узнал меня, Люциус. Но когда-то мой Учитель сохранил мне жизнь, чтобы не опечалить тебя, и теперь я вижу, что его расположение к тебе вполне оправдано, - сказав это, маг отошел, а Люциус увидел, как сияет сердечный центр и третий глаз пришельца. Это было завораживающее зрелище, которое отвлекло молодого Жреца от разговора. - Люциус. Это Северус. Я его тоже не сразу узнала, - Нарцисса ничего не понимала из происходящего, её муж вел себя ещё страннее, чем обычно, и это начинало её смущать. - Северус?!! Ты же уходил в Адские миры? - растеряно спросил Люциус. - Да. А теперь вернулся. И если ты, Жрец, не против, то я хочу стать твоим Щитом. Это была ритуальная фраза, распространенная как среди волхвов, так и среди друидов. Жрец не мог проливать кровь, потому что для него даже камни были равны людям, а своя жизнь не отличалась от чужой. Поэтому Жрецам и полагался Щит - человек, который оберегал и защищал его от любой угрозы. Судьбы Щита и Жреца переплетались навеки, превращаясь в одну прочную нить. - И ты бы добровольно связал свою жизнь со мной? - удивленно спросил Люциус, уже наслышанный о достижениях друга. - Если твоя судьба связана с Карденом и Учителем, то я с чистой совестью стану твоим Щитом. - Я предложу тебе кое-что получше. Став моим Щитом, ты потеряешь свою свободу, а твоя судьба не менее важна, чем моя или Волдеморта. Поэтому я предлагаю осуществить мой давний замысел. Конечно, если он тебя заинтересует. - И что же ты задумал? - приподнял бровь брюнет. - Я предлагаю тройственный брак. Нарцисса, как ты на это смотришь? -лукаво улыбнувшись, спросил Люциус. - Я не против, - смутившись ответила женщина. - И ты сможешь выдержать двух таких разных мужей, как мы? И к тому же, я тоже хочу ребенка, - искушая и провоцируя, спросил Северус. - Я думаю, что справлюсь, - став почти малиновой, ответила женщина. - Ну, тогда вот вам мой ответ, - сказал брюнет и жестко впился в губы блондина. И хотя Северус был меньше и изящней Люциуса, и аристократ помнил брюнета ещё ребенком, но ни у кого из присутствующих не возникало вопросов, кто в их триаде будет доминантом, потому что даже у Нарциссы не возникало мысли перечить этому мужчине, а от вида двух красавцев, целующих друг друга, у неё подкашивались ноги и становилось жарко внизу живота, и мысль о ещё одной беременности не казалась такой уж безумной.