За днем приходит ночь.

Глава 16 Великое дао растекается повсюду. Оно может находиться и вправо, и влево. Благодаря ему все сущее рождается и не прекращает [своего роста]. Оно совершает подвиги, но славы себе не желает. С любовью воспитывая все существа, оно не считает себя их властелином. Оно никогда не имеет собственных желаний, поэтому его можно назвать ничтожным. Все сущее возвращается к нему, но оно не рассматривает себя их властелином. Его можно назвать великим. Оно становится великим, потому что никогда не считает себя таковым. ("Дао дэ Цзин" Перевод Ян Хин Шуна) Следующие семь лет Царства Люцифера были полны переменами. Молодое поколение подрастало и начинало созидать мир вокруг себя так, как им казалось правильнее. Зная, что подростки являются старыми душами, Люцифер и Совет старались регламентировать жизнь молодежи, не ограничивая их выбора. К тому моменту в Королевский Совет входили Люциус Малфой - представитель волхвов; Бенджиро, Вей и Марена - старейшины Ордена Пожирателей; Сабрина Лавгуд - глава Ордена Бардов; Нарцисса Малфой - как Глава клиники (пока единственной в мире); Северус Снейп - глава Тайной Полиции; Григорий Распутин - управляющий сетью Школ; Сергей Коренев - директор Университета; Орион Малфой - глава департамента внешних отношений; Деймос Малфой-Принц, в шестнадцать лет возглавивший монастырь Шаолинь; Беллатрикс Лестранж - верховная жрица Богини Матери; Фериат - глава народа вампиров; Велимир - глава оборотней; Мара - глава демонов; у людей не было своего представителя, так как сам Король относился к этому народу. Ни одно решение, затрагивающее жизни всех жителей Царства, не принималось без одобрения Совета. И хотя этот орган мог только единогласным решением отменить приказ Короля, а в остальном имел лишь совещательный голос, у Кардена не было иллюзий на свой счет, так как он осознавал, что ему нужно мнение специалистов, знающих, как обстоят дела. Сам Король к тому времени везде сопровождался дементором, приставленным к нему Анубисом, и, к радости Люцифера, очень многие видели в спутнике правителя невероятно красивое существо, а не уродливое создание. Люди, попадающие в Царство извне, по разному относились к правилам и обычаям страны, в которой они оказались. Одним Царство казалось раем на земле, к ним относились русские, узники Азкабана и темные существа, а другие считали, его самым ужасным местом, собравшем в себе все пороки, вот к этой категории относились чистокровные маги из Европы, которых после активации врат в Дурмштранге прибавлялось с каждым днем. Устои и мировосприятие местного населения всё сильнее отличались от образа жизни и идеалов жителей Магического мира. Сильнее всего это чувствовали вновь прибывшие в новый мир Пожиратели и Барды, последние - потому что им приходилось общаться с магами из внешнего мира. Те из них, кто вырос за пределами Царства, с удивлением понимали, что больше не чувствуют Магический мир своим домом, а его жители кажутся пародиями на людей. Наполненные самомнением и предрассудками, не обладающие силой или знаниями, эмоционально недоразвитые, они казались членам обоих Орденов больными детьми или животными, к тому же зачастую агрессивными. И если у Бардов такое положение дел вызывало желание учить, лечить и делиться с более слабыми людьми своей силой и светом, то у Пожирателей зачастую порождало презрение. Поэтому по возвращении темные маги наседали на своих Учителей из числа Рыцарей и Совета, которые могли пояснить, почему слабаки из внешнего мира погрязли в страдании и не желают изменить свою жизнь? И наставникам раз за разом приходилось разъяснять Пожирателям, что люди слабы по своей природе, и если им не давать примера более высокого образа жизни и не подталкивать к его достижению, то они начинают деградировать. Именно поэтому демократия является эффективной в мирах, где просветленные составляют больше девяноста процентов населения, а во всех остальных лучшей формой правления являются вариации на тему монархии. Элита и её лидер показывают пример и стимулируют низшие классы к эволюции, при этом представители низших сословий могут как стараться войти в элиту, так и просто наслаждаться своей жизнью. В том же Царстве появились маги и магические создания, которые с радостью выполняли роль слуг или рабочих. Этим людям не хотелось проходить жестокое обучение в Школе, которое требовало стопроцентной отдачи от учеников. Вместо этого они выбирали физический труд, и ни у кого не поворачивался язык назвать их работу недостойной. Например, те же Малфои и Блэки уже давно не могли уделять внимания дому и хозяйству, и у них появилось несколько слуг. Одним из них стал Винсент Кребб, который взял на себя обязанности ловчего и конюха, и обеспечение семьи дичью, рыбой а так же уход за домашней живностью. К этому времени дом Малфоев начал превращаться в поместье. Кроме основного здания, которое подросло на этаж, появились хлев для коз и коров, конюшни, в которых жили горемки, лошади и грифоны, причем последние просто приходили и уходили, скорее поддерживая дружбу с жителями дома, чем принимая их опеку, и дом для прислуги. В малом доме жил сам Винсент, два мага, прибывших с последним потоком узников Азкабана и занимающихся садом и мелким ремонтом, а также Пенси Паркинсон, взявшая на себя заботы по дому, со своими двумя подчиненными. Обе девушки были из стаи оборотней и сами захотели работать в поместье. Большой дом требовал постоянного внимания, которого не могли обеспечить хозяева. Маги из приличных семей стали слугами по разным причинам. Винсент любил работать руками и ухаживать за животными, поэтому сам ушел из Школы, хотя и справлялся со всеми требованиями, предъявляемыми к ученикам, а вот Пенси была отчислена из начального учебного заведения за неуспеваемость. Такого позора родители потерпеть не смогли и выгнали девушку из дома. К тому времени мистер и миссис Паркинсон жили друг с другом только формально. Брак распался, и у обоих магов была своя жизнь, но они всё ещё соблюдали приличия. Пенси, которой тогда исполнилось двенадцать лет, осталась на улице, и её приютили Малфои. К тому времени они уже взяли на себя ответственность за весь Медвежий Угол и не смогли оставить ребенка на улице. Девочка не хотела быть обузой и быстро научилась у миссис Малфой и Селены Лавгуд ведению домашнего хозяйства. После того, как у хозяев не стало времени на готовку, охоту и уборку, девушка нашла Кребба и других молодых людей, которые с радостью влились в Дом Малфоев и переложили на свои плечи тягостные для хозяев обязанности. Но всё же по праздникам и выходным, ставшим обязательными для всех, семья собиралась вместе, женщины готовили еду, доили коров и коз, собирали ягоды и грибы, а мужчины шли на охоту и рыбалку. Это позволяло семье поддерживать единство, расширяя Род за счет слуг. Среди жителей Царства появилась даже мода на физический труд. Далеко не все местные стремились стать элитой мира. Кто-то осознавал, что их место на земле, кто-то - что хочет служить другим, а кто-то - что хочет создавать вещи своими руками. Как правило, такие люди или бросали Школу, или заканчивали её с большим трудом, а потом искали своё место в мире. Именно для таких магов и существ было открыто множество курсов. На них можно было научиться готовить, убирать дом, создавать предметы и многому другому, причем преподаватели учили, как это делать как с использованием магии, так и без неё. В Царстве начали появляться ремесленники и земледельцы, а общество - делиться на касты. При этом правительство постоянно объясняло гражданам, что все касты равны, и хороший земледелец ничем не хуже Короля, при условии, что они оба выполняют свои обязанности. Каждый может достичь совершенства, занимаясь своим любимым делом. Тщательно поддерживалась и развивалась идея, что у каждого человека своё счастье, и у всех оно разное. Для кого-то счастье - это защищать Родину, для кого-то - искать истину, а для кого-то - выращивать картошку. И если все вдруг решат стать Королями, то кто же тогда будет кормить этих самых Королей, и кем они будут управлять? Волшебство и современные технологии, которые всё сильнее входили в жизнь жителей Царства, сильно облегчали труд, но при этом начали развиваться направления магии, связанные с сельским хозяйством и ремёслами. Хотя всё же большинство работ требовало человеческого труда. Поначалу маги, которые только попадали в Царство, не могли понять, как люди могут хотеть копаться в компосте или возиться со скотиной, ведь “маг” - это звучит гордо, а тебе предлагают лопатой помахать, словно ты домовой эльф. Европейцев удивляло то, что практически все представители семей Кребб, Гойл, Забини, Лонгботтом, Пьюси отказались от амбиций и стали ремесленниками и крестьянами. При этом уровень достатка этих семей был даже выше, чем клана Малфоев-Блэков, считавшихся принцами нового мира. С разделением труда и появлением специализаций расцвела торговля, в которой выделились МакМилланы, Федоровы и семейство Ферензи. Эти маги активно занялись обменом результатов труда и излишков еды, мелкие лавки и таверны стали неотъемлемой частью всех поселений. Теперь было гораздо проще получить необходимый товар. А вместе с тавернами в мир пришел алкоголь. Сначала Волдеморт хотел запретить продажу спиртного, но Люцифер настоял на том, чтобы алкоголь, а в последствии и наркотики, когда маги до них додумаются, были доступны гражданам. Карден не понимал брата. Но тот объяснял, что маги всегда смогут найти, чем заменить одурманивающие средства, и, запретив легальную торговлю, Король перестанет контролировать это чудовище. Гораздо лучше развивать культуру пития и презрительное отношение к тем, кто потерял контроль над своей пагубной страстью. Так в мире Люцифера появились первые “тени”. “Тени” стали аналогом индийской касты неприкасаемых. Для них были закрыты двери домов и общественных мест. “Тенью” становился человек, пренебрегающий своими обязанностями в угоду какой-либо из страстей. Многие маги, прибывшие из Европы, становились “тенями”, не способными приспособиться к новому миру, но после долгого периода саможаления бросали искусственный антистресс и начинали поиск своего места в жизни. Создавая структуру общества, Люцифер взял за основу кастовую систему, как наиболее эффективную для развития отдельной особи, но при этом потратил множество сил, чтобы касты остались открытыми. Человек мог тридцать лет пахать землю, потом пойти в Школу, а может, и в Университет, поднявшись впоследствии хоть и до уровня Совета. Люцифер заставил сделать это одним из первых законов, выбитых в камне, наравне с пожизненной медитацией для всех граждан. Создатель мира знал, что если в Царстве будет мало просветленных, то любое правило станет формальностью, сдерживающей общество, поэтому старался оставить после себя наставления которые позволят обществу подольше сохранить жизнеспособность. Дагда не собирался умирать, но он был реалистом и видел множество вероятностных веток, в которых он сам не сможет получить доступ в измерение, которое сотворил. Впрочем, ещё больше было тех, в которых ему придется самоустраниться, оставив мир и его жителей в одиночестве, чтобы они смогли найти свой путь и научиться принимать собственные решения, не оглядываясь на него. С этой точки зрения Люцифера безмерно радовали дети, пришедшие в его мир. Они были яркими и неординарными, сильными духовно и самостоятельными в своих мыслях. Такие люди могли управлять своей жизнью. Они сходу восприняли идею отсутствия денег и ненакопления материальных благ. Для них было естественным, что наградой за их труд является сам труд. Если человек занят любимым делом, то ему нет необходимости получать за него зарплату, он радуется процессу, а дело, сделанное с душой, вызывает радость окружающих и желание порадовать мастера. Так Храм Богини Матери обзавелся утварью и прекрасными статуями, а в монастыре появились новые залы для занятий. Хотя больше всего делалось для Школы, Университета и больницы. Людям оказалось очень приятно делать что-то бескорыстно. И они оставались не в накладе. Одно доброе дело тянуло за собой целую цепочку других. Приходя домой после долгого дня, потраченного на обустройство Школы, мастер узнавал, что к нему заходили соседи и принесли еду и подарки. Мир был невелик, и Люцифер настаивал, что бы любое поселение разрасталось только до тех пор, пока большинство соседей знают друг друга, а потом основывать новое поселение, так что все знали, кто чем занят. В первое время тех, кто тратил всё своё время на благо общества, считали чудаками и думали, что эта блажь у них вскорости пройдет, но видя упорство, с которым мастера возвращаются к любимому делу, иногда на пустой желудок, даже самые прагматичные маги не могли пройти мимо. Так в Царстве стало модным помогать друг другу. Правительство активно поощряло начинание и радовалось, тому что для детей помощь и взаимовыручка - само собой разумеющееся дело. Именно дети и стали родоначальниками этого странного веяния. Услуги и потраченное время стали заменять деньги, но при этом ценилось только то, что сделано с душой, по этой причине европейским магам было крайне сложно найти себе место в новом мире на протяжении многих лет, так как магическое сообщество позабыло, как дарить радость людям, а не рваться к власти и достатку. Попадая в мир, где людей, скопивших много материальных благ, считали странными, они терялись. Люцифер активно развивал литературу и предложил молодежи поэкспериментировать с анимацией. Маги не особо воспринимали кинематограф, а вот движущиеся изображения у них были, это и стало основой нового жанра искусства. Первой была экранизирована книга “Властелин колец”, разошедшаяся миллионным тиражом. Сам Люцифер не любил это творение, но признавал его гениальность и фундаментальность картины мира, созданной на основе Ветхого Завета и Старшей Эдды. За ней свет увидел и “Сильмариллион”. Эти книги были необходимы Люциферу для осуществления своего замысла. Ему было нужно, чтобы как можно больше людей полюбило вымышленный мир, так как это впоследствии станет основой очень важного момента в идеологической войне и сможет подстегнуть тысячи душ к эволюции. Магический мир просто взорвался, когда в продаже появились первые серии эпоса о приключениях маленького хоббита и его спутников. Многие нашли аналогии между написанной историей и ситуацией с Темными Лордами в родном мире, так что даже правительство Кольца Чистоты посчитало книгу и очень красивый рисованный фильм полезными и нужными. А художники создавали мир “Властелина колец”, взяв за основу свой родной, изображая его в утонченной, нереально красивой манере. Это тоже было частью заказа Повелителя. Книги исчезали с полок мгновенно, кристаллы закупали сотнями и перепродавали за огромные деньги. Это стало официальной причиной того, что корпорация “Катарсис”, занимающаяся распространением новых книг и колец с камнями для них, предложила ввести подписку на все выпускаемые ею продукты. От магов требовались личные данные и предпочтения, и после заполнения небольшой анкеты абонентам на дом будут высылаться все продукты фирмы по цене производителя. Практически весь магический мир стал подписчиками “Катарсиса”. Даже те, кого не задели ни музыка, ни книги, подписывались, следуя веянию моды. Так Царство Люцифера начало входить в дома и мысли людей Магического мира, заставляя их мечтать о прекрасной долине, над которой возвышается замок Королей. Следующим шагом стали музыкальные клипы, в которых молодые красивые исполнители пели возвышенные песни на фоне то эльфийского леса, то Замка на скале, то Школы. Но при этом у зрителя культивировалась мысль, что это сказочный мир, существующий только в грезах. Ещё одной загадкой, которую предлагалось разгадать магам, стали личности певцов и музыкантов. Где бы они ни выступали, они называли только имена, и никогда никто не знал их фамилий. Несколько раз авроры пытались вмешаться в ситуацию и потребовать от певцов провести полную проверку личности, но тогда Барды просто отменяли концерты, и стражам порядка приходилось иметь дело с разъяренной толпой. Потому что, несмотря на все ухищрения авроров, музыканты всё же появлялись перед зрителями неизвестно откуда, и громко сообщали причину отмены концерта. После третьего такого инцидента подростков в белых одеждах оставили в покое. К тому же, по магическому миру пошли мужчины и женщины в зеленых мантиях. Маги вскорости узнали, что эти люди способны исцелить практически любое заболевание, и никогда не берут за работу денег. Только единицы семей, оставшихся в Европе, помнили, правило из основ магии “ если мага спасают бесплатно, то может образоваться долг жизни”. Так постепенно Люцифер делал своих людей необходимыми магам. А в его Царстве происходило множество перемен, некоторые из которых становились даже для него неожиданностью. Так, старшеклассники Школы потребовали ужесточить дисциплину. До этого только в течение первых пяти лет от детей требовали жесткого соблюдения правил, в достижении которой не гнушались физических наказаний, а начиная с шестого класса их учили самостоятельности. Но ученики посчитали, что при жестких порядках им будет проще развиваться.При этом они потребовали оставить все хозяйственные работы на их усмотрение, как элемент самоорганизации и предварительного выбора профессии. Эта просьба удивила Люцифера, но он не нашел причин отказывать. Следующим приятным сюрпризом стало то, что в детях прорастала Магия Рода. Причем сама. Молодежь ничего не стеснялась и с наслаждением могла любоваться красотой чужого тела, не смущались показать своё, но при этом среди них появилась мода на девственность и верность, а так же ответственность перед Родом. Это тоже приятно удивило Бога. Он считал всех, живущих в его мире, своими детьми, и всё больше и больше ими гордился. Они превращались в прекрасные бриллианты, сияющие во мраке невежества: сильные и добрые, открытые и целомудренные, активные и неравнодушные, способные на свершения и не жаждущие награды. И хотя таких было ещё очень мало, но они были, и значит всё, что делал Люцифер, не напрасно, значит, пока он не допустил серьёзной ошибки при конструировании общества. Еще одним нововведением мира стали дуэли. Сначала к ним прибегали только ученики Школы, чтобы разрешить свои споры, а потом к ним подключились и многие европейцы. Они выпускали на татами всю ярость и стресс, накопившиеся от столкновения с непонятным и пугающим. И если среди школьников физические дуэли были популярны только в первые годы обучения, впоследствии превращаясь в интеллектуальные поединки, то взрослые зачастую застревали на периоде мордобоя. И Люцифер решил отменить запрет на насилие на боевых площадках, позволяя вновь прибывшим магам излить агрессию в привычной форме, при этом разрешив целителям излечивать только те ранения, которые угрожали жизни бойца. Во время таких поединках было разрешено всё, кроме приемов которые вели к мгновенной смерти одного из оскорбленных. Впрочем, нападать на учеников школы опасались практически все переселенцы, так как в первые годы они не владели ни своей магией, ни приемами боя. Этот простой прием резко разрядил обстановку в стране. Раздраженные маги нашли отдушину, через которую уходили агрессия и недовольство, а заодно бои показывали вновь прибывшим, насколько они отстают от местных жителей. К тому же, мир приютил большинство узников Азкабана, в холодном замке остались только те маги, которых было невозможно изменить в этой жизни. Азкабан так же покинуло большинство дементоров, перебравшись в новый мир и присоединившись к Совету. Единственной проблемой, которую не хотел трогать Люцифер, был Китай: Бог считал, что маги сами должны сделать свой выбор, но Деймос настоял на том, чтобы и в эту страну начала поступать продукция корпорации “Катарсис”, при этом создавая свои альбомы песен и гимнов, близкие душам азиатов. ___________ В судьбах отдельных людей за эти семь лет так же произошли большие перемены. Отправившийся в Адские миры Драко вернулся через год. Он очень сильно изменился за время путешествия. Покидал Царство почти подросток, а вернулся мужчина. Он стал намного спокойнее и, если честно, то немного отмороженным, к тому же, Драко теперь выглядел копией своего отца, на вид ему было не меньше тридцати. Правда, при полном подобии черт перепутать мужчин было невозможно. На каждого из них влияло животное силы. У Драко это была нунда, передавшая молодому работнику Полиции много своих черт, а у Люциуса - кондор. Сейчас из двух Малфоев более опасным противником был именно Драко, и Ксавьер это хорошо чувствовал, так как теперь любовник с легкостью побеждал вампира. Француз считал, что, став сильнее, Драко откажется от него, ведь после возвращения молодой блондин уже не так страстно выражал свои чувства. Возможно, любовь умерла за те годы, что прошли для Малфоя. Вот только вампир не собирался отказываться от Драко. Поэтому он сам отправился в путешествие, из которого только что вернулся его возлюбленный. За время отсутствия Ксавьера Драко заключил договор со жрицами Храма Великой Матери. Три женщины захотели родить от него детей, и если на свет появятся девочки, то они останутся у матерей, а если мальчики, то будут жить с отцом. К этому моменту жрицы научились вычислять дни, когда было проще зачать именно девочек, но при этом не имели права влиять на пол ребенка чарами или зельями, ибо так они нарушат волю Богини. Драко занял место рядом с Северусом в Тайной Полиции, по праву считаясь одним из самых компетентных сотрудников. Через четыре месяца вернулся Ксавьер и снова переехал жить к наследнику Рода Малфой. За время пребывания в нижних мирах он не только выжил, но и повысил свой уровень до высшего. Теперь ему осталось только пройти церемонию принятия Божественной крови, и он сравняется с Фериатом, но князь посчитал, что, несмотря на пройденное испытание, молодому вампиру ещё нужно многому научиться, прежде чем ещё раз менять свой статус. Это немного расстроило француза, но не изменило его планов. Узнав, что у Драко будут дети, Ксавьер затосковал, но всё же пройденное испытание наложило на него свой отпечаток, и вместо того, чтобы устраивать шекспировские страсти, мужчина отправился к Люциусу и Нарциссе за советом. Так как никаких чрезвычайных ситуаций не было, да и у всех троих супругов уже появились компетентные заместители, то у Малфоев стало больше свободного времени, и сейчас они отдыхали в мансарде своего дома. Северус любовался закатом, Люциус витал в только ему ведомых мирах, а Нарцисса собирала на стол. Такая картина была обычна в последние годы, правда, Северуса можно ещё было застать что-то вырезающим из дерева, а Люциуса - играющим на флейте. Эти увлечения появились у мужчин давненько, и на данный момент работы начальника Тайной Полиции украшали многие дома, а музыкой Советника заслушивались даже Барды. Это стало живым подтверждением того, что Мастером человека делает не знание техники рисования или музыкальной грамоты, а душа. Когда душа входит в физический мир и хочет поделиться с окружающими своей любовью и той красотой, что она видит, то даже самый бездарный человек создаст шедевр. - Здравствуйте, Советники, леди Малфой, - вежливо поздоровался Ксавьер. - Здравствуй, зятек, - ответила женщина, а мужчины просто кивнули. - Присаживайся, попей чайку. Английские традиции за эти годы смешались с русскими и азиатскими. Но все три культуры трепетно относились к напитку из чайного листа, который в этой местности произрастал весьма охотно. После того, как в мире появилась семья Кумаратунга с острова Шри-Ланка, её глава Махиндра с женой Сиримавой начали разводить чай на склоне вулкана, выращивая удивительные сорта чая, которые мигом начали пользоваться сумасшедшей популярностью. Как оказалось, обычное растение в новом мире приобрело целый ряд магических свойств. Хотя возможно, просто усилились природные свойства и до того чудодейственного напитка. Так, зеленые сорта чая теперь не просто понижали давление и тонизировали нервную систему, а превратились в универсальный стабилизатор и тонизатор, сильно стимулируя умственную активность. Они выводили из организма практически все шлаки. Северус уже давно начал замечать, что простые однокомпонентные напитки начали заменять привычные магам зелья. Но это не мешало зельевару всё так же любить бурление котла и непредсказуемые реакции, которые вызывает в давно изученном зелье новый компонент. За домом брюнет выкопал подвал и потихоньку перетащил туда часть оборудования из замка. Люцифер на это закрывал глаза, а Снейп считал своё увлечение очень полезным, так что к этому времени в скальной породе был выбит большой зал и несколько комнатушек поменьше, во всех помещениях поддерживалась нужная температура и влажность, а так же полностью отсутствовала пыль. Туда-то время от времени и убегал один из правителей мира отвести душу с новым экспериментальным зельем. Чашки были расставлены, и ароматный чай пуэр благоухал на всю округу. Так как солнце только коснулось горизонта, то люди могли позволить себе насладиться чашечкой этого чая, он очень сильно тонизировал и погружал тех, кто его пил, в расслабленно-вдохновенное состояние. Эта разновидность напитка была наиболее распространена среди бардов и ученых, но имела один минус: в больших дозах она вызывала состояние, сходное с наркотическим трансом. - Мы рады тебя видеть, Ксавьер, - заговорил Люциус, когда первая чашка была выпита и мысли остановили свой хаотичный бег, а эмоции успокоились, позволив вампиру погрузиться в созерцание тишины. - Но я вижу, что тебя что-то тревожит. Поделись своими печалями. - Наставник. Меня беспокоят наши отношения с Драко. Я думал, что когда я вернусь, всё будет по-прежнему, но это не так. Мы живем вместе, но я больше не чувствую его, а его глаза больше не загораются, когда он смотрит на меня. Я в отчаянии! - излил наболевшее вампир. - Ксавьер. Ты стар, но ты так молод. Сердце не терпит спешки и требует к себе постоянного внимания. Пройдя испытание, вы прожили огромную жизнь, наполненную искушениями и страданиями, и хотя теперь ты имеешь такой же опыт, как он, но ваши миры не едины. Если ты хочешь вернуть любовь моего сына, тебе придется его завоевать, - серьёзно ответил Люциус. - Что мне делать? - с надеждой спросил вампир. - Помнишь, как он тебя добивался? Сколько сил он потратил, чтобы ты обратил на него внимание, а потом поверил в себя? - спросил волхв. - Теперь пришла твоя пора показать Драко, что ты его всё ещё любишь. Стань для него опорой. Ведь именно в этом и заключается роль супруга, - сказал лорд Малфой и с нежностью посмотрел на двоих людей, которые стали для него опорой и поддержкой. Дети выросли и разлетелись, собираясь только раз в неделю, или когда у них возникала потребность, а родители и сейчас любили друг друга. Тем более что пример Вальпурги Блэк, которая в возрасте шестидесяти лет подарила своему супругу прекрасных сына и дочь, вдохновил очень многих. На семейном совете было принято решение, что мальчик унаследовал имя Регулус, а девочку назвали Кассиопея. Черноволосые сероглазые сорванцы наполнили своим смехом пустующий дом. Пока Малфои предавались приятным воспоминаниям, Ксавьер думал. - Вы не считаете, что он меня просто пошлет подальше, если я начну за ним ухаживать? - обеспокоенно спросил вампир. - Если не сделаешь первые шаги и не будешь упорен в достижении цели, то он точно уйдет от тебя, так что тебе нечего терять, - в первый раз за вечер заговорил Северус. - Спасибо, - поклонился черноглазый брюнет и отправился на поиски любимого. После того разговора у Драко начались веселые деньки. Ксавьер готовил блондину ужин и завтрак, дарил цветы и активно навязывался в партнеры на тренировках. Уже через два месяца Малфой сдался и позволил вампиру снова стать неотъемлемой частью жизни “змеи”, как в этом мире начали называть работников Тайной Полиции. В общем, эта кличка так им подходила, что прилипла намертво, а через какое-то время была закреплена официально, в виде змеи как символа службы. __________________ Ещё одна любовная история расцвела между Королем и Персефоной. После четырнадцатого дня рождения дар, преподнесенный в первый день жизни Перси Люцифером, вошел в полную силу. Голос сирены стал великолепным инструментом, благодаря которому девушка сразу после окончания школы попала в Братство Бардов. Всё это время Карден надеялся, что одержимость девчонки им пройдет, что вот ещё один день, и она встретит своего сверстника, который очарует доверчивое сердечко маленькой принцессы. Волдеморт не замечал, как принцесса выросла, но всё так же в её жизни, маг-дракон являлся единственным солнцем на её горизонте. Все Пожиратели уже смирились с тем, что белокурая чертовка запросто проникала в самую темную и защищенную башню Царства Люцифера. При этом её не страшили ни кровавые поединки, проводимые членами Братства, ни то, что она иногда становилась свидетельницей наказаний, которым подвергались Пожиратели. А Рыцари, приваживали пигалицу, заметив, что только у неё получается вывести их Короля из себя. Иногда она устраивала Вольдеморту такие разносы, что просто слезы от смеха на глаза наворачивались. Это упрямое создание с упорством маньяка пыталось вскрыть драконью броню, которой темный маг защитил своё сердце. Как говорится, “вода камень точит”, и у Персефоны получилось задуманное, правда, совершенно не тем способом, которым она ожидала. Когда ей исполнилось шестнадцать лет, она упросила Сабрину отпустить её с концертами во внешний мир. Ситуация была стандартной. На тот момент Персефона уже записала больше десятка кристаллов. В основном на них были гимны Богам, составленные ею, и песни о любви, чистоте и свете, которые должны управлять жизнью человека. Чудный голос и красота песен мгновенно очаровали слушателей, кристаллы уже пережили несколько переизданий, и, по логике вещей, за записями в Европу должен был поехать и исполнитель, закрепляя произведенный эффект. Редкостная красота девушки, глядя на которую, сразу вспоминались истории о высших эльфах и небесных девах, должна была помочь распространению кристаллов. Поэтому глава Братства не нашла причины отказывать Персефоне. Когда Волдеморт узнал, что его принцесса направляется в “дикие земли”, как называли Магический мир побывавшие там жители Царства, то решил запретить девчонке эту авантюру, но мисс Малфой закатила скандал на всю Черную башню, да такой, что Король не знал, куда деваться, ну не круцио же бросаться во взбалмошную девицу? После ссоры девушка убежала в слезах, заявив, что это её право, и хоть он и Король, но тут он не властен, а расстроенный самодержец отправился пьянствовать в компании брата. Люцифер находился в своих комнатах. В последнее время он всё чаще уходил в медитацию. Его непосредственного участия в решении текущих проблем не требовалось, а мешаться под ногами у людей, и так хорошо знающих своё дело, он не хотел. Поэтому он наблюдал за происходящим в своём мире, и, получая информацию напрямую из хроник Акаши, иногда неделями не покидал свою комнату. Это начинало беспокоить Волдеморта, потому что Люцифер был не только Богом, но и его братом, который за прошедшие годы стал несказанно дорог бывшему Темному Лорду. Постучав в дверь, Карден сразу же зашел и уже в комнате стал дожидаться , когда брат вернется в своё тело, чтобы они могли поговорить по-человечески. - Здравствуй, братик, - открыв фиолетовые глаза, сказал Бог. - И тебе не болеть, - ворчливо ответил брюнет. - Не ворчи. Ничего ужасного не случилось, - успокоил дракона Люцифер. - Но случится. Эта пигалица наверняка вляпается в какие-нибудь проблемы, - уверенно ответил Вольдеморт. - Это у неё и в крови, и в душе, - нежно улыбнулся блондин. - Вот именно! А что, если с ней что-то случится?! Как я в глаза Люциусу и Северусу смотреть буду?! - разошелся правитель. - Мне так кажется, что сейчас тебя беспокоит не это, - хитро улыбнулся Бог. - А что же? - искренне удивился маг. - Брат! Я учил тебя быть честным с собой! Тебя беспокоит не что подумают родители девушки, а то, что с ней может что-то случится, и от этого будет больно в первую очередь тебе. Да признай ты уже, что влюблен в неё!!! - прорычал Люцифер. - Я?!! - Ну не я же. Ты. И не вздумай мне плести, что ты о ней просто беспокоишься, - пресек зарождающуюся попытку оправдания блондин. - Заботишься ты о Драко, о Северусе, о Сандро с Волдо, а её ты любишь. Вольдеморт понял, что оправдываться и что-то доказывать бесполезно, и сдулся. - И что мне делать, если я её люблю? - устало спросил Король. - Вот ведь змея! Пролезла под кожу! - Сейчас ты ничего не сможешь сделать, отпусти её. Если будешь удерживать, только нарвешься на неприятности, а она всё равно умотает в нижний мир, - убежденно ответил Люцифер. - А вот когда она вернется, попроси её руки у её родителей. Но и это не даст тебе гарантии, что она снова не уйдет вниз. Только когда у вас появится ребенок, тогда она будет вынуждена отказаться от гастролей. - А если я после свадьбы просто прикажу ей остаться? - с надеждой спросил Волдеморт. - Пошлет подальше, отправит спать на диван и умотает на гастроли. И самолюбию горе, и отношения испортишь, и желаемого не достигнешь. Персефона у нас птица вольная, и в этом её особенность. Она сама выбирает, кому петь и где жить. И в выборах своих она очень последовательна и упорна. Ты тому ярчайший пример, - ехидно улыбаясь, ответил брат. - Но я не смогу несколько месяцев жить, всё время переживая о ней! - Во-первых, это твоя проблема. Любовь никого не привязывает и не лишает выбора. Если не можешь отпустить и смириться с её решением, значит, это у тебя страсть, а не любовь, а во-вторых, тебе никто не мешает ей в группу набрать вместо Бардов своих Пожирателей. Насколько я помню, Аден прекрасно играет на ударных, а Сандро на гитаре, они за Персефону любую страну сотрут с лица земли, так что остальных можно и из Бардов набрать. И тебе спокойней, и парни разомнутся. Волдеморт обдумывал мысль, и она ему нравилась всё больше и больше. Оба парня уже стали Рыцарями, их убойная мощь поражала, к тому же мелкая пигалица выросла у них на руках, и они любят её не меньше Драко, а у Адена вообще комплекс защитника по отношению ко всем младшим Малфоям. Так что девчонку можно отпустить, с таким тылом ей ничего не страшно. Тем более, что Люцифер прав, остановить её способа не имелось, все они приложили массу усилий, чтобы дети сами принимали решения и отвечали за них, так что теперь пришло время пожинать плоды. - К тому же, нашей птичке пора посмотреть на нижний мир. Она просто влюблена в рассказы о Мире магов, так что, думаю, суровая реальность поубавит её радужные фантазии. Твоей супруге не пристало быть столь наивной, - задумчиво сказал хозяин мира. - Я бы хотел обойтись без потрясений для неё, - недовольно пробурчал Волдеморт. - Не получится. Она выросла, окруженная всеобщей любовью, и наивно считает, что так везде. Пришло время и ей обретать собственные силы. Тем более что никого, кроме неё, ты не оберегаешь от действительности. Своей заботой ты можешь ей крепко навредить, - сурово предупредил Бог. - Уговорил. Ты никогда не ошибаешься, поэтому я тебе поверю, но легче мне от этого не будет, - ворчливо заявил Король. - Тебе всё равно придется привыкать, что она - не твоя собственность, а самостоятельная женщина, которая захотела идти по жизни рядом с тобой, и это её осознанный выбор. Никакие клятвы и обряды не сделают вашу любовь крепче, если вы не будете доверять друг другу. - Да знаю я! Вон, Сев с Малфоями сколько лет вместе без всяких свадеб, и, похоже, до старости так доживут, а я-то думал, что наш мальчик никогда не остепенится, - ударился в воспоминания Волдеморт. - Ностальгия - признак неудовлетворенности настоящим. Ты чем-то озабочен, кроме отъезда твоей невесты? - поинтересовался брат. - Молодость уходит. Я чувствую, как гаснет мой огонь. Раньше он бушевал как вулкан... - А сейчас светит ровно, как солнце, - закончил за брюнета Бог. - Ты вырос. Настает пора мудрости. Ситуация с Персефоной станет твоим последним испытанием. Или в тебе пробудится Любовь, тогда я буду полностью спокоен за будущее этого мира, а родится ревность, тогда следующий поцелуй дементора тебя убьет, - сообщил Люцифер. - Умеешь ты обрадовать. Но всё же я приложу все усилия, чтобы не убил, - уверенно ответил Король. - Как хорошо, что ты не вспомнил про надежду - глупое чувство. Не стоит надеяться, стоит стараться, а там - будь что будет. - Ты уже давно выбил из меня эту глупость, - отмахнулся брюнет. - Значит, хорошо выбивал, - улыбнувшись, сказал Люцифер и предложил прогуляться в эльфийский лес, а то и в правду что-то блондин засиделся у себя в комнатах. Через неделю в “дикие земли” отправился первый смешанный отряд из Бардов и Пожирателей. Для этого Рыцари сменили свои красные мантии и серебряные маски на белые одежды Бардов. Но двое мужчин, на вид лет тридцати пяти, всё равно выделялись на фоне молодых артистов не только возрастом, но и тем впечатлением, которое они производили. Самому старшему из них было двадцать три, но даже на их фоне Персефона выделялась оказавшись младше всех, и сразу же стала предметом всеобщей опеки. Дурмштранг, в котором планировался первый концерт, встретил молодых людей в белых одеждах теплыми приветствиями. Местные парни и девушки фанатели от красивых ребят, которые охотно шли на контакт, но при этом романов не заводили. Последнее жутко огорчало молодых магов, но навязывать свои чувства они опасались, ограничиваясь цветами, серенадами и любовными посланиями. На этот же раз даже записок не было, так как два жутких мужика в белых одеждах неотступно следовали за прекрасной блондинкой с зелеными глазами, у которой, как у принцессы, на лбу горел огромный рубин, вставленый в золотой обруч. Волдеморт настоял, чтобы Персефона надела подарок Северуса. В камне таилась огромная защитная магия, а свойства самого камня усиливали активность шестой чакры. И это чуть не накликало беду. Во-первых, защитная магия камня действовала только на расстоянии в несколько метров, а чистый огромный рубин на лбу простушки-певички привлекал всех негодяев за сто миль вокруг, и это привело к тому, что изрядную долю зрителей девушки составляли не почитатели её таланта, а искатели легкой наживы. На территории, где проходил концерт, действие камня забивало первоначальное желание бандитов и тех, кто считал себя порядочными гражданами, но более достойными, чтобы владеть сокровищем, поэтому им приходилось слушать песенки пигалицы, а так как загрязненные души ощущают боль от тонких, чистых вибраций, то у них рождалось животное желание уничтожить источник своего страдания. Эта девчонка пела о недостижимых для них высотах, вызывая этим самым агрессию. Под конец концерта в Вердене французские зрители устроили настоящее побоище. Люди с загрязненными душами зверели и бросались на всех окружающих, пытаясь добраться до источника их боли. Для Персефоны это стало огромным потрясением. До этого дня девушка верила, что все люди хорошие, стоит только показать им правильный путь, как они тут же по нему пойдут, но оказалось, что это не так. Первой реакцией на увиденное было неприятие и отрицание. Она заперлась в своём гостиничном номере и отказывалась выходить. Её друзья по Братству не знали, что с этим делать, а вот Рыцари с таким сталкивались часто. Сандро и Аден просто выбили дверь, обнаружив девушку в углу за кроватью. Перси сидела, укутавшись в одеяло, и раскачивалась из стороны в сторону. У неё перед глазами всё ещё стояла картина озверевшей толпы, которая была готова рвать и ломать всё и всех у себя на пути. Девушка бывала в Черной башне и видела насилие, но там оно всегда было осмысленным и служило для того, чтобы помочь и закалить. Тут же люди просто превратились в животных, причем безумных. Айден перемахнул кровать и обнял младшую сестру. - Перси, дорогая, всё будет хорошо! - уговаривал он её, как в детстве. Златоглавая блондинка попыталась вырваться, но старший брат был намного её сильнее, поэтому, поняв своё бессилие, она расслабилась и разрыдалась. - Почему?! Почему они ТАК?! - послышались неразборчивые вопросы сквозь слезы. - Прости, милая. Это мы виноваты. Нужно было на твоё украшение чары невидимости наложить, - гладя девушку по спине, сказал брат. - А причем тут оно? - подняла заплаканную мордашку девушка. На длинных ресницах зеленющих глаз блестели капельки слез, делая их похожими на самые дорогие изумруды на свете. Искреннее непонимание и доверие к людям волной исходили от красивого подростка. - Просто обычно на концерты вашей братии ходят только подростки и те, чьи души ещё способны раскрыть в себе лучшее, остальные игнорируют их или насмехаются. Пение и танцы в этом мире, впрочем, как и написание художественной литературы, считаются недостойным занятием. Вас всех считают сквибами и не трогают руками только потому, что ваши фанаты могут взбунтоваться, к тому же, песни, которые вы поете, идут на пользу их правительству, только из-за этого Барды могут свободно передвигаться по странам и давать концерты, вас не считают угрозой, - ласково объяснял Сандро, пока Аден помогал сестре расположиться поудобнее у себя в объятьях, так и не вставая с пола. Она уже успокоилась и старалась понять, что же произошло. - Но ведь это же глупость! - убежденно ответила девушка. - Даже ребенку известно, что от того, какую музыку ты слушаешь и какие книги читаешь, зависит твоё будущее. - Это известно у нас. А в этом мире считают, что это всё глупости для слабаков. Они давно потеряли истинные ценности, и теперь стараются заменить их суррогатом. Сначала они искали силу, потом равенство, а теперь их чрезмерно увлекли деньги, но это путь деградации, и они на нем уверенно стоят, - сказал Айден, и Персефона насладилась мерным рокотом в груди брата, на которую опиралась спиной. - Ты стала свидетелем того, что деньги в их мире начинают значить намного больше человеческой жизни. Те люди, которые устроили побоище, это простые бандиты, которых привлек твой рубин. Но они не были готовы слушать твои гимны Богам, их гнилые душонки просто сошли с ума от звучания высших вибраций. Вот они и принялись всё крушить, в надежде заглушить свою боль, - объяснил Сандро. - Рубин?!! Разве он дорогой? Он просто красивый, и ещё в нем чистая магия, да и в добавок это подарок папы Сева, - совершенно растерянно говорило зеленоглазое чудо, неуверенно касаясь пальчиками камня. - Неужели люди могут убить за это? - Дурёха, как ты сдавала “Исследования Магического мира”, если задаешь такие идиотские вопросы?!! - возмутился Аден. - Ну вот! Ты меня опять дурой назвал?!! - возмутилась девчонка, вскакивая на ноги. - А кто ты после этого? Ты что на уроках делала? - не унимался брат, хитро подмигивая другу. - Я была одной из лучших в своей группе! - гордо заявила пигалица. - Ага! Знаю! Священные три Зэ - “Зазубрил-Сдал-Забыл”, - продолжал издеваться над сестрой Аден. Девушка густо покраснела и оба Рыцаря заливисто расхохотались. - Вы злые! - уверенно заявила златовласка. Её светло-золотые, почти белые кудри обрамляли покрасневшую мордашку и огромные зеленые глазищи, которые сейчас метали молинии. Видя, что брат и его друг насмехаются над ней, девушка сменила смущение на праведный гнев и ринулась в атаку. Под крики: “Ах вы, паразиты!”, - она гоняла по всему номеру двух дюжих мужиков, которые заливисто хохотали, убегая от взбешенной девчонки, а парни и девушки из её группы тихо жались по углам, чтобы не затоптали, и подхихикивали. Дальнейшие гастроли прошли без осложнений, но всё же девушка начала замечать тот негатив и несовершенство Магического мира, которые раньше ей казались просто мелочами. За месяц гастролей Персефона сильно повзрослела и теперь уже по-другому смотрела на жизнь обоих миров, но особенно её потрясло отбытие домой после тура по Кольцу Чистоты. На берегу Северного моря никто не ожидал засады авроров, устроенной с целью перехватить беженцев, направляющихся в Друмштанг. Рыцари первыми почувствовали разлитую в воздухе жажду убивать и сразу оттеснили молодежь себе за спину. Барды даже не успели ничего понять, а два Рыцаря Смерти в полном боевом облачении уже уничтожали отряд авроров, накрыв территорию собственным антиаппарационным куполом, через который так же не мог пробиться ни один порт-ключ. Увиденное сильно потрясло молодежь. В их мире смерть была обыденностью, так как являлась частью жизни, но вот такое хладнокровное истребление десятка человек за пару минут не укладывалось в голове, тем более что авроры не успели даже напасть первыми. Все были угрюмы и молчаливы, когда входили в замок Парацельса, и только самый старший из Бардов задал мучивший всех вопрос: - По-другому было нельзя? - Нет. Нельзя. Это был их выбор, как и наш, - уверенно ответил Сандро. На следующий день после возвращения Волдеморт посватался к Персефоне, и уже через месяц сыграли свадьбу. В новом мире не существовало магических брачных контрактов и клятв верности, люди считали, что незачем приносить обеты, которые ты не в силах выполнить, проще жить счастливо, осознавая, что рядом с тобой самый дорогой тебе человек. Наверное, поэтому распадалось большинство браков в семьях, прибывших из внешнего мира, в отличие от супружеских союзов местных жителей. Зато странные браки из двух девушек или парней, или семей с больше чем двумя партнерами были не редкостью. Сразу после возвращения Персефоны все заметили, что жизнерадостная девушка как-то померкла, постоянно о чем-то думая. С каждым днем её всё чаще можно было увидеть в “Медвежьем углу”, где всё так же селили вновь прибывших переселенцев из внешнего мира. Когда Волдеморт спросил её: “Что с табой такое?”, - она ответила, что хочет понять людей внешнего мира. Девушка перестала петь и практически не появлялась в Белой башне, многие переживали за неё, но не мешали юной принцессе искать своё место в жизни и свою цель. Волдеморт очень переживал за супругу, так как видел, насколько ей плохо. Но не мог ничем ей помочь. Единственное, что пришло ему в голову, это отправить её во внешний мир вместе с целителями. Путь Барда и Целителя очень разный. Барды приносили Царство Люцифера в Магический мир, а Целители пытались запустить цепную реакцию доброты, не привнося своих законов. Это было проявлением Инь и Янь. Барды сияли, как солнце, в то время как целители вымывали раны и исцеляли их, как вода. Они приходили в дома и общались со многими людьми, они понимали “дикие земли” не хуже Пожирателей, а может, и лучше. Когда Карден рассказал жене свой замысел, он был вознагражден целой бурей эмоций. В первый раз за долгое время Персефона стала прежней. На этот раз девушка ушла на три месяца, оставив своего мужа на полтора года в одиночестве. За это время у её брата Драко родились дети: двое мальчиков и девочка. У всех них были разные матери, и девочка, которую назвали Афродитой, стала частью Храма до тех пор, пока не закончит Школу и ей не придет время выбирать, хочет ли она стать Жрицей или выберет для себя иной путь. А мальчиков забрали Драко и Ксавьер. Оба мужчины были счастливы. Дети растопили остатки льда, остававшегося между ними. Один малыш был голубоглазым с рыжими волосиками, и его назвали Локи Карден Малфой, а у второго оказались удивительные фиолетовые глаза и абсолютно белые волосы. Это произошло потому, что его матерью стала чистокровная вейла, так что почти наверняка он унаследовал внешность от матери. Но, так как у этого магического вида наследие проявлялось активно только у женщин, а у мужчинам несло долголетие, красоту и магическую силу, то, скорее всего, Люцифер Северус Малфой, как назвали ребенка родители, будет простым магом, но немного более сильным, чем его сверстники. Когда Волдеморт и его брат узнали имена детей Драко, то долго смеялись, обсуждая друг с другом, насколько они старые, что в их честь уже начинают называть младшее поколение. А родители малышей отмахивались и говорили, что их детям нужен хороший пример для подражания, а кто может быть круче Короля и Бога? Годы летели, и дети подружились с близнецами Блэк, в которых с какого-то перепугу проснулось магическое наследие предков и начали проявляться черты падших ангелов. Это стало бичом Школы, так как эти детишки оказались просто взрывной смесью. Они постоянно влипали в неприятности и при этом умудрялись выйти сухими из воды. Их гениальность граничила с безумием, поэтому никто никогда не мог удержать этих сорванцов на месте. Четверку можно было встретить в любом месте Царства, а вот поймать было практически невозможно. Персефона, вернувшаяся из похода в нижний мир, кажется, нашла то, что искала. Теперь днями напролет она писала музыку и стихи, но никто пока не слышал её песен. А вот когда она запела, даже Люцифер и Сабрина признали, что Перси нашла свой собственный Путь. Её песни не потеряли чистоты, но приобрели мощь и широту. Теперь это было уже не пение ангела, а музыка самой души, облаченная в слова. Будто пела не девушка, а душа Матери Земли, обращаясь к каждому. Король приказал сразу же записать новые кристаллы, и песни Персефоны полились из каждого кольца в нижнем мире. Эта музыка была настоящим оружием, потому что могла пробить защиту на самых черствых сердцах и посеять в подсознании человека ростки новой морали. Правда, в первое время с гастролями решили повременить, так как Волдеморт добился своей цели, и жена ждала ребенка. Поветрие двойняшек не обошло и её. У женщины родилась рыжая девочка с синими глазами, которую назвали Бэлла, и зеленоглазый мальчик с каштановыми вихрами, которого назвали Гарольд. К тому же, уже в первый год жизни детишек выяснилось, что кровь отца сильно повлияла на них. У обоих малышей случались спонтанные всплески магии огня, а когда они расстраивались, их глаза краснели, а тело приобретало рептилоидные черты. Маленькие дракончики были самыми младшими из шестерых детей, собиравшихся по выходным в доме Малфоев-Блэков, но это не помешало им влиться в коллектив своих двоюродных братьев и сестры. В этой тесной компании дети Драко разбудили черты родительского наследия, и вскорости на ближайшей поляне возилась куча-мала из двух нунд, двух мелких дракончиков и странных детишек, которые кидались черным пламенем. Глядя на подрастающее поколение, Люцифер и Карден понимали, что детям нужна новая цель, иначе вскорости мир начнет деградировать. Магический мир такой целью стать не мог, потому что его ждала изоляция и лишение магии, а в таких условиях любой житель Царства становился практически Богом. Поэтому оставалось обживать свой мир и прилегающие к нему. За прошедшие годы к Царству присоединились миры Ангелов и эльфов, мир, созданный фейри и магическими существами, а также божественный и Адские миры, хотя все они сохраняли изоляцию и не шли на контакт. С той силой, что пробуждалась в детишках, им прямой путь налаживать отношения с магическими расами. Но до этого было ещё лет двадцать, хотя уже сейчас можно начинать готовить мир к новому повороту истории. Партия в “диких землях” подошла к концу, остались только последние штрихи. Внешним наблюдателям могло показаться, что ничего не происходит, но почва уже была подготовлена, и ещё буквально несколько лет, и Круг Чистоты падет, завоеванный Бардами. Первым подтверждением того, что игра входит в финальную фазу, стало обращение Китая к Российскому правительству с просьбой организовать встречу с владельцами компании “Катарсис”. К этому моменту почти четыре миллиона россиян и около ста тысяч Европейцев обитали в Царстве, в том числе практически все исследовательские институты и правительственные структуры уже переместились на новую территорию. Волхвов устраивало то, что разница во времени позволяет гораздо быстрее принимать решения и воплощать их в жизнь. При этом было достигнуто соглашение, что в Царстве будет только один правитель, и русские не будут претендовать на создание изолированного государства Все эти годы мастера Школы, а теперь монастыря, по крупицам собирали по всей Азии маглов, идущих древним Путем и хранящих верность своей душе. Это создало совершенно самобытную культуру, в которой Азия и Россия сплелись в гармоничном симбиозе, и разделять их сейчас было непродуктивно как по мнению азиатов, так и по мнению русских. Братство Волка стало одной из структур Черной башни, отстояв право на относительную независимость - так внутри Ордена Пожирателей появилась структура, отвечающая за развитие магической науки, при этом Волки, как они сами себя стали называть, чтобы не устраивать путаницу, поддерживали боевой дух практически на уровне Пожирателей, но были связаны менее жесткими клятвами. Встречу решили провести на территории Царства, для этого был установлен портал, связавший здание, некогда принадлежавшее одному из Тульских институтов, а теперь пустовавшее, и приемный зал в Замке Королей. Китайцы согласились встретиться с главами корпорации на их территории, поэтому два боевых мага, которых направили на встречу Девять Мудрейших, были готовы к любым неожиданностям... как они думали. Вот только оказаться в зале приемов мифических Королей они никак не ожидали. Этот зал и трон были описаны во множестве рисованных фильмов и были декорацией многих клипов, поэтому, оказавшись перед троном, на котором восседал Король при всех регалиях власти, они повалились на колени. Люцифер, выходящий из-за трона, за которым висел золотой стяг с черным солнцем, улыбнулся. Барды сделали своё дело очень хорошо. В каждом человеке живет ребенок, и если его разбудить, дать ему поверить в сказку, а потом показать, что сказка - не досужий миф, а самая что ни на есть реальность, то самые сильные из них захотят стать её частью, а слабаки возжелают уничтожить. Слабаки Люцифера не интересовали, потому что они с радостью распинают святых, но стоит дать им отпор, как они тут же начинают лизать пятки победителю за малейшую подачку, ни одно божество не позарится на такую падаль, чтобы ни напридумывали себе мелкие людишки, а вот сильные духом были интересны Богу. И когда два боевых мага упали на колени, Бог понял, что Китай их. Впрочем, это понял и руководитель делегации Китайского правительства. Но сдаваться просто так никто не собирался. А вот более молодой маг, сопровождавший его, очень обиделся, когда понял, что сделал. - Что это за балаган?!! Мы пришли встретиться с руководителями корпорации, а вы нам актеров в декорациях показываете! - возмутился мужчина. - Держите лицо, представитель Пенг, Вы сейчас позорите не только лично себя, но и свою страну, - с легкой укоризной на чистейшем китайском ответил Бог, а Карден позволил регалиям проявить свою силу. В зале кроме Короля и Люцифера находились все члены Совета Семерых, а также много незнакомых китайским магам лиц, и ото всех шла нечеловеческая магическая мощь. Фа Вей, возглавляющий делегацию, начал чувствовать, что его ведет от такого количества магии, в котором он очутился. На земле больше не осталось таких мест силы, поэтому маг начал задумываться, что, возможно, он действительно попал в легендарную небесную страну, о которой сейчас бредили все жители его родины. Когда же слева от трона появилось несколько фигур в шафрановых одеждах без рукавов, а на голых плечах которых были выжжены тигр и дракон, маг понял, что стал частью легенды, и все его хитрости сейчас обернутся против него. Поэтому он уткнулся лбом в холодные каменные плиты и попросил: - Простите мне вспыльчивость моего подчиненного, он хоть и взрослый маг, но ещё глуп и не способен отличить истину от подделки, и позвольте нам рассказать, зачем нас послали. Карден заглушил регалии и милостиво позволил Вею говорить. Мужчина не посмел встать и продолжил, глядя в пол: - Наши правители хотят узнать, кто подбивает народ к нездоровым фантазиям. Простите мне мою дерзость. Мы не знали, что всё, что рассказывают магические камни, реально, поэтому мы думали, что европейцы хотят подорвать нашу страну своими сказками, а потом захватить её, - совершенно искренне признался мужчина. Он всеми своими нервами чувствовал, что от его поведения сейчас зависит будущее его страны, и проклял тот день, когда любопытство толкнуло опытного мага из отдела политических разработок попроситься на это задание. - Это говорит, что вашей страной правят умные люди. Настроение граждан должен контролировать правитель, иначе им будет управлять враг, - одобрительно сказал Король. - Мы не видим в вашей стране врага, но она несколько лет странно себя вела, не желая оказывать помощь людям, попавшим в беду. Но вы уже сами себя наказали. Думаю, вы поймете, о чем я говорю, когда вернетесь с экскурсии по нашему миру. А до тех пор я считаю, что разговор будет не плодотворным. Сопровождать китайцев взялся один из монахов - их соотечественник, бывший магл Су Лэй. Пока шли по коридорам замка, гости молчали, но как только они вышли и оказались на вершине утеса, с которой открывался вид на красивую страну, Пенг не выдержал: - Так это правда?!! - Смотря что Вы считаете правдой, - немного отстраненно сказал монах. - Замок Королей, волшебная страна... Шаолинь, - почти шепотом произнес последнее слово Цун Пенг. - Да. Это действительно всё существует, - с нежной улыбкой ответил мужчина. - Но почему нам решили всё это показать? - задумчиво спросил Фа Вей. - Потому что мы и не стремились скрываться от вас. Если бы вы не закрыли границы, то уже были бы частью этого мира, но ваши страхи победили разум, поэтому вам необходимо смириться, что этот мир создан без вас, и вам придется искать в нем своё место, - просто и лаконично ответил монах. - Вы всё время говорите “этот мир”, будто это другое измерение? - подозрительно спросил Вей. - Это не отражение вашего мира, это новый мир, и создал его Бог, который решил разделить его с нами. - Вы имеете ввиду энергетическую сущность или силу природы? - заинтересовано спросил Пенг. - Я имею ввиду человека. Вы его видели, - лукаво усмехаясь сообщил Су Лэй. - Тот мужчина с фиолетовыми глазами и абсолютно белыми волосами и есть создатель этого мира Люцифер. Но он так же является и энергосущностью, и силой природы. Так что, в общем, все ваши предположения верны. - Почему вы называете его человеком, если он Бог? - настороженно спросил руководитель делегации. - Потому что в первую очередь он человек, а во вторую - Бог. В нашем мире до него были только аватары - люди, принявшие в себя душу Бога, а он человек, выросший до уровня Бога. Это разные вещи. И весь этот мир он создал, чтобы обучить людей тому Пути, который прошел он сам, - разведя руками, сказал монах. Перед китайцами раскинулась долина с огромным комплексом Школы и Обители, два шпиля новых исследовательских институтов, замок вампиров, который вырос перед входом в пещеры, вдали на склоне вулкана возвышался Храм Великой Матери, переливаясь в лучах солнца как драгоценный камень, а между деревьями белели небольшие домики и белокаменные поместья. В небе парила какая-то большая магическая птица, природу которой выдавало сияние, исходящее от перьев, потом к ней присоединилась ещё одна, но другого цвета. - Опять мальчишки шалят, - слегка ворчливо сказал монах. - Что Вы имеете в виду? - не понял Пенг. - Да Клаус и Василий опять соревнуются, кто выше поднимется, - пробурчал Лей и прикрыл глаза. В тот же миг птицы камнем упали к земле, а через мгновение перед изумленными китайцами вместо двух птиц Рух стояли двое растрепанных и смущенных подростка. - Простите, Наставник! - выпалили мальчишки, одетые в одинаковые льняные одежды. - Мы не раз вам говорили, что ваш зверь может даже в космос выйти, но вы к этому ещё не готовы, да и энергосвязи нашего мира ещё не настолько стабильны, вот когда Повелитель и Король закончат стабилизацию мира, тогда и налетаетесь, - отчитывал их монах. - Да знаем мы, но ведь это так круто! - восторженно заявил русский мальчишка. - Десять розг каждому, и чтобы на вечерней тренировке отжались триста раз. Свободны, - строго сказал Лей. - Да, Наставник! - хором отчеканили мальчишки и рванули наперегонки со склона. - У этих мальчиков анимагическая форма - магическое существо? - ошарашенно спросил Пенг. - У каждого из нас со временем зверь силы принимает магическую форму, таков этап развития души, - спокойно пояснил монах. Первым делом гостями показали Школу и Обитель, которые были в общем-то одним заведением, но обитель напоминала ещё один исследовательский институт нового мира. Просто тут изучали и практиковали методы просветления и интеграции души и тела. Подопытными и объектами исследований являлись сами монахи. Во внешнем мире в монастырь шли, чтобы познать методы просветления или изучить боевые искусства, либо чтобы сбежать от мира. Но первые два желания удовлетворяла Школа, а последнее искореняли как сорняк, так что в Обитель уходили единицы, одержимые познанием человеческой души и энергетики, а также те, кто был готов рисковать своей жизнью для своего скорейшего просветления. Теперь в мире было несколько тысяч просветленных, и каждый из них являлся ещё одним усилителем для мира и его творцом. Подобный подход был совершенно нов для гостей, и они во все глаза рассматривали диковинки вокруг себя, понимая, что их память просмотрит не только Девять Мудрейших, но и ещё множество народа. Сама идея Перехода за Грань в этом мире была не просто обыденностью, но считалась необходимым минимумом, которого должен достичь в своей жизни человек. Потому что войти в правительство или возглавить институты могли только люди, перешедшие Грань или близкие к этому состоянию. Ещё одним потрясением стало наличие в этом мире дементоров. Их было очень много в Обители, и они часто встречались в городах. При этом только единицы местных жителей испытывали перед ними страх, а один раз китайцам посчастливилось увидеть поразительную картину, которая потрясла их до глубины души: маленькая девочка радостно смеялась, играя с дементором в салки. В этот момент оба посланника решили, что они бредят. К вечеру совершенно дезориентированные делегаты отбыли домой. Прибыв, они узнали, что отсутствовали только час. Но тщательные исследования воспоминаний и магии Пенга и Вэя подтвердили, что они действительно побывали в другом мире и видели множество удивительных вещей. Через две недели начался постоянный поток посланников из Китая. Переговоры завершились через год по времени Царства. С этого момента были установлены порталы и началось заселение мира представителями этой страны. Сначала у вновь прибывших были намерения сохранить преданность Девяти и впоследствии образовать своё государство, но система индикаторов души и обязательного окончания Школы для получения доступа к структурам власти разрушила этот план в зародыше. К тому времени, как переселенцы оканчивали Школу, их прежние амбиции начинали им казаться сущими пустяками, и они вливались в построение нового общества, мечтая созидать и достигать высот духа. Те же, кто так и не смог отказаться от имперских замашек, как правило, не могли пройти испытаний Школы, так как это заведение для детей требовало полной самоотдачи и фокуса на своей душе, а не на чем-то ином. Царство приобрело странные формы, в которых славянские мотивы перелились с азиатскими и европейскими. Созидалась новая культура, впитывающая в себя всё лучшее от каждого народа, ставшего её частью. Смешению народов сильно способствовало то, что общение планомерно переходило на ментальный план. Всё больше людей развивало в себе телепатию, а легилименция и окклюменция преподавались с первого года в школе, так как дети рождались с талантом к этим наукам. Единственной проблемой на пути стало то, что выходцы из Китая зачастую могли поспорить по спесивости и надменности с европейскими собратьями, а это на годы замедляло их развитие. Но всё же среди вновь прибывших было очень много людей с горячим сердцем и острым разумом, которые стали настоящей находкой для нового мира. К концу очередного семилетия новые поселенцы влились в общество, которое изменилось под них. В Школе начали преподавать новые стили боевых и энергетических искусств, которые бережно хранили некоторые маги, Барды расширили свой репертуар песнями на разных наречиях азиатских языков и познакомились с их музыкальными инструментами и манерой игры, создавая новые синтетические виды музыки. В домах стали готовить китайские и индийские блюда, разнообразившие и без того богатую кухню. А в библиотеках появились трактаты индийских и азиатских философов. За это время произошли некоторые изменения в двух Братствах - между ними наладились более тесные связи, так как всё чаще в Европу Бардов сопровождали Рыцари. И это привело к тому, что некоторые Барды стали больше уделять внимание боевой подготовке, даже устраивая турниры меду Башнями, а Пожиратели увлеклись искусством в свободное время. Это раскрыло один удивительный талант. Доменик Розье, сын Эвона, был уже два года Рыцарем, но при этом он сам изобрел магический музыкальный инструмент наподобие магловского синтезатора, который мог заменить любой известный инструмент и даже оркестр. Рыцарь первым стал делать оркестровые обработки классики и рока, а потом попробовал петь. Оказалось, что у красивого русоволосого мужчины с яркими синими глазами удивительный голос на четыре октавы, при этом бархатные переливы и уход в инфразвук, не свойственный людям, делали его голос настоящим оружием. Когда он подружился с Волдо Оуэном и Теодором Ноттом, то в Царстве появился первый Рыцарь-Бард. Оуэн писал чудные стихи, Теодор музыку, а Доменик их исполнял. Его творчество сильно отличалось от всего, созданного в Белой башне, так как было более темным и жестким по своей природе: он пел о долге, о чести и о том, что жизнь человека бессмысленна, если он не строит её сам своими руками. Его песни были полны презрения к слабости тех, кто только плачет о своей несчастной жизни, не желая ничего менять и брать на себя хоть немного ответственности за свои поступки. Кристаллы с его альбомами разошлись моментально, но понравились далеко не всем, так как певец обращался к своему слушателю напрямую и спрашивал: “Что ты сделал, чтобы быть счастливым?”. Когда Доменик отправился на гастроли, то даже выступал в одежде хоть и того же фасона, что и Барды, но красного цвета. На его концерты не раз заявлялись граждане, которые желали разъяснить бездарному шуту, что он - козел и песни его - полное говно. Вот только сам Доменик и его сопровождающие, которые тоже были из Черной башни, очень спокойно реагировали на наезды власть имущих и тех, кто считал себя достаточно сильным, чтобы качать права. Поэтому частенько после концертов во дворах за тавернами и стадионами находили искалеченных авроров и бюрократов Министерства. Это привело к тому, что аврорам дали приказ на задержание барда Доменика, но каждый раз он исчезал прямо из рук патрулей, которых отправляли для его поимки. К этому моменту Доменик, Персефона, Владимир и Валентина стали звездами, покорившими сердца большинства жителей магического мира. Практически они стали новыми кумирами и богами. О них слагали легенды, на них молились, им подражали. Взрослые ещё не заметили, но дети, растущие у них на глазах, начали меняться. Они всё больше и больше не понимали своих родителей и осознавали, что не хотят жить так, как они. Магический мир позабыл, что самое ценное, что есть у семьи и народа - это дети, и их ценность не в том, что они - продолжатели линии крови, а в том, что через двадцать лет именно дети станут управлять страной. И от того, как вы воспитаете своих детей, зависит, в какой стране вам жить. Подростки пытались копировать своих кумиров пока только внешне, не понимая, что те отличаются от них состоянием души и взглядом на мир, но это был уже первый шаг. Из десятков тысяч поклонников выкристаллизуются сотни, а может, и тысячи тех, кто поймет, что пытаются им сказать певцы, и начнут так жить. Многие маглорожденные сравнивали песни Бардов с проповедями священников, ибо и там, и там говорилось об одном, тем более что многие проповедники в магловском мире восхищались новым веянием в музыке и активно его советовали прихожанам. Молодые парни и девушки восхваляли те же ценности, что и Иисус Христос, но подход Бардов был современным и практичным, лишенным той сусальности, что придала личности спасителя церковь. Также многие деятели церкви очень высоко оценили литературу, выпускаемую “Катарсисом”. Основной темой этих книг было преодоление собственной слабости. Практически в каждой из них персонаж начинал простым человеком и проходил долгий путь превращения в Героя, что и было лейтмотивом творчества писателей Царства. Каждая история несла чистоту сказки или трансформацию грязного в чистое. Такие жанры, как триллер или трагедия, было очень трудно найти на полках, отведенных в магазинах для литературы популярного издательства. “Катарсис” не хотел пугать или показывать мерзость мира, не давая инструментов справиться с проблемой, он учил. Учил, как изменить свою жизнь, как перестать быть пешкой и взять управление своей жизнью в свои руки. Мир менялся - тихо, незаметно. Всем казалось, что ничего не происходит, но уже зрела почва для революции, которая уничтожит старый образ жизни. А в колониях и на окраинах стран, не поддержавших Кольцо Чистоты, росла сила, которая создаст новые государства и страны в Европе и Америке. Это были лагеря беженцев, быстро превращающиеся в народную армию. Мир уже изменился, не осознавая этого. Идеалы и мечты детей создавались в Царстве Люцифера, и наверняка среди молодого поколения найдутся те, у кого хватит силы восстать против устоев, внушаемых родителями и правительством, и создать свою собственную жизнь, ориентированную на новые ценности. В Царстве знали, что таких будет мало, но с каждым поколением их может становиться больше, и тогда мир оздоровится и найдет свой Путь.