"Боги среди нас"

Иди за ней, Она зовёт, Амона Фе - принцесса южная, Ведь поцелуй Её - как мёд, Вино пузырится как ливень в луже. ©

- Но что мне делать? - Подходите к преподавателю, и пусть он Вам назначит пересдачу. Я ничем Вам помочь не могу. Я пыталась найти сострадание в этих царственных и немного холодных глазах, но не увидела там ничего из желаемого. Я видела в них благородство, чувство собственного достоинства, спокойствие и ледяную повелительность, но ни добра, ни жалости в них не было. Впрочем, люди очень одномерно понимают функцию добра: для них добро - это когда идут им навстречу. И неважно, что совершаемый поступок может быть совсем не добрым, но для них этот акт помощи приравнивается к благоденствию, и потому воспринимается как добрый. Я как раз из таких людей: умом я понимала, что я сама баклан, что надо было ходить на пары хотя бы раз в неделю, но мне так не нравился этот предмет и его расположение, что я предпочитала поспать ещё хотя бы часик, чтобы затем со свежими силами поехать на историю. Ну вот и доигралась, блин: зачёт у меня не приняли, так как видели впервые в жизни, а время сдачи уже прошло. Прощай, моя стипендия и крохи самоуважения, я буду по вам скучать. - А с остальными предметами как? - спросила я, стараясь чем-нибудь сгладить горечь утраты. Хотя, конечно, я выбрала не то время и не того человека: замдекана - суровая и страшащая всех женщина с надменным красивым лицом. Такой неведомо чувство жалости, и принимает она тебя только в том случае, если ты этого заслужил; остальные же приравниваются не то чтобы к грязи, но не к людям так точно... И вообще, как мог добрейшей души Павел Петрович выбрать себе в помощники такую женщину? Нет, она словно создана для царствования, и у меня нет сомнений в том, что именно такая женщина и должна вести организационные дела... Но, знаете, об этом не очень приятно думать, когда такой человек фактически обрекает тебя на казнь. - Сейчас посмотрим, - произнесла она спокойно: ну хотя бы не бесится, что я отвлекаю её от дел, и на том спасибо. Вообще она очень красивая, хотя жить в одном доме с таким человеком я бы отказалась. У неё красивые крупные черты лица, пухловатые, но не жирные руки, ярко-алые губы, выглядящие не вульгарно, а вполне эротично... А эти серые глаза? Я никогда не любила этот цвет, а её он делает выразительнее и интереснее. Да уж, есть люди, на которых даже бесцветная безвкусная тряпочка смотрится как королевская мантия... И тяжелый металлический кулон на шее, похожий на тот, что носили этрусские правители. Но она могла бы быть и полиберальнее, между прочим. Знает же, что преподаватель с пересдачей будет артачиться. - В остальном у Вас нет пробелов, - произнесла она. - Подписи всех преподавателей в ведомости стоят. Так что Вам не составит проблем закрыть и этот предмет. У меня немного отлегло от сердца. Я с благодарностью посмотрела на раскинутые перед замдеканом ведомости: я оказалась намного лучше и старательнее, чем я о себе думала. Да и она смотрела на меня чуть теплее, хотя, клянусь, я уверена, что она по-прежнему не доверяет мне. Да и разве может человек с такой ответственной профессией, такой серьезной должностью и таким царственным взглядом доверять кому-то, кто не столь обязателен, как он сам? Кому-то, кто привык не выполнять обещания, не делать должного и не вкладываться в дело со всей душой? Кому-то, кто считает себя необыкновенным, хотя не делает ничего такого, что выделяло бы его из остального сброда лентяев и лодырей? Да, теперь я, кажется, понимаю, отчего меня не любят. И отчего эту женщину боятся и ненавидят глупые студенты: ведь им не приходит в голову, что она просто выполняет свою работу, тогда как они не в состоянии выполнить даже домашнего задания. - Спасибо, всего хорошего, - искренне произнесла я. И на губах у замдекана появилась легкая улыбка; я не видела её улыбающейся ни разу, а ведь учусь уже три года. Значит, я всё-таки чего-то да стою... - Всего доброго. Удачи. * Уни - этрусская богиня. Изначально - верховное женское божество. Со временем культ Уни менялся, и в конце концов ей стали поклоняться как богине царской власти. В отличие от "родственных" Геры и Юноны, олицетворяла в этрусских легендах только добрые силы, божественные правила и высший порядок.