Не уходи

      Как Сакура и сказала, она больше не напоминала Хокаге о той ночи. Не было никаких намекающих взглядов или провокационных фраз. Куноичи прилежно работала в госпитале, тренировалась и выбиралась на отдых с друзьями, то и дело пытаясь затащить туда и Узумаки. Даже если они случайно встречались вечером на пустынной улице, никто не спешил напоминать о случившемся. Вместо этого были дружеские разговоры. Все вернулось в прежнее русло. — Я знаю, что в последнее время ты часто пропадаешь на миссиях, но я хочу отправить тебя в страну земли передать эту — парень указал на несколько свитков, лежащих на столе. — информацию лично Даймё.       Девушка молча кивнула и взяла еще один свиток, в котором была подробно описана суть ее задания. Тсучи, но Куни много лет пыталась завоевать Коноху, и лишь в последние несколько лет отношения между странами улучшились. Однако, подозрения о возможных заговорах все еще были, и оба правителя были настороже и стремились укрепить недавно возникшие мирные отношения. И Харуно было велено передать свитки политического содержания в кратчайшие сроки в силу учащения количества набегов на деревню. — Вам не кажется, что медику лучше остаться в деревне и помогать раненым? — перед уходом спросила девушка. Хокаге покачал головой и указал на свиток, в котором находилось объяснения выбора главы деревни. Больше вопросов не возникло, и Харуно поспешно удалилась.       Как позже выяснилось, Узумаки выбрал медика не напрасно. В стране земли совсем недавно была эпидемия лихорадки, и Хокаге приказал исключить любую вероятностью переноса болезни на Коноху. И пусть эпидемия была подавлена, оставалась вероятность, что некоторые излечились не полностью, а значит, могли заразить и других людей, в том числе и жителей Конохи.       Как оказалось позже, опасения Хокаге были напрасны. Сакура проверила каждого заболевшего на выявление остатка вируса и в добавок провела несколько исследований. По ее просьбе были проведены несколько профилактик. Харуно даже удивилась, насколько ее уважали в чужой стране. Видимо, эти люди тоже не хотели возникновения конфликтов и всеми силами пытались укрепить мир. До Тсучи, но Куни девушка добралась раньше, чем предполагала, и поэтому планировала на пару дней задержаться и отдохнуть. Как бы она не любила Коноху, хотелось немного побыть дальше от дома, чтобы все обдумать и вернуться с уже чистой от плохих мыслей головой.

***

      Харуно не спеша по главной улице, лениво оглядывая людей и яркие вывески, украшающие лавки со всевозможными сувенирами и прочими безделушками. Она бы и продолжила бессмысленно бродить, выискивая, за что зацепиться взглядом, но неожиданный легкий разряд тока заставил ее остановиться и испуганно осмотреться по сторонам. Харуно прекрасно помнила это ощущение, но надеялась, что чувства ее подвели. Люди продолжали идти, лишь некоторые оглядывались в сторону странной розововолосой девушки. Сакура внимательно осмотрела каждого прохожего и, не найдя никого даже издали похожего на ее цель, облегченно выдохнула и пошла дальше.       Она ошиблась. То, что она почувствовала, не могло быть правдой. На улице не было никого, кто принадлежал миру мертвых и кого Харуно обязана убить. Возможно, это была лишь игра воображения, вызванная резкой сменой обстановки с тренировочного полигона и одинокого дома на оживленную деревню. Во всяком случае, в это куноичи очень хотела верить.       Но на следующий день все повторилось. Она снова почувствовала это на той самой улице, почти на том же самом месте. Но на этот раз ей в нос ударил в нос сильный, но приятный запах табака, а в глаза бросился высокий силуэт, спокойной походкой отдаляющийся все дальше и дальше. Прежде, чем Харуно успела что-то сообразить, незнакомец скрылся из виду и затерялся в толпе.       Сакуру не особо заботило, что она упустила его, ее куда больше интересовало, почему тот незнакомец был человеком. А она была уверена, что именно он и является сбежавшим из мира мертвых. Вот только существа, покинувшие свою обитель, становятся уродами и даже близко не походят на людей. Куноичи знала, что обязана найти беглеца и убить, но больше всего она хотела узнать, почему он выглядит, как человек и почему его никто не ищет.       Поиски не заняли много времени. Сбежавший заявил о себе на следующий день. Сакура никогда бы не подумала, что когда-нибудь окажется, а темном переулке наедине с нем, кого ей приказано убить. Незнакомец зажал ее между собой и стеной. Как только девушка подняла злобный и удивленный взгляд на беглеца, тот искривил губы в ухмылке и выдохнул клуб дыма в лицо палача. Напасть мешал кунай, угрожающе направленный возле лица медика. Ошейник протестующе сжался, когда Харуно попыталась использовать часть силы, полученной в загробном мире. После нескольких секунд борьбы взглядом, девушка повержено опустила глаза. — Так ты и есть тот самый палач? — ухмылка стала еще шире, но клыков не было. Обычные человеческие зубы, ровные и белые. Он вообще не выглядел способным на убийство, если бы не насмешливый взгляд и оружие. Медик стиснула зубы, подавляя желание обнажить клыки и зашипеть. Трещина на ошейнике позволяла это. Ответа на свой вопрос парень так и не дождался. — И что ты делаешь здесь? Неужели отпустили погулять в мире людей? — Отпусти меня. — девушка зашипела и ее короткие когти впились в предплечье юноши. Тот издевательски засмеялся и в миг кунай в его руке растворился, и беглец отпустил медика, отойдя на несколько шагов назад. Теперь он просто стоял и смотрел на удивленную девушку, облокотившуюся о стену. — Я не собираюсь драться с тобой. — Харуно фыркнула и с опаской посмотрела на беглеца, исказив губы в подобии оскала. Незнакомец понимающе улыбнулся и учтиво поклонился, чем заставил куноичи насторожиться еще больше. — Ясуши, приятно познакомиться. — дружелюбно улыбнулся парень и протянул руку. Бровь девушки недоуменно поднялась, сама она не спешила отвечать на столь неожиданное приветствие. Когти слегка поцарапали потемневший и потресканный от времени кирпич на стене. Резкая смена настроения юноши настораживала и не давала повода доверять ему. Впрочем, другого парень, видимо, и не ожидал. Через пару секунд его улыбка спала и он стал серьезным. — Понимаю, ты не настроена на дружелюбную беседу. Предлагаю сменить обстановку на более приятную, где я смогу все рассказать. — И что мне мешает убить тебя прямо здесь? — куноичи угрожающе оскалилась, ее пальцы сжались в кулаки, из-за чего на пол упало несколько капель крови. — Твое любопытство. — на лице юноши появилась многообещающая ухмылка, его черные, беспросветные глаза слегка сузились. Его рука все еще была протянута, и девушка с легкой опаской вложила в его ладонь свою. Чуть сжав руку, Ясуши отпустил ее и пошел в известном ему направлении. Харуно медленно поплелась вслед, пристально вглядываясь в его спину.       Через минут десять они оказались в маленькой, но уютной квартирке, владельцем которой и был сбежавший из мира мертвых. По пути к дому Харуно неоднократно казалось, что этот странный юноша ведет ее в тихое место, где можно бесшумно избавиться от палача, однако никаких признаков враждебности девушка не заметила. Когда нелюди оказались внутри, Ясуши предложил палачу присесть. Сакура неуверенно присела в кресло и сжала кулак в готовности атаковать. Парень развалился на стоящем рядом старом диване. — Почему ты тут? — первой начала Харуно и слегка прищурилась. — Могу спросить у тебя то же. — расслабленно протянул собеседник и в интересом посмотрел на куноичи. — Но с начала, может скажешь свое имя? Или мне называть тебя палачом? — Харуно Сакура. — процедила куноичи и сделала глубокий вдох. — Ясуши. — дружелюбно, но с долей язвы представился юноша и запрокинул голову на спинку дивана. — Сакура, мне незачем тебя убивать. Во всяком случае, пока ты не захочешь выполнить свой долг. Признаться, я удивлен, что ты свободно живешь в мире людей. Вернее, что надзиратель отпустил еще неопытного палача на свободу после стольких лет поисков. Как тебе удалось настолько вывести эту химеру из себя, что он выгнал столь долгожданный эксперимент обратно в мир людской, к тому же, живым? — Он не выгонял меня. — Харуно нахмурилась, чувствуя, как в горлу подступает ком. То, что надзиратель является химерой она уже знала, и была сильно удивлена этому факту в свое время. Ясуши, будто не замечая, как потемнела девушка, выпустил клуб дыма через нос и прикрыл глаза на секунду. Харуно на пару секунд погрузилась в свои мысли и воспоминания, которые когда-то грели ее заточенную в преисподней душу.

Флешбек.

      Харуно сидела на диване, закутавшись в плед и бездумно смотрела в раскрытую книгу. Мысли путались и девушке не удавалось сосредоточиться и вникнуть в смысл слов, напечатанных на пожелтевшей от времени бумаге. А холодные руки, внезапно появившиеся поверх ее собственных, окончательно вывели девушку из состояния спокойствия. Бывшая куноичи медленно подняла голову и столкнулась с глубокими и пустыми золотыми глазами, с легкой усмешкой наблюдавшие за ученицей. Через секунду Рэйден будто растворился в воздухе и тут же оказался рядом с девушкой на диване, так же закутанный в плед. — И как ты это делаешь? — тихо, без особого восторга прошептала Харуно. У нее было достаточно времени, чтобы понять, насколько могущественны существа из преисподней. Рука демона легла ей на талию и девушка неосознанно прижалась крепче. Он был холодным.       В Конохе она так часто коротала дождливые вечера. Дома, будучи закутанной в плед и с кружкой чая, любая книга казалась интересней. Иногда ей составляли компанию друзья или Наруто. Причем последний мог появиться на пороге в самый неожиданный момент, привычно улыбнуться и, запустив пятерню в мокрые волосы, нелепо поздороваться и осведомить девушку о плохой погоде. Тогда надобность в пледе отпадала. Теплые, крепкие руки грели лучше любой шерсти. А бессмысленные разговоры с подругой поднимали настроение в серые дни.       И все это стало воспоминаниями. То, что казалось обыденным стало невозможным. Рядом было лишь несколько существ из мира мертвых, и Рэйден был самым частым гостем в ее доме. Но он слишком был охвачен пороками. Он не видит тепла в обычном объятии или в случайном касании. В его сознании все искажено. Демон всегда был потрясающим искусителем, и Сакура добровольно шла за ним, медленно погружаясь в свои пороки и застревая там. — Я могу многое. — бархатный голос заставил девушку вздрогнуть и покинуть мир своих воспоминаний. Харуно подняла мутный взгляд на собеседника и улыбнулась. Его глаза угрожающе светились, но медик была уверена — он не причинит ей вреда. По крайней мере, пока. — Так зачем ты пришел? — Что, уже должен быть повод? — рот демона исказился в усмешке, и он взял книгу из рук девушки, небрежно бросив ее на пол. Его лицо находилось слишком близко с лицом Харуно, и та шумно выдохнула, поразившись, как накалилась обстановка от присутствия этого ледяного парня. Он пару секунд всматривался в глаза девушки, после чего отстранился. — Надзиратель передал, чтобы через два часа ты была готова. Будут новые исследования. Нельзя было не заметить, как изменилось лицо Сакуры после этой фразы. Ее брови сошлись на переносице, и она слегка отодвинулась от демона. В комнате раздался приятный смех, и Харуно надулась, как маленький ребенок. — Он постоянно проводит эти исследования, хотя я даже не знаю, кто он! — и это было правдой. Сколько бы она не думала, в ее голову не приходило ни одного рационального объяснения. Он наравне мог находиться и с демонами, и с ангелами, но за своего они надзирателя не принимали. В том, что этот монстр не являлся палачом, Сакура была уверена. — Он и сам является результатом исследований. — на секунду Рэйден нахмурился, но вскоре его выражение лица сменилось на спокойное. Харуно слегка напряглась и уставилась на учителя, ожидая продолжения. — Несколько столетий назад, когда люди были слишком зациклены на религиях и мифах, одному небольшому народу пришло в голову воссоздать палача самим. Чтобы он защищал их от всех напастей и помогал им быть «ближе к Богу». Им было известно, что палачи являются сочетанием трех существ, и человеком в этом сочетании стал твой надзиратель. Не знаю, каким способом они смогли получить в свое распоряжение беса и какого-то ангела, но они смогли. Не думаю, что нужно вдаваться в подробности соединения этих существ, но у них получилось. Эти фанатики действительно получили существо, имеющее огромную по вашим меркам силу и регенерацию. — едка усмешка украсила лицо сына Люцифера и тот откинул голову на спинку дивана. — вскоре этот «палач» перебил все селение за то, что они якобы ограничивали его. Вместо защиты твой надзиратель предпочел стать разрушителем и строил планы на завоевание селений. Насколько я знаю, его мозг не смог контролировать всех существ и был полностью поглощен жаждой крови и утоления своей боли. Но его быстро нашли и отправили сюда обучать и приспосабливать настоящих палачей. Отсюда и ненависть к тебе и вообще ко всем существам из мира живых или мертвых.       Сакура нахмурилась и положила руку на живот. Она четко помнила, как покрывалось волдырями и язвами лицо и тело надзирателя, когда тот устроил ей зачет. В душе появился страх, что она тоже не сможет контролировать себя и станет настоящим монстром. Тогда умрет много невинных людей. Рэйден усмехнулся, увидев слегка подавленное состояние своей ученицы и потрепал ее по волосам. — До такого не дойдет. Ты — оригинал, а он был лишь пародия, созданная людьми. — Харуно кивнула, но все же нахмурилась, сомневаясь в его словах. Уж слишком сильно эта пародия была похожа на оригинал. Если быть честным — надзиратель мог прикончить куноичи, не прилагая к этому особых усилий. — Даже если ты и выйдешь из-под контроля, никто не пострадает. Я узнаю и об этом и остановлю тебя. Убью, если понадобится.       Девушка слабо вздрогнула и мельком взглянула на своего учителя. Не смотря на его расслабленный вид, он говорил абсолютно серьезно. Как бы он ни относился к палачу, в случае катастрофы он пойдет на крайние меры, дабы сохранить равновесие. И ради этого Рэйден может лично разорвать на куски ту, которую он обучал и охранял.       Рыжеволосый красавец, увидев, как Харуно поникла еще больше, рывком притянул ее ближе и усадил себе на колени. Девушка дернулась и протестующе стукнула его по плечу, но не отстранилась. Ледяные ладони обхватили ее лицо и приблизили его еще ближе. — Я же сказал, что до этого не дойдет. Ты поддаешься обучению и справляешься со своими заданиями. За время твоего пребывания ты не убила ни одного человека. Вспомни, сколько жизней ты отняла, когда была шиноби. — Сакура убрала его руки со своего лица и опустила голову. Рэйден был полностью прав, пусть она и была ирьенином, ей приходилось убивать, и не раз. Сердце сковал совершенно необоснованный страх, и девушка уткнулась лбом в его плечо, мелко задрожав. Перед глазами замелькали картины войны, море крови и полные надежды взгляды бойцов, находившихся в предсмертном состоянии. Она не смогла спасти их. А в следующий раз она сама может стать причиной их смерти. — Мне страшно, Рэйден. — ее тихий, дрожащий голос разрезал тишину. Маленькие ладони сжали майку демона, и он нахмурился. — Я не хочу быть палачом. — Но ты будешь им. — на руках демона стали появляться огненные татуировки, и он слабо потряс девушку за плечи. — Твои желания не влияют на это. Прекрати истерику и открой глаза. Он не смог контролировать себя потому что изначально хотел власти. И поддался своим желаниям. Надзирателю изначально было не дано управлять силой, которая есть у тебя. — Прости. — тихо, практически не слышно прошептала девушка и разжала кулаки. Вскоре ее примеру последовал и Рэйден, и отпустил ее, недовольно фыркнув. Татуировки исчезли, и демон мягко улыбнулся, когда Харуно расслабленно прижалась к нему. Рука парня легла на макушку медика, и тот мягко обнял ее. Хотелось бы сказать, что он чувствовал умиротворение и какое-то подобие счастья рядом с девушкой, но нет. Этот рыжеволосый красавец не чувствовал ничего, хотя бы отдаленно похожее на счастье, даже рядом с Сакурой. — Мне пора. — юноша отстранился и отпустил бывшую куноичи. Она прикусила губу и недовольно отвернулась, что вызвало у рыжеволосого красавца снисходительную усмешку. Он наклонился и едва ощутимо коснулся губ девушки, после чего отстранился. — Я приду, когда ты освободишься. Через пару секунд Харуно уже сидела на диване в полном одиночестве.

Конец флешбека.

— Все в порядке, Сакура? — девушка вздрогнула и посмотрела на собеседника. Тот с начала недоуменно покосился на нее, но после снисходительно улыбнулся и вновь расслабленно откинул голову. — Похоже, жизнь в преисподней оставила на тебе свой след. Ты слишком привязалась к ним за эти пять лет. — Это не правда.  — Будь по-твоему. — губы парня украсила усмешка и он медленно выпустил клуб дыма на медика. Она отвернулась и недовольно фыркнула. Что ни говори, а этот беглец окутанный в дыме выглядел вызывающе и притягивающе. — Так кто ты? — Харуно склонила голову набок и оценивающе оглядела его. Внутреннее эго с ухмылкой прошипело, что она и впрямь слишком сильно повязла в своих грехах и среди людей она считается грязной девкой, если можно так выразиться. Ты убиваешь, лжешь и рушишь чужие судьбы.  — Падший ангел. — Харуно уже открыла рот, чтобы накрыть юношу волной вопросов, но он пересек все на корню, приложив указательный палец к губам и протянув пачку сигарет. Девушка нахмурилась и брезгливо дернула головой, нетерпеливо шикнув. Будто на зло, беглец взял сигарету, зажег ее и смачно затянулся, через пару секунд выпустив новый клуб дыма. — Чуть больше пяти лет назад началась суматоха, преимущественно из-за тебя и многочисленных побегов. Тогда я смог сбежать и избежать преследования. Залег на дно, а когда все стало забываться, продолжил свое существование здесь. — Если все, что ты сказал правда, то почему тебя не отличить от обычного человека? — от насмешливого взгляда Сакура тихо зарычала и прошлась когтями по подлокотнику. — Каждый падший даже близко не похож на человека и не способен к связной речи из-за невыносимой боли. — Так и было. В начале. — Ясуши положив выкуренную наполовину сигарету на стол и медленно снял майку. На его груди было несколько уродливых шрамов, один тянулся до живота. Левое плечо будто было выжжено. — Я укрылся от людей в тот период. Со временем я смог контролировать свое тело. С начала я мог контролировать себя лишь частично, через пол года я уже был похож на человека, только уродца: ходил я шатаясь, руки тряслись и сам был дерганным. Через год я уже полностью мог контролировать себя несколько часов подряд. Сил, которые были у меня я лишился, осталась только физическая сила, превышающая человеческую и больший объем чакры. — И ради чего все это? — бровь девушки издевательски поднялась, а сама она пристально взглянула на собеседника, чуть наклонившись. Голос угрожающе понизился. — Почему ты прошел через все эти муки? С какой целью? — Я знаю, к чему ты клонишь. — Ясуши устало выдохнул и запрокинул голову. Взгляд его темных глаз уставился в обшарпанный потолок. — Сакура, я прошел через все это не для того, чтобы убивать или приносить страдания. Если бы я хотел разрушений, я бы не пытался стать похожим на людей и не поселился тут. Я тут, потому что я хочу быть человеком. — Ты променял место в раю и бессмертие на эту дыру, нищее существование и уязвимое тело? У тебя проблемы, приятель. — Может быть, но ты не далеко ушла от меня. Здесь ты не более, чем пешка в руках высших чинов, а там ты — уникальное существо, которое все боятся и уважают. Однако ты не рвешься вернуться в мир иной, верно? — его губы не были изогнуты в усмешке, юноша лишь пристально смотрел в глаза Харуно, будто заглядывая в душу. Последовал глубокий, усталый вздох, и Ясуши разорвал зрительный контакт. — Я никогда не знал, что такое свобода. Как бы прекрасно там ни было, я не мог прожить даже дня, как живете вы всегда. У меня были свои обязанности, и никто не имел право на ошибку. Мы же выше людей, нам нельзя. По крайней мере, я так успокаивал себя. — судорожный затяг, и серый дым окутал и так накуренное помещение, от чего Сакура поморщилась и покосилась в сторону окна. Собеседник тихо фыркнул и открыл ставни, оперевшись лбом в стекло.       Какая-то часть девушки говорила, что он прямая угроза, которую нужно устранить, но другая часть, видящая в сбежавшем отчаяние и скорбь значительно перевешивала. Харуно даже хотела прервать разговор, если бы не воспаленное любопытство, желающее узнать все. Ясуши минуту смотрел в окно, после чего вернулся на свое прежнее место. Сигареты в зубах уже не было, а на лице юноши играла расслабленная улыбка. — Я хотел сделать это задолго до твоих поисков. Но удобный случай выпал не так давно. И, черт возьми, я ни разу не пожалел об этом! Дни, когда я сгорал изнутри и сдирал с себя кожу и волосы я никогда не забуду, но это того стоило. Ты не представляешь, что я чувствовал, когда в первый раз попал под дождь. — любая враждебность исчезла, когда взгляд собеседника потеплел, и он мягко улыбнулся. — Я прошел через это не для того, чтобы убивать или быть убитым. Я просто хочу жить, Сакура.       Харуно не решалась продолжить разговор, переводя взгляд с юноши к окну и обратно. Беглец же, напротив, пристально разглядывал палача, выискивая в ее спокойном, грустном лице ответы на его вопросы. — Ты можешь попытаться меня убить, но с начала сними этот ограничитель. — самодовольная усмешка заставила девушку тихо зашипеть и процарапать обивку кресла. Беглец примирительно поднял руки и мягко улыбнулся. Что не говори, а он сохранил в себе способность располагать к себе. Рядом с ним было непонятное спокойствие, которое было рядом с Мэнэбу, но никогда рядом с рыжеволосым демоном. И это чувство убивало всякую враждебность к этому беглецу. Обычно все сбежавшие из мира мертвых вызывали лишь отвращение и враждебность. — Не удивлюсь, если его поставил тот, кому ты доверяла больше всех.       Харуно фыркнула и отвернулась. Чувство, что ее предали вернулось и, казалось, усилилось. В принципе, она узнала все, что хотела и уже могла идти. Хозяин дома тоже это понимал, но у него тоже были вопросы. — Все, что ты скажешь, не выйдет за пределы этой комнаты. — Сакура, имеющая до этого довольно скорбную гримасу, выпрямилась и вопросительно подняла бровь. — Если мне понадобится исповедь, я свяжусь с тобой. — сознание издевательски усмехнулось и в голове пронеслись картины, которые хотелось забыть. Она действительно не раз делала то, чего не следовало бы делать, но говорить об этом со сбежавшим из мира мертвых не было желания. Он все еще мог нести угрозу, и его рассказ не устранил подозрения в палаче. И Ясуши понимал это. — Я не враг тебе, как и ты не враг мне. — примирительный жест и мягкая улыбка действовала успокаивающе, но, казалось, Харуно она вывела из себя еще больше. Ее взгляд потемнел, и она наклонилась, впившись когтями в подлокотники. — Откуда мне знать? — хоть Сакура и сказала это тихо, истерика в ее голосе была отчетливо слышна, а в глазах вновь появилось хорошо скрываемое ранее отчаяние вперемешку с болью пережитого. — Он тоже говорил, что не враг мне, но это не помешало ему использовать меня все эти годы, а после выбросить сюда, подарив этот ошейник на прощание!       На последних словах девушка запнулась, и откинула голову назад, отгоняя непрошеные слезы. Ее доверие и любовь принесли слишком много боли. Она много лет безответно любила Учиху, и не одну ночь провела в слезах. Не раз черноволосый мститель пытался ее убить, и не раз говорил, какая она бесполезная и жалкая. Потом в ее жизни появился Наруто, который ранее был для нее не больше, чем товарищ по команде и хороший друг. Он любил ее искренне, и время, когда они только начали встречаться Сакура не забудет никогда. А потом все разрушилось. Нелепая подстава, ссора и косые взгляды в сторону друг друга. Чувство предательства.       И стоило ситуации разрешиться, как в ее жизнь ворвались существа из преисподней, и все пошло наперекосяк. Семья и друзья стали воспоминаниями, далекими и теплыми. Тогда ее любовь к Наруто стала приносить еще больше боли, чем ее детская влюбленность в Саске. Понимание собственной беспомощности и осознание, что ее близкие тоже страдают и не могут успокоиться ее пропажей сводили с ума. Она знала, что Наруто днями прочесывал лес в первые месяцы, и что Мирана успокаивала родителей, стараясь не разреветься самой.       Изнасилование отбило желание жить, и тогда Харуно не раз думала о самоубийстве. Лишь постоянный присмотр и остатки рассудка удерживали ее от этого поступка. А после в ее жизнь стал врываться рыжеволосый демон, из-за которого бывшую куноичи и посещали мысли о суициде. Но он защищал Сакуру и, к несчастью или нет, проводил с ней довольно много времени, больше не проявляя ни малейшего интереса к ее телу. И это невольно давало ощущение защищенности, а обида забывалась. Во временем от постоянного одиночества она начала медленно сходить с ума, и дабы не уйти с головой в мир больных фантазий, она выбрала остаться в этом мире. И проводником стал именно Рейден. Во второй раз уже не было отвращения.       Она знала, что любовь бессмысленна. Тем более, любовь к исчадию ада, но не смогла предостеречь себя от этой напасти. Наруто оставил на ее жизни свой след, который всегда напоминал ей о том, что когда-то и она была счастлива и любима. Возвращение к обычной жизни казалось невозможным, и она стала привыкать к тренировкам и времяпрепровождению с демоном. Она привыкла к тому, что ее используют и это почти вошло в норму.       А потом она оказалась снова в мире людей, дезориентированная и потерянная. Все, что она строила, рухнуло, и ей пришлось вновь приживаться, на этот раз с чувством предательства и унижения.       И свою новую жизнь она начала с того, что разрушает чужую. Кем бы она ни была, врачом или палачом, она не имеет право отнимать у кого-то счастье лишь потому, что так хочется. Кира верная и любящая девушка, достойная Наруто, а Сакура… лишь разрушитель. Она знает это, и все равно не оттолкнула Наруто, не переборола себя. Она монстр. — Эй, ты в порядке? — словесный поток прервала теплая рука, которую Харуно истерично скинула с себя. Пелена уже застилала глаза, и девушка зажмурилась, тихо всхлипнув. Ясуши мягко сжал ее плечо и поднял ее подбородок. — Я не знаю, что ты чувствуешь, и что ты пережила, но я могу помочь. — Мне не нужна твоя помощь. — дрожащий голос говорил обратное, но перечить юноша не стал. Он отстранился и приземлился обратно на свой диван, с интересом смотря на куноичи. — По тебе не скажешь. — легкая усмешка, которая мигом пропала, стоило Харуно взглянуть на него темно-зелеными, блестящими глазами. Ясуши глубоко вздохнул и слегка наклонился, ободряюще улыбнувшись. — Мне было трудно войти в человеческий ритм жизни, и никто не мог помочь мне. Никто и не хотел. Ты во второй раз пережила эту смену обстановки, и тебе еще труднее. Ты пережила предательство. Тебе больно, и ты не знаешь, что делать. Сакура, мне незачем вредить тебе, я просто хочу помочь потому что ты человек, а не палач, о котором ходят легенды. — Ты так уверен в этом? — лицо девушки вновь стало бесстрастным, и она спокойно смотрела на собеседника, слегка склонив голову набок. Сознание говорило, что он хочет помочь, но ирьенин игнорировало его. — Я пять лет провела в заточении, и мой круг общения ограничивался тремя существами, одно из которых ставило на мне опыты и пыталось убить. — И, тем не менее, ошейник на тебя надел не он, верно? — Не он. — задумчиво протянула девушка, с интересом взглянув на беглеца. Идея своеобразной исповеди уже не казалась глупой. Тем более, в случае чего, она могла убить его, если бы приложила достаточно усилий для этого. Но Харуно верила, что до этого не дойдет. И Ясуши видел ее смешанные чувства. — Ты можешь верить мне. Хоть я и сбежал из иного мира и стал человеком, во мне осталась светлая часть. — Это сделал мой учитель. — грустная усмешка украсила лицо палача, стоило ей вспомнить его образ, слишком идеальный для мира живых. Отогнав мысли о Рэйдене, она продолжила. — Демон и сын Люцифера. Ничего не было, даже намека на это. Он просто пришел, такой же, как и всегда. А потом он коротко сказал, что я возвращаюсь и что это для моего блага. Далее невыносимая боль и упадок сил. Я потеряла над собой контроль и не соображала, что происходит и где я нахожусь. Когда я вновь смогла ориентироваться, Рэйдена уже не было рядом. Он медленно отходил от меня, что-то говоря.       Девушка истерично усмехнулась и запустила пальцы в волосы, сжав их. Возвращаться в тот день было больно. — Я вернулась в родную деревню и вновь стала шиноби. Старалась забыть все, что произошло. Правда, пока это плохо получается. Ясуши мягко улыбнулся потер шею, вспоминая, как долго его самого преследовали призраки прошлой жизни. Ведь в человеческом мире все по-другому, и приспособиться к новому обществу со своими ценностями и порядками было трудно. Но оно того определенно стоило. — Не бойся. — тихий, вкрадчивый голос заставил девушку остановиться и напрячься. — Ты провела пять лет без связи с миром в окружении существ из загробного мира. Я уверен, за это время ты изменилась и сейчас тебе трудно вновь вернуться к прошлой жизни. Даже не пытайся этого, Сакура. Как раньше ты уже никогда не сможешь жить. Просто прими это и научись использовать все, что ты узнала там. — Там меня научили убивать сверхъестественных тварей и мириться с тем, что меня используют. — Харуно истерично засмеялась и подняла взгляд на потолок. С каждой минутой разговора становилось все хуже, даже если Ясуши и хотел помочь. — За пять лет во мне убили все, что у меня было к шестнадцати годам. Они сломали меня. Я больше не надеялась, что я смогу любить, что смогу быть вне своей клетки и что у меня будут друзья. А потом… все так резко изменилось, и я не знаю, что делать. — Делай, что хочешь и не нужно бояться причинить кому-то боль этим. Это неизбежно. — Я не хочу приносить боль, но не могу пересилить себя. — Можешь. — юноша поднялся и подошел к медику. Теплые ладони легки на хрупкие плечи девушки. Он медленно опустился на корточки и заглянул в блестящие от наступающих слез глаза. — Но это не произойдет сразу. Тебе потребуется много времени, чтобы вновь приспособиться к человеческой жизни со своими достоинствами и недостатками. Ты пережила так много, переживешь и это. Поддайся себе и своим желаниям, хотя бы на время. Иначе сойдешь с ума.       Харуно растерянно кивнула и уткнулась лбом в плечо юноши, который мягко улыбался. Было неважно, что он сбежал из мира мертвых и его нужно убить, что он предал когда-то. Сакура точно знала, что он не будет угрозой для людей. Потому что он уже и есть человек.

***

      Через три дня Харуно уже выдвигалась домой. Миссия была успешно выполнена, и можно было не волноваться о том, что ей достанется от Хокаге. С Ясуши они встретились в ночь перед отправлением и пообещали, что будут поддерживать связь друг с другом. Теперь было не так страшно потерять контроль или столкнуться с чем-то непонятным. Помощь была рядом.