Вишня

The Fray – Love Don't Die.

- Нет, я хочу «Зелёную милю»*, - я битый час вырывала у Матвея мышку от ноутбука. Главное слово здесь – «моего» ноутбука, на что парень не переставал смеяться и поднимал тот самый предмет над своей головой. А так как мой рост составлял добрых сто шестьдесят сантиметров, когда Золотарёв был выше меня на целую голову, если не больше, я совершенно не доставала до него, не переставая прыгать, что ещё больше раздражало и бесило меня. Да к тому же он не сидел на стуле, как нормальный человек за компьютером, а делал всё стоя. Назло мне. – Матвей! - Что? – парень оторвался от экрана и посмотрел на меня. Я сложила руки на груди, вскинув голову вверх и надув губы, словно маленький ребёнок, у которого только что отняли конфету. – А я хочу «Риддика»**. - Ты один собрался смотреть? Давай считаться с мнением тех людей, которые находятся рядом с тобой, - заявила я, попытавшись ещё раз вырвать мышь из его рук, но он снова поднял её над головой. Издевается, скотина! – Хорошо, мы не будем ничего смотреть! – я развернулась и плюхнулась на диван, не переставая буравить парня рассерженным взглядом. - Ну, не дуйся, - Золотарёв подошёл ко мне и сел рядом, забыв про ноутбук и фильм. Я, громко фыркнув, отвернулась к окну, разглядывая тёмно-серое с проблесками голубоватого небо. Дождь уже закончился и, вероятно, чернота скоро рассеется, что немного радовало. Не любила я пасмурную погоду, которая нагнетала на меня странные воспоминания далеко не самого позитивного содержания. – Ксю, - Матвей развернул меня к себе лицом и слегка улыбнулся, выставляя на всеобщее обозрение очаровательные ямочки. И только сейчас я почувствовала тёплые прикосновения его тёплых ладоней к своей коже. - Почему ты не можешь уступить мне? Я же всё-таки девушка… - да, я поступала более чем подло, прикрываясь стандартным оправданием любой девчонки, что иногда приводило в невероятный ступор каждого парня. Но Матвей оправдал мои ожидания: он лишь усмехнулся, заражая меня своей искренней улыбкой. - Ну, потому что дай тебе повод – ты на шею сядешь, - честно ответил он, отчего и получил диванной подушкой по физиономии. - Ты свинья, Золотарёв, - я ещё раз стукнула его подушкой и откинулась на спинку дивана, переводя дыхание. – Ты меня скоро так до белого каления доведёшь. - Это хорошо или плохо? – пробормотал он, подвигаясь ближе ко мне. Меня кинуло в жар, и я шумно сглотнула подступившую слюну, всё также продолжая смотреть в невидимую точку на противоположной стене. С каких это пор Матвей начал вгонять мою персону в краску и заставлять смущаться? Я даже и не заметила этого, что действительно странно. - А ты сам как думаешь? – я посмотрела на него через плечо и слегка улыбнулась. – Не хотелось бы раньше времени слечь от нервного срыва. - Ты отчаянная пессимистка, Вишня, - задумчиво произнёс парень, не сводя с меня взгляда. Его голубые глаза меняли цвет. Это я ещё поняла тогда, когда мы были на посиделках у костра. Сейчас они были цвета утренней лазури с бирюзовыми вкраплениями около зрачков. Удивительные глаза, что нельзя сказать о моих – светло-зелёные, даже можно сказать, что тусклые и лишённые какого-либо блеска. - Я реалист, - слишком чётко произнесла я, поднимаясь с дивана. – Ты есть хочешь? – Время практически перевалило за полдень, а я ещё даже не завтракала, что являлось совершенно обыденной вещью в моём мировоззрении. - Немного, - честно ответил Золотарёв. – Чем меня порадуешь? – Видимо, фильм отменяется, чему я даже была рада. Не хочу я смотреть «Риддика», настолько он мне приелся. Спасибо огромное моему двоюродному двенадцатилетнему брату, который на весенних каникулах гостил у нас и не по разу пересматривал все части. Не спорю, что Вин Дизель - крутой актёр, но этот фильм не числится в моих любимых и тех, которые хочется постоянно пересматривать. К тому же братец был помешан на вселенной «Marvel»*** - его коллекция комиксов валялась, где ни попадя – один журнал я даже нашла в своём комоде с нижним бельём; чего я до сих пор понять не могу – это как он там оказался. - Губу закати, - усмехнувшись, бросила я, удаляясь в сторону небольшой, но достаточно уютной светлой кухни. – Яичницы с тебя хватит. *** - Чёрт! – Громко заверещала я, когда горячее масло начало «стрелять» в меня со сковородки. Честно сказать, я никогда не любила готовить, и даже такое простое блюдо как яичница, у меня редко удавалось: оно либо подгорало, либо оставалось сырым, либо вообще, не начав готовиться, улетало в мусорное ведро. - Что ты орёшь? – на кухне появился Матвей, широко зевнув и с хрустом потянувшись, подошёл ко мне. Я быстро отскочила от плиты и угрюмо посмотрела на него, но это продолжалось недолго: дьявол! Он снял свою толстовку и остался в одной майке-алкоголичке, цвет которой отменно подчёркивал его загорелые мышцы. Мама, роди меня обратно. И почему-то мне захотелось его снова потрогать, но, вовремя одумавшись, я тряхнула головой, тем самым уничтожая очередное наваждение. - Меня масло обожгло, - надув губы, пожаловалась я и сложила руки на груди. Золотарёв перевёл удивлённый взгляд на меня и громко рассмеялся. – Чего ржёшь, придурок? - Неужели ты не знаешь, что огонь нужно убавлять, когда сковорода нагрелась? – вскинув брови вверх, произнёс он и забрал деревянную лопаточку из моих рук. – Горе ты луковое, Вишня. Иди, садись, я сам приготовлю нам обед, – парень подтолкнул меня в сторону стола и отвернулся, доставая из холодильника яйца, помидор и пучок зелени. Я, хмыкнув, села на стул, поджала под себя ноги и начала наблюдать за действиями Матвея. - Не люблю готовить, - как бы невзначай отчеканила я, стащив из хрустальной вазочки, стоящей на столе, пару шоколадных конфет. - Это плохо, - констатировал очевидный факт Золотарёв, посмотрев на меня через плечо. – Девушка должна уметь готовить. По крайней мере, мама должна была тебя научить элементарным вещам, таким как яичница. – Он кивнул головой в сторону ещё не начатого блюда. - Некому меня учить. Мама всё время работает, я её практически не вижу, отец… пожалуй, пропустим эту тему, а бабуля живёт постоянно здесь, поэтому я неуч и не быть мне кулинаром, - я скомкала блестящий фантик в руке и кинула его в мусорное ведро, стоявшее в метре от меня. - Вставай, - резко произнёс Матвей, отчего я вздрогнула, а злополучная конфета вывалилась у меня изо рта и укатилась под стол. – Будем тебя учить готовить. - Сбрендил? – скептически поинтересовалась я, но всё же встала со своего места и подошла к Золотарёву. - Давай, Вишня, - парень подхватил меня под локоть и поставил лицом к столешнице, на которой уже лежал наполовину нарезанный помидор. – Бери нож, – он бережно сунул мне его в правую руку и зажал в ладони. - Я знаю, как держать нож, Моть, - огрызнулась я. – Вроде пока ещё не инвалид. - Хорошо. Теперь режь помидор кубиками, - я, выслушав его наставления, начала медленно нарезать сочный овощ сначала на колесики, потом уже на кубики, а всё это время Матвей стоял позади меня слишком близко, отчего мои щёки снова становились, как этот самый помидор, находившийся на разделочной доске, а внизу живота было слишком горячо. – А ты говорила… Всё у тебя прекрасно получается. - Ага, сто раз, - я обернулась к Матвею в пол-оборота и порезала указательный палец левой руки. – Чёрт! - быстро зажав его во рту, я откинула «смертельное» орудие, подальше, в сторону. - Нельзя отвлекаться, когда работаешь с ножом, Вишня, - парень повернул меня к себе лицом. – Дай, посмотрю. – Он аккуратно взял меня за запястье и пристально взглянул на небольшую ранку, которая не переставала кровоточить. - Ничего страшного, я за пластырем сейчас схожу и вернусь, - тихо произнесла я, но Золотарёв выставил ладонь вперёд и отрицательно покачал головой. – Что? - Говори, где аптечка, я сам схожу, а ты садись и жди меня, - заботливо ответил он, при этом выключая газ, о чём я совершенно позабыла, растяпа. - В прихожей, в тумбочке, которая стоит около входа, - на автомате пробормотала я, провожая спину Золотарёва восхищённым взглядом. Через минуту он вернулся с белой коробкой в руках. Достав пачку пластырей, которые занимали практически всё место в этой аптечке, Матвей бережно изъял небольшой кусочек с зелёной прослойкой и, опустившись на корточки, взял мою руку в свою. Он перевернул её ладонью вверх и медленно провёл большим пальцем от запястья к середине ладони, практически невесомо, отчего я отдёрнула руку. Но не из-за того, что мне было неприятно. – Щекотно, вообще-то. Давай, клей уже. – Мой голос слегка дрогнул. Помимо того, что мне было щекотно, по моему телу прошёл странный электрический импульс, ранее не знакомый мне. - Ладно, - загадочно ответил Золотарёв, накручивая пластырь на мой палец. Закончил он достаточно быстро, но подниматься в полный рост пока что не стремился. - Всё, теперь тебе кровопотеря не грозит. – Матвей похлопал меня по оголённой коленке и улыбнулся. - Спасибо, Моть, - я взлохматила его светло-русые волосы на макушке, что делала в детстве постоянно. Его рост был когда-то меньше моего, поэтому мне не составляло огромных трудов производить это немного наивное движение. Ему всегда нравилось, когда я так делала. Даже сейчас он слегка прикрыл глаза, рассматривая меня из-под полуопущенных ресниц. - Можно тебя кое-о-чём спросить, Вишня? - Тихо, почти не слышно, пробормотал Золотарёв, продолжая пристально на меня смотреть. - Помни о наставлении моей немного свихнувшейся матери, - как бы в шутку произнесла я, тихо хихикнув, и покрутила пальцем у виска. – То, что я тебе говорила у костра… - Я помню, - теперь Матвей поднялся в полный рост и смотрел на меня сверху-вниз, и снова его глаза поменяли цвет - потемнели, словно синее море в самый сильный шторм, но в то же время слишком яро завораживали и тянули на дно этого самого моря. Я шумно сглотнула, не отрывая взгляда. Он действительно изменился, и я никогда бы не подумала, что этот парень сможет возродить во мне такой сильный интерес. Кто бы только знал… - А ты помни о моём козыре, Вишня. - Давай без крайностей, Моть, - я слегка улыбнулась, ожидая от него ответа. – Я всё равно буду соблюдать мамино условие, несмотря на то, что оно бредовое. - Хорошо, сейчас проверим, - парень сузил глаза и ухмыльнулся. Он что-то задумал, в этом я была абсолютно уверена. – Ты не будешь возражать, если я тебя поцелую? - Что? – кровь прилила к моему лицу, и я в мгновение стала серьёзной. Возможно, где-то в глубине души я хотела этого, но не так сразу, не так резко. Чёрт. - Отвечай, - Золотарёв усмехнулся и наклонился ко мне, отчего я подскочила со стула и прислонилась к той самой столешнице, где несколько минут назад он учил меня, как правильно резать овощи. – Согласно условию твоей матери. - Издеваешься, да, Золотарёв? – хмыкнула я, слишком сильно втиснувшись руками в деревянную поверхность. – Имей в виду, что… - не успела я ответить, как он в два шага преодолел расстояние между нами и теперь стоял напротив, дыша мне практически в губы, поставив обе руки около моих бёдер. Я снова сглотнула. Его горячее дыхание обжигало, и мне действительно хотелось его поцеловать. Теперь, когда между нами считанный миллиметр воздуха. - Нет, ты сама мне поставила условие, Вишня, - тихо прошептал он, слегка хрипя, отчего по спине пробежал табун неистовых мурашек. – А я люблю играть. - Вернее, издеваться, - моё дыхание стало слишком частым, слишком сбитым, но мне было уже абсолютно наплевать. - Ответь мне, Вишня, - я его совершенно не узнавала. Это был не тот Матвей, который минуту назад обрабатывал мне палец. Но таким он мне нравился ещё больше. Да что же со мной такое творится? - Нет, - прошептала я, и в этот момент он дотронулся до моих губ своими, невесомо, я сказала бы даже слишком легко, но этого было более чем достаточно для того, чтобы я почувствовала себя оголённым нервом. Он опустил свои руки ниже и, обхватив меня за бёдра, посадил на столешницу, не отрывая своего потемневшего взгляда. Теперь там был не только шторм, но и ураган, который совершенно ничего не щадил. Не хватало только всплесков яркой молнии. - Что ты делаешь, Моть? – мой голос не был похож на тот обыденный, и от этого становилось немного не по себе. - Выполняю условие, Вишня, - в этот раз, он не стал растягивать то, что начал. Матвей раздвинул языком мои губы и проник вовнутрь, исследуя нёбо, а затем соединился с моим языком, что я позволила, нисколько не сопротивляясь. Плавно, но настолько неистово, что я обхватила торс парня ногами и вцепилась ему в волосы, подвигая ещё ближе. В этот момент я почувствовала его улыбку, и он резко отпрянул от меня, чего я не ожидала: не удержавшись, я съехала ему прямо в объятия. - Ты свинья, - буркнула я и стукнула Золотарёва кулачком по груди, отчего он усмехнулся. – Издеватель и подстрекатель. – В этот момент Матвей держал меня под ягодицы. Получалось так, что я находилась у него на руках. Ни один парень еще не носил меня на руках. Приятно даже, но в данный момент мне хотелось убить его. - Издеватель? Подстрекатель? Ну ты загнула, - отпускать он меня всё ещё не решался, продолжая смотреть в мои глаза с лёгким прищуром. - Ты воспользовался моим положением, - заявила я, умудрившись как-то сложить руки на груди и вздёрнуть голову вверх. Его рука заползла ко мне под майку и прошлась по пояснице. – Матвей! Руки прочь! И вообще, отпусти меня. - Что я такого сделал? Минуту назад ты сама меня чуть на британский флаг не порвала, – наигранно ужаснулся парень и, усмехнувшись, поставил меня на пол. – А ты покраснела… - задумчиво протянул он, но я его бесцеремонно прервала. - А ты придурок, - я слегка его толкнула и пошла прочь с кухни. – Кажется, я сегодня без еды осталась. Спасибо тебе. - А ты ненасытная. - Меня уже начинал бесить этот союз «а», а мои щёки не желали принимать свой естественный цвет. - Ах, ты извращуга, - я кинула в него своим тапком, но не попала – Матвей уклонился, снова рассмеявшись. Весёлый нам, однако, предстоит денёк. И какой чёрт привел этого сумасброда в мой дом? *«Зелёная миля» - (англ. The Green Mile) — культовая мистическая драма по одноимённому роману Стивена Кинга. **«Риддик» - американский научно-фантастический боевик Дэвида Туи, третий в серии фильмов о космическом преступнике Риддике. ***«Marvel Comics» - американская компания, издающая комиксы.