Моя маленькая сестренка

      Я никогда не замечал и не хотел замечать свою младшую сестру, ну, была и была, остальное не важно. Мы никогда не стремились пойти друг другу навстречу, наладить контакт, потому что нам и по отдельности было не плохо. У нас никогда не было, этого - нас. Мы словно чужие друг другу, перекидывались парой дежурных фраз и шли дальше по своим, нам одним ведомым делам. Та стена, что мы выстроили перед друг другом, определяла все наши действия, и это казалось нормальным, приемлемым в наших отношениях, мы же брат и сестра. Интересное оправдание, правда?       Но однажды, в один момент, не вспомню когда точно, это произошло, я заметил, что сестра-то выросла, изменилась, стала утонченней и грациозней, в ее взгляде появилась надменность и своеобразная покровительственность, такая, какая порой встречается во взглядах императриц, по отношению к своим фаворитам. Я увидел в своей сестре женщину, причем желанную, ту единственную, которой готово покориться мое сердце, моя душа...       Осознание этого факта заставило до боли прикусить губу, ведь стало ясно, как в лунно-звездную ночь, что она никогда не будет моей, потому что мы кровь от крови, и плоть от плоти! Дурацкие доводы разума! Сердце трепещет, а тело горит огнем! Мысли, от которых перехватывало дыхание, самые порочные, что могут быть у мужчины, по отношению к женщине, посещали мою бренную, ошалелую голову, они заставляли выть от безысходности!       Когда я потерял всякую надежду, на спокойный сон, без сладких, дурманящих голову кошмаров, пришла она, та что свела меня с ума и лишила покоя, невыразимо прекрасная, легкая и соблазнительная. Сестра присела на мою кровать, рядом со мной, прижалась головой к моей груди и зашептала своим очаровательным, тягуче-сладким голосом:       - Твое сердце, оно так быстро бьется, словно пташка в клетке, которая хочет вырваться на свободу... Почему твое сердце так жаждет свободы? Я не знал, что ответить. Я позабыл все слова. Она была рядом. Она прижималась ко мне. В голове бил набат. Хотелось все бросить, обнять ее крепко и целовать, целовать, целовать... И похоже моя маленькая сестренка знала об этом, иначе бы не сказала этих роковых для нас двоих слов:       - Я всегда была твоей, ты просто не замечал этого, мой возлюбленный брат... Она заглянула мне в глаза и слабо улыбнулась. С этой улыбкой на устах, она казалась такой обманчиво хрупкой и нежной, но от этого не менее желанной и порочной, именно такой, какой она являлась мне во снах. Я чуть склонил голову и легко коснулся ее алых губ, чтоб запечатлеть давно уже не родственные узы.