Одна секунда

- Подумать не мог, лидер-сан, что ты такой ревнивый. Агги лучился от собственного невозмутимого веселья, а Леда, в свою очередь, буквально скрежетал зубами от злости. - Я не ревнивый! – выпалил он. - Как же не ревнивый, если за ту неделю, что мы официально вместе, ты уже третий раз закатываешь скандал, - расхохотался Агги. Старый парк в обед буднего дня был почти пустым, что неудивительно – большинство людей в такое время было на работе. Однако у музыкантов, живущих по своей программе, как раз сегодня выдался выходной. Обиженный из-за вчерашнего Леда не был настроен куда-то идти, но Агги приехал без предупреждения и чуть ли ни за шкирку вытащил на прогулку. - Не бывает дыма без огня, - поморщился от воспоминаний Леда. – Если бы ты не флиртовал с ним, я бы слова не сказал. Накануне у них был концерт, после которого Леда стал свидетелем очаровательной сцены. Агги – между прочим, его Агги – улыбался в тридцать два зуба и флиртовал с каким-то пареньком из стаффа. От возмущения Леда сначала дар речи потерял, а потом высказал ему все, что думает по этому поводу. Хлопнув дверью, он направился домой, сразу выключив телефон. И зол был настолько, что словами не опишешь. Позже, завернувшись с плед и сжимая в руках чашку, Леда мысленно ругал себя. Стало немного стыдно за столь истеричное поведение. Но из-за выходки Агги тоже было обидно, и Леда лишь сопел в негодовании. Наутро Леда немного успокоился. Все же ничего ужасного не произошло, а шум он поднял такой, как будто застукал своего парня с кем-то в постели. Помешивая в унынии кофе, Леда думал, как теперь быть, когда раздался звонок в дверь. Агги сам разрешил его дилемму. - Я не флиртовал, я вежливо разговаривал, - пояснил Агги. – Тем более, этот парень типичный натурал. - Откуда ты можешь знать? – огрызнулся Леда. - Это видно. - По мне тоже до недавнего времени было видно! Агги только хмыкнул и вдруг, поймав Леду за руку, прижал к себе. - Отпусти! Мы в общественном месте! – зашипел тот, но его сопротивление проигнорировали. - Не сердись, - Агги потерся своей щекой о щеку Леды. - А ты не цепляйся ко всем подряд! – менять гнев на милость Леда не спешил. - Я не цепляюсь, - зашептал на ухо Агги. – Мне нравишься только ты. Даже не представляешь, как нравишься… - А так и не скажешь! – Леда порывисто вырвался из объятий. – Когда кто-то нравится, им не брезгуют. - Лидер-сан! Ну что ты такое говоришь! – возвел глаза к небу Агги. - Констатирую факт! – холодно отрезал тот. - Послушай, - терпеливо начал объяснять Агги. – Я просто хочу дать тебе время. Мне кажется, ты не совсем готов, и еще не осознал полностью… - Прекрати разговаривать со мной, как с ребенком! – взбеленился Леда. – Можно подумать, я девочка, которой надо сберечь честь до свадьбы! - Ты не девочка, - наверное, Агги и сам не представлял до этого, сколько в нем потенциального терпения. – Ты человек, который хочет заняться тем, что всю жизнь считал постыдным. До недавнего времени ты вздрагивал, когда я к тебе просто прикасался. - Я не вздрагивал! – Леда почувствовал, как бледнеет от гнева. Агги покачал головой и обреченно спросил: - Хорошо. Что мне сделать, чтобы ты перестал сердиться? Глаза Леды чуть ли не сверкали от сдерживаемого гнева, побелевшие губы были плотно сжаты. - Сейчас поедем ко мне и сделаем это. - Прямой сейчас? Среди бела дня? – удивился Агги. - А что? Сексом только по ночам занимаются? – с ехидством поинтересовался Леда. Резко развернувшись, он быстро зашагал прочь, и Агги, тихо вздохнув, пошел следом. *** Через плотно зашторенные окна свет в комнату почти не проникал. Леда специально задернул шторы, чтобы создать хоть какую-то иллюзию темноты. Однако комфортней ему не стало. Сейчас он лежал на постели в одном нижнем белье, некрепко обнимая целующего его Агги, и уныло констатировал сам себе: "Не хочу". То, что он морально не готов, стало понятно, едва они переступили порог квартиры. У Леды голова кругом шла, стоило представить, что сейчас будет. До этого момента вся близость с Агги ограничивалась поцелуями и объятиями, что его пока что более чем устраивало. Мысленно он настраивался на большее, но не думал, что все произойдет так скоро. Да оно и не произошло бы, если бы он не разозлился и сам не спровоцировал. Но позорно идти на попятную было выше его сил. Кроме того, это означало признать правоту Агги и свою собственную импульсивность. Агги очень нежно ласкал его, медленно раздевал, но Леде хотелось лишь одного – спросить жалобным голосом: "Будет очень больно?" С самого детства Леда ужасно боялся боли. Когда-то он прочитал, что это называется низким болевым порогом – или, наоборот, высоким – Леда точно не помнил, но суть прочитанного сводилась к следующему. Одни люди могут терпеть боль невероятно долго, не стонать и не причитать при этом. С других станется хлопнуться в обморок от несильного пореза. Узнав об этом, Леда с тоской признал: он относится ко второй группе. Такая слабость характеризовала его не с лучшей стороны, но что поделаешь с собственным организмом? - Агги… - тихо позвал он, пока Агги увлеченно покрывал поцелуями его грудь. Агги тут же остановился и склонился над ним, слегка коснувшись губами щеки, заглядывая в глаза со щемящей нежностью. - Там, в ящике есть презервативы… Ты не думай, я доверяю, – поспешил заверить Леда, боясь быть неправильно понятым. – Просто это какая-никакая смазка, а что-то более подходящее у меня вряд ли… - Не надо, - Агги улыбнулся. – Этого не будет. - Как не будет? – не понял Леда, не осознавая окончательно, что ему сейчас сказали, но уже чувствуя невероятное облегчение. - В следующий раз, - объяснил Агги. – Когда ты действительно захочешь. В ответ Леда только зажмурился и выдохнул. Если бы Агги не отказался сам, он в жизни не смог бы попросить остановиться. Стоило пугающей его перспективе исчезнуть, Леде стало хорошо и спокойно. Неожиданно он сосредоточился на чувствах, которые поражали своей остротой. Агги целовал его шею, скользя языком от уха до ключицы. После спустился ниже, слегка прикусывая соски. Леда поразился, насколько это приятно. Все девушки, с которыми у него были отношения, ничего подобного никогда не делали. Закусывая губу, он наслаждался и мысленно просил не останавливаться. Но Агги продолжил спускаясь губами ниже. Проведя языком по животу вдоль резинки нижнего белья, он остановился на миг, словно ожидая, не воспротивится ли Леда, и медленно потянул ткань вниз. Вцепившись в простыню, Леда замер, ожидая продолжения, но Агги также застыл на месте. Приоткрыв глаза, Леда увидел, что Агги внимательно рассматривает его, любуется, и в глазах читается восхищение. - Самый красивый… - услышал он, прежде чем почувствовал горячие ладони, ласкающие его ниже пояса. Дыхание перехватило, и Леда опять крепко зажмурился. У Агги были потрясающие руки: прикасался он нежно и трепетно, только так, как больше всего хотелось, и Леда тихонько застонал, подаваясь навстречу. Дразнящие прикосновения только распаляли желание, но никак не удовлетворяли. Леда напрочь позабыл о своих недавних страхах и о том, что его партнер впервые в жизни не женщина. Ему было поразительно хорошо. Когда Леда почувствовал прикосновение губ к своему члену, любые посторонние мысли исчезли окончательно. Теперь он только наслаждался каждым движением. Если бы в этот момент Леда рассуждал трезво, он не сказал бы, чтобы Агги как-то необыкновенно и сногсшибательно делал минет. И, возможно, сейчас больше играла роль симпатия, благодарность и теплое чувство в груди, которое Леда не пытался как-то обозначить. Голова кружилась, ощущение времени исчезло, и хотелось только одного – чтобы это не заканчивалось. Руки и губы Агги творили чудеса. Леда прогибался и стонал, просил о чем-то, не совсем осознавая, что произносит. А в момент разрядки ощутил невероятную легкость, словно не было ни этой постели, ни спальни, только пропасть и бесконечное падение. Приходя в себя, он понял, что Агги прижимает его к себе, поглаживает по плечам, зарываясь носом в волосы. Больше всего захотелось прижаться покрепче и уснуть, но чтобы там ни говорил Сойк, совсем эгоистом Леда не был. - Агги, а ты… - Тс-с… - тот прижал его крепче к себе. - Но так нечестно. Давай я… - Давай. В следующий раз. - Но… - Обязательно. В следующий раз. Вздохнув, Леда сдался, признавшись себе, что отвечать на ласки сейчас не хотелось. Он чувствовал такую опустошенность, как будто его вымотали и морально, и физически. - Спасибо, - прошептал он, засыпая. - Пожалуйста. - За понимание спасибо, - уточнил Леда. - За понимание – пожалуйста, - согласился Агги. *** Проснулся Леда только под вечер и никого не обнаружил рядом с собой. Часы показывали начало девятого, и он мысленно схватился за голову – это ж надо было проспать весь день. Натянув на себя джинсы, он, не зажигая свет, прошел на кухню. Но квартира была совершенно пуста, и в тишине было слышно, как в ванной капает вода из незакрученного крана. Это безобразие Леда тут же исправил, при этом укоризненно покачав головой: "Агги, Агги…" Выйдя на балкон, он облокотился на перила и неторопливо закурил. Свежий воздух летнего вечера, тишина маленького дворика, который открывался взору Леды, и поразительная легкость в теле – это и было счастьем. - Что ты сделал со мной? – тихо спросил он, глядя вдаль и улыбаясь своим мыслям. В жизни Леды все всегда было правильно и по порядку. Все своевременно и благополучно. Леда был твердо уверен, что способность четко сформулировать свое желание – это уже половина пути до его достижения. "Вижу цель, не вижу препятствий", - часто повторял он себе в минуты, когда помех для достижения цели, вопреки смелым словам, хватало выше крыши. С детства он знал, кем будет, когда и как. Например, что он станет музыкантом, успешным и всемирно известным. Что он будет богат и популярен. И что всего этого он добьется сам, без посторонней помощи. Она ведь и не нужна, если ты действительно талантлив и обладаешь при этом холодным умом, направляющим дар в нужное русло и не позволяющим ему зачахнуть. Леду не смущало, что большинство гениальных музыкантов, непризнанных писателей, выдающихся ученых по всему миру прозябало в безвестности и бедности. Леда был не таким. Когда-то он услышал теорию, согласно которой человек рождается с рядом достоинств и недостатков, которые не способно подавить ни одно воспитание или образование. И в интересах самого человека понять свои сильные стороны, оценить слабые, и вместо того, чтобы бороться с минусами, положить все силы на преумножение плюсов. Леда трезво оценил самого себя, составил программу действий и решительно, шаг за шагом шел к своей мечте. Но, конечно же, в его планы никак не входило появление человека, враз перевернувшего все, принесшего хаос и отнявшего все силы и мысли от работы. Агги сам по себе был ходячим бедствием. Леда считал, что творческий потенциал друга не многим уступал его собственному. Но Агги, на его взгляд, был чересчур неаккуратным, слишком ленивым, чрезвычайно непостоянным… - Непунктуальный, необязательный, невнимательный, - прошептал Леда, невидящими глазами глядя перед собой и по-прежнему слабо улыбаясь. – А еще такой красивый, умный, веселый… Отбросив окурок толком не пригодившейся сигареты – Леда затянулся от силы пару раз – он вернулся в комнату и медленно опустился в кресло, как и прежде не зажигая свет. Еще минуту он провел в раздумьях, а после взялся за телефон. Трубку сняли после первого гудка. - Что ты со мной сделал? – теперь Леда задал вопрос непосредственно человеку, от которого ожидал получить ответ. - Не знаю. Что? – Агги говорил настороженно, не понимая пока, какого поведения ожидать от Леды после всего случившегося. - Я проспал полдня! Это в выходной-то! – с деланным возмущением сообщил он. - На то он и выходной, - миролюбиво ответил Агги. - В выходной я должен полдня проводить с гитарой, как обычно, и не дрыхнуть, как после трехчасового концерта. - Значит, в этот раз гитаре повезло, - рассмеялся Агги. – Отдохнула от тебя наконец. Леда тихо рассмеялся в ответ. Некоторое время они оба молчали, а после он сообщил: - Я хочу к тебе приехать. - Буду ждать, - согласился Агги.