Отец и Дочь.

Do you want to build a snowman? Or ride our bike around the halls? I think some company is overdue I've started talking to The pictures on the walls! It gets a little lonely All these empty rooms Just watching the hours tick by...

Время для Эльзы тянулось мучительно медленно. Если Анна хотя бы ходила по огромному дворцу, разговаривала с кем-то, то у Эльзы были только папа и небольшая комната. С восьми лет она из неё так больше и не вышла — испугалась самой себя. Сейчас Эльзе двенадцать. Она юна, красива и заперта своим же страхом во дворце. К своему сожалению и слезам, девочка начала забывать маму. Она помнила только леденящий холод во взгляде, да нежные руки, которые не обнимали, а хватали кончиками пальцев её платье, оттаскивая подальше от людей в ледяную тюрьму. Александра была плохой матерью для Эльзы. Поэтому Морис и был зол на неё время от времени. — Пойми же, она наша дочь. — Нет, дорогой, ты ошибаешься. Это чудовище, способное по неосторожности нас убить. Эльза расстраивалась, когда папа заходил один. Но уже через минуту он заключал её в объятия, и грусть проходила. — Пап, почему мама меня боится? Ты же не боишься. На этот вопрос король не отвечал. Разбить сердце дочери ответом — выше его сил. Вся эта семейная идиллия прервалась в одно мгновение. Волшебство Эльзы выросло и прорвалось сквозь перчатки; стена заледенела. Испуганные король и королева вошли в комнату по доносу одной из служанок. На красивом лице Александры застыл шок: на руках дочери были новые перчатки, а стена рядом с ней покрыта толстой коркой льда. Но Морис не был удивлён, знал, это скоро случится. — От слёз всё станет только хуже. Успокойся, — мужчина пытался говорить спокойно, а после протянул дочери руки, пытаясь обнять. На что девочка испуганно сжалась. — Пожалуйста, не подходи. Я не хочу ранить тебя. Девочка расплакалась под серьёзным взглядом отца и не таким холодным матери. Маленький инцидент перевернул всю жизнь с ног на голову.