Факир

Все зрители заняли свои места, готовые к началу представления. Фандрал уселся в первом ряду, потребовав наилучший обзор на правах инициатора мероприятия и автора задумки, не обращая внимания на возгласы Сиф, которой за рослым парнем ничего не было видно. Пришлось девушке перебазироваться на менее комфортабельную скамью сбоку от предполагаемой сцены. Тор, решив великодушно проявить солидарность и поддержать ее в трудную минуту, присел рядом, однако благодарности так и не дождался. Пока товарищи рассаживались, со спорами и возмущениями, младший царевич выбрал из оставшихся на столах пять самых чистых бокалов и, налив в каждый чистой прохладной воды, вручил друзьям. Сиф подозрительно всмотрелась в него. - С какой стати такая услуга? - Хочу задобрить вас, чтобы вы не были столь строги ко мне, - тягуче ответил маг. Воины переглянулись и, пожав плечами, осушили свои бокалы. Девушка, не отрывая от невозмутимого юноши взгляда, сделала один глоток и отставила посуду в сторону. Локи, встав в середине танцевальной площадки, лениво разминался, делая упражнения с таким видом, точно делал компании одолжение. Каждое его движение служило некоей цели, ничего лишнего, все было четко и продуманно. Царевич вытащил из-под полы кожаного колета длинный кинжал и, взявшись за него обеими ладонями за спиной, без напряжения или гримасы боли прокрутив суставы подобно шарнирам, перенес руки через голову. Глаза Вольштагга расширились, а плечи неприятно заныли. Маг же выглядел невозмутимым, будто это упражнение не стоило ему никакого труда. - Ты долго будешь готовиться? – не выдержал Фандрал. Локи медленно повернулся к нему, прищурившись, так что воин, видавший не одну битву, вздрогнул. - Я готовлюсь претворить твою глупую, банальную выдумку в жизнь. Ты еще недоволен, дорогой Фандрал? – обращение прозвучало почти с угрозой, сочащейся гремучим ядом, когда как голос младшего сына Одина никогда не был таким ласковым и нежным. Именно это и заставило воина сильно испугаться за собственную жизнь и замолкнуть. Царевич убедился, что никто более не собирается его торопить, и продолжил разминку. Тор, прождав еще минуту, открыл было рот, но, увидев округлившиеся глаза друга, благоразумно промолчал. Как мало он ни интересовался младшим братом, громовержец знал, что он не терпит замечаний и неоправданной критики в свой адрес. Мать однажды назвала талантливого мага перфекционистом, но что значит это слово, престолонаследник не знал, а спрашивать посчитал стыдным. Локи все равно редко удостаивал его чести получить ответ, а если и снисходил, то считал обязательным осыпать старшего братца завуалированными насмешками и язвительными замечаниями, тем самым напрочь отбивая у того желание задавать вопросы. - Эй, ты чего делаешь? – занервничала Сиф, когда царевич, секунду поразмыслив, без колебаний сбросил колет, небрежно положив его на скамью и оставшись в кожаном жилете с кучей ремешков и застежек поверх изумрудной рубашки, штанах и сапогах. Тор хмыкнул, скрывая улыбку, а маг продолжил задумчиво и отстраненно смотреть в пространство поверх их голов, точно сомневаясь, будет ли остальная одежда ему мешать. То ли он притворялся, то ли действительно глубоко погрузился в размышления, но на пунцовые щеки девушки отреагировал с опозданием и криво усмехнулся. - Не смущайся, Сиф, сегодня я не буду травмировать твою психику, поскольку такого уговора не было. - Хозяин нынче добрый, - добавил Фандрал и, строя из себя начальника, закинул ногу на ногу, - верно, Локи? Метательный кинжал, вонзившийся в скамью в опасной близости от бедра, послужил утвердительным ответом. Воин подскочил с громким возгласом и выхватил шпагу. - Это уже перебор! - Следующий нож попадет в цель, хозяин, - процедил маг, отворачиваясь и приглаживая волосы. В свои семнадцать лет, пусть и уступая по широте плеч и мышечной массе громовержцу, царевич отличался изяществом, кошачьей грацией, тем не менее, высоким ростом и поистине королевской осанкой. Так что Локи составлял достойную конкуренцию и Фандралу, и Тору, обладая способностью очаровать любого, от кого ему требовалась информация или что-нибудь еще, однако своим даром пользовался по необходимости, которая для него, все знающего и все слышащего, наступала крайне редко. Царевич остановился и, глубоко вздохнув, вытянул вперед правую руку ладонью вверх. Вольштагг, Сиф, Фандрал и громовержец, полушепотом обсуждающие выходку мага, испуганно смолкли. Издалека, с улиц города, донесся смех и обрывки песен, прозвучавшие до странности громко в той идеальной тишине, что установилась в зале для пиршеств. На ладони вспыхнул оранжевый огонек, словно пламя свечки, уже на вид горячее и обжигающее. Глядя на него, деве-воину показалось, что она ощущает волны тепла, излучаемые пульсирующей каплей света над рукой мага. Локи едва заметно улыбнулся. Огонек не причинял ему никакого вреда, вздрагивая от дыхания в миллиметре от кожи. Пламя плясало и переливалось, отражаясь в зеленых глазах и придавая его взгляду слегка безумный, завораживающий блеск. Рука вдруг предательски дрогнула, и огонек соскользнул с нее, падая вниз, на гладкий, отполированный подошвами пол. Он вспыхнул, ощутив свободу, разлетелся жидкими искрами, взвился, обретая мощь и обдавая публику опаляющим кожу жаром. Капли пламени, попав на мраморные плиты, оставляли черные следы, словно обгоревшие отпечатки пальцев. Локи среагировал молниеносно и, в ловком и изящном выпаде, ногой создал волну воздуха, поднявшую огонек вверх. Плавное движение рукой вернуло сгусток энергии на прежнее место, точно и не было вспышки, угрожающей пожаром, и этот инцидент выглядел бы ошибкой в технике, если бы не улыбка, играющая на тонких губах. Мягко, будто лаская, взмахнул царевич рукой, подбрасывая огонек вверх, позволяя ему вновь разгореться, осветить все вокруг ослепительным светом, и коснулся его указательным пальцем. Пламя лизнуло кожу и растеклось, одевая кисть в сверкающую перчатку. Круглые капли падали на пол, шипя и излучая сияние, отражающееся от гладких поверхностей зала. Блики плясали на лицах воинов, на золотой посуде, снова преломляясь и покрывая стены россыпью кружащихся в диковинном танце пятен света. Грациозный взмах руки сбросил жидкий огонь, тотчас же вспыхнувший с новой силой, однако ладонь другой кошачьим пассом подхватила его и образовавшейся волной воздуха перебросила под потолок. Небрежно двигался младший царевич вокруг пламени, направляя его согласно своей воле, гибкий, точно ленивый. Маг не делал ни одного лишнего движения, порой ловя сгусток света, роняющий жидкие капли энергии, кончиком сапога или пальцев и снова доказывая свою власть над разрушительной стихией. Плавный, грациозный, словно сытый хищник, осознающий свою силу, не нуждающийся в ее постоянном подтверждении, не задерживающийся в одном обличье дольше, чем на секунду. Подвижный, точно ртуть, и столь же смертоносный... Локи повернулся к Сиф лицом, и дева-воин поймала его взгляд. Горящий, торжествующий. Пугающий. Зеленые глаза сверкали, в черных зрачках отражался древний, неизведанный огонь, послушно струящийся вдоль его тела, не касаясь одежды, протягивающий вверх, к небесам руки-язычки. Пламя обрамляло его силуэт, будто расправленные крылья, роскошнее королевской мантии. Мощь, способная испепелить и обогреть, обжечь и подарить тепло и покой. Огонь повторял каждый его жест, с секундным опозданием, точно светящийся шлейф, пылающая тень... Внезапно Локи остановился, опустив голову. Огонь трепетал вокруг него, вздрагивая, но не причиняя вреда. Языки пламени вздымались и опускались вслед за его ровным дыханием. Царевич закрыл глаза, и свет погас с негромким шипением, будто костер, залитый водой. Тьма поглотила пиршественный зал, однако Сиф на миг показалось, что во мраке блеснули зеленые, светящиеся, как кошачьи, глаза. И сознание ее растворилось в окружающей ее черноте... - С добрым утром, подруга! Хватит спать, так пропустишь все на свете! – девушку разбудил веселый голос Тора. Сиф недовольно сощурилась от яркого солнца и закрыла глаза рукой. Другой ладонью она сжимала любимое шелковое одеяло, конец которого сполз и положил уголок на прикроватную тумбочку, где горела оплывшая за ночь свечка, роняя восковые слезы на нежную ткань... Стоп. Какое еще одеяло? Какой сон? Воительница вздрогнула. Что она помнит? Спор, творческий поиск Фандрала, танец Локи... Все. И дальше пустота. Тьма, окутавшая ее... Она потеряла сознание, и друзья отнесли ее в комнату? Тогда к чему пожелание доброго утра? Куда более подходящим было бы беспокойство о ее здоровье... Да и не падает она в глупые, свойственные лишь слабым барышням обмороки! - Как спалось? Вот вчера мы погуляли! – громовержец без вопросов уселся рядом, безжалостно сминая тонкое одеяло. – Как мы с тобой плясали, ноги отваливаются! - Да, верно... – эту часть вечера Сиф помнила. Девушка внимательно слушала громовержца, надеясь из его рассказа восстановить собственные воспоминания. - А потом остались громить пиршественный зал, чуть пожар не устроили! – взахлеб делился впечатлениями Тор. – После еще погуляли, и дальше, как отрезало! - Пожар? - Да, Локи сказал, что я уронил факел, когда полез на люстру, и чуть не сжег весь Золотой чертог, - безмятежно пояснил старший царевич. Воительницу словно током ударило. - Локи? А он откуда знает? - Да он же вино не переносит, даже хорошо, есть кому пересказать наши подвиги, не нужно мучиться в неведении. Сидит, смотрит себе тихо, не мешает веселиться и родителям не рассказывает!.. А жаль, выдающееся было бы празднество моего совершеннолетия, все бы запомнили! – Тор мечтательно вздохнул, но, заметив панику в глазах подруги, нахмурился. – Ты чего? - Локи... Он сейчас далеко? – спросила Сиф, которая в этот момент никак не могла определиться, сошла ли она с ума или все-таки нет. Она точно помнила танец, море огня, опаляющее кожу, и горящие во мраке зеленые глаза. Однако по словам громовержца выходило, что никакого спора не было!.. Что за черт?! - Он тут, за дверью! – весело хмыкнул Тор. - Подслушивает?! – вскинулась воительница. Старший царевич заразительно рассмеялся. - Расслабься. Он наотрез отказался заходить в комнату к спящей девушке, типа «это неприлично». - Кстати, он прав, как ни тяжело мне это признавать, - вставила Сиф. - А, я все равно его не слушаю! – махнул рукой громовержец и во все горло заорал: - Локи, просим в нашу скромную компанию! В дверь негромко постучали, и спустя секунду в покои Сиф зашел как всегда аккуратный, не то что взъерошенный старший брат, одетый в идеально выглаженную одежду, элегантный младший царевич и скромно присел на краешек кровати рядом с братом. - Зачем стучать, если тебя приглашают? – поинтересовался Тор. Локи пожал плечами. - На всякий случай, - бросил он. – С добрым утром, Сиф. Как самочувствие? - Спасибо, - протянула воительница. – Неплохо, если ты о физическом состоянии... - Есть что-то еще? – маг приподнял брови. – Кстати, у тебя мой колет. Могу ли я его забрать или он тебе еще жизненно необходим? - У меня?! – недоверчиво воскликнула девушка, обшаривая взглядом комнату. И правда, на кресле возлежал предмет одежды царевича, который... был снят перед танцем. – Откуда он тут? - Ты вчера пожаловалась, что прохладно, я, как истинный джентльмен, не мог оставить даму в беде, - усмехнулся Локи, забирая колет и тщательно складывая его по всем швам. - Кавалер! – хохотнул Тор. – Надо же! - Я хотела спросить... – Сиф покраснела, затем побледнела, в итоге покрывшись розовыми пятнами, понимая, какие эмоции вызовет ее вопрос в случае неудачи. – Ты вчера не танцевал? - Кто?! Он?! – громовержец повалился на спину и расхохотался. – Ой, не могу! Чтобы гордый Локи и танцевал! - Смеешься? – холодно спросил младший царевич. – Я не танцую. - Нет, не в смысле на балу, а в смысле перед нами... – попыталась объяснить Сиф, чем вызвала истерическое икание Тора и раздражение надменного мага. - Чтобы я? Перед вами плясал? Глупости! Наверное, тебе приснилось, - фыркнул юноша. - Нашей Сиф снится танцующий Локи! – не мог успокоиться Тор, кувыркаясь от смеха по всей кровати и держать за живот. – Жених и невеста, тоже мне! - Хватит! – воительница толкнула разошедшегося громовержца, и тот кубарем свалился на кремовый палас. - А вот сейчас больно было, - приглушенно донеслось откуда-то снизу. - Заслужил! – заявила девушка и с сомнением посмотрела на напрягшегося царевича, который как-то странно на нее смотрел. Растерянно, непонимающе и раздраженно. Однако, как только Сиф на него взглянула, зеленые глаза Локи вновь стали непроницаемыми. – Ты уверен? - Тебе приснилось, - твердо сказал юноша, пнув хрюкающего от смеха под кроватью Тора, и встал. – Идем, брат, нам нужно продолжать обход. - А что случилось? – спросила воительница. - Я выступил с инициативой проверить состояние здоровья после вчерашнего гуляния моего личного подразделения воинов Асгарда, чтобы выяснить потери! – бодро отрапортовал громовержец. – Меня сопровождает мой личный целитель, по совместительству приходящийся мне младшим братом! Фандрала мы уже спасли от страшных мучений, остался Вольштагг! Вперед, друзья, и ни шагу назад! - Иди уже, генерал, - несильно подтолкнул его в спину Локи и у самых дверей повернулся к растерянной Сиф. – Попей водички, может, поможет. Воительница пораженно вскинула голову, которую только опустила, и успела заметить промелькнувшие в зеленых глазах насмешливые огоньки, прежде чем их обладатель скрылся за дверью. Пламя на оплывшей свече взвилось, последний раз дрогнуло и обессилено погасло.