Я - Китнисс Эвердин. Мне семнадцать. Я люблю тебя.

— Давайте поприветствуем, Пит и Китнисс Мелларк, — заводит толпу Цезарь, — звучит просто великолепно, ведь так? Показывают наши первые Игры, затем вторые. Ролик будет длиться примерно десять минут, у меня есть время приготовиться. Толпа громко кричит, выкрикивая наши имена. К нам подходит безгласая, вручая нам с Питом по наушнику, она удаляется.  — Для чего это, Эффи?  — Вы будете слышать то, что вам нужно говорить. Я хотела было бросить наушник на землю и растоптать. Никому не позволю собой управлять! Но Пит меня остановил. Он забрал у меня беспроводное устройство и вставил мне в ухо. Сначала, я ничего не слышала, но затем узнала знакомый смех.  — Привет, Солнышко!  — Хей… — начала было визжать я, но Пит закрыл мне рот своей ладонью. Он тоже его слышит. Нас никто не предавал! Я знала, что Сноу врал мне! Я верила!  — Просто слушай, хорошо? Ничего не говори. — поглаживая меня по щеке, сказал Пит. Я кивнула.  — Начнём с того, что мы в Тринадцатом Дистрикте. Моя челюсть стремительно летит навстречу с полом.  — Как в Тринадцатом? Он разрушен! Хеймитч, ты снова напился в стельку?! — делая вид, что смотрит расписание, шипит Пит.  — Вот так. Нет, Тринадцатый цел и невредим, а вот Двенадцатый…  — Что случилось? — шепчет Пит.  — Он разрушен, не осталось ничего, только Деревня Победителей. Из глаз полились слёзы. Хорошо, что косметика водостойкая, иначе мой образ счастливой беременной девушки пропал. Я начинаю рыдать в голос.  — Тише, Китнисс, успокойся, всё будет хорошо, — начал успокаивать меня Пит.  — Что с её родными, что с нашими семьями? Хоть кто-нибудь остался жив?! - Да, в Тринадцатом живет, почти весь Двенадцатый. Её семья работает в госпитале, Хоторн — солдат, твоя семья трудится на кухне. Нет только семьи мэра, осталась лишь девчонка.  — Мадж… - Да, кажется, она. Нет ещё около десяти семей. Мы не успели вывести всех, — грустно произносит Хеймитч.  — А что с нашими союзниками? — тихо лепечу я, немного придя в чувства.  — Они… С вязь прерывается. Слышны лишь помехи. Я все ещё пытаюсь прийти в себя. Сноу не мог уничтожить Двенадцатый. Но он это сделал. И я отомщу. Отомщу за невинных людей, которые умерли по моей вине. Обещаю. Эффи толкает нас на сцену. Так, Китнисс, улыбнись. Представь, что всё хорошо. Хотя бы, представь. Свет софитов слепит. Но, через несколько секунд я привыкаю к освещению. Замечаю, что зал набит до отказа. По всему периметру развешаны огромные экраны, на которых показывают нас в полный рост. Пит берет меня за руку и ведёт ближе к Цезарю. Мы медленно садимся на диван, я как можно ближе придвигаюсь к Питу.  — Ну что, роковые влюбленные, как вы?  — У нас всё просто замечательно! — с улыбкой говорит Пит. Он всегда умел лгать. Но только я понимала, как ему больно. Голубые глаза потемнели, мышцы напряглись, на переносице появилась морщинка.  — И это всё? - Нет, Цезарь. Мы безумно счастливы! Мы хотим выразить искреннюю благодарность Капитолию за то, что мы можем спокойно жить, после того, что произошло на арене. Теперь мы вместе. Нас никто не разлучит. Теперь, мы настоящая семья, — гладя свой живот, лгу я.  — Китнисс, как ты думаешь, кем будет ваш первенец? Я смеюсь. То, что мне твердят в наушниках, полный бред. Мне правда становится весело.  — Я думаю, это — мальчик, — будто разговаривая сама с собой, говорю я.  — Почему ты так уверена?  — Просто, я хочу маленькую копию моего мужа, — громко говорю я. Отовсюду слышны вздохи. Неужели они правда верят, что я беременна?  — А я хочу девочку, — говорит Пит, — такую, как ты, — нежно целуя меня в губы. Цезарь молча за нами наблюдает, как вдруг, свет во всём зале погас, на всех экранах появилась одна и та же картина. Развалины Двенадцатого Дистрикта. Все сидят, затаив дыхание. Постепенно экран начинает темнеть, а с углов, будто начинает разгораться пламя. На экране появляется огромный орёл, будто сметая крыльями, всё на своем пути. Экран снова гаснет. А через секунду, там появляется человек. Это Финник. Он стоит на крыше какого-то полу развалившегося здания и вдруг кричит:  — Люди Панема, посмотрите, это то, что осталось от Двенадцатого Дистрикта. Это может случится и с вами, ваши дома — разрушат, друзей и близких — убьют. Во всём виноват Сноу! Запомни, мы не сдадимся, никогда! Ты получишь по заслугам! — разъяренно кричит Финник. Экран гаснет. На мои глаза наворачиваются слёзы. Весь зал снова пылает светом. Цезарь, конечно же, сразу замечает моё состояние. - Пит, Китнисс, мы вам сочувствуем, ведь так? Зал молчит. И тут происходит то, чего нельзя ожидать в Капитолии. Люди, все, как один, целуют три пальца и поднимают их вверх. Мы с Питом повторяем их жест. Из глаз, потоком, начинают литься слёзы.  — Боритесь, — я кричу, — боритесь за светлое будущее, за светлые времена!  — Не забывайте, кто ваш настоящий враг! — громко говорит Пит всему залу. Мы оба понимаем, что это были наши последние слова.