Лимб

Я понимал, что наступила весна, когда тебя валила с ног лихорадка. Ты бродил по лужам, терял свой шарф, зацепившись за какую-нибудь ветку, спал в нашей старой берлоге на дереве. Иногда я находил тебя спящим в машине. Я просто не мог разбудить тебя и шел на работу пешком, а когда возвращался – ты приходил в мою гостиную, падал на диван прямо в уличной одежде, сминая под собой бумаги, и на ковер осыпались кусочки льда с твоих джинсов. Летом ты забывал брать с собой телефон на другой конец Вселенной и пытался дозвониться мне оттуда из телефонной будки. Ты разбивал лампочки во дворе, чтобы я не видел, в каком состоянии ты возвращаешься. Ты таял под зелеными шелковыми простынями и стряхивал пепел на мои книги, тонул в озере за домом. Дважды. Доставал листочки мяты из моего мохито и ел их. Осенью меня душила твоя депрессия. Она выгоняла меня из нашей постели на узкий диван в кабинете. Она выпивала мой кофе и мои силы залпом, без сливок и сахара, забывала, уходя, выключать воду, газ и ночь в этом чертовом доме. В такие минуты я ненавидел ее и больше всего на свете ждал огромного снегопада, который отрезал бы нас от всего мира на 2 месяца. Ты надевал все мои свитера и носки, а я сплетал для тебя новый шарф, который ты потеряешь, даже не заметив этого. И с каждой секундой ты все больше меня ненавидел. Но не отпускал. Я не мог уйти от тебя, пока еще был жив. А теперь-то и подавно. Недавно ты притащил домой спиритическую доску. Это шутка, да? У тебя вышла фраза «Давай напьемся?» и ты открыл бутылку скотча. А ведь я даже не прикасался к доске. Я многое стал забывать. Испугавшись, что в один прекрасный день забуду и твое имя, я стал делать пометки повсюду. Ты записался к психологу. В нашем подвале творится что-то странное. Уверен, что ты тоже это заметил. От пола исходит какое-то свечение. Не знаю, что это. Радиация или адский огонь, но из-за света у меня бессонница и насморк. Я выгляжу как привидение. Жаль, ты не оценишь каламбур. Я радовался, когда у тебя появился друг по переписке. Это как обрести способность читать мысли. Я смотрю на экран и слышу твой голос. Но вы постоянно трепались об умерших родственниках, так что вскоре мне это надоело, и я решил позабавиться с твоим айпадом. Зря, наверное. Зато теперь он в моем распоряжении. Я даже нашел в «Википедии» название состоянию, в котором нахожусь. Лимб. Похоже, я стал привыкать к свету. Он уже не так сильно меня беспокоит. Более того, чем-то он даже приятен. Ты не слишком расстроился, что я столько времени торчу в подвале? У тебя, похоже, тоже все наладилось: шумные компании, костюмированные вечеринки, игры, сыроедение. Я почти не бываю наверху, чтобы не смущать твоих новых друзей. У вас кружок языков? Я слышал довольно сносную латынь. В последнее время я просыпаюсь все реже. В подвале довольно сыро и мой насморк усилился. С моей кожей тоже что-то не так. Я не уверен, но сквозь нее ведь не должны просвечиваться предметы? Я бы хотел увидеть озеро. Пока еще помню, как это называется. Кажется, я не успею закончить шарф.