Empty

Яркая вспышка, ранее вынудившая меня закрыть глаза, на сей раз немо заставила меня сделать обратное. Сфотографировали меня, лежащего на холодном сыром асфальте? Фотографируйте на здоровье: я в любом случае не смогу противиться, как бы ни хотел этого. – Ре…Реги…на… – хрипло выдыхаю я и начинаю нервничать, не получая ожидаемого ответа, – Ре…Регина… Слёзы, вперемешку с кровью душили меня, будто удавкой. Слёзы боли. Рукой пытаюсь нащупать хоть что-нибудь. Радуюсь, когда практически невесомо касаюсь своими пальцами твоей кожи. Спускаюсь чуть ниже и, с трудом, но обхватываю твоё запястье. – Регина… – вновь шепчу я. Туманная пелена перед глазами исчезла. Ужас, как много людей вокруг нас! – Смотрите, живой! Ей-Богу, живой! – воскликнула женщина средних лет, стоящая ко мне ближе всего. Тут же послышалась сирена, обычно используемая машинами скорой помощи. Я насторожился: что всё-таки произошло? И картинки, как по щелчку, сами собой возникли из ниоткуда. Мы с тобой шли в местный ресторан Dolce – один из самых дорогих во всей Сицилии. Кажется, переводится, как “сладость”… Да-да, именно сладость. Пока ты учила простейшие фразы и слова на итальянском, я сидел рядом и делал вид, что занимаюсь тем же. Но что-то таки осталось в моей голове. Ты счастливо улыбалась и говорила, что всегда мечтала там побывать; я утвердительно кивал, соглашаясь с тобой, и уже представлял, как буду делать тебе предложение руки и сердца. Мы переходили дорогу, весело смеясь над какой-то из моих плоских шуток, а повернув головы влево, увидели едущий прямо на нас грузовик с брёвнами. Я повернул голову влево и вскрикнул. Твоё лицо, Регина! Боже, Регина! Что с твоим лицом? Почему оно всё в крови? Стоп! Почему ты…Ты не дышишь? Нет, нет же, ты дышишь…Нет, только не это! Ты правда не дышишь? Почему ты такая холодная? Регина! Слёзы новой волной поразили меня. Слёзы отчаяния. Кажется, ты говорила что-то о том, чтобы я позабыл о грёзах навеки. Прости, не сдержал обещания – не смог. Спокойно глядеть на твоё бездыханное тело – выше моих возможностей. – Регина! – дрожь в моём голосе и теле не унималась. Вновь эта резкая боль в области правой руки. Пришлось повернуться в иную сторону. Какая ирония. Я хотел предложить тебе руку, которой уже нет. Да, мне больно, но я потерплю: лучше в последний раз посмотрю на твоё миловидное лицо. И то, что на данный момент оно окровавлено – не помешает мне. Твои глаза широко распахнуты – я, прилагая усилия, тянусь к ним и в конечном итоге закрываю. Пальцами очерчиваю линию тонкого носа и пухлых губ, а затем, придвинувшись, целую лоб. – Посторонитесь! – выкрикнул подоспевший медик. Сразу видно – неопытный. Когда он увидел нас, у него поступил рвотный рефлекс, но, с трудом да пополам, он сдержал его. Дальнейшее развитие событий я плохо помню – потерял сознание. Водитель скрылся с места преступления, оставив свой транспорт. Но полицейские нашли его в местном парке. Чтобы не предстать перед судом, мужчина повесился. Ха! Как “благородно”! Ты, слышишь, ты? В Аду хорошо, да? Я так и надеюсь, что языки адского пламени уже окутали тебя с ног до головы! Слышишь? Я смеюсь, слышишь? Ха-ха-ха! Я смеюсь над тобой, аморальный урод! Регина в Раю, я знаю! Она тебя простит… А я – нет! Ты забрал у меня всё! Прошу тебя: мучайся! Ха-ха-ха! – Ре…Реги…на… – хрипло выдыхаю я, – Ре…Регина… Улыбаюсь. – Регина… – вновь шепчу я и вонзаю в грудь кухонный нож. Я сделаю для тебя всё, что в моих силах. Всё. Теперь я пустой. Я отдал тебе свои чувства, руку и сердце. Ха-ха...