Фотоальбом

Она была хороша, даже слишком хороша для него. Шальной в этом и не сомневался, но все считали своим долгом напомнить. Только, кого бы это волновало? Точно не самого Максима и не Хельгу. Хельгу вообще мало волновало мнение окружающих, особенно в вопросах личной жизни. Возможно, таковая активность была связана с обычной межведомственной грызней и просто не стоило ждать любимую женщину в Управлении МВД в военном мундире, но Максиму было намного приятнее считать, что все эти реплики вызваны банальной завистью отвергнутых поклонников. В осознании того, что эта гордая и сильная женщина принадлежит только ему, была некая первобытная, хищная прелесть. Ждать, к счастью, пришлось недолго, вскоре на лестнице знакомо застучали каблуки. У Хельги был довольно своеобразный ритм шагов, который Максим узнавал издалека, на каком-то инстинктивном уровне. Она спускалась одна, но притягивала к себе все взгляды, как мужские, так и женские. Шальной это знал, но не беспокоился. Это было неважно... Важным было то, что подошла она к нему, с королевским достоинством проигнорировав все взгляды, шепотки, смешки и ехидные реплики. Подошла и поцеловала, приветствуя. На него с завистью смотрели окружающие мужчины, среди которых встречались даже генералы. Когда-то, будучи еще лейтенантом, Максим готов был отдать за такие взгляды душу, но не теперь. Важно было, что теперь Хельга, запрыгнув в его машину, превратилась из холодной и капризной стервы в маленькую восторженную девочку, с восхищением рассматривающую приготовленные ей цветы и пирожные. Важным было то, что едва перешагнув порог его квартиры, женщина изменилась, будто лишилась маски. Из под внешней, ледяной оболочки, выглянула страстная богиня, готовая на все. Ну, или очень на многое. Горячие и нежные губы уверенно ласкали шею мужчины, тело послушно изгибалось, покорно следуя воле мужских рук. Два сплетенных тела опустились на низкий диван, Шальной уверенно стягивал с женщины строгое офисное платье, разрушая все остатки существующих между ними преград. Хельга яростно, почти до укусов, целовала крепкие плечи, яростно цеплялась за спину и руки. Раньше, еще совсем недавно, Максиму казалось, что в жизни нет ничего важнее карьеры и службы, теперь он понял, что есть вещи намного важнее. Важнее было то, что сейчас в его объятиях была любимая женщина, родная и близкая, знакомая до последнего вздоха и стона. Важнее была сладкая истома, разливающаяся по телу, потрясающее ощущение уюта и покоя, будто укутывающее лежащую пару легким покрывалом. И намного важнее всего, что можно было придумать себе в качестве цели, оказались простые слова, сказанные Хельгой на ухо, уже после всего. - Максим, у нас будет ребенок. Надеюсь, что мальчик.