Жизнь на цепи

      - Шерлок... Шерлок, проснись! Ну, давай же… - слышится сквозь тьму голос Уилла. Медленно и с неохотой детектив открывает глаза, подчиняясь просьбам, и обнаруживает себя прикованным к стене цепями в странном каменном склепе. – Он сейчас придет... – шепчет Грэм, дрожа всем телом явно не от холода. - Послушай, я успел вынуть одну бритву… - он осторожно запихивает ее в рукав Холмса. - Попробуй защититься. У тебя получится, я знаю...       - Почему ты сам ее не используешь? – хрипло бормочет Шерлок, с легким удивлением осматривая напарника, Грэм как-то виновато смотрит на него, нервно сглотнув, и качает головой.       - Прости, я не смогу…       Шерлок задумчиво кивает, он все понимает: его кудрявый коллега по несчастью находится под властью чувств, поэтому не в силах принести вред объекту своей любви, что бы тот ни предпринимал. Ганнибал действительно имеет особое влияние на него.       Дверь скрипит, и в комнату входит доктор Лектер. Его взгляд внимательный и хищный, он с любопытством изучает взглядом двух консультантов и с наигранным добродушием разводит руками.       - Ну что же, приветствую вас, мистер Холмс, мистер Грэм. Чувствуйте себя как дома.        Уилл сжимает кулаки, он впадает в пучину отчаяния уже от самого его голоса, Шерлок же совершенно спокойно, несмотря на свое далеко не завидное положение, кивает и добавляет.       - Я желал встречи с Вами...       - Да, Чарльз передал мне, мистер Холмс, – Лектер подходит ближе, рассматривая лицо детектива, он усмехается. - Буду рад пообщаться со столь интересным джентльменом. Дайте мне минутку, – он оборачивается к Грэму. - Уилл, ты выглядишь немного потрепанным, это совсем не тактично - наш гость решит, что мы не придерживаемся правил хорошего тона. Пошли, я угощу тебя чаем и приведу в порядок.       - Не трогай меня! – отшатывается в сторону Грэм. Он весь в крови, помятый, замерзший и перепуганный - действительно, видок неважный. Ганнибал лишь спокойно подходит и смотрит в его глаза, бархатным тоном добавив:       - Что же ты, Уилл? Не стоит повышать на меня голос... - наверное, ничего в жизни не звучало так угрожающе. Профайлер бледнеет, выдавливая растерянно:       - Прости… Но я не уйду! – ему страшно, он прижимается к стене и зажмуривается, будто ожидая удара, в полной готовности к резкой пронзительной боли, да к чему угодно. На лице Ганнибала почти умиление, он подхватывает Грэма как игрушку и перекидывает через плечо, преспокойно направившись в другую комнату. – Пусти!.. Хватит! Отпусти меня!.. – тот пытается сопротивляться, но Лектер будто и не замечает этого, они исчезают за дверью, и Шерлок устало выдыхает, дернув крепкие цепи. Нет, вырваться отсюда будет непросто, совершенно непросто…       Возвращается доктор с подносом и уже без Уильяма. Холмс смотрит на него вопросительно, он немного взволнован из-за отсутствия напарника, но Лектер лишь пожимает плечами, объяснив, мол, мистер Грэм искренне извинялся и решил немного отдохнуть, у него сложный день. На табуретке перед детективом на подносе две чашки с чаем, а рядом с ними стоит, разглядывая своего пленного, убийца-каннибал. И дедукции не нужно, чтобы понять, что явно не только у профайлера сегодня сложный день.       - Я слышал, Вы искали меня. Зачем же? – склоняет голову на бок Ганнибал. Его глаза цвета янтаря, в них глубина и тайна, в них жестокость и легкая издевка, ведь сейчас он играет с едой, как это принято у хищников.       - Желал поблагодарить за приветствие, которое Вы любезно оставили нам с мистером Грэмом по случаю приезда, – выдыхает Шерлок, он понимает, что живым ему отсюда не выйти, но показывать страх или напряжение – последнее, что он сделает, хоть перед ним бы предстал сам дьявол.       - О, я не сомневался, что вы оцените... – доктор довольно кивает, ему приятна эта лесть, хоть вероятно, и сказана не без иронии, не без подтекста. Он подходит ближе к Шерлоку, взяв с подноса чашку с чаем и поднося к ее губам. – Будьте добры, угощайтесь. Уверен, Вам понравится, - Холмс какую-то секунду колеблется, всматриваясь в глаза Лектера, а потом поддается вперед и делает несколько глотков - чай со странным привкусом, хотя и приятным, каким-то особенным. – Вот и славно... – кивает доктор, отставив чашку в сторону и взяв свою. – Мой брат считает вас исключительным человеком, – аккуратно размешав ложечкой сахар, Ганнибал отводит взгляд, - говорит, что Ваш ум стоит целое состояние. Он в неком роде коллекционер, любит собирать забавные вещицы… Вроде Вас, – возвращает взгляд к Шерлоку, чашка остается на стуле, а в руке появляется опасная бритва. - А вот я увлекаюсь «внутренним миром» человека и люблю проверять слова своего брата. Мне будет действительно интересно попробовать Ваш уникальный мозг на вкус... – он подходит ближе и проводит лезвием по щеке Шерлока. - Не бойтесь, сейчас Вы почувствуете апатию, легкую усталость, потом я сделаю Вам укол, Ваше тело парализует, и тогда я начну операцию. Думаю, во время нее мы мило поболтаем, а после Вы умрете, и я Вас съем. Видите, все просто, – убийца отходит в сторону, поднимая подготовленный шприц. - Вам стоит гордиться собой, в этой жизни Вы сделали много, жаль, что придется окончить ее здесь, – он возвращается обратно, Холмс прикрывает глаза, вспоминая лучшие моменты этой самой жизни – Рождество с близкими, теми, кто считал его своим другом, мальчишник и свадьба Джона и небесно-голубые глаза Чарльза, как странно, что он вспомнил сейчас именно о них...       - Ганнибал, отойди от него, – слышится со стороны двери, доктор оборачивается и с удивление замечает брата. – Разве я разрешал тебе его трогать? Он мой, – заявляет Магнуссен, пройдясь по комнате, впиваясь взглядом в Шерлока. - Вечно ты портишь мои игрушки.       - Мне казалось, ты привязался. Всего лишь хотел проверить, – отставляет в сторону шприц психоаналитик, складывая руки на груди.       - Мне казалось, ты тоже, – парирует Чарльз, они молча встречаются взглядами, и это действительно восхитительное зрелище, столь сильная и захватывающая стычка двоих мощнейших преступников.       - Разве ты не желал укротить его? – хмыкает Лектер, он подходит к Шерлоку и, приподняв пальцем опущенную голову за подбородок, смотрит ему в глаза. - Сделать послушным, покорным, верным... Что скажешь, Чарльз? – оборачивается к брату, но тот лишь усмехается, качая головой.       - Меня не удивляют твои слова, Ганнибал, в тебе живет зверь, желающий покорить каждого, кто приблизится, кто зацепит и заинтересует тебя - подавить волю, уничтожить личность, присвоить. Ты сломал Уильяма Грэма, и доламываешь, нажимая на нужные рычажки, но не трогай то, что не принадлежит тебе.       - Ты ошибаешься, мой дорогой брат, - Лектер отходит от пленника, внимательно разглядывая Магнуссена и спокойно объясняя, - Уилл был уже сломанным, я лишь починил его, но и ты кое в чем прав, я подавил его волю и присвоил, а почему, собственно, и нет? В своих экспериментах я уверен, а тебе стоит осмотреть мистера Холмса свежим взглядом.       - В отличие от твоей игрушки, моя не нуждается в починке. Она уже идеальна, создана этим миром специально для меня, – с наслаждением выдыхает Чарльз, рассматривая детектива. – У него нет изъянов, и если я попытаюсь протереть хоть одну грань этого бриллианта, я могу потерять тот блеск и сияние, которые при нем всегда.       - Если ты не покажешь ему его место, он уничтожит тебя, – констатирует доктор, он видит в Холмсе скорее опасность, чем хорошую кандидатуру для игр, но, кажется, брат ослеплен, что вызывает лишь молчаливое раздражение.       - Оставь нас наедине... – поворачивает голову к Лектеру шантажист. Висящий на цепях Шерлок - слишком великолепное зрелище, чтобы разделять его с кем-то еще. Психиатр лишь с усмешкой хмыкает и выходит - у него есть чем, а точнее, кем заняться. Однако, оказавшись в другой комнате, к своему огромному удивлению Ганнибал замечает, что Грэма на месте нет - вероятно, тот выскользнул, когда в склеп входил Магнуссен. Потрошитель напряженно сжимает зубы, будучи в ярости от такого положения дел. Схватив две бритвы по дороге, он выходит на охоту, зная только одно: нужно любым способом вернуть Уилла назад, чего бы это ни стоило.       - Ты так слаб сейчас... – Чарльз вытягивает платок, стирает с лица детектива капельки крови, подносит ближе и вдыхает, чувствуя тот особый аромат, который не понятен не извращенному уму. - Мне кажется, что я могу уничтожить тебя одним неловким вздохом, – он приближается к Шерлоку и в сантиметре от него замирает, рассматривая светлые глаза. - Потому я предпочту не дышать... – сдерживаться нет сил, и мужчина впивается жестким поцелуем в губы столь желанной жертвы, прижимает к себе, путешествует руками по его телу, будто готов взять его прямо здесь, распятого на этих железных цепях, в которых можно увидеть разве что смертников в тюрьме. – Они до невозможности идут тебе, - отстраняется Магнуссен, любуясь этой безупречной картиной. - Я могу снять их прямо сейчас. Просто скажи мне то, что я желаю услышать. Скажи мне, Шерлок, кому ты принадлежишь... – он облизывает губы, наслаждаясь послевкусием страстного поцелуя; детектив молчит несколько мгновений, но потом, опустив голову, будто признав собственное поражение, выдавливает еле слышно:       - Тебе, – он видит восторг и удивление в глазах короля шантажа, тот не верит, что получилось так легко. - Я твой... – твердо повторяет Холмс, и мужчина расстегивает колодки с задумчивой улыбкой выдыхая:       - Обещаешь? – внезапный удар в живот лезвием бритвы сводит весь восторг на нет, не зря все же профайлер успел вооружить Шерлока. В глазах Чарльза непонимание, будто он упустил что-то важное, а ошибку свою понял слишком поздно. К сожалению, так и есть. Он растерянно моргает и хватается за Холмса, но тот отталкивает его, прошептав холодно:       - Не в этой жизни... – слегка покачиваясь, социопат выходит из комнаты, заметив отсутствие напарника и его мучителя.       Сжав острое лезвие в руке с еще горячей кровью Магнуссена, детектив быстро покидает склеп, в погоне за преступником; надеясь, что достигнет его раньше, чем тот сможет схватить Уилла Грэма.