Якорь

Харука пришла к ней на следующий день. Просто дождалась её у школьных ворот и, поздоровавшись с помрачневшей Эльзой, увела в парк. Погода была прекрасная – солнечная и теплая, – поэтому такое решение было, пожалуй, очень удачным, а учитывая, что парк оказался достаточно пустынным – так вообще идеальным. Мичиру села на одну из свободных скамеек и, стараясь не показывать, насколько сильно нервничает, выжидающе посмотрела на Харуку. Было страшно из-за того, что та практически ничего не сказала, а значит – вполне возможно, решила сейчас извиниться и уехать куда-нибудь в Америку, Корею, еще какую-нибудь страну. Туда, где Мичиру не сможет её достать и заставить быть с собой. Именно об этом она и думала все это время – может, она была слишком навязчивой? Хотя, казалось бы, наоборот: всеми силами старалась избегать встреч и разговоров. И если размышлять логично и объективно, то она могла быть какой угодно, но точно не навязчивой – но в тишине, прерываемой лишь редкими фразами прохожих и детскими голосами чуть в отдалении, Мичиру была готова признать себя и такой. – Ты не встречала демонов за эти дни? – первой все же поинтересовалась она, решившись нарушить тишину хотя бы звуком своего голоса. Слава всем богам, не дрожащего – иначе точно осталось бы только умереть со стыда. – Мне повезло, – Харука пожала плечами. – Ну или не повезло, с какой стороны посмотреть. Видимо, силы Зла решили взять перерыв. – Ясно. Они снова замолчали. Мичиру нервно побарабанила пальцами по скамейке, торопливо пытаясь составить подходящую фразу для продолжения беседы, но выходило из рук вон плохо. В голову лезли вопросы о погоде, о новостях, о демонах… Нет, о демонах она уже спрашивала, лучше спросить о… – Твоя подруга – она просто подруга? – внезапно осведомилась Харука. Вопрос был задан абсолютно не заинтересованным тоном, но Мичиру уловила его некоторую наигранность. Неужели её ревнуют?.. Это можно считать хорошим знаком и почвой для надежды? – Просто подруга, – кивнула она. О том, что Эльза призналась ей в любви, Харуке знать совсем необязательно, тем более что Мичиру вполне однозначно отказала. – К твоему сведению, я девочками вообще не увлекалась… раньше. – А теперь? – Харука вопросительно приподняла брови, и Мичиру осталось лишь покачать головой. Невозможная, до чего же она невозможная! И милая, хотя ведь и не скажешь с первого взгляда. Нет, конечно, Мичиру не увлекается девушками – именно поэтому они тогда целовались, и именно поэтому она все это время терпеливо ждала ответа Харуки. – А теперь я увлекаюсь тобой, – честно призналась Мичиру. Она сама удивлялась своей смелости, но, смотря на Харуку, чувствовала, что сейчас может себе это позволить. Ей показалось, что на щеках Харуки появился румянец, но ручаться было нельзя – она почти сразу же отвернулась, и Мичиру осталось лишь подняться и попытаться обойти её, чтобы увидеть лицо. Харука отвернулась опять. Мичиру снова попыталась обойти её… Через пару таких кругов она осознала, насколько глупо это выглядит со стороны, и замерла. – Что насчет тебя? – спросила она. Жаль, что лица Харуки сейчас не было видно, и слишком сложно было понять, что именно она чувствует. – Мне кажется, мы вполне можем… попробовать, – наконец произнесла Харука, и Мичиру улыбнулась, чувствуя, как внутри распускается теплый огромный цветок счастья. Ей казалось, что сейчас она могла бы написать действительно прекрасную картину или придумать по-настоящему завораживающую мелодию. Да сейчас наверняка у нее получилось бы вообще что угодно! – Ты не слишком резко меняешь свою жизнь?.. – все же поинтересовалась она, осторожно переплетая пальцы правой руки Харуки со своими. – Жезл, новые отношения… – Менять – так все сразу, – беззаботно хмыкнула Харука и чуть сжала пальцы Мичиру в ответ. – Потом узнаем, правильно ли я поступила. Мичиру улыбнулась и, когда Харука наконец посмотрела на нее, приподнялась на цыпочках, касаясь губами её губ коротким поцелуем. – Спасибо.

***

– Ты подозреваешь в этом «Мюген»? – уточнила Харука. Мичиру кивнула, наслаждаясь теплом её объятий, и, говоря откровенно, ей приходилось даже заставлять себя думать о чем-то кроме поцелуев. Они сейчас находились в её квартире, сидели в обнимку на диване и лениво обсуждали врагов. Было приятно наконец поделиться с кем-то своими подозрениями, опасениями – всем тем, что приходилось до этого прокручивать лишь в голове. С Харукой и правда все было легче – общаться, молчать, сражаться… – Разумеется, не весь, – уточнила Мичиру. – Может, у них там так «развлекаются» всего лишь несколько человек, которые могут наладить контакт с учениками. Харука помолчала, видимо, воскрешая в памяти их первый и пока что последний совместный бой. Тогда очередной жертвой-демоном оказалась хрупкая девушка-блондинка, по которой точно нельзя было сказать, что она всего лишь минуту назад чуть не задушила обеих воительниц. – То, что ты пока встречала лишь учеников этой школы, и правда наводит на такие мысли… – наконец задумчиво произнесла Харука, нахмурившись. – Хочешь попробовать записаться туда на курсы? Мичиру и правда серьезно думала об этом, но потом узнала, что полученный таким образом пропуск будет ограничен по времени – поэтому эту идею откинула. Времени на нормальный осмотр должно понадобиться не так уж и мало, особенно с учетом размеров здания. – Хочу перевестись туда. Это решение далось ей непросто. Но видеть Эльзу каждый день становилось все сложнее – Мичиру не хотела посвящать в эту проблему Харуку, их отношения пока только зарождались и были такими хрупкими, что даже небольшое препятствие могло помешать их развитию. А Эльза могла стать полноценной бетонной стеной хотя бы благодаря тому, что призналась в любви Мичиру раньше, чем Харука. После отказа она ходила словно в воду опущенная, но при этом пыталась показать, что все в порядке, и совесть грызла Мичиру с утроенной силой. Эльза всегда помогала ей, сама же она в этой ситуации ничего сделать не могла – просто потому, что бросить Харуку было выше её сил. И, насколько она могла помнить прошлую жизнь, и тогда для нее это представляло определенные сложности. – Туда? Ты не слишком самонадеянна? – да уж, школа для гениев с высоким уровнем успеваемости. Все знакомые, даже те, что дружили с родителями Мичиру, очень сильно удивлялись, узнав, что её приглашали туда, а она отказалась. Мать, кажется, вообще восприняла это как личную обиду. – Мне уже присылали приглашение, нужно просто о нем «вспомнить», – Мичиру поудобнее устроила голову на плече Харуки и вздохнула. – Мама будет только рада. Да и смешанные школы… Надо учиться взаимодействовать со всеми. – А твое приглашение случаем не на два лица? – Харука с улыбкой накрутила одну из прядей волос Мичиру на палец и чуть дернула. – Я бы не отказалась тебя сопровождать. Смешанные школы – они такие… опасные. – Намного опасней демонов, – серьезно согласилась Мичиру, с трудом сдерживая улыбку. Ей на самом деле было страшно идти в школу, где мальчики с девочками учились вместе – после стольких лет в сугубо женском обществе будет сложно привыкнуть к тому, что теперь в классе будут и парни. Взрослые, пусть и гении, наверняка извращенцы… Мичиру передернуло, и она чуть крепче прижалась к Харуке. Что-то и правда ей стало казаться, что эта школа страшнее всех её встреч с демонами вместе взятых… – Я узнаю, что можно сделать, – пообещала она. – Все равно лучше подождать до нового семестра, чтобы не вызвать лишних разговоров. А у тебя проблем точно не будет?.. – Проблем из-за того, что я поступлю в одну из самых престижных школ? – хмыкнула Харука. – Ты права, – Мичиру усмехнулась. – Проблемы скорее будут у престижной школы. Особенно когда она поймет, что почему-то не прислала приглашение одной из самых подающих надежды спортсменок. – Надеюсь, их всех хватит удар, и нам вообще не понадобится даже пробираться туда. – Ты слишком агрессивная, зачем же всех? Пусть хотя бы тех, кто устроил всю эту канитель с демонами.

***

Общая атмосфера была просто пропитана неловкостью. Мичиру избегала взгляда Эльзы, потому что точно знала, что увидит там – осуждение и обиду. Правда, она не была уверена в том, какой эмоции будет больше, но вполне возможно, что все же обиды: перевод в школу спустя не так уж и много времени после признания подруги выглядел как бегство… И был бы им, если бы у Мичиру не было предлога в виде спасения мира. Но Эльзе об этом говорить явно не стоило, так что для нее это и правда выглядело побегом. – Ты переводишься из-за меня? – наконец поинтересовалась она, опустив взгляд. – Из-за того, что я тебе призналась? Мичиру вздохнула и помотала головой, где-то в глубине души чувствуя, что не так уж и честна с подругой, как следовало бы. Ведь Эльза правда была частью того, почему она с готовностью ухватилась за возможность перевода, но часть эта была не основной… И лучше об этом не упоминать вовсе, и так достаточно боли причинила лучшей подруге, даже не желая того. Делать это еще и осознанно будет совсем мерзко и неправильно. – Нет, не из-за тебя, разумеется. Просто «Мюген» более престижен, чем наша школа, там больше перспектив после выпуска, да разве ты сама не знаешь? Эльза провела языком по нижней губе и на секунду зажмурилась. – Знаю… А Тэно тоже там будет учиться? Мичиру, не до конца уверенная в том, какой ответ от нее ожидается, медленно кивнула – и сразу же мысленно выругалась, увидев вспышку боли в глазах Эльзы. Она опять это делает. Опять портит настроение тому, кто в последнюю очередь этого заслуживает, и ничего не может исправить, потому что иначе придется врать. – И мне лучше не следовать её примеру и не переводиться, да? – уточнила Эльза нарочито спокойным и бодрым голосом, хотя Мичиру видела, как у нее слегка задрожали руки. Наверное, сдерживает слезы из последних сил, и опять в этом виновата она. Потому что не знает, что сейчас сказать. «Да, тебе не стоит переводиться в «Мюген»». Там опасно, возможно, ставят опыты над учениками. Непонятно, насколько вообще эта школа полезна в плане обучения, может, там всем промывают мозги злой энергией, вживляют демонические гены и отправляют гулять по городу. В «Мюген» гораздо хуже, чем в «Ширакабе», и уж точно, выбирая между этими двумя школами, стоит предпочесть вторую. А еще у Мичиру только-только начинают складываться отношения с Харукой, поэтому лучше, если рядом не будет человека, который вызывает безумное чувство вины и которому будет просто больно видеть их вместе. «Нет, ты можешь перевестись туда». Мичиру требуется поддержка, ей тоже хочется иногда советоваться с подругой в тех вопросах, которые касаются личной жизни и, соответственно, не могут обсуждаться с Харукой. Ей хочется, чтобы Эльза была рядом – эгоистичное желание, привычка, выработавшаяся за столько лет дружбы. Хочется, чтобы она могла обсудить с ней что угодно и знала, что её за это не осудят, что поймут… Еще Эльза достойна лучшего образования. Она ведь всегда была умной девочкой, с легкостью осваивающей школьную программу и совмещающей учебу и занятия спортом, что удавалось далеко не каждому. – Мне… – начала Мичиру. Её голос дрогнул, она закрыла глаза, успокаиваясь и переводя дыхание, после чего снова посмотрела на Эльзу и продолжила чуть более ровным тоном, – я была бы рада, если бы ты присоединилась ко мне там, правда. Но… Я сейчас встречаюсь с Харукой, и ты мне слишком дорога, чтобы я хотела причинять тебе боль. Поэтому я готова умолять тебя не переводиться в «Мюген», и там есть еще пара вещей, которые влияют на это решение, но я не могу рассказать о них… пока что. Поэтому просто поверь мне, прошу – останься здесь, разные школы – это не разные страны, верно? Мичиру сама не была до конца уверена в последней фразе и по глазам Эльзы видела, что та тоже не слишком доверяет этому утверждению. Они обе обычно были слишком заняты клубами, кружками и прочим, чтобы действительно плотно общаться после уроков – и если потеряется возможность общения в классе, то… То вполне вероятно, что их дружба вскоре просто сойдет на нет, подточенная ревностью, непониманием и секретами, которых невозможно избежать. – Я люблю тебя, – тихо произнесла Эльза, в её глазах стояли слезы. – Мичиру, зачем ты вообще познакомилась с этой Тэно, у нас все было так хорошо… – Прости, – Мичиру сама чувствовала, что вот-вот расплачется, но этот разговор нужно было довести до конца, иначе все будет напрасно. Иначе Эльза еще может решиться последовать за ней в новую школу, а это был самый нежелательный вариант развития событий. – Но Харука тут ни при чем. Просто… Знаешь, у тебя обязательно будет еще человек, который полюбит тебя в ответ и которого будешь любить ты. Но это – не я, потому что моя нить судьбы давно и прочно привязывает меня к Харуке. У меня просто никогда не было выбора или шанса избежать этого. – Ты опять говоришь про судьбу? – сквозь слезы, которые уже текли по щекам, слабо улыбнулась Эльза. – Я же просила не упоминать об этом. – Прости. Сейчас это и правда самое главное объяснение того, почему я вместе с Харукой, а не с тобой… Эльза, ты правда мне безумно дорога, ты моя самая лучшая подруга и у меня разрывается сердце, когда я вижу, как ты страдаешь, и ничем не могу помочь, – Мичиру почувствовала, что и у нее самой потекли слезы, и поспешно вытерла их. – Я тебя очень люблю, но только как друга… Как мою единственную и самую любимую подругу. – Я просто буду надеяться, что ты правда не прекратишь со мной общаться, – Эльза порывисто приблизилась к ней, обняла, и Мичиру обняла её в ответ. Они простояли так несколько минут. Потом Эльза все же ушла, а Мичиру осталась стоять и смотреть ей вслед. Она чувствовала себя последней сволочью, но почему-то интуиция твердила, что их с Эльзой дружба только что все же дала огромную трещину, которая теперь никогда не исчезнет, а будет только разрастаться до тех пор, пока они не станут друг другу абсолютно чужими людьми. Вспоминая слезы в таких красивых темных глазах Эльзы, Мичиру против воли желала, чтобы такой день наступил быстрее – чтобы подруга наконец смогла найти кого-нибудь, кто не будет причинять ей столько боли.

***

Вокруг снова возвышались дома и небоскребы. Безличные, серые – по запаху пыли и приближающемуся шуму воды Мичиру уже знала, что скоро все вокруг превратится в безмятежную морскую гладь, глядя на которую и не скажешь, что под ней скрывается столица Японии. Но на одном из домов, кажется, впервые на её памяти мелькнула какая-то фигура – темная, невысокая, с каким-то длинным оружием в руках… Мелькнула, сверкнула неожиданно яркими фиолетовыми глазами и исчезла, оставив после себя ощущение давящего ужаса и безнадежности. Мичиру потянуло броситься следом, догнать, остановить, потому что было неправильно, что она уходит так… «Неправильно, что она вообще ходит и жива, – с удивлением осознала свои ощущения Мичиру, делая первый шаг. – Она должна… должна… спать?..» – Вы должны найти три талисмана, – голос за спиной был слишком знакомым – потому что был её собственным. Мичиру вздрогнула, хотела было повернуться, но её голову неожиданно крепко обхватили сзади, лишая даже возможности пошевелить ею. – Они хранятся в кристаллах чистых сердец людей. – Зачем? – Мичиру попыталась дернуться, но хватка была железной, оставляя ощущение, что прохладные пальцы вот-вот проткнут ей виски. – Только так вы сможете найти Святой Грааль, который должен взять в руки Мессия. Тогда мир будет спасен. Руки на голове исчезли. Мичиру наконец смогла обернуться, но сзади ожидаемо никого не оказалось – лишь пустые дома. Шум воды, утихший было на момент разговора, снова усилился – и едва Мичиру повернулась на звук, как её впервые за все время накрыло волной вместе со зданиями. Спустя секунду она открыла глаза, просыпаясь в своей до боли знакомой спальне. Тишина после шума воды и рушащихся зданий во сне была неожиданностью, но скорее приятной, чем нет. Сон казался настолько реалистичным, что Мичиру даже торопливо коснулась пальцами висков, но те и не думали болеть. Значит, она пока сошла с ума не до такой степени, чтобы и наяву ощущать последствия сна – это радовало. Кристаллы чистых сердец – это, наверное, то, что она тогда видела у девушки… которая погибла. По крайней мере, то были единственные кристаллы, которые вообще за свою карьеру воительницы Мичиру могла вспомнить. А талисманы… Как они вообще должны выглядеть? Почему нельзя сразу сказать? Почему вечно «смотрите в следующей серии»? Что им делать, спрашивать у каждого кристалла, талисман он или нет? Спустя минуту зазвенел домашний телефон, и, подняв трубку, Мичиру услышала голос Харуки. Кто бы знал, что от следующих её слов сон словно рукой снимет. – Тебе тоже приснился сон про талисманы? – поинтересовалась Харука, и Мичиру сжала телефонный провод так, что он впился в ладонь. Видимо, проигнорировать сон совсем не получится. – Да. – Я к тебе утром приеду, – сообщила Харука, и в трубке раздались гудки. Мичиру посмотрела на часы. Полтретьего ночи. Значит, у нее еще есть время поспать хоть немного.

***

Харука и правда пришла утром – в одиннадцать часов, едва-едва оставив Мичиру время привести себя в порядок, и, поцеловав её в щеку и усевшись рядом на диван, сразу же перешла к делу: – Ты в курсе, что за кристаллы? – Видела один раз… Мельком, – Мичиру чуть поежилась, вспоминая обстоятельства, при которых это произошло. – Небольшое скопление розовых кристаллов. Правда, откуда оно берется, я не слишком поняла, но, видимо, наши враги в курсе – можем просто сопровождать их и следить за тем, чтобы нужные кристаллы не попали им в руки. – Пока нам удается находить только демонов. Та женщина, сама говоришь, была лишь раз… – логично заметила Харука, и Мичиру прикусила нижнюю губу, признавая поражение. Действительно, враг-человек им достался всего один раз, и то, наверное, не иначе как по ошибке. Да даже если и нет, в тот раз у Мичиру не получилось с ней пересечься и выяснить уровень силы: вдруг там существо, способное одним щелчком пальцев ничего не оставить от половины города, не говоря уже о всего лишь двух воительницах. – Поэтому я и хочу учиться в «Мюген», – Мичиру поправила волосы. – Там есть шанс понять, кто в этом замешан. Может, эта женщина преподает там или что-то в этом духе – можно будет просто следить за ними из школы. Харука помолчала с минуту, видимо, обдумывая это предложение, потом кивнула, признавая правоту Мичиру. – Да, ты права. Видимо, действительно придется начать готовиться к переводу в новую школу… А что с талисманами? Ты знаешь, как они выглядят? – Кроме того, что нам сказали, я не знаю ничего, – с сожалением призналась Мичиру. Было безумно неприятно расписываться в собственном незнании, но выдумывать что-то было бы намного хуже – потом, когда обман вскроется, попробуй еще объяснись. – Видимо, какие-то вещи, раз они где-то хранятся… Надеюсь, что это вообще не абстрактное понятие. – Они хотят, чтобы мы просто забирали эти кристаллы? Или уничтожали их? – Харука взъерошила волосы. – Нет! – возмутилась Мичиру. – Уничтожать их нельзя! Я видела девушку, у которой уничтожили кристалл чистого сердца, и она умерла. В тот же миг. – Его уничтожил демон?.. – Нет, та рыжая женщина, о которой я тебе рассказывала. – Ясно. Значит, действительно придется искать её… – задумчиво кивнула Харука. – Подождем пояснений насчет талисманов и потом посмотрим, что делать дальше. Мичиру провела пальцами по её запястью, набираясь сил, чтобы высказать внезапно пришедшую в голову мысль. На это требовалась определенная смелость, которой почему-то в последнее время просто катастрофически не хватало. – Знаешь… – начала она, её взгляд на секунду замер на часах, потом она посмотрела на Харуку. – Я не уверена, что в любом случае мы сможем сохранить кристаллы чистых сердец. Они… они совсем маленькие, в них вряд ли поместится что-то, подходящее по размеру для создания Грааля. Не то чтобы я знала, что может потребоваться, но… А это значит – как минимум три человека должны погибнуть. Три ни в чем не повинных человека, у каждого из которых, наверное, есть и родственники, и лучшие друзья – все те, кто после смерти будет пытаться выяснить обстоятельства гибели… И там уже не представит особой сложности выйти на Мичиру и Харуку, после чего точно придется менять школу или страну… И имена в придачу. Спасение мира, конечно, требует жертв. Любое их количество с лихвой окупится числом выживших. Три жертвы ради жизни целой планеты… Мизерная цена, но платить её придется именно Харуке и Мичиру. И именно сейчас Мичиру особенно остро пожалела, что все же отдала жезл Харуке, что позволила ей стать воительницей… Что вообще тогда полезла знакомиться – все бы обошлось, наверняка бы обошлось, и Харуке не пришлось бы иметь дело с необходимостью пачкать руки в крови. Мичиру с этим справится. Она была готова взять на себя всю эту работу, и что долг вряд ли окажется заданием по сбору цветочков и спасению котят с деревьев, она тоже подозревала. Не знала, правда, что будет настолько жестоко, но… Их миссия должна быть выполнена. Миссия. Какое пафосное название для задания по убийству нескольких человек, которым всего лишь не повезло приютить у себя талисманы. Возможно, у них с Харукой получится найти выход из положения. Может, им удастся найти способ обойтись без жертв… Но если не удастся, то Мичиру обязательно попробует сделать так, чтобы Харука ни о чем не жалела и чтобы её руки остались чисты. Харука молчала, видимо, думая о чем-то своем, и наконец сжала губы, придя к какому-то выводу. – Давай пообещаем друг другу, что даже если одна из нас погибнет, то другая все равно закончит нашу миссию, – голос Харуки не оставлял и шанса для шутки – уж слишком серьезным он был, да и общая цель их обещаний также не внушала оптимизма и веры в будущее. Выражение лица Харуки тоже было донельзя официальным, как будто они разговаривали на какой-то важной встрече. Почему-то захотелось нервно засмеяться, но Мичиру привычно сдержала эмоции, лишь чуть дернула уголками губ, обозначая грустную улыбку. – Обещаю, – она кивнула и притянула к себе Харуку для поцелуя. В конце концов, Харука для нее всегда будет превыше всех клятв и обещаний. Но ей об этом знать не обязательно.