Дрянная девчонка

      Раздавшийся посреди ночи звонок мобильного телефона был не сразу отключен, а просто засунут под одеяло и переведен в бесшумный режим. Когда возня и кряхтения, перемешанные с руганью, на соседней кровати утихли, то голова владельца техники тоже оказалась под покрывалом. Мужчина спросонья долго вглядывался в экран, дабы получше рассмотреть неопределенный номер абонента.       «Пьянь», – подумал он, хмыкая и проводя пальцем по стеклянной поверхности, чтобы принять вызов.       – Добрый ве...       «Ночь!»       –...чер, мистер Ким, – быстро протараторил голос пожилой аджумы.       – Кто вы? Вы ошиб... – человек сначала подумал, что не угадал, но осекся и понял – только один парень мог использовать такие идиотские задумки, чтобы не рассекретить их отношения, поэтому шепотом продолжил, – вы правы, это я.       – Ваш брат просил, чтобы вы приехали.       «Брат? Ха, что-то новенькое».       Брови сдвинулись к переносице, создавая глубокие морщинистые складки и делая лицо старше. Язык скользнул по пересохшим губам.       – Что же с ним произошло? Он ранен или не может идти? – иронично закончил «родственник».       – Он пьян. Вдрызг. Заберите его.       Собеседник был настроен холодно и не собирался шутить. Фразу отчеканили безразлично, на автомате. Но не укрылись проскользнувшая в конце усталость и тяжелый вдох. Внезапно Чон Юнхо, тридцатилетний айдол со стажем в десять лет, представил, как гостеприимная женщина в фартуке бегает от столика к столику и принимает заказы, выполняя любую прихоть в еде и напитках. Всегда улыбается клиентам, но только дверь кухни закрывается, и она, еле волоча ногами, бредет к плите и готовит новую порцию пищи. Держать забегаловку сложно, не хватало тетечке еще проблем.       Игры играми, но втягивать посторонние лица было как раз в стиле этого большого ребенка. Ему недоставало внимания. Он всегда был требовательным, добивающимся всего, что бы ни захотел, сразу и ежесекундно. Внутри Юнхо боролось два желания: перевернуться и продолжить спать, не втягивая себя в еще большое неприятности, и... прибить это мелкое и пакостливое существо в лице «братишки». Но для второго необходимо было хотя бы подняться и расстаться с теплой кроватью. Дальнейшее молчание показалось бы странным, но Чон упорно оттягивал решение. Точный ответ был известен заранее, но только другому человеку, который сейчас был неизвестно где и неизвестно с кем.       «Завтра съемки в журнале. Я должен быть в форме», – еще вдобавок всплыло в голове солиста группы TVXQ.       Весы двигались то в сторону «за», то «против», выравниваясь и снова меняя положение. Потом мужчина резко сел и закусил губу. Гиря с надписью «Ким Джеджун» без проблем перетянула исход на себя.       – Черт! Диктуйте адрес.       «Опять? Снова? Сколько раз происходило подобное? Мой мозг вместе с телом уже просто не сопротивляется. Как же это называется? Точно... Привычка потакать капризам!»       Певец повернул голову в сторону тумбочки, часы с подсветкой в форме буквы W, подарок фанатов, напомнили, что уснуть ему сегодня точно не удастся.       «Издевательство».       Чтобы не разбудить сопящего вовсю согруппника, он не стал включать ночник и на цыпочках подкрался к шкафу с бельем. Наугад вытянув вещи со своей полки, перебрался в коридор, осторожно прикрывая дверь в спальню. Недовольное отражение взглянуло из зеркала, висящего перед выходом из квартиры. Темные мешки под чуть припухшими глазами придавали образ, разительно отличающийся от того блистательного, сошедшего со страниц глянцевых журналов. Лицо уже рефлекторным движением было прикрыто бейсболкой с недорогим иностранным лейблом и прядями каштановых волос.       «Сойдет», – подмигнул себе брюнет из-под небольшого козырька и накинул теплую куртку черного цвета. – «Обычный житель Сеула готов к труду и обороне».       В своем гардеробе он держал много непривлекательной и мешковатой одежды «на всякий случай». И именно в такие ситуации выбор падал на нижний ящик, где и хранилось данное тряпье.       – Ты жалок, Чон Юнхо, – грустно раскритиковал себя темноволосый мужчина и покинул жилье. ***       На наручных часах стрелка перевалила за четыре утра. Замаскированная знаменитость добралась до пункта назначения, находящегося, к его удивлению, в неприметном и освещенном одним мутным фонарем закоулке в трех кварталах от нового дома Джеджуна.       «Отмечает новоселье?»       С этими мыслями он в очередной раз за вечер вздохнул и толкнул дверцу-ширму в сторону, входя в заведение и сразу улавливая аромат домашней кухни. Живот недовольно буркнул. Для строгой диеты и плотного графика это было непозволительной роскошью. Помедлив всего секунду, Юнхо двинулся вглубь в поисках необходимого человека, натягивая пониже свой головной убор. В такой час забегаловка была полна уже подвыпившими посетителями, в основном сорокалетними рабочими и стариками, ставшими завсегдатаями этого места. Пока объект не попал в поле зрения, Чон украдкой смотрел по сторонам.       Хозяйка нашлась прямо за стойкой с кассовым аппаратом в конце зала. Она была почти такой же, какой Чон себе и представлял. Заляпанный жирными пятнами фартук, стоптанные выцветшие тапочки. Выбившаяся прядь волос была небрежно заправлена за ухо, но, соскользнув вниз, снова мешала владелице, так и оставаясь лезть в глаза. Почему-то глядя на седовласую женщину, кумир вспомнил о семье, особенно о матери. Он не мог воспроизвести в голове то, как его мама готовит. Просто забыл этот облик. Желание бросить и приехать к родным вынудило его закусить несильно губу, возвращая к первоочередной проблеме.       – Вы мне звонили, – высокий брюнет понизил голос, стараясь казаться мужланом-трудягой, коих полно внутри.       – Ах, подождите, я сейчас, – дама ловко подняла переданный ей от молодой девушки огромный поднос с множеством чашек и проскользнула мимо.       «Полна энергии», – глаза внимательно проследили за всеми движениями, губы дрогнули, превращаясь в подобие улыбки.       Аджума почти пронеслась между столиками, разнося новые порции, одновременно с этим она успевала обсудить все местные новости, сплетни и судьбы жителей района. Казалось, что даже ноги ее пританцовывали под музыку ночной радиостанции. Отвернувшись на секунду, Юнхо не заметил, что женщина вернулась и стояла за спиной. Поднос был снова полон до отказа.       – Давайте я по...       – Тьфю, я не так стара, мой милый, – очаровательно улыбнулась она, становясь на глазах красивой дамой с искрящимся огоньком в очах, даже внешний вид ушел на второй план. – Идем за мной. Со Ен, доченька, пригляди за всем, – подмигнула айдолу и прикрикнула в сторону кухни она.       Они вместе прошли через арку, за которой располагалось помещение с плитой, огромной морозильной камерой и отсеками с ингредиентами. Обычная рабочая кухонная комната. Далее сбоку от холодильника была старая деревянная дверь. Лестница за ней вела на второй этаж. Скорее всего, жилой.       – А по...       – Ваш брат перепил и начал дебоширить, – будто зная наперед, что ответить, собеседница спокойно продолжала идти вперед, даже не поворачивая головы.       – Понятно.       – Счет. Сколько он... Мы должны вам, – поправился Юнхо и нахмурился.       – Не беспокойтесь, он оплатил в начале, но, похоже, переборщил с количеством соджу. Никогда не видела, чтобы столько пили, – заботливо кудахтала хозяйка, но ее уже не слушали.       «Что он здесь забыл? Напился? Кто-нибудь вообще представляет, какова его доза для полной отключки? Что-то не так?».       Поиски подходящего ответа прекратились, стоило только исполнителю взглянуть из-за плеча резко остановившейся женщины и увидеть человеческое тело, которое лежало на узком диване и свернулось в комок.       – Он заснул, – к чему-то констатировала очевидный факт хозяйка заведения.       Гостя сверху накрыли длинным синим покрывалом, но одна нога все равно оставалась открытой. Чон довольно хмыкнул, вспоминая, как подвыпивший блондин долго ворочается на своей кровати, пока не найдет нужную впадинку и не оставит нижнюю конечность без одеяла. В его спальне всегда прохладно, но он говорит противоположное, что довольно жарко и стоит раздеться до трусов. А сам в это время прижимается к чужому телу и утыкается холодным носом в бок, дрожа и согреваясь теплом рядом лежащего.       – Кхм... – отогнав странные мыслишки прочь, темноволосый мужчина двинулся к знакомому и попытался поднять на руки Джеджуна.       Первые две попытки пошли крахом: в бессознательном состоянии сложно было водрузить проблемного юношу. Тот не цеплялся и просто сползал вниз. Сдаваться не входило в планы мужчины.       – Боже, Ким, ты растолстел, – пытаясь добиться хоть какой-то реакции, Юнхо решил сыграть на слабостях хитреца.       Ему не верилось, что этот засранец действительно спит непробудным сном. Щекотать было бы глупым поступком, но после отсутствия ответа на выходку про лишний вес кроме невнятного «м-м-м», брюнет уже потянул руки к бокам Кима.       – Давайте я вам помогу закинуть его на спину. И такси вызову, – все-таки предложила женщина, которая наблюдала крошечный цирк в течение прошлых пяти минут.       Все шло, как и было предсказано этим невероятно чудным ребенком, который внезапно пришел и попросил помощи. Его глаза были наполнены слезами, вот-вот готовыми хлынуть вниз. Светловолосый парнишка все время повторял, что они с братом в ссоре. Пил, икал, но продолжал нахваливать кровного родственника. Даже ей самой захотелось увидеть воочию человека, о котором столько было пьяных речей.       – Такси? Ему нужно проветриться. Мы сами дойдем. Тут недалеко, – ситуация начинала напрягать Юнхо.       «Все так, кроме... »       – Мистер Ким, – владелица решила схитрить, – вы его так точно не донесете, он упадет. Я столько людей отсюда проводила. Говорю вам, лучше на спине.       – Но этот пьянчуга все равно не удержится, – буркнул брюнет, в своем воображении давая подзатыльник жертве алкоголя.       – Верь аджуме, – хлопнула она себя в грудь и начала руководить процессом.       За какие-то жалкие двадцать секунд вдвоем они переместили Дже в сидячее положение. Ощутив, что так вполне удастся дотащить пьяного засоню, темноволосый поблагодарил женщину и начал спускаться вниз по лестнице, желая поскорее выбраться наружу.       Возле выхода Ким увереннее прижался к «брату» и устроил подбородок себе на плечо, выпячивая нижнюю губу вперед. Далее принц, умудрившись смачно цокнуть пять раз, насмешил людей за столиками и заставил покраснеть своего «белого коня»:       «Еще бы прикрикнул «поскакали», чтобы я вообще от стыда сквозь землю провалился».       Уже на улице Чон не удержался и еще раз извинился за доставленные неудобства, но получил в ответ лишь широкую улыбку хозяйки, которая подошла и погладила по спине спящего гостя.       – Дитя, удачи, – неслышно прошептала она, незаметно чуть ущипнув кожу в центре. Уже громче добавила. – Смотри за братом лучше. Не ругайтесь понапрасну, вы же родные. Он тебя действительно любит.       «Очень своеобразной садистской любовью», – но вместо этих слов носильщик нежно улыбнулся и пошел вперед по темной улице к дому своего ненаглядного.       Внутри потеплело. Даже несмотря на свои невеселые мысли и пройденные жизненные проблемы, Юнхо испытывал к данному человеку высокое и невинное чувство, которое со временем лишь крепло. Он всей душой хотел узнать, что другая половина тоже не изменила своего отношения. Жаль, что выяснять приходилось вот так: у еле ворочающего языком Джеджуна. Бывшего одногрупника и... нынешнего любовника. Мужчина не помнил, когда видел трезвым этого парня, исключая моменты просмотра новостей по телевизору и интернету. Под действием порыва страсти, вспыхивающей между ними в процессе вечных ссор, пара проводила чудесные ночи, наслаждаясь друг другом. После наступало утро, новый день, а с ними приходили работа, заботы и расставания. Они встречались урывками, но если задуматься над всем, то встречи в большинстве были организованы не им. Что противоречило логике. Брюнет был уверен, что любит, но видеться соглашался со скрежетом.       «Что со мной случилось?»       – Я запутался, Бу, – с тяжестью в сердце произнес певец и поудобнее перехватил руки в замок под попой алкоголика.       Он не замечал, что сзади немного помутневший взор человека был задумчив. Ким молчал, хотя колкие слова так и пытались вырваться изо рта. Это была его защитная реакция, когда он смущается, напуган или обижен. Всегда поганый язык опережает ясное мышление. В этот вечер его решением было устроить день откровений. Только микрофон для монолога предоставил своему спасателю. Выжидал, когда Чон психанет и выскажет все, что думает. Но вместо этого они просто медленно плелись по закоулкам.       Ничего не изменилось и по истечении десяти минут.       «Говори, говори, ГОВОРИ ЖЕ!» – думал один, коря себя за очередной провалившийся план.       «Кажется, я заблудился», – остановился и нервно дернулся другой.       «Что произошло, почему он встал?!»       «Телефон! Надо посмотреть в навигаторе, где я. Не мог же я пропустить нужный переулок?»       «Зачем он меня опускает?!» – запаниковал Дже, когда его подвели к стене ближайшего здания и осторожно придерживали, используя стену и свободную руку, как опору.       Второй начали копаться в кармане куртки. Солист JYJ прищурился и мельком поглядывал за действиями мужчины. Тот достал мобильник и нажал пару кнопок.       – Так-с... Ага... Вот я дурак, – задорно хихикнул лидер и резко повернулся лицом к блондину, заставая того врасплох.       «Так и знал», – ликовал он, видя расширенные от удивления глаза.       – Мне хо... лодно, – вяло выдал Ким, не переставая играть свою роль и медленно опускаясь вниз на корточки.       Ему было очень стыдно, что так просто попался, поэтому прикрыл лицо руками и тяжко вздохнул.       – Тебе плохо? – волнительно спросил Юнхо.       Голова кружилась, и немного поташнивало, но признаваться в таком пустяке не хотелось. Вопрос так и остался без ответа. Данный факт не рассердил, а скорее насмешил участника дуэта. Он расстегнул молнию и снял куртку, когда увидел покрасневший кончик чужого носа.       – Поднимайся. Дойти без меня сможешь?       – М-м-м...       «Собирается меня игнорировать?»       Высокий мужчина помог подняться и только хотел накинуть верхнюю одежду на хрупкое тело, как расслышал задорный смех приближающейся толпы. Рука остановилась на полпути. Джеджун оказался смышленее и проворнее.       – Сюда!       Его кисть схватила брюнета и притянула к себе настолько близко и неожиданно, что они едва не поцеловались. Губы замерли в двух сантиметрах. От прохожих их отделяла куртка, накинутая на головы обоих с нужного ракурса. Они по-прежнему находились возле стены, поэтому Дже поднял согнутую ногу вверх, предлагая поучаствовать в представлении.       – Подыграй! – приказным тоном выдал он своему парню.       Оба находились сейчас не в том положении, чтобы отказываться, сплетни им не нужны, поэтому когда четыре девушки и два парня проходили мимо, застали всего-навсего бессовестную пару, не сдержавшую свою похотливость. Эпичным было то, что комментарии оказались больше завистливого характера, нежели бранного. Жаль, что никто не догадывался, с каким каменным выражением на лицах они визжали и издавали пошлые стоны, сверля друг друга глазами. Эти парни были так близко физически и так далеко морально.       – Идиот, – буркнул раскрасневшийся Юнхо по окончании действа, когда вокруг в ближайших десяти метрах не осталось ни души.       – Знаю, зато забавно, и будет что вспомнить.       – Тебе мало было того поцелуя посреди пешеходного перехода? – невзначай пришло на ум.       – Оу... Ты помнишь.       – Такое не забывается, – невесело заметил мужчина, отводя взгляд.       – То есть тебе не понравилось?! – возмутился белокурый, приоткрывая от недовольства рот.       – Не начинай!       – Хорошо, – молниеносно согласился Ким и развернулся, чтобы уйти, но перед этим показательно кинул предложенную ему куртку на асфальт.       Джеджуна по-настоящему взбесила ситуация. Юнхо же не был так вспыльчив, поэтому стоял и ждал. Чего-то или кого-то. Брюнет уже сам ощущал себя пьяным и потерянным. Ситуация, подобная этой, происходила много раз.       «Не хватало, чтобы мы поругались прямо на улице среди прохожих и оказались на главных заголовках завтрашних выпусков бульварных газет, – старший прекрасно был осведомлен о боязни донсена стать причиной большой шумихи. – Как тогда».       Страх... Вот что делало их отношения натянутыми как тонкая нить, готовая в любой момент лопнуть. Давление... Даже самый смелый человек может оказаться в ловушке, стоит лишь найти слабое место. У каждого оно было, даже если тот, кто это явно отрицает, в очередной раз доказывает, что цель не далека от истины. В их ситуации причиной, которая может стать совместных крахом обоих, была интрижка, тайная связь. Сначала легкая из любопытства, всего лишь опыт подростков, в которых бурлила молодая и горячая кровь, а затем и вовсе затяжная, словно болотная трясина. И чем больше ты двигаешься, тем сильнее она тянет на дно.       Представьте, сколько в книге написано различных советов, чтобы выбраться из опасного омута, но на практике все становится в разы более пугающим, создающим испытание для проверки характера. И это все для того, чтобы выжить в западне гадкого зеленого болота. Касательно любви все приобретает дополнительные заморочки. Нет границ, правил или даже обычной, годной и эффективной в жизни инструкции, как обрести счастье. Это бесконечная гонка с поворотами на дороге, которая может завести в пропасть, а может стать скоростным лифтом в рай.       Дже множество раз проигрывал, что скажет любовнику, чтобы доказать правдивость своих эмоций и чувств. Производил в памяти до такой степени, что стал путать бессмысленные и незначительные факты с более зрелыми и необходимыми. Все заканчивалось бутылкой для храбрости, затем звонком посреди ночи. В итоге, каша в голове одного приводила к непониманию в голове другого. Замкнутый круг, который после долгих своих размышлений блондин решил разорвать простым способом. Один говорит, второй молчит и внимательно слушает, делая свои выводы и попытки разрешить вставшие поперек горла проблемы.       Ничего лучше, чем вывести парня из себя, Ким не придумал. Он знал, что расстаться для них было хорошим, но не самым действенным способом. Пара делала это, но снова сходилась и возвращалась к исходной точке, а для прогресса нужно было развитие.       – Знаю, что я не подарок. Но каким же нужно быть чурбаном, чтобы так себя вести, Чон?       – И что ты хочешь, чтобы я ответил? – сталь в голосе мужчины, который был всегда чуток и нежен, была новинку.       – Я... Я... – неожиданный вопрос для Дже стал вспышкой.       Взор померк. Голова безвольно опустилась. Глаза прищурились в попытке вернуть четкую картинку серого камешка под ногами, который позже вовсе исчез из виду, когда парень ушел вглубь себя.       «А что же я на самом деле хочу от него?» – об этом певец не задумывался, ему хватало ощущения близости и знания того, что рядом есть ОН... Больше ничего...       Следующие события разворачивались, как в немом кино. Не хватало только в паузах на черном экране сообщать о мыслях двоих, запутавшихся в сетях любви сильнее.       Первый шаг дался с трудом, но светловолосый развернулся и вытянул ногу, чтобы ступить в неизвестный путь. Идти или бежать в укрытие, подальше с места конфликта, для многих становилось лучшим решением, которое оттягивало процесс, а значит, давало возможность подготовиться в следующий раз.       «Люблю. Прости».       «Что сегодня творит этот обормот?»       Два. И уже их разделяет расстояние в полтора метра.       Момент, который усиливает накал страстей. Вроде проходит несколько секунд, но они отчетливо расставляют приоритеты. В идеальном мире необходима взаимозависимость. Нет слабых и сильных, есть те, состояние которых изменилось под влиянием окружающей среды в ту или другую сторону от нормы. Для этого и нужно быть вместе. Любовь без доверия, понимания и поддержки не протянет и минуты. Терять ее – значит разрушить до основания построенный с таким трудом «замок» отношений.       «Дома где-то была непочатая бутылка старого вина».       «Эгоист! Уйти? Ну, нет!»       Три. Ощущение опустошенности и нехватки чего-то важного внутри, где-то глубоко в сердце, как банально это не звучало, случалось со всеми. Важным оказывается время признания этого факта. Время вообще творит чудеса с отношениями: кому-то требуется вся жизнь, прожитая в сожалениях, а кому − меньше минуты и хороший пинок.       Рывок с места. Сильные руки крепко сжимают в железные тиски узкую талию.       «Надо позвонить Ючону».       «Я тебя не отпущу» .       – Прекрати, Бу. Давай остановимся сейчас.       – М-м...       – Ты СЛЫШИШЬ МЕНЯ?!       Грубый поворот лицом к лицу. Звук громкой пощечины. Джеджун усмехнулся, чтобы посмотреть на обидчика. Пустые глаза постепенно возвращали прежний уголек жизни.       – Это я запомню, – тихо произнес он в ответ и провел пальцем по месту удара на своей щеке.       – И это тоже постарайся! – громко и четко выдал Юн, вытягивая руки вперед и нежно обхватив руками ошарашенное лицо любимого.       «Ты мой! Да, я устал от твоих издевательств, но только они не дают опустить руки и сдаться, когда моральные силы истощаются. Ты тот, кто заставляет меня подниматься при неудачном падении или насмешках молодежи. Все меняется, но есть одно неизменное и постоянное. Прошлое. Группа. Наше детище. Помнишь, как мы дали обещание возле зала суда: оставаться для всех великой пятеркой, способной смело называться «Богами Востока» вне зависимости от распада? Донести до будущих поколений то, что даже через много лет участники DBSK способны будут тряхнуть стариной и затмить солнечный свет. И предложение прозвучало именно из твоих уст».       Благодарность было сложно выразить словами. Особенно подобрать нужные. Чону казалось, что решительные действия способны придать смелости, да и сделать толчок к дальнейшему признанию, если бы не...       Внезапно его остановила ладонь, перекрывшая губы.       – Подож... Гхм... – парень отчего-то прекратил говорить и, зажав плотно рот, отбежал за угол.       Судя по доносящимся оттуда ругательствам, там вовсю блевали и даже умудрялись комментировать съеденное. Потом как ни в чем не бывало Ким вернулся на место, по пути подняв и отряхнув с виноватым лицом куртку. Подойдя ближе, он рукавом своего свитера протер рот и со спокойным лицом выдал:       – Продолжим.       – Не смешно. Весь романтический настрой пропал, – улыбка появилась сама собой.       – Пф... Это суровая жизнь. Пойдем, выпьем?       – Тебе хватит.       – Я тут вспомнил, что дома есть дорогое французское вино. Тебе понравится. Зайдешь?       – Прости.       Лидер сделал попытку первым пойти на примирение. Все же до рукоприкладства не доходила ни одна из встреч, пусть даже в неудачное время и в неудачном месте.       – За что? Ты мне так отказываешь? – давил на жалость Дже, догадавшись обо всем лишь по щенячьему выражению.       – Я был не в духе, ты тоже... Поздно позвонили, и...       – Не продолжай. Мы с тобой не дети. На улице прохладно, может, все-таки ко мне?       Неординарность и смена настроений в диалогах часто настораживали близких, но их самих в разгар очередной беседы не волновали люди, толпившиеся рядом. Они просто находились в своем мирке. Тревога и волнение, не отпускавшие высокого парня, блондин чутко уловил. Смена темы ничего не решила. Юнхо не мог представить, чем это все закончится, если уже начало принесло столько происшествий.       – Завтра работа, а точнее сегодня. Мне пора.       – А в щечку можно?       – Нет, – моментально ответил Чон.       – Стоило попытаться, – разочаровано протянул старший.       Красный след ярко пылал на бледной коже. Сердце мужчины больно йокнуло. Он совершенно забыл о недовольстве и плохом настроении. В нем проснулся собственник, требующий заграбастать в объятья любимого и защитить от себя самого.       – Больно?       – Немного, – длинные пальцы чужой руки приятно охладили раненый участок.       – Нужно приложить лед.       – Ох, болит. Ты прав, – наиграно сморщился Джеджун.       – Ловелас, – выдохнул брюнет. – Это не ответ на приглашение. Всего лишь неизбежность.       – Да-да. Может, купить закуски?       – Бу!       – Нет, ничего. Мы просто идем за льдом. ***       Будильник противно затрезвонил ровно в семь сорок пять. Брюнет лениво зажмурился и подтянулся к телефону. Свободная рука отправилась искать по шелковому белью ночного пьяницу. Не найдя тушки, виновной в недосыпе, Юн распахнул глаза.       – Уже свалил. Что ж, – он встал и поежился.       Окно было открыто настежь, а человек, оказавшийся одним в пустой квартире, был совершенно гол. Ничего не оставалось, как поспешить отправиться следом за любовником. Работа выла голодным волком. Потратив на отдых лишь полтора часа, певец перепутал пасту с кремом для бритья, едва не почистив им зубы, фен довольно ощутимо стукнул током, а зубец на расческе и вовсе упал куда-то на пол. Дальше ему повезло больше: завтрак на столе был заранее приготовлен и накрыт, чтобы сохранить тепло. Темноволосый сделал вывод, что Дже не сомкнул глаз. Короткое сообщение на холодильнике было выделено толстым маркером.       «Увидимся».       Ниже был целующий смайлик и комментарий со звездочкой о том, что у него свежее дыхание. Коротко и ясно. Для сумасшедшей и скрывающейся пары в самый раз.       Помимо этого возле порога стоял пакет с тремя пластмассовыми прямоугольными формочками, до отвала наполненными пищей.       – Шим Чанмину от поклонника, – прочитал вслух записку с текстом и ехидно добавил. – Тайного-претайного, еще и перебежчика. Фанат, блин...       В первый же день стоило Максу попробовать еду, отправитель был вычислен по отличительному вкусу, а почтальон получил выговор. Сейчас все намного проще: ребенок получал обед как должное, еще и требовал нагло добавки, возвращая посуду вместе с заказом следующего блюда. Кольнувшая ревность вернула мужчину к морозильной технике и вынудила черкнуть в ответ на сообщение пару слов.       Чтобы попасть в квартиру, надо было знать электронный пароль, выйти же можно было, лишь захлопнув за собой металлическую дверь. Что и сделал Юнхо, когда собрался. Верхняя одежда была вычищена от пыли и грязи, но по приезду на съемочную площадку привлекла бы внимание, поэтому, торопясь изо всех сил, он умудрился заскочить домой и при этом не опоздать к началу.       – Ну и последний на сегодня вопрос, интригующий ваших фанатов каждый год. Тип идеальной девушки? – журналист потер в нетерпении руки и приготовился выудить как можно больше информации для интересного сюжета, повода для сплетен и слухов.       – Идеальный тип? – задумался солист группы.       Что могло всплыть в голове после проведенной ночи в веселой компании Кима? Правильно, ничего, кроме него и его забавных речей. Бутылку вина они все же допили до последней капли, разделив ее на двоих где-то в пропорции три к одному. Далее были несуразные медленные танцы и томные шептания. Стоит отдать должное, парень в попытках быть обольстительным и соблазняющим на самом деле оказался неуклюжим, но таким родным и милым, что все закончилось занятием любовью на полу прямо в зале. Потом они плавно перебрались в спальню, где без сил уснули в крепких объятиях.       Также вспомнился кусок прямо перед провалом во тьму. «– А задумка сработала, – Дже ловко перебирал пряди каштановых волос на голове Чона. – Какая задумка? – недоуменно спросил брюнет. – Думаю, та аджума и впрямь не соврала, что была прекрасной актрисой в прошлом. Жаль, что роли доставались второго плана. – Так она тоже была в сговоре?! – Ну... Что-то я умолчал... Но, в целом, была хорошая импровизация. – Зачем ты вообще это делаешь? – нежно улыбаясь, поинтересовался Юнхо. – Хочу быть дрянным парнишкой, чтобы ты не спускал с меня глаз, зная, что я могу натворить дел. – Ха-ха-ха... – Это правда, – смутился Джеджун и ущипнул за бок парня. Руку перехватили, и тело подмяли под себя. – Я люблю тебя, кем бы ты ни был... »       – Вы вспомнили что-то смешное, Юно Юнхо? – на лице репортера появился хищнический оскал.       – Точно... Этот дрян... ная девчонка, – спохватился айдол и стал оправдываться, проклиная себя за безголовость. – Чон Джи Хен. Эта девушка остается моим идеалом. А еще я с удовольствием смотрю ее новую дораму «Человек со звезды».       – Ах, понятно, – разочарованно сказал работник газеты и выключил диктофон.       Интервью закончилось, все покинули помещение, а певца потряхивало. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Он не ожидал, что потеряет концентрацию. Благо спасли выпуск новостей, который мельком видел сегодня с утра.       «Нужно быть настороже!» – приказал себе брюнет, наблюдая идиотскую лыбу Шима, который выглянул из-за угла.       – Не забудь потом положить на мой стол, – кивнул напарник в сторону пакета, спокойно покоящегося на полу возле стены. – За молчание нужно платить.       – Паршивец! – выкрикнул в ответ Юн. ***       Джеджун вернулся домой с фотосета альбома и утомляющих репетиций поздно вечером. Плюс похмелье не просто давало о себе знать, а создавало проблемы: менеджер бегал за водой и таблетками от тошноты четыре раза, спасая раскисшего Кима от приступов рвоты и жажды. День был долгим, и казалось, что время тянулось нескончаемо долго.       Проходя быстрым шагом мимо кухни сразу в направлении ванной комнаты, он зевнул с мыслями о расслабляющем душе. Тот был ему сейчас жизненно необходим. Холодильник не сразу привлек внимание. Но раздевшись полностью и едва коснувшись кнопки, регулирующей водную температуру в кабине, Дже вскрикнул и кинулся в чем мать родила обратно. Ярко зеленый листок, который был прикреплен магнитом к железной дверце, был заполнен всего лишь одной фразой:       «Ты просто привычка...»       Лицо блондина просто расцвело от широкой и счастливой улыбки, но потом превратилось в хитрую моську. Ухмылка предвещала обладателю чудных выходных под предлогом болезни, но с домашним баром и отличным спутником. Идея посетить знакомую аджуму тоже казалась неплохой. Или стоило бы выбрать новое место?       – Чон, это не привычка. Это любовь.       В то же время. Здание СМ.       Телефон банальным рингтоном входящего сообщения брякнул в кармане брюк. Чон Юнхо вынул аппарат и быстро набрал пароль. Перейдя по ссылке, он увидел сайт со значениями различных слов. Посередине было выделено «привычка»       – Привычка (англ. habit) – хорошо усвоенное действие, в выполнении которого человек испытывает постоянную потребность, – брюнет вдумчиво прочитал и закатил глаза.       «Это Я еще в нем нуждаюсь? Ох уж эта дрянная девчонка!»