Забытое мастерство. Книга II "В поисках истины"

Столб огня, могучий и обжигающий, рвался в бескрайнее черное небо, разрезая тяжелые тучи. Тонкой иглой, вонзаясь в само мироздание, невидимой нитью соединяя мир людей и суть самой чистой магии. Рождая звенящее чудо абсолютное единения природы и человека, омывая и возрождая. Очищая от чужой воли, навязанной магией и чужими амбициями… Сквозь рев пламени и шум дождя слышны слова неведомого языка. Чуть гортанные звуки, завораживающие своей чистотой и лаконичностью. Кажется, что, подчиняясь этой музыке слов, вокруг огненного столба кружат каменные глыбы. Откуда они появились - неизвестно, что их создало - не ясно. Но, подчиняясь воле кудесника, читающего заклятие, они выстраиваются в лишь ему известном порядке вокруг коленопреклонённого мага. Новые каменные глыбы дополняют старые постройки, камни, что ждали своего времени долгие века. Ряд за рядом, круг за кругом разрастается постройка. Все новые камни находят свое место, чтобы осесть на века. В этом году тысячи магглов решили не ехать к Стоунхенджу, чтобы встретить рассвет самого длинного дня года. Если бы они могли обойти отталкивающую магию, их ждало непередаваемое зрелище. Грандиозная стройка, почти вальс камней. Сквозь новые ряды каменных глыб во все стороны пробивалось магическое пламя, расцвечивая голубоватые монолиты причудливыми узорами всех цветов радуги. Магическая песнь набирала силу, все убыстряясь и возвышаясь. Казалось, к одинокому голосу чтеца присоединились далекие звуки литавр, подобные надвигающейся грозе, ликующей, нетерпеливой и по-весеннему буйной. Так же где-то на грани слышимости можно было уловить звонкий говорок трубы, стрекот кастаньет, какой-то хрустальный звон, глухой и тревожный перестук, тонкий и возвышенный стон скрипки. Десятки звуков сплелись для мага, читающего заклинание, в невероятную музыку, в чем-то первобытную и стремительную. Каждый новый, точно выверенный, звук шел самой сутью бытия и магии, слагая гимн жизни. Ликующий, с ноткой щемящей нежности и надежды. Гарри Поттеру было больно. Боль была такой силы, что её было почти невозможно терпеть. Но, вместе с тем, боль приносила чувство освобождения. Казалось, что она сжигала всё то, что у пожившего человека вызывает боль, недоумение, обиду и преследует всю жизнь. Что мы старательно пытаемся забыть, но раз за разом вспоминаем и уговариваем себя не думать, не принимать близко к сердцу, не чувствовать, стараемся отпустить. Гарри хотелось закинуть голову и захохотать в голос, громким смехом разогнать боль и выразить облегчение, которое переполняло всё его существо. Но он не мог. Завораживающая песнь ещё творилась. Ещё не построена пирамида, храм Маат. Врата между магией и миром людей. Он уже не видел, как блоки выстраиваются в своем сложном порядке, он был замурован в малюсенькой комнатке, но сердцем он чувствовал, как последние глыбы находят своё место, опускаясь с глухим стуком. Сейчас этот звук напоминал рваный стук сердца, музыку жизни. Но с каждым мигом он становился все ровнее, ровнее и тише. Вот последние слова произнесены. Стены содрогнулись и озарились янтарным светом. Гарри вздрогнул всем телом, в последний раз его резануло болью по нервам с такой силой, что он не сдержал крик. В следующий миг он упал навзничь и остался лежать с широко раскрытыми глазами. **** Он оказался посередине бескрайней пустыни черного песка. Темное, как будто бархатное небо навалилось сверху, бездонное и невозможно синее, в ярких, но безжизненных звездах. Ветер шевелил песок, пересыпая и развеивая его вокруг, но не тревожил его. Гарри не чувствовал его дыхания. - Пески Наска… - Для тебя да, - холодный безжизненный голос раздался за спиной. Гарри резко обернулся. В паре шагов от него стояла женщина, в черном бесформенном и обтрёпанном платье. Её тёмные, растрёпанные волосы спадали с плеч неопрятной волной спутанных прядей. Её можно было принять за обычную нищенку, если бы не лицо. Светлая, как будто фарфоровая кожа, совершенные черты. Чуть тускловатые, прелестные губы, аккуратный, точеный носик, гордые росчерки бровей и огромные глаза, черные и бездонные, в обрамлении длинных ресниц. - Я не заметил вас. - Так чаще всего и бывает, - раздался тот же бесцветный голос, но лицо женщины осталось недвижным, губы не пошевелились, только глаза сверкнули, как Гарри показалось, презрительно. - Где я? - Это чистилище. - Я умер. - Еще нет. Ты опять пожертвовал собой. - Я до последнего надеялся, что не правильно расшифровал тексты. - Нет, вполне верно. - В прошлый раз ко мне приходил Дамблдор, а теперь смерть? - К тебе рвалось много народу, - безжизненно проговорил голос. Лицо осталось мертво, но глаза сверкнули зло. – И это не доставляет мне радости. Как и то, что множество живых искренне благодарны тебе. Даже этот странный зельевар, который никогда не боялся меня. - Я неприятен тебе? - Нет, я даже благодарна тебе за то, что ты вернул мне душу, которая очень старалась сбежать, но я не люблю тех, кто нарушает установленный порядок. Даже если не по своей вине. А ты уже в третий раз здесь. - Третий? Я не помню такого. - Ты был слишком мал. - Значит, я не умру? - Все вышесказанное маловато для того чтобы избежать смерти. - И все же я здесь. - Да, здесь, - глаза смерти озорно сверкнули, - Ты можешь выкупить свою душу. Принеся мне другую. Например, министра Темариуса Тернера, тем более это легко сделать он теперь не маг. Или этого смешного смотрителя в тюрьме. Или этого недалекого твоего рыжего приятеля, что предал тебя. Любую душу из тех, кого тебе не жалко. - Я… - Гарри резко стало нечем дышать. Он судорожно глотнул. Перед глазами пронеслось растерзанное тело учителя. Потерявший всякий человеческий вид Снейп. Глаза Малфоя, когда он его вчера провожал, полные боли и тревоги. Он почти решился. Почти… Опустив голову и ссутулившись, он твердо ответил: - Я не могу так поступить, извини. - У тебя есть минута передумать, - Смерть оскалилась в злобной улыбке. Кукольное личико исказилось и превратилось в белёсую страшенную морду, в черном провале рта мелькнул раздвоенный язык. Глаза полыхнули красным. Преображение было таким внезапным и неожиданным, что Гарри Поттер вздрогнул всем телом и отступил. – Ну-у?, - провыло чудовище, от него потянуло гнилостным смрадом и промозглым могильным холодом. - Н-не могу, - Гарри сник, печально опустив голову. - Что ж, будь по-твоему, - усмехнулась смерть, делая к Гарри шаг. **** Драко Малфой передал Северуса Снейпа с рук на руки Невеллу Лонгботому и с не аристократической поспешностью бросился к пирамиде. Он немного не успел. Он был ещё достаточно далеко, когда последняя глыба упала сверху и утвердилась вершиной пирамиды. В этот миг вдруг вся постройка вспыхнула нестерпимо ярким, янтарным светом. Огненный столб взорвался тысячью нитями и, мигнув, пропал. Но Драко всего этого не заметил. Он вдруг словно получил под дых. В глазах потемнело, а сердце рвануло куда-то вверх, и сразу же ухнуло вниз, пропустив удар. - Гарри, - удивлённо и обессиленно прошептал он. Что-то изменилось в нём, сместившись. Он как бы со стороны наблюдал за собой. Вот он, надрывая легкие, бежит к пирамиде и, забыв о палочке, ищет щель в стене. Вход. Расцарапывая еле видные зазоры между блоками, срывая ногти. Падая в грязь и не переставая шарит руками по камню, беззвучно повторяя: - Гарри, Гарри, Гарри. Он не видел, как вся их компания присоединилась к его поискам входа, как хмурая Гермиона накладывает заклятье за заклятием на пирамиду. Как Невилл еле увернулся от вернувшейся «Бомбарды». Очнулся от транса Драко только когда Луна попыталась его увести. Наваждение рассеялось, и он смог вновь почувствовать себя. - Драко, пошли, - в который раз взмолилась она. - Я никуда не пойду, - прошипел он, стряхивая её руки. - Тебе нужно… - Со мной все нормально, - зло выплюнул он, - Я нужен тут. Луна несколько мгновений смотрела Драко в глаза и согласно кивнула. Друзья по очереди обходили пирамиду, почти без надежды накладывая распознающие чары на пирамиду. Они перепробовали все доступные способы. Даже просили домового эльфа забрать Гарри Поттера из пирамиды, но домовик лишь горестно всхлипывал, наматывая уши, и помочь не смог. И только Малфой сидел облокотившись об стену и, казалось, медитировал. На самом деле он вел с Гарри незримый разговор. Убеждая того не сдаваться, обещая ему всё самое соблазнительное, а порой угрожая ему карами, пару раз просто моля его вернутся. Ребята пытались увести Драко Малфоя от стены, но тот не поддавался на уговоры, зло огрызаясь. На второй день Невилл пригрозил Драко, что он его оглушит и утащит силой, но наткнулся на такой яростный, почти сумасшедший, взгляд, что отступил. Ночью на третьи сутки в стене пирамиды образовался проход. Драко равнодушно скользнул взглядом по двери и отвернулся. Чтобы почти сразу вскочить. На плохо слушающихся ногах он бросился туда. Спотыкаясь и цепляясь за стены туннеля, он двинулся внутрь, даже не озаботившись светом и не вспомнив про палочку. После двенадцатого поворота он перестал считать коридоры. Спустя какое-то время он ввалился в центр пирамиды. Это была маленькая комнатка, слабо освещенная магическим факелом. В центре на каменном полу кто-то лежал. Отказываясь верить своим глазам, Драко упал на колени перед Гарри. Тот лежал навзничь. Глаза его были открыты, рот раскрыт в немом крике. - Нет, нет, нет, - Драко, словно слепой, шарил по любимому лицу руками и шептал, шептал. Потом он лег и обнял любимого. Устроил голову у него на плече и блаженно закрыл глаза. **** Снежная пелена закрывала все вокруг. В кружении снежинок с трудом узнавались предметы. Где-то в далеке вроде как был поворот на Хогсмит. Вон там Визжащая хижина. Драко Малфою всегда нравился снегопад. Он блаженно подставил снегу лицо. - Зачем ты пришел, - безжизненный голос раздался за спиной. Драко даже не вздрогнул и не открыл глаза. - Меня там ничего не держит. - Твое время еще не пришло. - Пришло. - Ты собираешься со мной спорить? - Да, - кивнул Драко, открывая глаза, но не поворачиваясь, - если понадобится. Все самое страшное уже случилось. Чем меня может испугать Смерть, если я не хочу жить? - Он отказался дать за себя чужую душу. Даже души своих врагов. Даже ради тебя. После этой фразы Драко вздрогнул, но остался стоять неподвижно. - Молчишь? - спросила смерть, - Отдашь свою жизнь за его? - О-отдам, - запинаясь, ответил Драко, боясь верить. - Великие небеса, как вы мне надоели, - прошипела Смерть, впервые за разговор проявляя эмоции. Драко так удивился, что обернулся. В нескольких шага от него стояла седая, всклокоченная старуха с провалом вместо рта. Огромные глаза были закрыты белесыми бельмами. Её иссушенное желтоватое тело куталось в рваное серое рубище в темных потёках. Она гневно потрясала сжатыми кулаками и плевалась от ярости. - Да валите вы оба, но это в последний раз!! - Вдруг прокричала Смерть взмахивая костлявыми руками и всё пропало. - Мерлин! Они здесь! - Гарри! Драко! - Боже, мы так волновались. - Как вы?! Взволнованные голоса разбудили наших героев. Драко сначала блаженно потянулся, а потов взволновано вскинулся, вглядываясь в такие знакомые и любимые глаза. - Доброе утро, - одними губами прошептал Гарри Поттер и потянулся за поцелуем. Но получил кулаком в нос. На его счастье, Драко Малфою было неудобно размахиваться лёжа, и кулак проехал по носу и скуле, не нанеся сильного ущерба. - Еще раз полезешь геройствовать - убью! – яростно воскликнул Драко Малфой, и сразу же испортил весь эффект от угрозы, расстроено шмыгнув носом. - Я тоже тебя люблю, - прошептал Гарри Поттер, крепче прижимая к себе любимого.