Записки натуралиста

       — Мы здесь одни, — говорит темноволосая девушка, обхватывая талию своей подруги. — Понимаешь?       Розовые губы нежно, будто по-детски, касаются бледных плеч. Её спутница бросает строгий взгляд.        — Не здесь, — отрезает она. — Нас могут увидеть. Ника, знаешь, что будет со мной, учителем, если они узнают, что мы встречаемся?       Ника спрыгивает с учительского стола и игриво проводит рукой по плечам учителя.        — Не сердись, Вик, — девчушка прижимается к ней, вдыхая аромат её волос. Она хихикает. — Тебе не идет хмуриться.       Алые губы растягиваются в хитрой улыбке.       — В стенах школы я для тебя Виктория Сергеевна. Это во-первых, а во-вторых, — она поворачивается к ученице, медленно, прищурив свои голубые глаза, подобно хищнику. Задрав подбородок школьницы, она смотрит ей прямо в глаза, а после произносит: — Сегодня твоя очередь мыть посуду.       Ника нервно закусывает губу. По всему её телу пробегает сотня мурашек, отдающие неестественным жаром, будто она сейчас находится под палящим солнцем где-нибудь в пустыне. Она не любит, когда Вика так делает.       В пустом коридоре раздается школьный звонок. Слышится несвязный гул в коридоре. Последние измученные школьники покидают здание. Технички гасят свет.        — Нам пора, — Вика накидывая на плечи кофту, складывая очередную гору тетрадей, — Пошли.       Весь оставшийся путь они идут молча. Зимой темнеет необыкновенно рано, поэтому их путь освещают фонари, стоящие вдоль трассы. Они останавливаются на самой обычной остановке и ждут свой автобус. Ника садится на лавочку, скрестив руки на груди, а Вика смотрит на свои наручные часы.        — Опаздывает.       Виктория оборачивает голову назад. Увидев спящую Нику, она улыбается. Это случилось три года назад, когда девочка была в седьмом классе. Она только перешла в эту школу по причине переезда. Ей был выдан самый худший класс школы — «7-Б». Но она смогла найти подход, обратив внимание на трудного подростка — Нику Бурову.       Она сбегала с уроков, хамила учителям и устроила бунт в столовой. Она не была похожа на всех тех «трудных» детей, которые ей попадались за долгие годы преподавательства в коррекционной школе. Позже Вика выяснила, что все это девочка делала, чтобы привлечь внимание своих родителей. Через какое-то время у нее умерла мать, а отец сошел с ума.       Вика с ужасом вспоминает как девочка, вся в синяках и ссадинах, бежала босыми ногами по морозу в поисках дома, чтобы скрыться от отца с топором. В пьяном угаре отец убивает соседку и его помещают в местную дурку. Девочка остается ни с кем. Никому ненужная, сломанная детская жизнь.       Вике удалось ее удочеритьь и вот они уже год живут вместе. Она стала замечать свое странное влечение школьницей, а также недвусмысленные намеки и действия своей ученицы. Она старалась предотвратить это, но эмоции, чувства… Они взяли верх.       Вика заменила ей мать, наставника, хорошего друга и стала самым близким человеком в её жизни. Она привязалась к этой девочке. Темноволосой оптимистке, которая ни смотря ни на что остается добра к людям. Это её и подкупает.       Женщина ухмыляется, глядя на подъезжающий автобус. Она подходит к своей спутнице и проводит рукой по волосам.        — Нам пора.       Голос её звучит мягко и нежно. Лишь голубые глаза блестят и краснеют.        — Ты чего?        — Да так, соринка в глаз попала. Не обращай внимание.       Садясь в транспорт, Ника кладет свою голову ей на колени, а Вика гладит её по спине. Она смотрит на зеленую стрекозу-заколку в волосах девочки и вспоминает. Вспоминает свой дом, свою семью и как она пошла работать в школу. В её голове вспыхивает множество лиц-портретов, среди которых Ника Бурова — девочка, которая изменила всю её жизнь.       В своей голове она называет её «стрекоза удачи».