Первого апреля

Он никогда не любил праздники. Вся эта суета, беготня; иногда даже приходилось покупать подарки... Ну, это когда уже было совсем не отвертеться. Так утомительно... К тому же, вдруг он прогадает и сделает неправильный выбор, учитывая вкусы не очень-то нормальной семьи? Нет, это точно не для него. Тим предпочитал спокойные будние дни в компании книг или своего любимого ноутбука. Приоритет, чаще всего, отдавался последнему. А ещё он не любил, когда в доме объявлялись братья, причём, все сразу. Особенно на праздники. Ладно, может, Тим не совсем точно сформулировал мысль... Может, он не любил, когда Джейсон в очередной раз подкалывал его, нагло ухмыляясь, а Дэмиен как бы невзначай пытался свернуть ему шею? Тогда Дик оттаскивал младшего в самый дальний угол, долго что-то объясняя и не обращая внимания на испепеляющие взгляды мелкого дьяволёнка. Тиму не хотелось знать, о чём они говорят, ни капельки. Он просто думал провести вечер тихо или за работой, и, самое главное, никого не трогая. Чего ожидал и от других домочадцев. Но Тим заметил, что даже такие крохотные мечты всегда рушились, когда, казалось бы, до них уже можно было дотянуться рукой. Всегда. Точно следуя закону Мерфи. Он даже вывел закономерность. И сейчас, лёжа в стерильно чистой, кристально белой больничной палате, с подвешенной ногой и перебинтованной головой, Дрейк клял недавние события, на чём свет стоит. И сказать, что он не любил этот праздник – практически ничего не сказать. Нет, Тим ненавидел, жутко ненавидел его. Потому что... *** – Эй, сопля, пойдём, выйдем. Надо перетереть кое-чего. – О, Тодд, ты, как всегда, сама вежливость, – Дэмиен оторвался от созерцания рыбок в аквариуме и смерил старшего брата уничижающим взглядом. Безрезультатно. Джейсон всё так же усмехался, а в глазах его плясали недобрые огоньки. Похоже, у чокнутого братца снова появилась идея, которой он, несомненно, захотел поделиться с Избранными. Почему в этот раз Тодд выбрал именно его, Дэмиен не знал, да и не хотел, собственно. – Можешь пялиться, сколько влезет – я не против. Только сделай одолжение: не так пристально, а то дырку во мне прожжёшь. – Тебе бы не помешала одна, меж глаз, – зло бросил Уэйн-младший, тоскливо глянув на рыбок в последний раз. – Что там у тебя? – Ха, великий господин соизволил обратить на меня своё великое внимание. Что ж, я сделаю всё, чтобы вы остались довольны, – Тодд наигранно поклонился, прижав одну руку к груди, а другую – убрав за спину. – Хватит паясничать. Лучше переходи сразу к делу. – Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, – не убирая рук, продолжил Джейсон, расплываясь в широкой подобострастной улыбке. Пропустив брата вперёд, он принялся что-то горячо объяснять. Не прошло и минуты, как Тодд изложил нехитрый план Уэйну-младшему, дожидаясь ответа. Тот явно медлил, обдумывая услышанное и взвешивая возможные последствия ещё не совершённого поступка. Наконец, спустя несколько томительных секунд, Дэмиен гадко усмехнулся, готовый вот-вот заурчать от удовольствия. В голосе его чувствовалась холодная решимость и одобрение: – Знаешь, Тодд, мне не хочется это признавать, но... Это отличная мысль. Считай, я в деле. *** У Тима было нехорошее предчувствие – день не задался с самого утра. Вследствие очередной бессонной ночи, за завтраком он чуть не опрокинул на себя чашку с горячим кофе. Иногда мысли в его голове перемешивались, образуя большой непонятый клубок, за распутыванием которого Тим часто забывал, где вообще находится. Ему ещё повезло, что Альфред вовремя подоспел. Временами Дрейк поражался, с какой скоростью может двигаться этот старик. Неужели, в их семье все такие? Дворецкий, как всегда, очень вежливо поинтересовался о состоянии его самочувствия. Он, конечно же, ответил, что «всё в порядке». Но, возможно, стоило сказать правду? Потом была тренировка, и опять что-то пошло не так: Тим не заметил, как вновь погрузился в себя, и в итоге получил бэтарангом в лоб. Прямое попадание. Будь он в духе, сказал бы – трёхочковое. Отмахнувшись от обеспокоенного Дика и требовательного взгляда Брюса, Тим по-тихому ретировался. Поняв, что это – только начало дня, он решил запереться в комнате. Меньше действий – меньше ошибок. Может, он сможет уснуть. По крайней мере, Тим очень на это надеялся, придерживая у лба пакет со льдом. Но увидев в дверях Дэмиена, он приготовился к худшему. В принципе, само явление этого демона уже не сулило ничего хорошего. – Утро, Тим. Ты сегодня какой-то вялый. – И тебе доброе утро, Дэмиен, – ответил Дрейк, прикидывая, как бы обойти брата, не разозлив, да ещё и отшив по-культурному. – Я так понимаю, ты по какому-то делу? – Можно и так сказать. Мне кажется, Тодд что-то замышляет, – младшенький опасливо заозирался, переходя на шёпот, – ты же знаешь, какой сегодня день? Дрейк отчаянно пытался вспомнить. Ему казалось, что и Дэмиен может услышать тот скрипучий шум, с которым переворачиваются мысли в его голове. – Эм, пятница?.. – Тим удивлённо приподнял бровь, перекладывая пакет со льдом в другую руку. – Ох, Дрейк, ну и кретин же ты! Число хоть знаешь? – Прости, Дэмиен, – Дрейк устало вздохнул, жалея, что на двери не висит календарь. Он исправит эту оплошность. Потом, когда выспится. – Сегодня первое апреля... – с какой-то зловещей улыбкой проговорил Уэйн-младший, надвигаясь на Тима. – А, значит, все дураки в нашем доме обязательно активизируют свои умственные способности. Надеюсь, я понятно изъясняюсь? Дрейку было понятно. Понятно, что это – ещё одна большая проблема. Он уже успел набить шишку. Не хватало только ненормального Джейсона... – Знаешь, я видел, как он рылся в твоей комнате, – продолжил тем временем младший брат, медленно обходя его, – и он, похоже, стащил твой ноутбук. Вот это был удар ниже пояса. От услышанного Тим выронил пакет со льдом, который уже начал таять, и рванулся в комнату – заветного ноутбука на месте не оказалось. – Эй, Дрейк... – снова Дэмиен, но Тим его не слышал. Боже, в этом ноутбуке ведь отчёт за несколько кварталов, и наработки по новому проекту, и музыка, и... И в этой чёртовой коробке сконцентрирована вся, мать его, жизнь Дрейка! Не обращая внимания на то, что говорит Уэйн-младший, Тим несётся к лестнице. Может, ещё успеет? Он попросит вернуть его обратно, точно! Ведь Джейсон не сможет взломать код. Ну, у него уйдёт минимум минут двадцать, а поэтому... Дрейк слишком поздно замечает тень, выросшую около лестницы, слишком поздно осознаёт, что не успеет остановиться, и слишком поздно разворачивается боком, чтобы смягчить падение. Последнее, что он помнил – отборную ругань и злорадный смех откуда-то сверху. *** От размышлений Тима отрывает робкий стук в дверь. О, если это Дэмиен, он кинет в него раствором йода, который стоит на прикроватном столике. Плевать, что потом у него будет сломана не только нога, но и нос. Однако дверь открывается, и в неё бесшумно проскальзывает Дик. В руке у него большой пакет. – Привет, Тимми. Я не помешал? Дрейк лишь устало вздохнул, жалея о том, что это не Дэмиен. Или Джейсон. В любом случае, они оба заслужили быть измазанными. – Нет, Дик, я всё равно не спал. Грейсон кивает и осторожно садится на край кровати, попутно что-то вытаскивая из пакета. – Держи, принёс его специально для тебя. Тим счастливо улыбается, видя в руках брата ноутбук. Как же он волновался за него! Дрейк надеется, что выхватил его не очень нервно и быстро, но судя по добродушной улыбке Дика, это не так. Забыв обо всём на свете, Тим проверяет, все ли файлы на месте. Пальцам ног отчего-то щекотно, но он не обращает на это внимания, и поднимает голову лишь тогда, когда его окликает тихо посмеивающийся Грейсон, уже стоящий в дверях: – С первым апреля, Тимми. Надеюсь, педикюр тебе понравится. Его взгляд скользит вниз, к накрашенным ярко-розовым цветом ногтям на сломанной ноге, и он готов вот-вот разразиться проклятиями, но руки по-прежнему бережно держат ноутбук, хотя Тим бы предпочёл, чтобы в них оказался йод. Как же он ненавидит это первое апреля!