Школа

***

POV Ben

      Не хочу идти на эту вечеринку. Вот серьезно. Я так не хочу идти в то место, где будут танцы, алкоголь, пьяные подростки и восхитительные попытки затащить друг друга в постель. Хотя, можно тупо пойти туда, чтобы услышать фразочки пикап-мастеров. «Эй, малышка, я весь горю! Будь моим огнетушителем!», «Может ли моё судно припарковаться в твою бухту?» и подобные фразочки про Марианскую впадину, туннель и так далее…       Вот эти фразочки заслуживают отдельное место в книге «Как опозориться, или миллиард и один тупой способ подкатить». Интересно, а есть ли такая книга на самом деле? Если её ещё нет, то я начну писать эту книгу, как приду в комнату. — Ну пошли, Бен, не ломайся, — говорит мой друг, хлопая по плечу. — Я не уверен, что хочу, — проговорил я. — Да и к тому же, вдруг лишний раз пересекусь с Джеффом. — Ой, чуваки, давайте посчитаем, сколько за всё это время Бен назвал имя своего возлюбленного, с которым не хочет начинать общаться снова. — Серьёзно, Бен, если ты так любишь его, то поговори с ним. — Нет, — встаю с кровати и расстёгиваю клетчатую рубашку, направляясь к двери, — Вы правы, на вечеринке будет круто!       Да, я идиот. Да, я безумно люблю Джеффа, но пытаюсь избавиться от мыслей о нём, о тех моментах, когда мы целовались. И особенно о том дне, когда мы так крупно поссорились. Оба повели себя, как идиоты полные, и, скорее всего, страдаем сейчас оба… — Стой, выпей, чтобы перестать волноваться, — говорит друг, протягивая мне бутылку виски. — И это тоже, — после этих слов друг протягивает мне какую-то белую таблеточку. — Что это? — спрашиваю я, смотря на неё. — Кетамин. Болеутоляющее. Ты говорил, что тебе голова болит после алкоголя, поэтому держи.       Я посмотрел на друга, потом на таблетки, взял их, выпил и запил виски. Или… А можно пить таблетки и запивать их алкоголем? Кажется, что нет… Ну да плевать, ничего серьёзного не случится со мной.

***

      Ой… Почему мне так кружится голова, и в глазах всё плывёт? Слишком странное ощущение… — Бен, ты в порядке? — спрашивает Джейн, дотрагиваясь мне до плеча. — Да, я… Да, я в порядке. А ты не знаешь, где мои друзья? — Эм… Я их недавно видела около входа, они тебя искали…       Улыбаюсь однокласснице и благодарю её за информацию, отправившись ко входу в зал. В коленках лёгкая дрожь и внутренний озноб… Не может же быть это всё от того, что я выпил таблетки и запил их алкоголем? — Бен? — спрашивает друг, смотря на меня и взяв за руку, — Ты выглядишь не очень. Ты в порядке? — Нет. Мне плохо… — Пошли ко мне в комнату, тебе срочно нужно лечь и отдохнуть в тихом месте, пока ты не упал в обморок…

***

      Тепло. Чувствую, будто бы лежу на чем-то мягком, но не похожем на одеяло или кровать. Слишком тёплое место. Это… Я лежу на груди друга? — Он вообще скоро придёт в себя? — Скоро. Он выпил всего лишь одну таблетку экстази, это не так уж и много. — Он же никогда не принимал наркоту, для него это очень много! Зачем ты ему дал?       Экстази? То есть то, что я выпил перед вечеринкой — было не обезболивающее? И сейчас я под действием запретных веществ? Или речь не обо мне.       Продолжаю так же молча лежать, делая видя что я всё ещё сплю. Я хочу больше послушать их разговоры, чтобы точно узнать, про меня ли идёт речь.       Парень, на чьем плече я спал и лежал недавно, берёт меня за плечи и нежно кладёт на кровать, накрывая пледом или каким-то лёгким одеялом. — Может воспользуемся его положением и изнасилуем? — Ты дурак? У тебя итак уже три судимости, тебе нужна четвёртая? — Да, я дурак. — Уйди от него! — произносит друг и слушится звук удара. — Свалил отсюда…       Понимаю, что сейчас самый лучший момент, чтобы показать парням, что я проснулся. Переворачивают на бок, чувствую сильную боль во всех мышца и стону от неё, открыв глаза. — Ай… — произношу я, пытаясь подняться хотя бы на локтях, но попытка не увенчается успехом и я падаю обратно на кровать, — Что со мной? — Ничего… Просто мы так ступили, что дали запить тебе таблетки алкоголем.       Парень смотрит на меня, облизывая губы, а потом садиться рядом на кровать. Через мгновение он берет мои руки и прижимает их к кровати, нависая сверху. — М… Мик?.. — Тише, милый. Если ты не будешь сопротивляться, то тебе даже это понравится…       Парень кладёт руку на ремень, расстёгивая его. Осознавая то, что сейчас случится, начинаю рыпаться и вырываться, но Роберт подошёл ближе к кровати, прижимая моё тело к кровати и сжимая руку на шее, начиная душить меня. — Не рыпайся, киса…       Микки улыбается, смотря на Роба, и начинает стаскивать с меня штаны вместе с трусами, царапая по животу. Я пытаюсь начать вырываться, но Мик бьёт меня в живот, от чего дико захотелось свернуться в комочек и страдать от боли. — П… Прошу… — Мм? — Микки берёт меня за подбородок и наклоняется, — О чём ты просишь? — Я готов сделать всё, что угодно, но… — говорю я и чувствую, как от страха у меня появляются слёзы на глазах, — ...но не надо этого. — Всё что угодно? — парень улыбнулся, смотря на меня, а молча киваю, — Отсосешь? — снова молча киваю.       Парень садится на кровать около меня, говорит, чтобы я делал это с пола. Не хочу… Но послушно выполняю его приказы, расстёгиваю джинсы дрожащими руками и достаю член из его трусов… — Я не умею… — произношу я, краснею и отворачиваюсь. — Я тебя научу. Главное: не касайся зубками.       Дрожащими руками беру его член одной руки и касаюсь кончиком языка головки, отчего парень глубоко вздыхает. Провожу языком по всей длине, а после обхватываю его губами. Мерзко… Отвратительно… — Возьми поглубже, Бен, — произносит парень.       Делаю, как он хочет и скольжу по члену губами, стараясь каждый раз взять глубже. С каждым разом мне становится всё противнее, и я начинаю ненавидеть себя всё больше…       Чувствую, как парень кладёт руки мне на голову, после чего резко надавливает. Чувствую тянущую боль в горле и начинаю сопротивляться, но парень хватает меня за волосы, начиная грубо трахать меня в рот. Из глаз текут слёзы… Ненавижу себя… Чертовски сильно ненавижу себя… — Ах… Не самый лучший ротик, но плевать…       К счастью для меня, мои страдания заканчиваются относительно быстро. Через несколько таких глубоких движений, от которых у меня появлялся рвотный рефлекс, Микки кончает мне в рот и заставляет всё проглотить. — М… Мерзко. — произношу я, вытерая слёзы с щёк. Чувствую себя мерзкой грязной шлюхой. Отвратительно… — Скоро привыкнешь…       Микки резко хватает меня за руку и тянет меня на кровать, пытаясь стащить джинсы. — Ч… Что ты делаешь?! — я чувствую, как по моим щекам скатывается всё больше и больше слёз. — Да прекрати ты! — парень повалил меня на кровать и, нависая сверху, схватил за горло, начиная душить, — Если не заткнёшься, то потеряешь сознание или умрёшь.       Чувствую сильнейший по всему телу и слабость… Как? Что я сделал плохого, что сейчас вынужден так страдать? Господи, если ты реально существуешь, то помоги мне!       После того, как рука Микки сильнее сжимается на моей шее, у меня начинает темнеть в глазах от нехватки кислорода. Нет… Прошу, нет! Следующим, что я слышу — это звук рвущейся ткани…       Почему-то парень резко расслабляет руку на моей шее, а потом и вовсе грубо её убирает. Пытаюсь прийти в себя быстрее, чтобы понять, что происходит. Достаточно долгое время я продолжаю видеть лишь тьму, а потом, когда зрение становится чётче, я могу разглядеть очертания парня с чёрными волосами до плеч. Джефф? Это Джефф!       Он хватает меня за руку и тянет в коридор. Здесь ещё холоднее. Оказавшись около стенки, сползаю по ней на пол, обнимая свои колени и продолжая плакать. Я ничего не осознаю, ничего не слышу, о чём он говорит с другими, я вижу своего прекрасного Джеффа… — Пошли, — произносит парень, а после протягивает мне руку после того, как Слендер и две девушки ушли. — Нет… — голос так мерзко и предательски дрожит. Я в истерике. Хочу умереть… — Я никуда не пойду ни с кем из парней… — Хорошо, тогда я сам понесу тебя.       Джефф нежно берёт мои руки, тянет на себя, а после поднимает, как жалкую лёгкую куклу. Начинаю сопротивляться, так как боюсь, когда меня носят на руках, спине или плече, как сейчас. В ответ получаю сильный укус от которого начинаю плакать и удар по заднице.

***

      Оказавшись у Джеффа на кровати, я снова испугался того, что буду изнасилованным. Но когда парень достал майку из своего шкафа и кинул в меня, я начал смотреть ничего не понимая. Я видел, как его губы шевелились, но я всё ещё не мог распознать слова до конца. Мерзкий звон мешал мне расслышать то, что говорил человек, будучи в конце комнаты. — Переодевайся, — повторил парень, садясь на стул, стоящий около кровати. — Ты… — дрожащими руками беру его майку в руки и переодеваю, — ...меня не изнасилуешь? — А ты хочешь? — начинаю вновь дрожать и стираю слёзы с щёк, но отрицательно киваю головой. — Тогда не изнасилую. Не вижу смысла в этом. Уже не вижу… — А… Думал об этом? — Думал. Относительно думал. Была такая идея, если ты не захочешь добровольно поговорить. Но теперь точно не изнасилую. — Спасибо. И что спас от них, и что дал майку. И что не собираешься воспользоваться моим положением, — медленно произношу я, а после перевожу убитый взгляд на пол и понимаю, что моё зрение расфокусировалось, и я ничего не вижу… Нужно было сидеть меньше за компьютером… — Так о чём ты хотел поговорить столько раз, когда я отказывался?       Так как зрение расфокусировалось, могу предположить, что парень поднял свой взгляд на меня и просто смотрит. Интересно, о чём он думает? Зажмуриваю глаза несколько раз, и зрение снова начинает становится чётким.       Смотрю на свои руки. Они все в синяках. Когда они успели избить меня и почему я этого не помню? — Прости меня. Прости за тот мой идиотский поступок, прости, что называл тебя продажной шлюхой, когда ты нашёл себе других друзей, забыв про меня, прости, что кучу раз вылавливал в коридоре, прижимая к стенке в попытках поговорить с тобой. — Джефф, я… — Заткнись. Просто дай мне выговориться, Бен, я ждал этого очень давно. А ещё накройся одеялом, ибо у тебя сейчас реальный озноб начнётся.       Оглядываюсь по сторонам и вижу в другом конце одеяло. Я… Не хочу тянуться за ним… Да и к тому же оно меня не согреет. Только человеческое тепло… — Обними меня лучше… — говорю я. Улыбнувшись, Джефф пересел на кровать, а после прижал меня так сильно к себе, что мы упали на кровать. Глубоко вздыхаю и наслаждаюсь его одеколонам… Это… Лайм, мята и… Что-то ещё… — Последнее, что я хочу сказать тебе — это то, что я всё ещё люблю тебя… — после этих слов, брюнет целует меня в лоб, и я начинаю улыбаться. — Взаимно, — тихо отвечаю я, утыкаясь носом в его шею, вдыхая аромат глубже… Что это может быть ещё?