Однажды я тебя прощу...

Артур был в ярости. Непонимание захлестнуло целиком, а желание отомстить и вовсе въелось в душу. Любовь - страшная вещь, порождающая счастье, но и выпуская внутренних демоном наружу. POV Артур. Я не могу поверить! Я думал, он правда... А он просто грёбанная подстилка! Всё это время притворялся. Всё это время он удовлетворял желания моих рыцарей. Людей, с которыми я знаком; людей, которых я знал всю жизнь. Он просто меня использовал! Да и как я мог подумать, что парень, которого я люблю, чувствует ко мне тоже самое? Наивный... Я пнул рыцарские доспехи, стоявшие в коридоре. Да кто вообще придумал их здесь ставить?! Надо успокоиться. Я бы сейчас нашёл этого ублюдка, но не собираюсь скакать по всему замку и видеть с кем он там... драконье дыхание! Но как только я его увижу, то прогоню из замка. Да что уж там, из Камелота! Хотя нет... Я его кину в темницу, а потом казню. Нет. Нет. Нет! Такой радости ему не предоставлю. Всё останется как раньше, но я превращу его жизнь в сущий ад. Он ещё узнает, кто такой Артур Пендрагон в бешенстве, когда о него вытирают ноги! Наконец-таки я вышел на улицу. Вздохнул полной грудью, заполняя лёгкие ночным, холодным воздухом. Мне этого не хватало. Вдруг я заметил тёмный силуэт на каменных ступенях. Неужели это он? Я думал, что он сейчас... А какая разница? Не сейчас, так раньше! Гнев (ревность?) приступил с новой силой, завладевая моим сознанием. Всё, что я хотел сейчас, так это причинить ему боль. Нестерпимую и жуткую. Как и он причинил мне. Я подбежал к Мерлину и повалил его на эти несчастные ступени. Он, похоже, больно ударился, но мне всё равно. Я со всей силы влепил ему пощечину, оставляя красный след. - Артур, что ты делаешь? Что проис... - Заткнись! – я дал ему вторую пощёчину. Пусть знает своё место. В глазах Мерлина читается страх. Ха. Правильно, бойся меня. А лучше беги. Хотя тебя уже ничто не спасёт. Я навис над слугой, не давая ему ускользнуть. Он что-то лепетал, просил, чтобы я его отпустил. Да, моли о пощаде, жалкое животное. Пытался ударить в ответ, но, навалившись на него, я не дал ему и движения сделать. Ударив Мерлина в живот, я заметил, как по его щекам потекли слёзы. - Ты плачешь? Я удивлён. Или это тоже игра!? – я схватился за его ремень и отрывистыми движениями начал расстёгивать. – Надеюсь, ты любишь пожёстче. Мерлин ошарашенно на меня посмотрел, а потом с последними силами оттолкнул. Чёрт! От неожиданности я чуть не упал. Вот дрянь! Сбежал. Сам того не заметив, я дошёл до своих покоев. Не понимаю. Почему он ложится под незнамо кого, а меня оттолкнул? Я что, так ему противен? Неужели он так меня ненавидит? Но зачем? Зачем ему врать мне? Что я такого сделал? Я влюбился в парня, а он оказался шлюхой! Ненависть загоралась во мне. С кем ещё он спал!? Он специально меня соблазнял или мой поцелуй был для него неожиданностью!? Тем не менее он ответил на мои чувства! Зачем!? Стол полетел к чертям. Пусть. Заставлю это убирать Мерлина. Пускай всё уберёт! Если он не забыл, то это его работа! Я начал с остервенением разбрасывать всё по комнате. Вещи, мебель - всё летело в стены и потолок, разваливаясь, словно стеклянное. Всё летело также, как мой самоконтроль. На глазах застыли слёзы. Нет. Я не пророню ни одной слезинки. Я заставлю Мерлина страдать до тех пор, пока он не почувствует моей боли!

***

Рано. Солнце только встало. Мерлин, наверное, в это время спит. Но я это исправил, отправив за ним моих слуг. Раньше я сам за ним заходил, но мне это уже не нужно. Стук. А вот и он. О, он волнуется. Даже напуган! Наверное, не ожидал, что я всё узнаю. Видимо, его планы на мой счёт рухнули. Теперь он боится моего гнева, но нет. Он его не увидит. Я буду очень спокойным, чем напугаю его ещё больше. - Вы хотели меня видеть, милорд? – он ещё смеет со мной говорить? Я его быстро на место поставлю. - Да. Убери здесь всё, - я обвёл взглядом помещение, похожее на пристанище бездомных (находящееся в полном хаосе): стол повален, вещи разбросаны, постель перевёрнута, на полу лежат осколки дорогой посуды, картины сорваны... и всё это сделал я. Что не сделаешь для своего любимого? Как же забавно сейчас смотреть на то, что выражает лицо Мерлина. Он, видимо, хотел что-то спросить, но промолчал. Вот и правильно. Мой слуга начинает ходить по комнате и собирать вещи. Какой он аккуратный: всё сворачивает, раскладывает всё ровно по полкам. Интересно, почему бы ему просто не предложить свои услуги? Не пришлось бы всё это убирать. Вот он закончил с вещами, стелет постель. ... Я смотрю, Мерлин зря времени не терял. Уже почти всё убрано. Всё прямо блестит. Вот он закончил собирать разбитый цветок и с трудом поднял стол, пошёл за стулом. А вот и самое интересное: Мерлин становится на стул и собирается вешать штору. С трудом подняв её, он тянется вверх, но роста ему не хватает. Я еле сдерживаю смех. Как бы мой слуга ни старался, у него ничего не получается. Какая же у него всё-таки шикарная задница. Я её могу заполучить в любой момент. Нет. Слишком рано. Тем более тут такое зрелище. А плевал я на это! Плевать на штору! Я заполучу его здесь и сейчас! Я быстро подхожу к Мерлину и, когда он слезает со стула, кидаю на идеально застеленную кровать. - Что ты делаешь? - Собираюсь поиметь тебя, - без церемоний впиваюсь в его губы, закрепляя валявшейся рядом (как же плохо ты убираешь, милый?) лентой его руки. Он пытается что-то сказать, может, даже кричать. Глупый, думаешь, тебе это поможет? Теперь, когда он обездвижен, я могу в полной мере насладиться им и его болью. Расположившись сверху, легко провожу рукой по линии талии и оставляю покоиться ее на его штанах. Кусая губу, чувствую привкус крови и жалкие попытки Мерлина высвободиться. - Расслабься, - шепчу ему на ухо. - Может, тебе и понравится. С другими же нравилось? Не дав ему что-то сказать, резко переворачиваю парня на живот. Да, ты только мой. Прикусывая кожу на шее. Он лишь вздрагивает. Кажется, смирился. Да и так будет проще. Снимаю с него штаны и без каких-либо прелюдий вхожу. Ему не привыкать, но я слышу протяжный стон, наполненный жуткой болью. А по щекам уже моей подстилки потекли слезы. Не обращая на это никакого внимания, начинаю двигаться. Быстро, отрывисто, не думая о самом Мерлине. Тяну его за волосы назад и тяжело дышу в шею, покрывая ее своими отметками. Даже не видя его лица, чувствую, как неприятно скребется его собственный член о простыни, поэтому сильнее вдалбливаю в него, чтобы тот завыл от боли. Но он держится. Урод. Опыт, да? Кончив, устало выхожу и осматриваю свои старания: красные отпечатки на ягодицах, вероятно, останутся; синяки, глухие слезы Мерлина и мое полное удовлетворение. - Вешай шторы, - приказным тоном даю понять, что мне на него совершенно все равно. - Слуга должен исполнять свои обязанности.