Кофе

Хагён любит свою работу. Даже когда его глаза с трудом открываются, а сам он заново засыпает под гудение кофеварки и тихие разговоры официантов. Он любит запах кофе, любит свой идеально выглаженный и идеально белый фартук, любит ловить свое потешно раздутое отражение на металлических боках шейкеров. Особенно Хагён любит свою работу сразу после открытия кофейни - посетители редкие, но всегда уютно-сонные. Кто-то торопится на работу и забегает, чтобы купить высокий бумажный стакан с американо; кто-то только что после бессонной ночи, проведенной за тетрадями, дочитывает последнее за столиком в самом углу; кто-то приносит с собой запахи отчаяния и взгляды, просящие помощи. Хагён не психолог, Хагён - бариста. Его дело - сварить кофе, изредка косясь на заказчика, а потом отдать все в распоряжение официантов. Бумажные стаканы на вынос он не любит. Кофе - это не только вкус. Нет ничего лучше, чем коснуться губами молочной пены капучино с нарисованными звездочкой, сердечком или листиком с кофейными прожилками. Или вдохнуть запах сливочной нежности с легким коричным ароматом только приготовленного латте. Поэтому для Хагёна заливать только что приготовленный шедевр в плотный непрозрачный стакан и закупоривать его крышкой - почти ненавистно. Еще Хагёну нравится в своей работе то, что ближе к вечеру у него появляется минутка - и можно поболтать с заскучавшими посетителями, не решающими перебраться за столик и сидящими за стойкой. Обычно его спрашивают, долго ли он учился, нравится ли ему, а потом просят приготовить какой-нибудь кофейный коктейль, чтобы посмотреть на процесс. Хагён не возражает - он всегда готов поделиться частичкой своей любви к этому всему. Он улыбается много, наверное, поэтому его все и любят. В лицо всех постоянных посетителей Хагён знает - обычно они получают от него бонусную теплую улыбку и легкий кивок. От этого их настроение сразу улучшается, а Хагён любит чужое счастье. Всем им он выдумывает истории, основываясь на банальных наблюдениях и выхваченных из телефонных разговоров фразах. Наверное, он мог бы о каждом по паре слов сказать. Кроме одного. Этот парень приходит почти каждый день. У него черные волосы и из него никогда улыбки не выжать. Заказ он делает почти шепотом, на старательные доброжелательные улыбки кассира мычит и кивает. Иногда он забирает кофе с собой, иногда садится у окна - одиночный столик, он никого не ждет. Хагён так привык к нему, что переживает каждый раз, что парень зайдет, а столик окажется занятым - тогда он возьмет кофе с собой и уйдет. Хагёну нравится за ним наблюдать. Из-за стойки вид на его столик открывается самый удачный, поэтому Хагён видит, как парень перелистывает страницы очередной книги, отвлекаясь только на то, чтобы сделать глоток. У него красивые пальцы, да и руки явно тоже, но он прячет их за длинными рукавами бесчисленных толстовок. Иногда он переводит взгляд от книги за окно, смотрит долго, кофе стынет, а он, кажется, даже не моргает. Ему нет никакого дела до Хагёна, выглядывающего из-за кофемашины, ему вообще нет дела до кого-либо. И когда Хагён отвлекается на приготовление очередного заказа, парень уходит. Очень незаметно, оставляя деньги на столе. Хагён просто думает о нем чаще, чем нужно. Вечер пятницы непривычно тих и немноголюден. Хагён болтает с Хёком, официантом, облокотившимся на стойку со стороны зала, и протирает высокие стаканы для коктейлей. Ему немного скучно, уже хочется домой, до конца рабочего дня осталась всего пара часов, но так хочется, чтобы они пролетели быстрее. Хёк рассказывает какой-то забавный анекдот, а взгляд Хагёна уже устремлен к входной двери - сбрасывая снег с пальто, там появляется его загадочный незнакомец. - Мне показалось, тебя Хонбин звал на кухню, - быстро шепчет Хагён, перебивая Хёка. Тот уносится, даже не обернувшись, а это значит, что у Хагёна есть примерно минута, чтобы осуществить одну из своих маленьких мечт - поговорить с этим парнем. - Добрый вечер, - мягко улыбается он, когда тот подходит. Парень осматривается и убеждается, что его столик не занят, и только тогда кивает Хагёну в приветствии. Он заказывает капучино и соглашается на вафли к нему. Его голос вызывает в Хагёне ощущения, сродные с теми, когда запускаешь пальцы в только открытый мешочек с кофейными зернами. Они прохладные и приятные, хочется набрать их полную ладонь, а потом ссыпать обратно, чтобы ощутить, как они мягко катятся по коже. Хёк смотрит на Хагёна странно, но не спрашивает, почему тот наврал про Хонбина - просто сразу передает заказ на вафли. Хагён варит капучино, думая о том, что парень не только красив внешне, но еще и звучит красиво. Он любит идеализировать, ему так проще. Ведь, если подумать, в его жизни есть только кофе, люди в ней как-то не задерживаются. На вспененном молоке он рисует забавную рожицу и пишет «Улыбнись!» Хёк снова смотрит на него странно, но заказ относит, не говоря ни слова. Хагён внимательно наблюдает за тем, как парень отвлекается от книги, уже собирается сделать привычный глоток, а потом замечает эти художества. Он поворачивается и смотрит точно Хагёну в глаза. А потом вдруг усмехается. Хагён давит улыбку сжатыми губами и поднимает вверх большой палец. А вечер заканчивается для него очень неожиданно. Хагён чуть не роняет кружку из рук, когда поворачивается и видит эту усмешку уже вблизи. - Меня зовут Тэгун, - произносит парень и расплачивается по счету. - Хагён, - отвечает тот, скидывая деньги в кассу, даже не смотря, сколько там. - Ты здесь часто бываешь. Тэгун кивает. Мысли Хагёна в панике мечутся, он не знает, что бы такое еще сказать, кроме «Я заканчиваю через полчаса, если ты меня подождешь, мы могли бы куда-нибудь сходить». Спасибо большое, что ему хватает мозгов не озвучить это - слишком рано. Поэтому он просто обходит стойку, чтобы протянуть Тэгуну руку для рукопожатия. - Приятно познакомиться, - улыбается он. - И мне, - отвечает Тэгун. Хагён провожает его до дверей, и звон колокольчика на входе кажется ему музыкой сейчас. - Пока, Тэгун, - говорит он, понимая, что ему нравится произносить это имя. - До скорого. Тот заматывает шарф плотнее и улыбается. Хагён тает там, под летящим январским снегом. Тэгун приходит через два дня и садится за стойку, потому что его столик занят. - Тебе с собой? - спрашивает Хагён почти с отчаянием. - Я тут посижу, - вздыхает тот, достает книгу и, кажется, собирается предоставить Хагёну возможность наблюдать за ним вблизи. - Ты странный, - шепчет Хёк, проходя мимо и делая большие глаза. - Хонбин тоже так считает. - Идите вы оба, - сообщает Хагён, улыбаясь. Тэгун отвлекается от книги, наблюдая, как Хагён рисует на его молочной пенке ветку с цветками - у них лепестки-иголки; движения Хагёна четкие, уверенные, это гипнотизирует. - А еще что можешь нарисовать? - спрашивает Тэгун, принимая чашку - жалко портить такую красоту. - А что ты хочешь? - улыбается Хагён. Тэгун перечисляет варианты - котика, свинку, дом на холме, море, - Хагён смеется и обещает нарисовать ему в следующий раз что-нибудь из этого. В его сердце разливается теплый кофейный сироп, ему хочется взять Тэгуна за руку и поделиться частичкой того, что чувствует. Но вместо этого он интересуется, что Тэгун читает, и у них завязывается ненапрягающий разговор о книгах. Тэгун говорит не очень много, но вполне достаточно для того, чтобы влюбиться. Тэгун приходит в самое разное время, но Хагён всегда успевает поговорить с ним, тем более, тот, кажется, оставляет свой одинокий столик, меняя его на компанию улыбчивого баристы. Они говорят мало, но достаточно, чтобы узнать друг о друге. Хагён собирает факты о Тэгуне в воображаемую коробочку, как отборные кофейные зерна. Кофейный сироп внутри него то остывает, то нагревается - этого чувства невозможно избежать. Ему кажется, что он выглядит полным придурком, и Хёк с Хонбином регулярно ему об этом сообщают. Но что тут можно поделать, если тот, кто занимает мысли, не только кажется самым лучшим - но и таковым на самом деле является, можно даже не идеализировать. Хагён рисует для него на молоке фигуру парня, склонившегося над книгой. Тэгун смотрит долго на рисунок, потом на Хагёна - и улыбается. Эта улыбка ломает в Хагёне все. Он болезненно влюблен, но никогда не потревожит своими чувствами Тэгуна. Хагён засматривается на удивительное звездное небо, скользит и нелепо всплескивает руками. Что-то цепляет его и не дает упасть, и когда Хагён приводит в порядок разбежавшееся от всплеска адреналина сердце, то видит Тэгуна, крепко держащего его за руку. Он неловко улыбается, а у Хагёна - сотня вопросов. Но все они заканчиваются на губах Тэгуна. Прохладных, улыбающихся, отзывчивых. От них тоже пахнет кофе, и Хагён закрывает глаза, касаясь пальцами, затянутыми в шерсть перчаток, щек Тэгуна. Он прижимается к нему, или это Тэгун его к себе прижимает - уже непонятно. Аккуратно отстраняясь, Тэгун заматывает шею Хагёна своим шарфом и тихо смеется. Тот поднимает шарф до носа и выдыхает, чтобы вдохнуть уже запах Тэгуна, не кофе. Эта ночь похожа на рисунок на взбитом молоке - кофейными линиями она простраивает вопросы, на которые получаются ответы очень однозначные и своевременные. Хагён смотрит на профиль Тэгуна на фоне темного неба и думает, что в его жизни теперь есть не только кофе. Тэгун тоже так считает.